Глава 5

Когда несколько дней подряд без всякого стеснения превращаются в сплошную неделю из дней сурка, то начинают иссякать даже плохие идеи.

Однообразие, беспросветное отсутствие дельных мыслей, мрачная облачная погода с ершистым ветром вытягивало с каждым днём всё больше жизненных сил. Казалось бы, ровная прямая, ничего не двигается, нет шагов вперёд, но и назад не катимся. Пауза, время, чтобы выдохнуть из себя суету и нервозность. Но всё выходит иначе. Давит ощущение, что тебя выбросило на обочину жизни, но глаза не залепило ничем. А значит, что ты прекрасно все видишь: и как у других все чудесно получается, и как у кого-то жизнь кипит или бьёт ключом, и как то да сё.

И на сравнении ровная прямая становится вдруг резко наклонной. Вниз. И если срочно за что-нибудь не зацепиться, то ближайшие станции: отставание, деградация, регресс, деструкция и прочее. В общем, наклонная есть наклонная.

А она, между прочим, все ещё ровная. Просто иногда стоит смотреть не на кого-то там, а в поле, лес и морские просторы. На крайний случай, какие-нибудь архитектурные ансамбли. Там, где тоже практически каждый день однообразно-стабильно (в понятиях этих мест, разумеется), но более красочно и впечатляюще. И, вуаля, твоя пауза приобретает смысл! Созидание и восстановление душевного равновесия и покоя. Поэтому стоит подождать ради приличия, пока сурок сам не выскочит из норки. А потом уж выкуривать его имеющимися подручными средствами...

- У тебя есть что-нибудь новое? - Витька подперла рукой голову, разочарованно захлопнув крышку ноутбука. Сонная, усталая. На часах стрелки сошли с ума, предлагая поверить, что уже, действительно, половина третьего.

- Есть! Нам надо в Москву! - какая-то логичная мысль мелькнула и скрылась за другими.

- Прямо сейчас? - без малейшего удивления, лениво протянула Виталина, добавив важности разговору широким зевком, неспешно прикрытым ладонью в дань уважения манерам.

- Сейчас. Погоди, я вроде бы кое-что придумала... - где там эта гениальная мысль?!

- А ты знаешь, я понимаю тебя! Когда в работе внезапно наступает затишье, а по нашему заказу в архивах миллион и маленькая тележка всяких личностей с подходящими фамилией и именем, то чувствуешь какое-то неудовлетворение. И срочно тянет на свершения, активность. Выплеснуть нерастраченную энергию...

- Лучше не надо про "Драйв", - верно расценив намек на мою фееричную презентацию, после которой "ДрайвДиТи" попросили время на раздумья, попросила я, - мне босс уже всю плешь с ним проел. Я вообще не понимаю, почему они приостановили проект. Мы разобрали их по полочкам. Поработали на славу. Лучше нас никто им не скажет слабые места. А они!..

- А они побоялись вас. Сегодня по полочкам разобрали, а завтра что? Страшные вы люди!.. Так, что там со столицей?

- Я не имела в виду, что ехать надо. Начинать с нее. Точно!.. Вот она!.. - мысль вышла на передний план. - Книжечка! "Краткая арифметика для детей", которую нам показала наша мадам. Ты бы своему ребенку в каком возрасте подарила такую познавательную брошюрку?

- Ого! Ну и вопросики у тебя... Я так-то не сильна в воспитании малолетних потомков. Вот если бы меня про этапы обновления базы данных спросила...

- Вот и я говорю, что в то время, куда я могу перейти (а Вере около трёх там), рановато по возрасту, тем более девочке. Издание штучное, наверняка, можно проследить жизненный путь экземпляров от типографии до приобретения господином Генрихом...

- С дуба рухнула! - с Витьки от чего-то слетело вдруг сонное состояние, она аж подскочила на ноги. - Это ты сколько лет там торчать будешь, пока он ребенку пособие по математике купит? А если ей в десять лет только оно светит? Ты там семь лет жить собралась?

- Да смотри. Год издания 1844, так?

- Ну.

- За двадцать с лишним лет, что может произойти с редкой книгой?

- Что? - мозг Виталины, вероятно, заснул, обычно она сразу всё схватывает.

- Явно она не лежит в библиотеке или на прилавке магазина. Она куплена и хранится у кого-то дома. То есть принадлежит кому-то. Причем даже если не самому Генриху, а он мог достать ее для других детей, то в его сравнительно доступном круге общения, ибо, если такую вещь дарить, то значимым людям, а не просто первому встречному или знакомому булочнику.

- А.. - немой вопрос застыл на губах Витьки, смотрю на нее с ожиданием, но она не решается, мотнула головой, отмахиваясь от продолжения.

- И раз работы пока нет...

Зацепка есть. Можно попробовать.

- Но тебе нужно ещё какое-то специфическое место. Не до московской же типографии в самом деле пилить...

- Любое место, связанное непосредственно с книгами, думаю, подойдёт.

"Сурок" выскочил на следующий день в полдень. Под грустным и тревожным взглядом Виталины, открыла дверь с коротким перезвоном музыки ветра в букинистический магазин, и внутри он оказался мелочной лавкой Ивана Андреевича.

- Вася, куда запропастилась? - недовольно звучало откуда-то из-за прилавка от дальней стены. - Рассыпалось тут.

Моё имя... Но требуется усилие, чтобы признать в себеэтуВасилину, которая не занимается финансовым анализом, разработкой стратегий, оптимизацией операционных расходов, а отправленная на заработки в уездный город из крестьянской семьи вторая дочь. Отданная в услужение Ивану Андреевичу в его лавку через какого-то нервного господина, который вывозил из деревеньки сразу нескольких детей: кого подмастерьем, кого в помощь по хозяйственным делам.

Сказать откровенно, вот так погружаться с головой в свою не свою жизнь дико. Это как долго смотреть один фильм, а потом резко переключить на соседний канал и начать смотреть что-то другое, но смутно знакомое, с середины. Желательно ж мгновенно влиться в сюжет. А то мало ли, вдруг именно сейчас происходит ключевое событие. Надо же не упустить ничего.

И отбросить в сторону свою ту другую жизнь... Но не забыть куда, потому как пригодится ещё. Отбросить элементарные привычки, одежду по своему вкусу, видимость управления своей жизнью, телефон, интернет и всё-всё такое доступное и удобное...

И не спрашивать себя, почему эта Василина для меня существует здесь, в другом времени. В прошлом. И хозяин лавки мне известен, и про семью в голове всё обнаруживается. Будто вместе с дверью открывается отдельная ячейка памяти, и ты переходишь туда.

- Вася! - выпрямился Иван Андреевич. - Что стоишь столпом?!

- Иван Андреевич, я бегу уже.

Что ж. Смотрим этот фильм теперь. А что-то там рассыпалось - это, интересно, ключевой момент?

Из любопытного могу вам сказать, что зрение у меня и тут с дефектами. Привычно тяну руку подправить уголком пальца оправу вверх, да только нет ни оправы, ни стекол линз. Заработок в лавке в прямом смысле копеечный, и собрать на очки получится через... год?

Надо будет посчитать...

Выяснить все легальные и нелегальные места, где приторговывают редкими книжечками, не составило особого труда. Вряд ли, конечно, она еще не осела в чьем-то доме, но поиски можно было начинать с мест сбыта. И тут либо удача сопутствует мне, как верная подруга, либо закон равновесия сработал, и неделя черной полосы сменилась на чёрточку белой, либо впереди ждут крутые виражи и препятствия, а это утешительный бонус, но первым же местом оказалась антикварно-букинистическая лавка... Генриха по фамилии... Немрих. Кроме подходящих инициалов Генрих Карлович приобрел к текущему моменту двух сыновей, кои могли в подарок от отца получить краткую арифметику. Единственное, что не сходилось: у обнаруженного Немриха в наличии не было дочери Веры, и как будто не ожидалось, если судить по проседи в волосах.

В общем, как бы там ни было, а предположительный отец Веры вот недавно заглянул зачем-то в доходный дом. Подозрительно, что сразу после сообщения о дочери и пустого листа в моем конверте. Да-да, согласна, весьма продуманная и ловкая ловушка получилась.

И что делать теперь? Не бежать же за ним, неприлично девицам по доходным домам бродить... Это, разумеется, не злачное место, всего лишь дом со съёмными квартирами.

Обернулась за подсказками судьбы. Мало ли, знаете, гениальные идеи откуда почерпнуть можно... Посмотришь вот на извозчика, который оттянул покупку очков на неопределенный срок и который никуда не делся...

Не отправился по своим извозчьим делам. И вот тоже невольно подозрительным его на фоне момента посчитаешь.

Не собиралась ничего такого делать, честно. Не знаю, кто меня дёрнул, наверное, оно само. Есть такие внутренние силы.

Да и сам он виноват, сидел бы себе на козлах, зачем спрыгнул?! Когда я с моими внутренними силами рядом стою...

- Оторвались всё-таки, - с сочувствием произнесла, глядя на сдернутые с человека усы. - А...

- Ресницы настоящие, - со сдержанной злостью и совершенно другим голосом выдавил из себя "извозчик".

Ну, всё, первые искры полетели.

Для разнообразия вид для созерцания и восстановления душевного равновесия, по мнению автора:

И улочка нашего города истории, где мы остановились, побежав за Немрихом, а кто-то в этом месте остался без усов (не своих, кстати):