26

Наступила гробовая тишина. Я смотрела в его красивые глаза, не мигая. Это не правда! Мой брат никогда бы не согласился встречаться с замужней женщиной.

— Ты всё врёшь, — задохнулась я.

— Ну конечно, — скривился Андрей. — Тогда скажи мне свою версию, почему я видеть твоего брата не могу!

— Потому что девушка, за которой вы оба ухаживали, выбрала Кирилла.

Воронцов вздохнул и остановился.

— Выключи телефон, Милана. Если в праздники у тебя отец отсутствовал, и Кирилл смог всё замять, в этот раз так не прокатит. Сообщат твоему отцу, а не брату. Хочешь, чтобы тебя опять заперли дома?

Немного помолчав, я все-таки достала из кармана куртки телефон и выключила его. Андрей одобрительно кивнул, и мы снова тронулись.

— Я никогда не ухаживал за женой своего отца, Милана. Поэтому твоя версия абсолютно мимо. Не буду вдаваться в подробности, но скажу как есть — Кристина была бы не против, обрати я на неё внимание. По крайней мере, когда мы жили под одной крышей, она не раз давала мне это понять. Вот только я не твой брат — настоящий лопух, который повелся на её ухищрения. Я её терпеть не мог с самого знакомства. Она мне родителей развела, да ещё и рога наставлять отцу не стеснялась.

— Тогда почему тебя отец из дома выгнал?

— Потому что таких отпетых сук, как Кристина, нельзя недооценивать, — Андрей как-то невесело улыбнулся. — Особенно если у тебя репутация проблемного сына, который… не очень хорошо себя ведёт. Я Кристину с Кириллом случайно увидел, когда они вместе в отель заходили после какого-то мероприятия. Точно не помню уже. Не поверил, решил убедиться. Убедился, до сих пор не забуду. Твой братец квартиру купил в том же доме, где мой отец свою новую тёщу поселил. Поэтому Кристина навещает свою маму гораздо чаще, чем есть на самом деле.

Она чуть ли не в ноги падала, умоляла ничего отцу не рассказывать. Клялась, что больше с Кириллом видеться не будет. Я тогда напился, домой пришёл под утро. Кристина была в моей комнате. Даже говорить ничего не стала, просто халат скинула. Наверное, думала мне так рот заткнуть.

— И ты с ней…

— Нет, Милана. Хотя может и стоило… Не так обидно было бы!

Я не выдержала и стукнула его свободной рукой.

— Хватит драться, малышка Соболева. Выходим потихонечку, приехали!

Воронцов заботливо закутал меня в куртку, что спала с плеч, пока я выбиралась из машины, и не торопился рассказывать продолжение той самой нашумевшей ночи, после которой его из дома выгнали.

— Что дальше было? — нетерпеливо спросила я.

— Ну, во всех подробностях свои пламенные речи в адрес "девушки" Кирилла-кретина я рассказывать не буду. А если вкратце, я сначала её халатик вышвырнул, потом и его владелицу, прямо в чём она осталась. Шум подняли в коридоре, народ прибежал. В общем, она заявила, что я её домогался. Мол, она шла на кухню воду попить, а я тут пьяный на неё налетел. Отец поверил. Вот тогда-то на меня и спустилась кара небесная — расп. дяй Воронцов младший получил по заслугам.

— Почему ты Кириллу не рассказал, как всё было?

— Я должен был оправдываться перед любовником жены моего отца?

Даже покраснела немного.

— Согласна, глупо. Но так ты хотя бы показал ему, с какой стервой он связался!

— Эх, малышка Соболева, не идёт тебе говорить плохие слова! — усмехнулся Андрей. — Мне родной отец не захотел слушать, что уж говорить обо всех остальных!

— Несправедливо… Обманывает мой брат, а все косятся на тебя!

— Да плевал я на всех, Милана. — Мы зашли в лифт. — Пусть твоего брата разводят как мальчишку вместе с моим отцом. Соболев у неё в роли подстраховки. Вот отдаст твой отец Кириллу-дебилу свой бизнес, глядишь, Кристина бросит моего папочку. А пока… Не выгодно.

— Хватит уже обзывать моего брата!

— Я не обзываю, а говорю неоспоримые факты. Как бы ты его не любила, засранец он знатный!

Опустила взгляд на наши скованные руки и боролась с желанием коснуться пальцами его ладони. Даже кулак непроизвольно сжала.

— Ты ведь меня не обманываешь? — тихо спросила я.

Рассказ Андрея казался таким логичным… или мне просто так сильно хотелось ему верить. Не мучиться больше от боли, пропадая без него.

— Нет, Милана. Скажу даже больше, я ещё никому об этом не рассказывал. По крайней мере, так подробно.

— Тогда ответь мне честно, Андрей. В доме у Олега ты специально всё подстроил, да? Чтобы Кириллу отомстить…

Он вывел меня на площадку и уже открывал дверь, как замер с ключом в руке после моего вопроса. Прострелил меня строгим взглядом и прошипел:

— Скажи, Милана, если ты взаправду считаешь меня таким дерьмом, почему вообще принимала мои ухаживания?

— Потому что верила тебе…

— И каким таким весомым аргументом Кирилл заставил тебя изменить своё мнение?

— Он звонил Лёше, Андрей. Спрашивал, с вами ли я, и сказал, что за мной приедет. А Лёша предупредил тебя…

— Твой брат соврал, Милана. Я знать не знал о том, что он едет.

— Да? Не складывается как-то Андрей, извини. Потому что Лёша мне слова Кирилла подтвердил.

Андрей недоверчиво покачал головой и, наконец, отворил дверь. Я уже и позабыла, как светло, чисто и красиво у него в квартире. Зная его пренебрежение к порядку, уверена, у него есть уборщица. Причем очень старательная и ответственная.

— Что он сказал?

— Сказал, что ты обещал меня увезти до приезда Кирилла.

— Не мог Лёша тебе такое сказать. — Андрей стянул с меня куртку. — Единственное, что я обещал ему, это хорошенько щёлкнуть по носу, если он продолжит его к тебе совать. Ну и добавил, что Кирилл последний человек на земле, у кого я буду спрашивать разрешения: встречаться мне с тобой или нет. Мы повздорили и Лёша ушёл. Всё.

— Вы меня с ума сведёте! Кому верить-то?

Воронцов вздохнул. Взял телефон и набрал номер Лёши. Включил громкую связь и положил его на стеклянный стол с ноутбуком.

— Молчи, Милана, — предупредил он, пока мы слушали гудки.

Лёша поднял трубку с четвёртого гудка.

— Сбросил? — услышали мы вместо «Алло».

— Как раз собираюсь, — Андрей загружал ноутбук.

— Они уже три раза звонили…

— Не дрейфь, будет им радость через две минуты. Слушай, ко мне тут приходила девчонка одна. Вроде как подружка Миланы…

Недовольный вздох на другом конце связи.

— Ты вроде говорил, что тема малышки Соболевой закрыта.

Я невольно нахмурилась. Мне не хотелось, чтобы кто-то кроме Андрея называл меня так. Хотя если подумать, то Лёша был первым, кто меня так прозвал…

— Так откроем, — железный тон, даже поёжилась. — Суть в том, что эта подружка сшила мне куклу Вуду и каждое утро дырявит ей голову иглами, якобы из-за того, что я знал о приезде Соболева и специально подставил Милану.

— Подумаешь, одной куклой больше… — хмыкнул Лёша. — Или думаешь, эта обязательно подействует?

— Да кто её знает… Я вот к чему веду, Лёха — если верить подружке, сообщил мне о приезде Кирилла именно ты.

Тишина. Наверное, в этот момент у меня уши стали в три раза длиннее.

— Бред. По-твоему я бы стал намеренно сводить вас троих? С чего бы?

Андрей сосредоточено смотрел в ноутбук, щёлкая мышкой. Загружал на почту файлы. Понять его выражение лица невозможно. Я же — плюхнулась на боковину кресла рядом и зло скрежетнула зубами. Вот ведь заливает, поверить не могу!

— Вот и я думаю, с чего бы… — вздохнул Андрей, опуская взгляд на свой телефон. — Значит, не было от Кирилла весточки?

— Нет… Если бы он звонил, я бы тебя сразу предупредил, Андрей. Обижаешь!

— Спасибо, ДРУГ, успокоил, — ударил по этому слову. — Я даже и не сомневался, что на тебя можно рассчитывать, но спросить был обязан… Отправил документы, сообщи им тогда.

— Договорились. До завтра.

Андрей отключился и поднял на меня взгляд.

— Тебе везёт на друзей, — горько хмыкнула я.

— Видимо…

— Он, правда, говорил мне по-другому. Может брат попросил?

— Не знаю, Милана. Больше похоже на то, что Лёша воспользовался моментом и открыл нас Кириллу. Чёртова собака на сене…

Он поднялся с кресла и повел меня к барной стойке.

— Ладно, малышка Соболева, давай вскрывать наручники.

Украдкой разглядывала его профиль, пока он ковырял скрепкой в замочке.

— Продолжишь на меня так смотреть — оставлю прикованной к себе.

Покраснела и отвернулась.

— Почем ты назвал Лёшу собакой на сене?

— А сама не догадываешься?

Лишь пожала плечами, встретившись с его улыбающимся взглядом.

— Не бери в голову. Просто с языка так сошло.

— Мне жаль, что из-за меня с тобой теперь друзья не общаются.

— Разве из-за тебя? — вскинул брови Андрей, а я упрямо кивнула.

— Разумеется. Я постараюсь это исправить.

— Не нужно, Милая. У меня всё хорошо.

Молча смотрела на него. Я полдня расспрашивала его о всякой ерунде, но совершенно не узнала его. Какой он, настоящий Андрей? Почему скрывается под маской безразличного ко всему мерзавца? Почему никому не открывается, держит всех в стороне?

Щелчок… В груди словно пузырь лопнул, разливая по всему телу разочарование. Подумать только, лишь полчаса назад я бы прыгала от радости, а сейчас смотрю на открытые наручники, даже не скрывая тоски.

— Ну, вот и свобода, — торжественно объявил Андрей. — Благодарить не обязательно…

Он смолкает, потому что я не даю ему убрать руку, крепко сжимая пальцы вокруг его кисти. Чувствую, как злюсь на него, и сама не понимаю за что… Хотя нет, понимаю.

— Так нравится ходить подлецом, Андрей?

— Будешь обвинять меня в том, что повелась на рассказы братца и не захотела меня слушать?

— Буду, — прорычала я. — Ты должен был заставить меня слушать! А ты даже не одной попытки не предпринял. Поставь себя на моё место!

— Я бы выслушал тебя, Милана. А не делал бы поспешных выводов. Видимо мне везёт на избранниц не больше чем на друзей! Ничего, так бывает, когда думаешь, что встречаешься с девушкой, а она оказывается ещё совсем девчонкой!

Обидно. Встала со стула, потирая руку.

— Будто ты не мальчишка, Воронцов! Поигрался немного и сам не понял для чего! Если бы я действительно была тебе нужна, давно бы мне мозги вправил, а не ждал, пока нас наручниками прикуют друг к другу.

Гордо отвернувшись, я пошла к выходу. Он догнал меня беззвучно и быстро, перехватывая мою руку и не давая дотянуться до куртки. Всего два стремительных шага, и я уже прижата к стенке, запертая между его руками. Андрей склонился к моей шее, обдавая горячим дыханием. Я моментально забыла, как дышать, чувствуя жар, исходящий от сильного мужского тела.

— Не нужна, значит мне, малышка Соболева? — низким бархатом спросил он. — Сейчас проверим, насколько я нужен тебе…