18. Узнавание

— Ты вспомнила? Вспомнила меня? — он порывисто обхватывает обеими руками мое лицо и таким жадным восторгом загораются его глаза, такой яростной радостью.

Опаляет меня своими чувствами. Впервые вижу, как трескается его маска на лице и проглядывают настоящие сильные эмоции. А потом он с усилием закрывает глаза и глубоко-глубоко дышит. Зарывается всеми ладонями  в мои волосы и прижимает свой лоб к моему.

— А я уже потерял надежду, — хрипло шепчет он. —  Не верил, что духи подарят нам новую встречу. Что вернут мне… Орахар сказал ждать, но какая же бездна времени прошла, маленькая моя. Каждый день — пытка,  снова и снова безжалостная пустота без тебя…

И поцелуй. Медленное осторожное и неотвратимое скольжение его губ от виска к моим губам.

Он словно крылья бабочки ласкает, так бережны и трепетны его прикосновения. Но с какой силой отзываются они внутри меня! Как обжигающе горячи его губы!

— Как я долго ждал… тебя… единственная моя…

Его губы на моих губах. Ласково и властно захватывают в плен мой рот. Его запах, вкус, прикосновения… все перемешалось в этом мощном урагане, что захватил меня.

И я вспоминаю… Он уже целовал меня. И точно также кружилась голова, и грудь наполнялась невозможным восторгом, и дыхание перехватывало от сладких спазмов в животе.

Кажется и время остановилось вокруг нас. Все замерло в ожидании… прыжка в пропасть.

В моей памяти все ярче проявляются все новые и новые картинки из моего прошлого. С ним… Мы были вместе… Близки… И не один раз!

Тревожное ржание лошадей заставило нас обоих очнуться. Я повела затуманенным взглядом по сторонам и мгновенно отрезвела.

Пожар уже захватил весь старенький домик знахарки. В его резких отблесках метались тени испуганных лошадей. Эльфийских… Самих же эльфов мне  видно не было, но я догадывалась об их участи.

Завтра весь городок всколыхнет эта жуткая новость. А мне…

— Нам пора. Уезжаем, — сделав, свои выводы хмурится повелитель. — Тебе точно не нужна помощь? Сможешь выдержать несколько часов в седле? — окидывает он меня тревожным взглядом.

— Выдержу, — киваю я, хотя полной уверенности у меня нет.

Но оставаться здесь дольше нет желания. Все же, что-то колоть в груди начинает при взгляде на огонь, пожирающий мою старую жизнь.

Тааган уверенно и быстро встает со мной на руках, будто я ничего не вешу. Прижимает к себе, будто самое ценное сокровище и несет в темноту. Дальше от трескучего гула яростного пламени, взметнувшегося уже выше крыши.

Странно, что еще никто не прибежал проверять из местных. Пожар — это общая беда для всех…

Только об этом подумала, как заметила в кустах бледное лицо Зуркаса. Его дом был ближе всех к моему. Круглые растерянные глаза встретились с моими и тут же пропали. Наблюдатель пугливо  скользнул в тень.

А я лишь устало прислонила голову к твердому плечу повелителя. Завтра мое имя будет у всех на устах. Новости быстро разносятся по маленькому городку. Что же теперь придумают местные?

Нет, мне уже это было не интересно. Как-то разом отсекло, и глаза открылись. Не думаю, что и нападение эльфов прошло незамеченным. Но никто не пришел мне на помощь. Смотрели из кустов и боялись вмешаться.

Я не винила никого, просто горько было осознавать, что за свою помощь я получила только равнодушие.

— Держись, Меора, — Тааган резко подсадил меня в седло и запрыгнул следом.

И только я открыла рот, вспомнив, чтобы узнать судьбу моего коня, что орки оставили мне в подарок, как он тихо свистнул по-особому, и в ответ раздалось радостное  ржание моего Тумана.

Он выскочил из темноты и остановился рядом, косясь на меня умным взглядом своих темных спокойных глаз.

— Туманушка... Какой ты молодец, что спрятался, — хвалю я его тихо.

Туман прядает ушами, прислушиваясь к чему-то еще и снова тихо ржет, нетерпеливо переступая копытами по земле.

А меня обнимает приятная тяжесть. Тааган кладет одну руку мне на живот и вплотную притягивает к себе.

— Скажи, если почувствуешь себя плохо, — отрывисто говорит он  и пускает коня медленной рысью.

Мой Туман пристраивается позади нас, а я облегченно расслабляюсь в надежных мужских объятиях.

Кажется, я даже успела задремать. Усталость и недавнее потрясение сделали свое дело. Очнулась только, когда Тааган бережно снимал меня с коня. Было еще темно. Я поняла, что ехали мы не так долго.

Но вокруг уже стелилась бескрайняя темная степь. Деревьев  или дороги не было видно.

— Отдохнем до утра, — объясняет нашу  остановку повелитель.

Что-то снова коротко свистит, и кони послушно отходят в сторону, не пытаясь сбежать. А Тааган подходит ко мне с каким-то плотно свернутым  тюком в руках, которым оказалось большое теплое одеяло.

— Замерзла? Поспи еще, ты совсем измучена, а утром двинемся дальше, — говорит он, тщательно укутывая меня и притягивая к себе на грудь.

Я благодарно выдыхаю и осторожно кладу ладонь на его руку. Тааган вздрагивает и опускает свой темный взгляд на мое лицо.

— Я не хочу пока спать. Расскажи мне, о моем прошлом, —  тихо прошу, понимая, что ни за что теперь не усну пока не получу ответы. —Ты ведь знал меня. Что тогда случилось? Я так и не поняла. Откуда эльфийский лес? Кем я была? Откуда я помню то, что не должна была знать? Я вспомнила лишь совсем маленькие кусочки. Но мне все равно ничего не понятно. Наша встреча… волк  и венок, что я плела. Что было потом?

Эта ночь растревожила слишком многое в моей и так не спокойной в последнее время душе. Я хочу знать правду, какой бы страшной и неприглядной она не была.

Но повелитель молчит, а в его глазах такая буря, что я обмираю от внезапной догадки. Какая-то страшная причина должна быть для этого. Почему он молчал и продолжает сейчас.

— Ты узнал меня гораздо раньше, ведь так? Там, еще в шатре. Но почему-то не говорил.  Что-то ужасное произошло в прошлом? Поэтому я потеряла память? Ты не хочешь, чтобы я об этом вспоминала?

— Нет, Меора, — сближает он снова наши лица, почти касается моих губ. — Все бы отдал, чтобы твоя память вернулась полностью, — хрипло шепчет он и целует так нежно и пронзительно, что у меня слезы выступают на глазах.

— Тебе больно? Что с тобой? — встревоженно хмурит он брови.

— Все хорошо. Ничего не болит, — всхлипываю и сама жмусь ближе к нему.

Это таким правильным сейчас кажется, таким естественным жестом.

Страшно теперь лишиться опоры его сильных надежных рук. Страшно потерять его снова. Отчего-то холодом могильным повеяло, стоило мне заикнуться про прошлое.

— Тогда… почему же ты не хочешь мне все рассказать? Может это поможет мне вспомнить больше? — растерянно спрашиваю я.

Тааган тяжело вздыхает. Его руки на моей талии тяжелеют.

— Я бы очень хотел, Меора. Но не могу, — сжимает он жестко челюсти. — Ты должна сама все вспомнить. Так сказали духи. Но я рад, что твоя память уже начала пробуждаться. Так боялся, что этого не произойдет. Что я ошибся в своих надеждах…

Старая затаенная боль мелькает в его глазах, а потом он снова целует меня. С все возрастающей жадностью и страстью. И я отдаюсь этому поцелую со всей своей отчаянной смелостью, на какую способна.

Открываюсь навстречу напористым губам Таагана. Потому что хочу узнать, снова вспомнить вкус его губ, пропитаться его волнующим запахом, воскресить в памяти ощущения от его мощного большого тела, от ласковых тяжелых ладоней, от его низкого глубокого голоса, что будоражит и вызывает внутри странное горячее томление.

Странно вспоминать все то, что я была уверена со мной еще не случалось.

Руцина ведь проводила проверку. Мое тело было девственным, нетронутым. А сейчас я вспоминаю… короткие обрывки образов, словно молнии.

Наши обнаженные влажные от страсти тела сплелись между собой на траве… Его ласкающая ладонь на моей груди… Я с улыбкой трусь об его голую кожу щекой… Сама тянусь к его лицу и целую в твердые упругие губы… Он нежно проводит пальцем по острому краю моих ушей…

Что?

Резко спешу проверить свои настоящие уши, под внимательным взглядом повелителя. Они круглые! И это не иллюзия. Тогда…

— Я была эльфийкой? Это тело… не мое? — в полном ошеломлении озвучиваю свою давнюю догадку.