Глава 32

Юнона

Голова будто чугунная, и тело, кажется, свинцом налито. Лежу в постели и не могу даже пошевелиться. Похоже, я заболела. Иначе не получается объяснить свое состояние.

Шторы задернуты. И лишь тонкая полоска света пробивается сквозь них, указывая на то, что ночь давно миновала. Но я не двигаюсь.

Не хочу. Не вижу смысла.

Что я там собиралась? Мстить?

Да… надо. Пусть поплатится виновник всех моих кошмаров. Потому что то, через что прошла я… и близко не сравнится с тем, что впоследствии ему пришлось отсидеть.

Но прежнего запала, что я ощущала еще пару дней назад, больше нет. Во мне ничего нет…

Я знаю, что он сейчас здесь, со мной в комнате. Ощущаю его присутствие, запах, но не оборачиваюсь к нему. Хватит. Я устала от его влияния на мою жизнь, на мои эмоции.

– Ты не спишь, – это не вопрос.

А у меня его голос не вызывает никаких эмоций.

– Юна… – я хочу узнать твою версию того, что произошло между тобой и Виктором.

– Уходи, – говорю глухо. – Уходи и оставь меня в покое.

– Юна, я должен знать…

– Нет, Арес… Ты должен был знать еще тогда… А теперь это не имеет значения.

Слышу, как скрипит кожа под его весом, когда он поднимается с кресла, чтобы обойти кровать и присесть на корточки напротив меня.

– Буря… – начинает он и замолкает, смотря на меня каким-то нечитаемым взором. – Это важно.

– Для кого? – губы шевелятся, но мне так плевать на все, что он говорит.

– Для нас.

– Нет никаких нас, Арес. Забыл? – поднимаю на него глаза. – Знаешь, надо было позволить тебе тогда жениться. Возможно, я бы просто переболела и стала жить дальше. Но ты сам не захотел меня отпускать.

Он плотно сжимает губы, будто думая, как должен ответить.

– Так бы не получилось.

– Почему? Я же смогла выйти за Аслана. Жить с ним. И не видеть тебя. Смогла бы и тогда, – на этих словах внезапно возвращаются эмоции.

– Что случилось?

– Ты прекрасно знаешь что, – хмыкаю я. – Ты собрался жениться, отказываясь слушать мои истерики, общался со мной только через посторонних людей.

– Ты перекручиваешь.

– Разве? – смотрю на него. – Разве ты поговорил со мной? Или хотя бы предупредил?

Он замирает и даже не моргает, а у меня стынет все внутри при воспоминании всех своих эмоций, после того как я узнала о его помолвке. Мне ведь казалось, что у нас все прекрасно и дело движется к совместному “долго и счастливо”.

Но Минотавр опустил меня с небес на землю. И падение было жестким, когда мне стали сыпаться сообщения со ссылками, перейдя по которым, я узнала, что моя роль в его жизни до ужаса постыдна. Я – девочка для утех.

А когда он вернулся и я потребовала объяснений, Арес заявил, что его предстоящая женитьба никак не отразится на наших отношениях, и попросил не устраивать истерик на ровном месте.

Но для меня уже ничто не могло остаться таким же, как и прежде. И все стало еще запутаннее и сложнее, когда Арес впервые улетел на чемпионат без меня… Тогда она сопровождала его в поездке. Его невеста. Женщина, которой была отведена главная роль в его жизни. А я… узнала, что жду нашего с ним ребенка.

Тогда мне казалось, что эта новость опустит чашу весов в мою сторону и что он выберет меня, разорвав помолвку с другой. Но я даже предвидеть не могла, что, получив мое сообщение, он пойдет на такой шаг…

– Я не мог поступить иначе. У меня не было выбора.

– Выбор есть всегда, Арес. Всегда. И, конечно же, он был у тебя, когда ты посылал ко мне своих подельников, чтобы заставить меня избавиться от нежелательных последствий.

– Что ты несешь? Я никого не посылал! И о каких последствиях ты говоришь?

– Боже, Арес! – хмыкаю. – Тебе так не идет притворяться глупцом.

– Да можешь ты уже спокойно ответить, что ты имеешь в виду? – повышает голос.

– Быстро же твоя совесть избавилась от воспоминаний о том, как ты сам убивал нашего ребенка.

Минотавр стремительно бледнеет, и кажется, что вся кровь отхлынула вниз. И по раскрытым в ужасе глазам кажется, будто он действительно слышит об этом впервые.

– Повтори… – смотрит остекленевшими глазами.