Глава 6

Эмиль

Утро началось хуже, чем я себе воображал. Вместо одной строптивой девчонки в моих объятиях меня разбудил звонок.

Навязчивый и раздражающий.

— Да!

Я потер лицо, сел на кровать. Глаза еще не открывал, но чувствовал — за окном светало.

— Доброе утро, Эмиль. Ты еще не проснулся?

— Как слышишь, нет. Дед, у меня за последние дни столько секса нет, сколько ты мне звонишь.

— Какой ты прямолинейный! Весь в отца, — Эльдар Басманов немного помолчал. — И в мать, чего греха таить.

— Давай к сути, — я похолодел.

Деда я любил. И уважал. Все детство мы с сестрой у них в городе проводили, поэтому я ему все прощал.

— Извини. У меня дело есть, Эмиль. Недалеко от твоего курорта живет очень уважаемый человек. Он пишет портреты и делает ювелирные украшения своими руками. Его работы очень дорого стоят, и едут за ними со всей страны! Быть его клиентом — честь для нас.

За дверью раздались тихие шаги. София уже проснулась.

Я закатил глаза, желая побыстрее закончить разговор с дедом, выйти из спальни и застать ее в своей рубашке на голое тело. Еще с ночи представлял, как она в ней ходит. Как она в ней спит. Из-за этого уснуть ни хрена не получалось, только под утро глаза сомкнул.

— Так вот, съезди это и забери. Хорошо, сынок? Заодно покажешься Арслану, гордость моя.

Черт.

Из-за Софии прослушал, что надо было забрать. Запомнил только имя.

— Ладно, разберусь на месте. Ты мне адрес Арслана скинь сообщением.

— Спасибо, выручил.

Бросаю телефон на кровать и взъерошиваю волосы.

Внутри нарастает адреналин. Какая она после сна? Как от нее пахнет? Также океаном и свежей росой?

Эмиль, ты поехал кукухой. Раньше тебя мало интересовало, кто и как после сна выглядит — хотел лишь побыстрее избавиться и остаться одному.

С этой девочкой все иначе. Поэтому и манит.

Я оделся, чтобы не шокировать Софию своим видом, и неторопливо вышел из комнаты.

В гостиной меня ждала интересная картина.

Аж дыхание сперло.

София проснулась и уже занималась йогой. Или как это у них там называется — когда фигуристые девушки встают на голову.

Я прищурился и сделал несколько шагов. Ближе. София занималась у окна, которое так сильно ей понравилось. Я бесшумно приблизился, чувствуя, как в груди становится тесно.

И не только в груди, черт возьми.

— Да-а, бог не обделил тебя фигурой, — протянул тихо.

Твою мать.

Лучше бы молчал и просто наслаждался видом ее задницы, обтянутой мешковатыми штанами. Но нет, надо было все испортить. София вскрикнула, потеряла равновесие и повалилась в мою сторону. Перехватить ее не составило труда.

— Ой! — болезненно вскрикнула снова.

— Поймал. Тихо. Это я.

Девочка часто дышала — сказывался испуг. И глазищами своими на меня смотрела, будто впервые в жизни видит. Не проснулась еще толком, а уже на голову встала.

Перед тем, как опустить податливое тело, я прижал ее к себе. Горячая такая. В моей рубашке. Ей идет.

— Отпусти… пожалуйста, — просит, кусая губы.

Не уверен, что могу это сделать.

Ни хрена не уверен, София.

Я покачал головой. София удивляется — брови вверх вскидывает и резко хмурится. Я бы совершил грех, если бы просто так отпустил ее.

Резко вскинув руки, переворачиваю ее в вертикальное положение. Заставляю ее ногами обвить мою талию. Деваться некуда — иначе упадет. Страх вынуждает ее прижаться ко мне своим телом.

Обвить мою шею своими тонкими пальцами.

В такой позе не спрятаться.

— Ты без рубашки, — прошелестела губами.

— Да. Твоя лишняя, — ухмыльнулся, наслаждаясь океаном эмоций в ее глазах.

Нереальная девочка. Не знаю, кто ее отец, но держал он ее в строгости. Краснеет с поводом и без.

Я таких безвинных не видел.

Даже невинные были порочнее.

— Можно вопрос, Эмиль?

— Да, — прижимаю к себе крепче.

Тело к телу. Ее грудь упругая, сквозь рубашку чувствую сквозившее напряжение.

Блд, как же это сексуально выглядит.

— Ты хочешь?.. — София резко замолчала, смутившись. — Боже…

— Договаривай.

— Я хотела спросить…

— Хочу ли я тебя?

Ей тяжело давались даже такие общеизвестные слова. Такое сыграть невозможно. Эту девочку держали крепко все двадцать лет, но в одну ночь упустили. Она сбежала с незнакомцем, чтобы покататься на сноуборде.

— Ну, хочу. Хочу тебя трахнуть. Ты же это спрашивала?

Достаточно.

Стиснув зубы, ставлю ее на ноги. Иначе одному богу известно, что бы я с ней сделал.

Девочка охает и в первые секунды неровно стоит на ногах.

— Но если бы я тебя трахнул, то прямо здесь. У окна. Запомни эту локацию.

София не понимает. Широко смотрит, но мало видит. Думает, что я ничего ей не сделаю.

А мне охренеть как хочется.

Сделать что-нибудь плохое.

— Итак, чего ты тут вытворяла, Софи? — спросил хмуро. — Угробить себя хотела?

— Это ширшасана.

— Чего?

— Так называется стойка в йоге. Я думала, ты еще спишь. Ты меня напугал, и я упала.

София сложила руки на груди — думала, что так она могла спрятаться от моего взгляда, но сделала только хуже. С такой грудью не стесняться надо, а пользоваться ею. Внимание ведь цепляет девочка, просто она не видела его никогда.

Так даже лучше.

— Так, сегодня большие планы, — выдавил сквозь зубы. — Нужно кое-куда проехаться и снова поставить тебя на сноуборд.

— Тогда завтракаем и едем? — воодушевлению Софии не было предела.

— Собирайся. Я в душ и выдвигаемся.

Я хотел ее. И глупых вопросов задавать не надо — видно все невооруженным глазом.

Я встал под ледяной душ и шумно выдохнул. Не от холода.

Просто не представлял, как провести с Софией рядом все выходные и не испортить ее.