85. Место встречи изменить нельзя

Я страстью сбит с пути. Брожу я, как в пустыне.

Заботам нет числа. Мне ничего не снится.

Моя душа больна. Но если кровь остынет,

Твой взгляд меня спасет, любимая Царица!

Я сердцем ощутил всю грязь, весь стыд гордыни -

Чем выше возношусь, тем больше грех вершится.

Кто щедрость сохранил? Кто благороден ныне?

Лишь ты, моя любовь, лишь ты, моя Царица!

И все же в мире лжи, где рушатся святыни,

Я верю: свет придет, и нежность возвратится.

Я горевал вчера. Кем я утешусь ныне?

Тобой, моя любовь, тобой, моя Царица!

Беспощадная метель рвала головные уборы с волос куда-то мчащихся горожан, вынужденных покинуть свои уютные обители по каким-то важным делам. Непогода разошлась сегодня не на шутку, полностью оправдывая слухи, что зима в этом году суровая и, скорее всего, будет затяжной.

Покрытые широким капюшоном с оторочкой из меха плаща, мои волосы не должны были привлечь внимание и дать кому-то повод для сплетен. В столице дроу не такая уж редкость, но мы не стремимся маячить у людей на глазах. В этом наша суть, мы привыкли держаться тени.

Если волосы были прикрыты глубоким капюшоном, нижнюю часть лица скрывала черная плотная маска. Смешаться с толпой не так сложно, когда ты в королевстве драконов. Рост не выдаст принадлежность к темным эльфам, драконы ничем не уступают, а среди великой разношерстности и разномастности снующих, вообще нет особого риска остаться замеченным ненужными глазами.

Войдя в теплую таверну средней руки, первым делом буднично стряхнул снег с плеч, будто бы зашел сюда случайно, буквально в первую попавшуюся харчевню дабы погреться и, может быть, перекусить. Задержавшись у входа, осмотрелся, позволяя подавальщице заприметить себя, как нового гостя, а хозяину прикинуть тяжесть монет, что можно с меня стрясти.

Не позволил им фантазировать долго — в дальнем углу, за круглым столом, был тот, ради встречи с кем я шел сюда так далеко от дворца. Ресс действительно большой город, пересечься с кем-то из стражников можно, но я сумею скрыть себя, да и не выдал я ранее своего здесь присутствия.

— Ты долго, — Рена со вздохом перевернула последнюю страницу газеты, сложив ее напополам и отбросив в сторону, едва я приблизился и откинул полу плаща, чтобы уместиться за ее стол. — Мы условились встретиться неделю назад, но ты пропал.

Неопределенно повел плечом, сняв маску наемника и отложив ее к газете, при этом не скидывая капюшона. Запомнить дроу легче, чем незнакомца в плаще, коих сотни снуют по улицам города.

А вот волчица особо с конспирацией не заморачивалась. Ей это ни к чему. Стянув свои темные волосы назад и заколов их, уверен, на улице она максимум облачится в походную накидку с покровом для головы. Зачем, если горячая кровь оборотня согревает ее и так?

Однако большее доверие в деле обогрева она здраво отдала кожаному тулупу с металлическими наплечниками, узорами разукрашенными по кованому металлу. Рядом на лаве лежала пара плотных кожаных перчаток до локтей, также неплохо справляющимися с задачей наручей. Металлические вставки на них отлично отражают лезвия кинжалов, внешне для многих остающиеся декоративной изюминкой, да и уздцы держать такими весьма удобно, не скользят. Отличная гномья работа. Эти парни понимают толк в сражениях и всем, что для того требуется.

— Если бы случилась беда, ты сумел бы дать нам об этом знать заранее.

— Беды не случилось, — наконец, я расположился за столом, когда Рена взглянула на подавальщицу, не двузначно указав на свою кружку эля и на меня, а затем скрестила руки на груди и откинулась на стену.

Отличный ракурс. Снующим в таверне можно сколько угодно сверлить мою спину праздным любопытством и подозрительным интересом, только заметным и запоминающимся я от этого не становлюсь ни на дюйм. Рена подумала и об этом.

— Какие вести? — сразу перешла к делу она, посчитав, что этап «приветствия» пройден.

— Геррион желает провести помолвку, — сжал руку в напряжении, не позволяя себе скрипнуть кулаком. — Император подталкивает их к скорейшему проведению обряда. Не думаю, что их еще не поженили из-за боязни навредить тонкой душевной организации Аи, тут что-то другое.

— Она возненавидит и принца, и самого императора, если они так поступят. Истинная пара без согласия в союзе не взойдет на престол.

Я вздохнул, прикрывая глаза и протерев лицо рукой.

— Только на это и остается надеяться, но такой роскоши у нас нет. Меня постоянно нервирует присутствие этого двуличного лорда. Даже если Ам-Реса нет рядом, я чувствую его плотоядный взгляд, направленный на Аю, словно видит ее своей жертвой, — магия в крови согласно взволновалась, негодующая поведением нечаянного противника. — Я не могу позволить ему осуществить задуманное. Я должен думать, как увести ее из этой западни, а не отвлекаться на козни этого урода.

Даже удивлен. Помолвка — исключительно уступка для Аи. Императору не выгодно, чтобы невестка была венчана с наследником насильно, это не сделает чести Герриону в глазах народа.

В ее руках гораздо больше влияния, чем она может себе представить. Будь у нее другой характер, скажем, даже не склочный, а хотя бы слегка стервозный, или же даже амбиций побольше, монаршей чете пришлось бы несладко, договариваясь и уговаривая девушку пойти им навстречу. Редкий случай, но у принца правда нет времени на ухаживания и притирания к истинной половине.

Однако Ая именно такая, какая есть. Не будь меня, принцу пришлось бы столкнуться с проблемами, о которых он даже не подозревает. О, я не могу сдержать злорадной ухмылки, когда думаю об этом.

Даже если бы ее сердце было свободным, если бы она не впустила в него меня, Геррион столкнулся бы с ее недоверием «в лоб». Никакие убеждения, что они истинная пара, сразу не подействовали бы. Неприятно это признавать, но без меня у них наверняка все получилось бы, но для этого ему пришлось бы из кожи вылезти, чтобы завоевать ее доверие.

Я долго пробивался сквозь ее броню. Помыслить не мог, что она защищает истерзанное сердце, раненное собственным отцом. Боги, было дело, я ведь даже ревновал… Реальность оказалась совершенно иной, как нежели я себе представлял. Он ее сломал. Кажется, я слышу треск в момент надлома хрупкой преданности и безоговорочной любви, когда думаю об этом.

В таверне, в день нашей разлуки, в момент моего признания в своих чувствах, я хорошо помню ее лицо. Я успел уловить ее взгляд, ее мимику за секунду до того, как для нас началось это нелегкое испытание.

Впервые услышав от меня прямое признание в любви, на ее лице я прочел эмоции, которые тогда не смог распознать, да и не до того стало.

Сейчас же, зная причину ее закрытости… Я увидел там неверие. Веру не до конца в то, что ее кто-то может искренне любить. Мужчина. Ужаленная отцом в самую душу, она не смогла сразу принять услышанное. Ее отец просто не показал, что она может быть любимой и нужной.

Я с лихвой верну ей всю любовь, которой она лишилась за всю свою прожитую жизнь. Я не намерен уступать ее.

— Значит, времени все меньше, — Рена нахмурилась, поднеся кружку из толстого стекла к губам. — Я нашла того, о ком ты говорил в нашу последнюю встречу. Торг уместен?

— Только для вида, — внимательно проследил за тенью снующей рядом подавальщицы, не позволяя услышать ей лишнего. — Дай ему, сколько потребует. Не тяни, иначе он найдет перекупщика.

Волчица кивнула, а передо мной поставили полную кружку эля, тихо зайдя со спины, вероятно, в надежде услышать хоть краешек разговора. В таки местах информация — тоже неплохой товар.

Наши глаза с Реной встретились, каждый понимающе замолк.

— Ну, и метель! — шум за спиной помог подавальщице ретироваться, а нам узнать о приближении еще одного заговорщика, такого же, как и мы.

На соседнюю лавку шумно приземлился «мохнатый» волк, стрясающий снег с меха плаща прямо на пол. Покончив с этим делом, он развернулся ко мне:

— У меня хорошие новости, — с улыбкой он перевел взгляд на Рену. — Я нашел то, что нам поможет.