глава 14
ГЛАВА 14
Руслана не знала, как сказать свекорам про поездку. Но сообщить следовало. Они поддерживали близкие отношения, часто созванивались, и уехать из города на неделю, а то и больше, не сообщив им, будет неправильно.
Вставал вопрос: как сообщить, что она уезжает не одна? С мужчиной. Вернее, с небольшой компанией.
И опять же… Разговор о поездке не шел ни в какое сравнение с тем, что предстояло Руслане дальше – рассказ о подмене детей. Свекора только-только начали немного отходить после смерти Ильи, видя своё счастье в Богдане, и тут… Ещё одно потрясение.
Да и ее родители будут в шоке.
Ситуация набирала обороты.
Лана каждую свободную минуту проводила с сыном. Особенно сейчас. Умом понимая, что генетически он не её… Не её… И всё в ней противилось этой мысли. Отторгало. Каждая клеточка. Каждый нерв.
Её он.
Слышите?
Её.
Она постоянно брала его на руки. Проходя мимо. Идя в ванную. Сидя с ним в комнате. Поползет мимо – погладит. Подойдет с игрушкой – приласкает. И так постоянно. Материнская любовь тянула её к этому мальчику с неимоверной силой.
Как и к другому. Который жил в чужом доме с фактически незнакомым для неё мужчиной.
Замкнутый круг так и не разрывался, сильнее спаивая концы.
В пятницу утром раздался звонок от Темы.
- Привет, Руся.
- Привет.
- Твоё предложение в силе?
Руслана, удерживая телефон плечом и ухом, поправила в коллаже размер.
- Конечно. Приходи.
- Я ведь приду, - в голосе друга что-то промелькнуло, выбивающееся из привычного тона.
Лана, полностью занятая работой, не обратила внимания.
- Я для этого и приглашаю.
- Тогда к восьми загляну.
- Хорошо.
День выдался хлопотным. Она доделывала две обложки и коллаж. Ещё оставалась одна незаконченная глава, которую заказчик просил перевести в выходные. В её случае – в пятницу.
Она взяла планшет на прогулку и, пока Богдан спал на свежем воздухе, сидела и работала.
К приезду Темы испекла шарлотку.
Поэтому, когда ровно в восемь раздался звонок в дверь, она, как была в шортах и майке, направилась открывать.
- Привет-привет! Захо… дите…
На пороге стоял Макар Карельский.
Если сказать, что Руслана растерялась, значит, ничего не сказать. Она прямо видела себя со стороны, как вытягивается от изумления её лицо, и как рассеянно хлопают ресницы.
По довольному блеску в глазах безопасника, Лана поняла, что именно на такой эффект он и рассчитывал.
А ещё в его руках был букет цветов.
- Приятно, когда тебя так душевно встречают.
- Привет, - ещё раз поздоровалась Лана, приходя в себя. Кого-кого, а Макара она никак не ожидала увидеть. – А что вы тут делаете?
- Принес красивой девушке цветы и решил заглянуть на огонёк. А также напроситься на чашку чая. Напоишь? На улице мерзкая погода, немного подмерз.
Если бы все последние сутки Руслана не пребывала на эмоциональном подъеме, когда хотелось плакать и выть в подушку, она бы непременно достойно отреагировала на появление Карельского. Приняла бы цветы и спровадила мужчину восвояси, что было наилучшим для них вариантом. А напоследок ещё дала бы пару адресов кафе, где подают шикарный чай.
Вместо всего этого Лана отошла в сторону и негромко сказала:
- Проходите.
Задерживаться на пороге не хотелось – где-то в комнате шумел Богдан, кидая кубиками в стену. Малыш сегодня вел себя очень активно, играл и много двигался.
- Цветы возьмешь?
Макар продолжал улыбаться. Лане ничего не оставалось делать, как протянуть руку и принять букет.
- Спасибо. Но не стоило…
В прихожей сразу стало тесно. И Лана в который раз подумала, что ей дискомфортно в обществе высоких и взрослых мужчин. Взять вот хотя бы этого гиганта. Сколько в нем рост? Не меньше метра восьмидесяти пяти, а то и все метр девяносто. Плечист. Мгновенно «съедает» площадь прихожей, и потолки в комнате ниже кажутся.
Лана решила держаться обособленно. Пришел незваным гостем – хорошо. Чаем напоит, а потом попросит уйти.
- Отлично выглядишь.
Лана успела сделать пару шагов. Черт!
Она же в коротких шортах. И в майке.
Казалось бы, что в этом такого? Одежда, она и есть одежда. Но неожиданно у Ланы возникла потребность переодеться. Прикрыться что ли. И лишь бунтарский дух заставил Лану ничего не делать.
Перед Темой ей стесняться нечего. Они давно дружили. А вот Макар… Чем быстрее уйдет, тем будет лучше. И если сейчас она кинется переодеваться, то даст понять, что реагирует на его присутствие интимно. Воспринимает его, как мужчину. Как партнера.
Не дождется.
Живя в курортном городе, невольно привыкаешь к полуобнаженным телам, как женским, так и мужским. Частичная нагота становится привычной и никого уже не удивляет. Руслана не была ханжой, но никогда не одевалась вызывающе. Илья ничего не говорил ей по поводу одежды, не запрещал глубоких декольте или короткие платья. Лана сама не хотела. Илья был ревнивым, но в меру. Ревность обычно обозначал шутками по типу: «Не ревную, но хату спалю».
Илья…
А теперь в её доме другой мужчина.
Макар разулся, повесил куртку и прошёл за ней на кухню.
- Малец озорует?
- Да.
- Это для него.
Он протянул Лане небольшого мягкого динозавра, которого она не заметила.
- Спасибо. Отдайте его сами, он любит принимать игрушки лично.
Она искала вазу. Убрала её в нижний шкаф от ненадобности. Цветы ей давно никто не дарил.
Макар, вставший в дверном проеме, облокотившись о косяк, наблюдал за ней. Руслана кожей чувствовала на себе взгляд безопасника Волгарского. Нет, с этим надо что-то делать!
Теперь она не сомневалась – он к ней подкатывает.
И это её категорически не устраивало.
Лана присела на корточки, доставая вазу. Не будет же она при нем нагибаться? Это уже воспримется откровенно провокационно. Достав вазу и поднимаясь, она снова поймала на себе изучающий взгляд Макара, который он и не скрывал.
Правильно, чего скрывать-то?
У кого-то что-то где-то зачесалось и, судя по уверенности мужчины, он не привык к отказам!
- Послушайте, Макар, это уже слишком!
- Во-первых, послушай, - растягивая слова, прервал её мужчина, скрещивая руки на груди. – А во-вторых, ты кого-то ждешь? Слишком суетишься.
- Ко мне должен прийти крестный Богданчика.
- К тебе или всё же к Богдану?
Рука с вазой замерла. Он подловил её с оговоркой, прямо по Фрейду.
Но ответить она ничего не успела, потому что в дверь снова позвонили.
Чувствуется, вечер будет тем ещё.
Послав Макару недовольный взгляд и уже в сотый раз пожалев, что не оставила его за порогом, а пошла на поводу воспитанности и пригласила внутрь, Лана поставила вазу на столешницу и направилась в прихожую.
Артем разрядит обстановку. Да и в его присутствии она будет чувствовать себя куда комфортнее.
Прежде чем подойти к двери, Лана заглянула в комнату. Богдан сидел на полу и переставлял кубики с места на место. На маму он даже не взглянул. Как и не проявил интереса на незнакомый мужской голос в доме.
Вдохнув, Лана снова подошла к двери. И повторно сделала одну и ту же ошибку.
Открыла, не посмотрев в глазок.
- Тёма, ты что так… - она не договорила.
Потому что снова ошиблась.
В гости к ней пришёл не Тема.
Волгарский.
И тоже с цветами.
***
Было бы смешно, если бы не было так феерично.
У Ланы в прямом смысле подкосились ноги.
Если раньше она думала, что самая жестокая и не поддающаяся какому-либо анализу сцена с ней случилась в офисе всё того же Волгарского, то теперь начала подозревать, что она заблуждалась.
Двое мужчин.
Без звонка.
С цветами.
У неё.
А ждет она якобы третьего.
Хуже не придумаешь.
Волгарский сразу же оценил и её растерянность, и ей смущение. А так же прошелся по её голым ногам.
Черт возьми! Создавалось впечатление, что эти два крупногабаритных самца никогда не видели молодую девушку в домашних шортах. Да, коротких, но не критичных! «Полупопия» у неё не вываливались!
- Захар, - выдохнула она, чтобы как-то прервать и гляделки, и затянувшееся молчание.
- Я без звонка. Но вижу, что не вовремя, - жестко проговорил Волгарский и кивком головы куда-то указал за её спину. – У тебя гости.
Лана обернулась, не понимая, на что именно он сделал акцент. Как оказалось, на мужские ботинки и на куртку.
Вот тут, видимо, Захар узнал, кому принадлежат вещи, потому что следующие его слова были:
- Вот как даже…
И Лану совершенно бесцеремонно сдвинули в сторону, проходя в прихожую. Девушка, закатив глаза, закрыла дверь, уже не зная ругаться ли ей вслух или выгонять к чертям собачьим обоих незваных гостей.
Она сглупила. Сильно.
Открыла дверь.
С другой стороны, что ей оставалось делать? Не открывать? Чтобы они звонили? Ну так слышно же, что в доме кто-то есть. Да и она не ребенок, чтобы играть в подобные игры.
Внезапно Лана разозлилась. А, собственно, в чем она виновата? Почему она должна чувствовать смущение и какой-то глупый стыд? Они сами явились к ней без звонка! И ещё с цветами! На фига, спрашивается? С какой целью? В пятницу, вечером! Им обоим больше нечем заняться?
Тем временем Волгарский резковато кинул букет на небольшой пуфик и так же, более ничего не говоря, начал разуваться. Лана молча наблюдала за ним, скрестив руки на груди.
Если эти двое пришли в её дом без приглашения, вот пусть сами себя и веселят. Она максимум что для них сделает – напоит чаем, и, так и быть, угостит шарлоткой.
Всё.
А цветы она возьмет. Они-то как раз ни в чем не виноваты, чтобы с ним бесцеремонно обращались.
Лана, как и любая девочка, питала слабость к цветам. Поставит их в ещё одну вазу. Осталось только найти вторую. Кажется, она где-то на балконе в коробке. Обычно Лана её заносила к праздникам, когда знала, что ей подарят много цветов.
Захар разделся и, повернувшись к Лане, негромко сказал:
- Игрушку, я так понимаю, из машины приносить не стоит?
Лана пожала плечами. Ей даже стало забавно.
- Большого размера?
- Мотоцикл.
Зачем годовалому ребенку мотоцикл?
Но взрослому мужчине, отцу такого же ребенка, виднее.
- Можно позже занести.
Ничего удивительного не было, что в коридоре показался Макар. Его появление - лишь вопрос времени.
- Твоей машины я что-то не заметил, - это Волгарский.
- Я на такси.
Мужчины смотрели друг на друга. К сожалению, Лана не могла видеть их лица полностью и поймать взгляды, которыми они обменивались. В ней поднялся какой-то бесенок. Сами виноваты, мужики.
И почему она не удивилась, когда услышала третий звонок?
Лана готова уже была смеяться в голос.
Правда, истерически.
Она даже не успела взять цветы. Зато, наученная горьким опытом, всё же посмотрела в глазок.
Тёма.
Лане ничего не оставалось делать, как открыть.
А он в шутливом праздничном колпаке и с красным накладным носом. В руках три надувных шара и торт. Её любимый – шоколадный.