ГЛАВА 17

Кира

— Я знаю, какая прическа тебе подойдет! — решительно произнесла Лира, и мы встретились взглядами в отражении.

Спросить или что-то обсудить не успела, серианка уверенным движением плеснула себе на ладонь фиксирующую массу, присланную из того же электронного магазина по моему заказу (даже не знаю, зачем ее взяла, наверное, подкупила скидка в семьдесят процентов), и запустила смазанные пятерни в мои волосы. Еще успела подумать, если ничего не получится, то придется заново голову мыть, но Лира была в себе уверена. Девушка распределила равномерно массу на моих волосах, а затем стала их приглаживать и вытягивать к затылку. Ее сильные движения заставили даже пару раз ойкнуть.

Лира собрала волосы в одном месте, свернув едва торчавшие концы в узел, имитируя пучок. Затем закрепила все это сверху фиксатором и выпустила серебристую прядь коротких волос с правой стороны. Быстро вышла в гостиную и принесла несколько огромных ярко-алых соцветий, названия которых я просто не знала. Я видела в отражении сосредоточенное выражение лица девушки, как она старалась навести красоту, и не могла даже выразить свое отношение к происходящему. Мне казалось, такая прическа мне не идет, я привыкла к свободному стилю, а тут строгость и плавность линий, да еще живые цветы, накрывшие своими большими лепестками пучок из волос.

Но Лира на этом не остановилась. Подхватив набор косметики, заказанный вместе с одеждой и обувью, она живо разобралась со всеми оттенками и принялась за мое лицо, иногда что-то комментируя себе под нос. От моих вопросов просто отмахивалась. В конце концов решила подчиниться девушке, ведь она заканчивала художественное отделение Политеха, а там вульгарщину никто не приемлет, потому пришлось довериться Лире.

Результат меня потряс. Я смотрела на свое отражение и не могла поверить, что это я. Лира сотворила чудо с помощью обычной косметики. Она затушевала шрамы, подчеркнула разрез глаз и почти скрыла, что мои веки не могут полностью открываться. Увеличение объема и длины ресниц делали взгляд томным, с какой-то загадочной поволокой. И в довершение образа на почти равнодушном лице алела огненная помада, подчеркивающая чувственный изгиб моих губ.

— Это не я, — прошептала потрясенно, глядя на свое отражение.

— Ты! Это настоящая ты! — грозно свела брови серианка и отошла в сторону.

— Но я не могу показаться в таком виде! — воскликнула я возмущенно.

— Почему это? — вздернула бровь в удивлении девушка.

— Потому что… потому что… — я не смогла подобрать слов.

— Потому что ты красива и сексуальна, — подсказала мне Лира. — Поверь мне, каждая женщина по своей сути загадка. Сейчас мы с тобой загадали еще одну, и мне очень интересно, сможет ли он ее разгадать?

— Кто? — гневно спросила я ее, вибрируя внутри от негодования и досады.

Ведь хотела промелькнуть незаметной мышкой на приеме, а с такой боевой раскраской меня просто так мимо не пропустят!

— Никто, — равнодушно повела плечом помощница и отвернулась к окну.

— Это не пойдет! Нужно все смыть! — я решительно поднялась на ноги.

Именно в этот момент распахнулась дверь, и вошел ди Грамс.

— Ты готова? — спросил он своим хриплым голосом, от которого у меня дрожь пробежала по телу.

В зеркале поймала чуть насмешливый и всепонимающий взгляд Лиры. От нее не укрылось мое замешательство от визита кирса.

— Еще нет! — запальчиво воскликнула я и потянулась за салфетками с косметическим средством, способным убрать мою боевую раскраску.

Генерал внимательно осмотрел меня, затем протянул руку и строго произнес:

— Нам пора.

Привычка подчиняться вышестоящим сработала и сейчас. Внутренне подобралась, стала серьезной и, бросив последний взгляд на свое отражение, решительно шагнула за кирсом. Мой внешний вид не имел особого значения, я отправляюсь вместе с ди Грамсом вовсе не для увеселения, а по делу. Только бы узнать, какая роль отводится мне на приеме?!

— Погоди! — донесся вслед голос Лиры. — Забыла сумочку.

Мы остановились перед дверьми, ди Грамс отпустил меня и прошел вперед, а мне в руки сунули сумочку.

— Не теряйся, это твой шанс добиться его! — тихо шепнула на ухо Лира, и в тот же миг отпрянула, не позволив возразить. — Не будь такой хмурой, а то морщинки будут раньше времени.

Ее радостное выражение лица и веселый смех при последнем замечании не смогли оставить равнодушной, и я в ответ тоже улыбнулась. Лира помахала мне рукой на прощание, и дверь закрылась, оставляя меня наедине с генералом.

— Тебе идет, когда ты улыбаешься, — вдруг неожиданно произнес ди Грамс в лифте.

Я смутилась, и приятное чувство, появившееся после последних слов Лиры, сразу же пропало. Генерал задумчиво посмотрел на мои губы, а потом отвел взгляд в сторону. Прозрачные стены кабины вновь раскрыли перед нами интерьер гостиницы. Кирсы жили своей жизнью: кто-то спешил, кто-то, наоборот, прохаживался не торопясь, другие ожидали свободных кабинок лифта, направляясь по своим делам, обслуга почти незаметно мелькала в коридорах.

Ди Грамс сделал шаг ко мне и положил руку на талию, слегка обнимая. Только набрала воздуха для гневной речи, как он успел перебить меня и заговорил первым:

— На приеме тебя представят как мою любовницу. — От таких слов захотелось еще больше возмутиться, но он снова не позволил вставить ни слова. — Это для твоей защиты. У всех возникнут вопросы, что за серианка рядом со мной? Это самый простой способ скрыть твою личность и объяснить присутствие на приеме. Все поняла?

В ответ кивнула. Куда уж понятнее! Меня ведут в высшее общество Легарты, где пленным серианцам не место. Но я зачем-то понадобилась генералу на этом приеме, так что придется свыкнуться со своим статусом.

— Тогда не дергайся и улыбайся, глядя на меня, — почти приказал ди Грамс.

— Я постараюсь, — пообещала я ему.

— Вот и умница, — неожиданно улыбнулся кирс и свободной рукой провел по контуру моего лица.

Легкое касание пальцев отвлекло мое внимание, и марга вновь тут же напомнила о себе, окутав приятным теплом, обволакивая невозможной нежностью, подталкивая в объятия ди Грамса. Он наклонился вперед и коснулся моих губ легким поцелуем, я замерла от желания — прижаться к его груди, зарыться руками в волосы и смешать наши дыхания в порыве страсти.

Ди Грамс отстранился, и я невольно подалась за ним, поймала его внимательный взгляд и опустила глаза, всеми силами стараясь справиться с собой, древней кровью и влечением, мгновенно проснувшимся рядом с кирсом. Он взглянул на меня и притянул к себе, прижимая рукой, лежащей на талии. Теперь чувствовала его всем телом, ощущала дыхание на своей коже, и сопротивляться не было сил. Единственное, что могла себе позволить — слегка отвернула голову в сторону, желая и боясь нового поцелуя, не в силах сопротивляться или оттолкнуть его. Ди Грамс нежно провел по щеке кончиками пальцев, обрисовал скулу и спустился на шею. Легким, почти незаметным движением он отодвинул край ткани и дотронулся до шрама на плече, оставшегося после шипа. Меня окатило волной желания, выдохнула полустон-полувдох и откинулась назад, прогибаясь в пояснице. Марга завладела всем моим существом, заставляя принадлежать моему мужчине здесь и сейчас.

Лифт остановился, подняв нас на посадочную площадку гостиницы. Это было спасением, хотя и временным. Марга не отступится и продолжит бороться за наш союз. Ди Грамс вывел меня из кабины и направился к легкому транспорту, ожидающему нас. Рядом с дверью стоял Лантар. А у меня еще мелькнула мысль на выходе, отчего его не было видно в номере? Очень не хотелось оставлять Лиру наедине с кирсом, если вспомнить замечание девушки о взглядах мужчины на пленницу. Адъютант мне не нравился, он часто окатывал меня презрительным взглядом, я буквально кожей ощущала его ненависть. Это только к лучшему, что девушка осталась одна в номере — сможет отдохнуть, пока нас не будет, и к ней никто не будет приставать. Все эти мысли мелькнули и пропали, пока мы устраивались на мягких сиденьях.

Марга никак не могла успокоиться, она подталкивала, разливая томление по всему телу. Справляться с собой становилось все сложнее. Кровь требовала от меня воссоединиться со своим мужчиной, ведь она выбрала, попробовала кровь кирса и знает точно, что только он мой единственный. Я напоминала себе, что он враг, генерал армии, разбившей серианцев, по его вине тысячи моих соотечественников погибли или находятся в плену, как и мой отец, о судьбе которого мне до сих пор ничего не известно. И сам ди Грамс использует меня в своих интригах, как пешку, не сообщая ничего, не объясняя, и нет никаких гарантий остаться в живых, участвуя в его интригах. Но все эти разумные доводы и напоминания разбивались о маргу, знающую точно, что только он мне нужен.

Город с наступлением вечера зажигал огни, будто стараясь стряхнуть пыльную усталость с улиц, принарядиться, украсив себя разноцветными вывесками и рекламой. Клубы зазывали приятно провести время, рестораны распахивали свои двери, и на открытых террасах, словно паруса древних кораблей, раздувались занавеси. Мы летели не быстро, иллюминаторы в легковом транспорте позволяли рассмотреть все подробно. Генерал сидел рядом в спокойной позе, также поглядывая на буйство красок рекламы вывесок.

Дом правительства был виден издалека. Парк, окружающий здание, ярко освещался, пропустить приближение нашей цели было невозможно. Высотные дома расступились, дав простор Центральному парку, и мы словно погрузились в совершенно иной мир — атмосферу торжества.

Наш транспорт дождался зеленых огней, разрешающих посадку, и плавно опустился вниз. Пилот за штурвалом проделал маневр виртуозно, соприкосновения с поверхностью я даже не заметила. Светильники располагались в полупрозрачном покрытии под ногами, это позволяло спокойно перемещаться как транспорту, совершая маневры, так и нам, не опасаясь споткнуться. Молодой кирс, принимающий транспорты, замахал в нашу сторону руками, подгоняя, чтобы мы поторопились освободить место для следующих посетителей.

Ди Грамс подхватил меня под руку, прижав локоть к своему боку, и заторопился уйти в сторону, я полностью доверилась ему, ведь он точно знал, куда идти, в отличие от меня. Адъютант последовал за нами, а наш транспорт покатил по светящейся дорожке к подземному гаражу. В тот же миг над нами свистнули моторы, совершая маневр посадки, и следующие приглашенные опустились на то место, где только что находились мы. Чуть вдалеке еще несколько легких транспортов планировали или приземлялись. Прием ожидался большой, празднование и награждение отмечалось с размахом. Шум моторов все время поторапливал, кирсы спешили покинуть освещенную площадку и быстрее оказаться в огромном здании правительства.

Размах праздника тяжестью лег на сердце. Хотя, если бы победили серианцы, мы бы тоже не поскупились и отмечали победу с неменьшим размахом.

Дорожки с подсветкой под ногами пересекали огромный парк во всех направлениях, во многих местах шла трансляция концерта, который в данный момент давался в Белом театре, — об этом мне вполголоса сообщил генерал. Музыка лилась меж деревьев, щедро освещенных со всех сторон, создавая романтическое и праздничное настроение. Мои каблучки глухо отсчитывали каждый шаг по дорожкам, а ди Грамс все так же крепко держал меня под локоть, ни на минуту не отпуская.

Огромный зал для приемов уже вместил немало приглашенных; кирсы общались, представляли друг другу знакомых, или же просто выпивали за победу. Мы прошли вглубь зала, искусно маневрируя между гостями, адъютант не отставал, все время держась поблизости.

Когда я оглядывалась, то ловила на себе взгляды кирсов — моя внешность быстро выдавала расовую принадлежность, и меня провожали недобро. Даже присутствие рядом генерала не успокаивало. Что и говорить, все же я из стана врагов, над которыми празднуется победа. Это было вполне ожидаемо, только к такому я все равно оказалась не готова. Невольно прижалась к боку ди Грамса, едва он остановился, мужчина бросил на меня внимательный взгляд и сразу понял мое состояние.

— Тебя здесь никто не тронет, я рядом, — негромко, только для меня произнес ди Грамс и, наклонившись ближе, легко коснулся губами виска.

— Мой генерал, вам что-то принести выпить? — спросил адъютант.

— Нет, Лантар, можешь отдыхать. Если понадобишься, я тебя вызову, — ответил кирс своему помощнику.

Адъютант кивнул и отошел в сторону, его тут же закрыли спины других приглашенных. Я еще пыталась разглядеть военного в толпе, но все было тщетно, слишком много кирсов находилось в этом зале. Чтобы больше не встречаться с презрительными взглядами раскосых глаз со всеми оттенками синего, опустила глаза вниз.

— Кира, тебе надо выпить. Иначе твой вид жертвы пробуждает инстинкт охотника даже в самых смирных мужчинах, — улыбнулся ди Грамс и куда-то меня повел.

Кажется, мне действительно надо было чем-то успокоить нервы, потому что сердце испуганно трепыхалось от такого количества кирсов вокруг. Наверное, даже на космическом корабле я чувствовала себя более уверенно, чем здесь, на вражеской планете, в самом сердце Легарты, где собрались не только военные, ожидающие награждения, но и самые высокие чины, легаты и члены правительства.

Генерал остановился у длинного стола, вытянувшегося вдоль стены. Здесь были выставлены всевозможные напитки и угощения. Голода не испытывала, все же ди Грамс побеспокоился об ужине заранее, а вот выпить, чтобы немного расслабиться, требовалось.

Ди Грамс сам налил нам два бокала темно-багрового напитка и протянул мне. В нос ударил незнакомый запах.

— Что это? — посмотрела на мужчину внимательно.

— Пей, тебе это поможет снять напряжение, — отсалютовал он мне бокалом и легко, буквально за несколько глотков, осушил его.

Кажется, это было какое-то вино, по крайней мере, на вкус, но вот по крепости могло запросто соперничать с самогоном, которым угощал меня генерал на своем корабле. Голова мгновенно закружилась, и я с осуждением посмотрела на своего сопровождающего. Неужели ему хочется таскать меня весь вечер на себе? Ведь от такого алкоголя быстро развезет, и я не в состоянии буду сделать ни шагу. Мои опасения оправдались: голова начала отчаянно кружиться, и пришлось вцепиться в рукав военной формы генерала, чтобы не упасть.

— Убойная штука, — тихо засмеялся ди Грамс, прижимая мою голову к своему плечу. — Сейчас отпустит. «Каира» всегда так действует.

— Лардо, милый, рада тебя видеть, — пропел женский голос за моей спиной.

— Диара, ты, как всегда, выглядишь неподражаемо, — с улыбкой отозвался кирс, продолжая придерживать трепыхнувшуюся меня.

— Не ожидала увидеть тебя на приеме, — продолжила говорить женщина.

— Отчего же? — искренне удивился генерал, даже я поверила.

— Слухи ходили о твоей гибели, — почти равнодушным голосом произнесла собеседница.

— Они оказались сильно преувеличены, — все с той же улыбкой отозвался ди Грамс.

— Кто твоя спутница? Познакомишь? — Вот теперь в голосе женщины проскользнул оттенок недовольства, граничащего с ревностью.

— Знакомьтесь, — отпустил меня ди Грамс и позволил развернуться к собеседнице. — Кира, серианка, моя любовница.

— Опять?! — Глаза цвета лазурного моря полыхнули гневом, на щеках вспыхнул красный румянец, а губы сжались. Казалось, женщина еле сдерживается, чтобы не вцепиться в мои волосы.

— Диара ди Лурье, жена легата Шанрая ди Лурье, — тем временем продолжил наше знакомство ди Грамс.

— Ты снова заводишь себе новых любовниц? — прошипела сквозь зубы Диара.

— Я свободный мужчина, не обремененный брачными обязательствами, — спокойно ответил ей генерал. — Выпьешь с нами за знакомство? Кира, тебе еще налить?

Я попыталась покачать головой в ответ, но он вдруг приподнял руку и положил ладонь на мою щеку, при этом большим пальцем коснулся губ, не позволяя произнести ни слова. Этот жест взбесил его собеседницу окончательно, Диара ди Лурье резко развернулась на каблуках изящных туфелек и быстро направилась от нас прочь.

— Генерал… а что это было? — спросила я, запинаясь, когда он убрал свою руку от моего лица.

Кирс оказался прав: действие алкоголя, которое еще несколько минут назад буквально валило с ног, отпустило, и в теле появилась необыкновенная легкость, хотелось приподняться на цыпочки, раскинуть руки в стороны и закружиться на месте.

— Лардо, — поправил меня генерал.

— Лардо, — поправилась я, — а что это сейчас было? Кто она, эта Диара ди Лурье?

— Ты же слышала, жена легата ди Лурье, — снова потянулся к напиткам ди Грамс, но теперь он наливал ту же «Каиру» только себе.

— Мне показалось, она была готова вцепиться в меня и расцарапать лицо. — Озадаченно обернулась в ту сторону, где скрылась недавняя собеседница.

— Диара никак не может смириться с моим отказом стать ее любовником, — улыбнулся мне ди Грамс. — А тут я представил своей любовницей тебя.

— Жестоко, — покачала головой в ответ.

— Она другого не заслужила, можешь мне поверить, — сжал в руке свой бокал генерал.

Он будто погрузился в какие-то воспоминания, отключившись на время от реальности, затем тряхнул головой и осмотрелся.

— Это уже старая, давно забытая история. Идем, Кира, будем танцевать. — Кирс поставил свой бокал на стол и ухватил мою руку своей сильной ладонью.

Мои возражения, что я танцам не обучена, он пропустил мимо ушей.

— Скоро начнется награждение, а это надолго и очень нудно, потому танцевать будем сейчас, — отмахнулся от всех моих слов ди Грамс.

Я почти летела за ним, едва поспевая. Он прекрасно ориентировался в залах дома правительства, кто-то уходил в сторону, позволяя пройти, других мы обходили. Генерал иногда ко мне оборачивался и ободряюще улыбался, отчего на сердце успокаивалась тревога, а предвкушение от танца растекалось по телу. Музыка лилась отовсюду, но сколько ни поворачивала голову в разные стороны, никак не могла определить зал, предназначенный для танцев. Этот почти бег разгорячил сердце, заставив биться сильнее, а на щеках заиграл румянец.

В какой-то момент рядом с нами раздался четкий ритм, перебор струнного инструмента издавал плавные и в то же время заводные звуки. Кирс остановился и резко развернулся ко мне лицом, причем это точно совпало с тактами мелодии. Быстрой, ритмичной. Сквозь его образ словно проявился хищник, он стал завораживающе агрессивным. Синие глаза вспыхнули удовольствием, и начался безумный танец. Ди Грамс прекрасно двигался и вел меня, казалось, я сама парю над полом, перебирая ногами в четком ритме. Проиграло вступление, и певец хриплым голосом, задевающим струны в душе, начал петь о жаркой страсти мужчины к женщине. Он не обещал вечной любви и прожить жизнь только с ней одной, но готов подарить свое сердце повстречавшейся красавице, а дальше только свободная жизнь и приключения ожидают его.

И Лардо стал подпевать! Это было удивительно! Он двигался легко и быстро, казалось, он жил этой мелодией, увлекая меня за собой. Синие глаза смотрели в мои неотступно, завораживая, очаровывая. Хриплый голос, напевающий рядом со мной и растекающийся по залу, производил потрясающий эффект! Кирс буквально соблазнял меня на глазах у всех собравшихся. Его руки скользили по моему телу, сжимали в объятиях, кружили вокруг него, при этом он ни на миг не отворачивался от меня.

Я поддалась очарованию момента и начала двигаться в такт сама, очаровывая, глядя прямо в его глаза и стараясь показать свой интерес к мужчине. Он прижимал меня к себе, а я повернула голову, встречаясь с ним взглядом. Оба опаляли друг друга желанием и страстью. Эта мелодия разливалась по залу, заводя все больше, заставляя часто биться сердца.

Мы были не одни, кто танцевал этот сумасшедший танец. Множество пар двигались вместе с нами в этом быстром ритме. Длинные подолы платьев взметались, кружась вокруг женщин, открывая стройные ноги, а их партнеры словно становились жестче, настоящими хищниками, какими кирсы были в древности. Дробный перестук каблуков, вращение и откровенные объятия сменяли друг друга, а мы танцевали, не замечая ничего вокруг.

Лардо пристально смотрел в мои глаза, я плавилась от взгляда, где плескалась страсть и желание. Мое тело отзывалось и стремилось к нему, к единственному, грешному.

Едва отзвучали последние аккорды стремительного танца, как ди Грамс вновь ухватил меня за руку и устремился прочь из зала, нырнул в едва приметную дверь, прошел быстрым шагом по пустому гулкому коридору и скользнул в широкую оконную нишу, увлекая меня за собой.

Он не сказал ни слова, практически впечатал спиной к стене и прижался ко мне. Наше дыхание, еще не восстановившееся после танца и быстрого шага, хрипло вылетало, смешиваясь. В этот раз Лардо не стал умерять свой пыл и целовал жадно, яростно, точно все это время заставлял себя сдерживаться и вот теперь выпустил на свободу желание обладать мной. Я отвечала со всей страстью, не в силах сопротивляться ему и себе. Мужские руки сжимали мое тело, гладя сквозь ткань бока, бедра, грудь, отчего дыхание окончательно сбилось, а голова кружилась от этой близости. Лардо убрал ткань с плеча и прижался губами к рубцу, оставшемуся после шипа, и я застонала от охватившей истомы.

— Кто он? — хрипло спросил ди Грамс.

— О чем ты? — выдохнула я, не понимая его вопроса.

— Кто тот мужчина, которого выбрала твоя кровь? — Он оторвался от моего плеча лишь затем, чтобы задать вопрос, а потом вновь продолжил целовать, поглаживать языком рубец.

— Никто, — выдохнула я испуганно и попыталась натянуть обратно платье.

Он перехватил мои руки и сжал, словно тисками, затем обнял за талию одной рукой и развернул к себе спиной, ладонью, лежащей на моем животе, плотно притиснув к себе и позволив почувствовать напряжение его мышц. Свободной рукой он сдернул платье с плеча дальше и обнажил спину.

— Марга, — выдохнул ди Грамс. — У тебя рисунок на спине.

Я мысленно застонала и подняла голову вверх, всеми силами стараясь сдержать набегающие слезы.

— Кто он? Отвечай! Кого выбрала твоя кровь и когда? — жесткий голос хлестал так, будто бил наотмашь.

— Никто! — огрызнулась ему в ответ.

— Я помню, у тебя еще были шипы, когда мы следили за зуавами на «Парусе», так когда это произошло? Это кто-то из кирсов? Ты говорила, что Дарси тебя спас, когда к тебе приставали, значит, кровь неожиданно выбрала одного из нападавших? Говори, Кира, мне надо знать! — он почти кричал, не в силах сдержать свои эмоции.

— Откуда ты знаешь про маргу? — всхлипнула я.

— Лира рассказала, — отозвался он.

А я понятливо кивнула. Правильно, девушка представить не могла, что такое может произойти, ведь это атавизм, далекое и давно забытое прошлое. Нет ничего удивительного в ее рассказе, ведь генерал ей понравился, а в этом особого секрета нет.

— Кто он, Кира? — уже более спокойным голосом вновь спросил ди Грамс и провел ладонью по рисунку.

Дернулась и прикусила губу, стараясь не застонать в голос от такой желанной и сумасшедшей ласки. Меня даже не смущало находиться перед ним с полуобнаженной спиной. Сейчас было важно выдержать и не признаться ему ни в чем, но сколько же на это надо сил!

Лардо правильно понял мою реакцию, и теперь ладонь сменили губы. Смелые, ласковые и очень настойчивые. Он покрывал поцелуями каждый завиток, переплетение, а я выгибалась от этой ласки и сил сдерживаться почти не осталось. Он снова и снова повторял свой вопрос, лишь только для этого отрываясь от меня. Его руки скользили вдоль тела, слегка сжимая его. Вечернее платье не преграда для него. Лардо обнажил полностью мою спину, стянув ткань и со второго плеча. Сопротивляться сил не было, марга не отпускала, связывая мою волю, не позволяя даже подумать об освобождении. Руками уперлась в стену перед собой и закусила губу, только чтобы не признаться, не ответить на его бесконечно повторяемый вопрос о моем единственном.

О нем.

Ди Грамс прижался к ягодицам, и я почувствовала его желание, распирающую форменные брюки плоть. Руки сжимали мою обнаженную грудь, а желание большего во мне разгоралось со страшной силой. Откинулась назад, подняла руки и зарылась в его волосах, позволяя ласкать себя, не в силах сопротивляться себе, его желанию и марге, закружившей мой разум в водовороте страсти.

Мужские губы целовали плечо, язык скользил по чувствительному шраму, а его руки спускали платье ниже, стремясь к средоточию моего желания. И я сдалась, понимая, что сил к сопротивлению больше не осталось.

— Кто он? — хрипло шептал кирс.

— Лардо, — призналась ему.

— Генерал ди Грамс, вас приглашает на встречу мессир Дорс, — неожиданно рядом с нами раздался незнакомый мужской голос.

— Как вы не вовремя! — раздраженно произнес ди Грамс.

— Прошу прощения, что помешал, — равнодушно добавил голос.

— Где он? — недовольно спросил генерал.

— Ожидает в зеленой гостиной, — ответил кирс, и я услышала удаляющиеся шаги.

— Кира, нам надо идти, но мы с тобой не закончили, — через какое-то время произнес Лардо и начал помогать приводить платье в порядок.

— Я… не знаю, что на меня нашло, — запинаясь, выдавила из себя.

— Если ты сейчас еще раз скажешь, что это случайность или что я чудовище, обещаю, я плюну на вызов легата и поступлю именно так, чтобы не разочаровывать тебя в твоем мнении, — рыкнул он мне.

— Я не это имела в виду, — заторопилась оправдаться в ответ. — Ты все неправильно понял!

— Все я понял. — Он недовольно сверкнул на меня глазами.

Серебристая ткань, точно кожей, вновь обтянула мою фигуру, застежки зафиксировали платье, не позволяя ему никуда съехать. При таком глубоком вырезе это было вполне оправданно.

Ди Грамс окинул меня взглядом, убедившись в приличном виде, и решил, что можно выходить из укромного места под взгляды гостей, хотя нас здесь все равно нашли. После этого направился по коридору. Мне ничего не оставалось, как поспешить за ним. Ворсистая поверхность под ногами заглушала шаги, неяркое освещение почти не отбрасывало тени от наших фигур.

Марга, не получив своего по праву, согревающее душу и тело тепло сменила на нещадно обжигающий кожу огонь. Меня потряхивало от пережитого, спина в тех местах, где прикасались пальцы единственного, горела, а в голове шумело от мыслей, чувств и переживаний. Ноги почти не сгибались в коленках, а тело отказывалось признавать поражение. Я еле плелась за кирсом, пристально глядя себе под ноги.

Или мне показалось, или сюда мы пришли гораздо быстрее? В недоумении подняла глаза от пола и осмотрелась. Что-то я совсем потеряла рассудок, увлекшись собственными переживаниями. Коридор был все тот же, с бледно-серыми стенами, со слабым освещением, оконными нишами на приличном расстоянии друг от друга. Неужели мы направляемся в другую сторону, ведь генерал сказал о необходимости идти на встречу с тем легатом, который приветствовал нас после прилета на планету. Я посмотрела в спину кирсу и невольно вздохнула — слишком свежи были воспоминания.

Надо срочно избавляться от этой привязанности! Я ведь почти поддалась влиянию марги! С силой сжала кулаки, ногти больно впились в кожу, оставляя следы полумесяцев на ладони. Кира, приди в себя! Перед тобой враг, кирс! Нужно избавиться от него, и тогда ты будешь свободна от выбора крови! Нужно лишь воспользоваться случаем и убить генерала.