45. Цветок жизни

Очень скоро я услышал тихий топот, удаляющийся в перпендикулярную от моего пути сторону. И пары секунд не прошла спокойно. Я вздохнул, сам себе улыбаясь. Ну, что на этот раз?

Хрупкая маленькая фигурка моей девочки взметнулась с места, ускоряясь по направлению к громко кричащему ребенку. Зачем она туда летит? Здесь много людей, не все же они будут проходить мимо своего сородича-ребенка. Во всем мире только суккубы и, соответственно, инкубы бросают свое потомство сознательно, полностью передавая им свой набор генов.

В мальчике не заметил ни намека на принадлежность к столь любвеобильной расе. Значит, заберут.

А за своей крошкой покорно пошел.

— Эй, малыш, ты чего так громко плачешь? — Ая мигом опустилась на колени перед мальчиком, обнимая его за мелкие плечики.

Фея. Мальчишка едва доставал Ае до пояса, мне и то ниже. Совсем еще дитя, надо же такому потеряться. Худого телосложения, с горшочком золотистых густых волос. Оторвав кулачки от протирания глаз, явил миру нежный голубой цвет своей души.

Сквозь пелену слез он уставился на мою девочку, пытаясь рассмотреть в ней знакомое лицо. С провалом задания перевел взгляд на меня, сейчас начнется… Ну, вот.

— Ты чего? — мелкий заревел еще громче под мой усталый вздох. Это ты, мой бесстрашный эльфенок, не считаешь дроу угрозой, а в нашем мире даже пятилетний ребенок это знает.

Мальчишка ничего не отвечая, попытался наугад тыкнуть в меня пальцем, заходясь плачем. Но моя девочка даже не подумала разбираться в его меткости, просто сгребла его к себе, прижимая к груди, как своего родного…

Мои глаза невольно расширились.

— Ты же маленький солнечный зайчик, — увещевала она в макушку ребенку, на что он заинтересованно замолчал. — А они ярко светят, а не громко плачут!

— Светят? — немного шепелявя, переспросил нечеловеческий детеныш, во все глаза уставившись на Аю, как на пророка. О моем существовании он благополучно забыл. — Я зайцик?

Моя малышка засмеялась, обволакивая нас в разряжающий обстановку перелив своего голоса. Мальчишка заинтересованно всмотрелся в лицо девушки, что я искренне задумался о ревности.

— Так и есть, — кивнула она. — А почему зайчик плакал? Где твоя мама?

— Не зна-а-а-а-а-ю-у-у-у! — завыл «зайчик», зажмурившись и вцепившись в мою жену, будто его мать она.

Не жену. Пока…

А ведь, если так подумать, то, что сейчас происходит, не знак ли для меня?.. Я глядел на свою женщину, трепетно обнимающую чужое дитя, и только сейчас до меня дошло. Я ведь никогда не смогу подарить ей радость материнства… Безумно ее любя, не смогу подарить ей дитя. Нашу общую плоть и кровь. Не смогу, но и разорву любого, кто покуситься на нее. Если раньше я мог предположить, что приму любой ее выбор, сейчас знаю точно — она вся будет принадлежать только мне.

— Фаль, ты чего такой бледный? — вывел меня из раздумий обеспокоенный голос, а теперь и взгляд моей любимой, пока мальчишка сжимал ей ребра в захвате.

— Ничего, — через силу улыбнулся, на что получил хмурый взгляд. «Ладно, потом с тобой разберемся», — говорил он, пока она отворачивалась.

— Давай мы ее поищем? — предложила она, а ребенок недоуменно возвел глаза к ней. — Смотри, какой дядя высокий! — она махнула в мою сторону головой, отчего мы оба с парнем удивленно уставились друг на друга. — Он тебя возьмет на руки, и ты с высоты поищешь свою маму, идет?

— А он меня не улонит? — наградил он меня скептическим взглядом, на что «дяде» захотелось оставить мелкого наедине с его проблемами взрослеть в тяжелых площадных условиях.

— Вроде еще никого не ронял, — пожала плечами моя девочка, на что мальчишка глянул на меня менее недоверчиво.

— Не веришь? — с азартом вступил в разговор я.

Желая продемонстрировать, схватил свою зазнобу на руки под ее веселый визг, слегка подбросил, и вновь поймал, прижимая к собственному телу. Держал так крепко, что попробовал бы кто отодрать. Сердце обливалось медом от того, как доверчиво она прильнула ко мне, обнимая шею. Моя-я-я.

— Ну, что, пойдешь к нему на ручки? — заманчиво качнула головой моя красавица, все еще не размыкая нежных рук. Люблю тебя, сокровище мое, прочтешь ли это в моих глазах сейчас?

Но женщина, повелевающая моим сердцем, мне предпочла смотреть на мелкого нечеловеческого мальчугана. Последний, кстати, откровенно меня зауважал. Ничего, вырастешь, тоже свою так носить будешь.

С огромным нежеланием опустил любимую наземь, чувствуя, как желанные руки соскользают с моей груди. Казалось бы, все естество потянулось вслед за ней, но на руки тут же вскочил мелкий, вызвав откровенную улыбку. Смотри, как быстро дроу перестал бояться.

— Тока ты меня клепко делжи! — парнишка ухватился за мой воротник, оценивая неожиданную для себя высоту.

Мы с Аей засмеялись, откровенно подначивая мелкого на веселье. Очень скоро он вошел во вкус и смело направлял меня указательным пальцем, выбирая путь, где следует искать его мать. Следопытом ему не стать.

— А как ее зовут, малыш? — поинтересовалась Ая, сразу же добавив уже для меня: — Может, зная ее имя, сможем спросить у кого-нибудь, видели ли они ее?

— Агеш!! — крикнули в стороне, заставив нас троих повернуть головы в ту сторону, где находился источник. — Агеш, мама здесь!!

Она подбегает к нам, сразу же забирая мальчика из моих рук, ожидаемо глядя на меня с опаской. Иллюзия чего-то целостного и уютного начала медленно таять. Что со мной?

— Отлично, — я едва узнал голос любимой, расслышав в нем несвойственный холод. — А где маму до этого носило?

— Не ваше… — женщина планировала огрызнуться, нападки на мою девочку вызывают во мне плохо контролируемую агрессию. Однако я не ожидал подобного развития событий.

— Ой, ли, — моя добрая, всегда мягкая и ласковая малышка, словно стала гладкошерстной аррой, с когтями, зубами и острым взглядом из-под опущенных ресниц. — Но должно же это быть хоть чьим-то делом, раз мать где-то носит. Вы когда, кстати, заметили, что мальчика рядом нет?

— У меня было важное дело, — пунцовые щеки женщины выдавали, что в словах Аи, в общем-то, присутствует смысл.

— Избавьте нас, пожалуйста, от ваших оправданий, — деловой тон делает ее обольстительной, она знает? Наклонив голову, засмотрелся. — Впредь следите за ним внимательно и ставьте в приоритет, какими бы важными делами не занимались. Агеш, — она мгновенно преобразилась, вновь широко улыбнувшись мальчишке. — Пока-пока! Не теряйся больше, ладно?

— Ладно! — от души замахал рукой мелкий.

Не обмениваясь больше любезностями, Ая без вопросов взяла меня за руку, уводя в сторону, которую я выбрал ранее для похода во временный дом. Она посчитала свою задачу выполненной, а мне было необычно приятно, что она все еще умудряется меня удивить и познакомить со своей стороной, которую еще не показывала.

— Мам, а дядя сказал, что тетю любит! — я встал, как вкопанный. Забыл, что феи МЕНТАЛИСТЫ.

Моя малышка споткнулась, топая впереди меня. Мое сердце пропустило удар. Еще рано, да и впервые она должна это услышать не от мелкого пацана, который еще не все буквы выговаривает.

Но моя девочка, встряхнув волосами, как ни в чем не бывало, направилась дальше, увлекая меня за собой. «Что ты такое говоришь?» — уже вдали переспросила его мать, а до меня дошло: он озвучил мои мысли, как прямую реплику, Ая такого не слышала, потому и не придала значения. А ребенок просто не так выразился. Это было опасно и волнующе одновременно, я не хочу больше сдерживаться.

***

Добрых полчаса мы неспешным шагом гуляли по аллеям, стремительно окрасившимся в желто-зеленые оттенки. Погода была замечательная, а на душе скребли кошки от пережитой ситуации. Пусть бы она на меня так отреагировала, я, может, не сразу бы и нашлась, что ответить. Но на моего дроу наезжать не дам. Пусть это было и не открыто, неприязнь вперемешку с испугом заметила даже я. Словно ее ребенка взяли испачканными кровью руками.

Мы пришли к утесу, с которого открывался просто потрясающий вид на поля, луга, холмы, редкие россыпи деревьев и полноценные леса — бери мольберт и садись, пиши шедевр. В задумчивости не сразу заметила, как талию со спины обнимают надежные, временем проверенные руки.

— Не бери в голову, родная, — беспечно зашептал мне на ушко самый классный эльф из всех, что я знаю. — Ты уже достаточно живешь в этом мире, чтобы понимать, что с дроу здесь стараются не связываться. Ты восприняла все, как свою собственную обиду, но здесь это нормально. Знала бы ты, как приятно иметь с тобой такую тесную связь, но я бы не хотел, чтобы ты воспринимала отношение окружающих так близко к сердцу.

— Поражаюсь твоей выдержке, — честно призналась, чего замечать не хотела. — Как можно так спокойно относиться к ограниченности окружающих. Хотя, за триста лет может еще и не…

— Я сказал «почти», — от интонации голоса Фаля захотелось хихикнуть. — Трехсот мне еще нет.

— Это ж три поколения в моем мире, считай, четыре!..

— Этого-то я боялся, — вздохнул эльф, притягивая меня к себе на колено, усаживаясь под дерево у утеса. — Сейчас начнешь считать разницу в возрасте… О! По глазам вижу, посчитала. Милая, в этом есть и плюсы: представляешь, сколько во мне жизненного опыта?

— Ты ровесник моих пра-пра-пра… — мне бесцеремонно зажали рот настойчивыми губами, и стало как-то все равно, сколько еще моих «пра» в него вместится.

Все, что я чувствовала — бесконечный поток нежности от существа, держащего меня в своих руках. Трепет, тепло, еще какое-то чувство, приятно щемящее в груди. Он прижал меня к своей груди, а я позволила себе удобно на ней разлечься, полностью поглощенная поцелуем. Смогу ли я перекрыть осадок, что оставил ему на память бездумный чужой поступок?

— Не жалеешь, что связалась со мной? — впервые он позволил себе подобный откровенный вопрос, на что я воззрилась на него удивленно. Как вообще подобный вопрос пришел в его голову?

— О чем ты, Фаль? — я отстранилась, пытаясь заглянуть ему в глаза. — Почему я должна жалеть о чем-то? Ты бережешь меня, как дракон сокровища. Взвалил на свои плечи заботу обо мне еще в самом начале знакомства зачем-то. И это я даже не говорю о том, что ты спасал меня кучу раз! Для меня знакомство с тобой равносильно чуду. Я доверяю тебе, как никому более. Поверь, твое отношение очень много для меня значит. Для меня ты особенный, каким бы ты ни был в чужих глазах. Ты моя семья в этом мире, Фаль. Никого здесь роднее тебя у меня нет.

Возможно, меня немного понесло. Видеть огромные расширившиеся глаза от удивления было непривычно. Точнее, именно у него непривычно. Сложилось впечатление, будто он ушам своим не верит, но нет, это ему не чудится. Может, я бы еще и не была готова сказать все это, но хотелось загладить раны, если ему их нанесли. А не задеть его просто не могли. За всю его долгую жизнь.

— Ты понимаешь, насколько ценны для меня эти слова? — приведя мысли в порядок, мой эльф, не меняя выражения лица, тихо спросил. — Ая, ты сказала, что считаешь меня своей семьей. Ты точно это имела в виду?

— Да, Фалюш, — приникла я к его груди, обнимая крепкий гибкий стан эльфа и прижимаясь к нему щекой. — Я отвечаю за свои слова.

— Если бы я мог, — с особой нежностью дроу оплел меня своими руками, стараясь прижать к своему телу плотнее. — Без посторонних обстоятельств, в спокойной обстановке, как сейчас, сидя вот так, наслаждаясь близостью твоего тела и сходя с ума от чувств — я бы вновь принес тебе клятву. Я не могу дважды повторить слова присяги, но хочу служить тебе, мое сокровище, areaya.