36. Консенсус

— Ой! — раздалось в стороне, и я резко ощутила острую боль ниже локтя.

А вместе с тем тяжесть чужого тела, что повисла на мне.

— Ой, простите, моя госпожа, я так неосторожна! — взмолилась служанка, мгновенно взлетая чуть ли не с колен и выпуская меня из своих воистину «острых» объятий. — Я такая неумеха, этого больше не повториться! Прошу меня простить!

И, старательно пряча лицо, убежала прочь, пока я не вздумала ее останавливать, отчитывать или, того хуже, наказывать. Единственное, что бросилось в глаза, что девушка поправила что-то на шее, то ли брошь, то ли заколку какую-то. Видимо, именно она одарила меня этими незабываемыми ощущениями.

— Смотри, раздобыл, — похвалился приближающийся дракон, вертя в руках здоровенный металлический ключ, фигурный, воплощенный будто из сказки. — Потом за комодом внутри оставим, смотритель заберет. Все в порядке?

— Да, открывай скорей.

***

Мы возвращались из покоев Мари, когда я, довольная до нельзя интересными рассказами о том, что творится за пределами дворца, и подарочком, который представлял из себя коробку со сладостями, заметила взметающуюся по широкой лестнице наверх мою элитную тройку.

Наши пути пересеклись, потому я быстро спрятала улыбку поглубже, пережидая, пока Ша-Энг поздоровается с новоприбывшим (я тоже вежливая, кивнула) и отчитается, где мы были и что делали. Рамиль, уже привыкший, равнодушно наблюдает сцену со стороны, а вот Эсфир отмирает не сразу.

— Мы можем идти? — через плечо без настроения спросила у Ша-Энга, дождавшись, пока он закончит со своим рапортом, прижимая к груди подарок. Еще уходя от Мари, мы решили выбраться на крышу башни, и с потрясающим видом на город эту коробку сладостей заточить.

Все-таки есть за что Саиду Ша-Энга недолюбливать. Со мной ладит, вольностей больше, говорить со мной право имеет (потому что я настояла, и попробовал бы кто возразить… да и, думаю, это в любом бы случае стало правилом, на которое дракон успешно плюет).

— За тобой — на край света, моя леди, — посмеялся с моего нетерпения изумрудный.

Повторного позволение решила не ждать, сразу же стартуя с места по направлению к лестницам, ведущим на ярус чердака. Краем глаза заметила, что Саид дает знак остальным стражам следовать за мной.

— Стоп, а вы куда? — резко останавливаюсь, вопросительно на него взирая. — Не нужно, Саид, там мне достаточно одного Ша-Энга.

— Мы ваша стража, моя принцесса, — твердо настоял юноша, вызвав мою легкую, но вполне саркастичную улыбку.

— Вы были стражей Герриона, его стражей и остаетесь, — знаю, что сейчас капризничаю, но мне просто интересно испытать терпение змея.

А все потому, что однажды я доверилась Саиду, прониклась к нему, а вышло так, как вышло. Именно он загнал меня в клетку. Надо успокаиваться, больше это не может так продолжаться. На его месте, возможно, я поступила бы так же. Они — люди Гера.

Просто больно.

— Идем, Ша-Энг, — уже отвернулась и даже сделала пару шагов вперед вместе со своим другом, как услышала позади:

— Вы ошибаетесь, госпожа, — обернулась. — Ваши слова для нас не пустой звук, ваши желания — закон.

— Снимите маски.

Озвучивание сиюминутного желания явно застигло троицу врасплох. Ша-Энг не вмешивался, благоразумно отступив мне за плечо, а я тем временем наблюдала, как трое, двое из которых при масках, колеблются. Саид старался не терять лицо, Рамиль зашевелился, Эсфир и того поди весь напрягся.

Я повернула голову к Ша-Энгу:

— Сними.

Дракон молча повиновался. Знаю, неравное положение, учитывая изначальное отношение изумрудного к этой атрибутике, но в том-то и вся соль. Видимо на мой «закон», есть «закон» больший.

На любую силу найдется еще большая сила.

Моргнув, улыбнулась как можно мягче, и, ничего более не говоря, развернулась и пошла по заданному ранее направлению, чувствую уверенную поступь друга рядом.

— Это приказ? — раздалось за спиной.

— Что? — даже остановилась от неожиданности. Обернулась, чтобы недоуменно воззриться на решительного Саида.

Такое ощущение, как будто я жениться на себе прошу.

— Снять маски, это приказ?

Тяжело вздохнула, прежде чем развернуться и, наконец, закончить этот разговор:

— Это была просьба, Саид.

***

Простирающийся пейзаж перед нашими глазами создавал картину зимней сказки в лучах яркого солнечного света. Отсутствие ветра и вовсе наталкивало на ассоциации, будто находишься в огромном стеклянном шаре.

Мы с Ша-Энгом сидели на одном из выступов крыши башни, болтая ногами в свободном пространстве под слаженный хруст леденцовой карамели. Какое-то время каждый думал о своем. Пару раз ловила себя на мысли: о чем думает Ша-Энг вот так пристально глядя вдаль? Спросить не решалась.

— Не замерзла? — прервал он мои размышления, привлекая внимание.

— Нет, ты же знаешь, — мотнула головой, отводя взгляд. Да, такая погода мне давно стала не по чем. Даже могучий изумрудный дракон одет теплее, чем я.

— Почему взгляд тогда такой?

— Какой?

— Как у побитого шорса, — зеленые глаза внимательно прищурились. — Все думаешь о том, что только произошло?

Я улыбнулась, в мыслях хваля дракона за наблюдательность, но ничего не ответила. Что мне сказать, что давно признала их невиновность? Так это понятно. Просто это поступок на эмоциях. Я никогда не считала себя излишне эмоциональным человеком, но если какое-то чувство поглощало меня, то практически без остатка. Так и сейчас, холодность держится только на упрямстве, нет уже никакой обиды.

— Ты бы помягче с ними, если за все простила, — ящер ненавязчиво подвинул последнюю конфету поближе ко мне. — Сама же мучаешься сейчас.

— Ничего, им полезно, — или просто я редиска. — Вот, например, ты, что позволяет тебе перешагнуть через правила? Почему они не могут сделать этого, когда дело касается мелочи?

— Просто у меня слаборазвитый инстинкт самосохранения, — усмехнулся хитрец, откидываясь на подставленные руки за спину. — Заканчивай с этим, Ая. Себе же хуже делаешь, не говоря уже о том, что заставляешь парней метаться меж двумя огнями.

Стало немного стыдно за свой детский порыв, но если бы дело касалось пустяка. Я просто очень хотела освободиться. Если не быть с тем, кого люблю, то хотя бы не стать женой того, в ком мужчину не вижу. Точнее, Гер безусловно обладает всеми присущими мужчине качествами, но не к сердцу он мне. К тому же, я никогда не смогу предать Фаля после всего, что было между нами.

Я заставила себя смириться, что больше никогда его не увижу. Заморозила внутреннее состояние, как делаю это с материальными предметами, но никем другим забыться не смогу. Я всего раз в жизни полюбила, и не думаю, что смогу сделать это дважды. Может, счастье мое не в этой жизни меня ждет?

— Я, конечно, сделаю, как ты просишь, — ответила, наблюдая, как красиво пар от моего дыхания закручивает морозные пируэты. — Но сделаю это, прямо скажем, не по любви.

— А кому сейчас легко? — хохотнул дракон, слегка толкая меня в плечо.

Не сдержала улыбки, потирая руку. Думаю, Ша-Энг — мой личный антидепрессант. В моем мире за них обычно принято принимать котиков, в этом — это большой, временами покрытый чешуей, двухметровый мужик. Как тут сдержать веселье?

— Хорошо, Ша-Энг, я прислушаюсь к твоему совету, — вручила ему последнюю конфету, в душе надеясь, что ему будет приятно.

— Вот и славненько, — потер он ладони, принимая угощение с моих рук. Трубка мира выкурена.