ГЛАВА 34

ГЛАВА 34

— София… — услышала я оклик. — Сергеевна, — все же добавил мужчина. — Задержитесь, пожалуйста.

Я остановилась, поймала на себе удивленный взгляд Павла, пожала плечами, невинно улыбаясь, и, развернувшись, взглянула на Станислава Эдуардовича. Он складывал документы в аккуратную стопку и производил впечатление довольно занятого делового человека.

— Что-то срочное? — спросила я, так и оставшись стоять около двери. — А то за два лишних выходных у меня накопилась масса неотложных дел.

— Да! — уверенно заявил он, отложил свое очень важное занятие и, присев на край стола, одарил меня ласковой отеческой улыбкой.

Давид, стоявший подле него, недовольно хмурился и нервно теребил манжет рубашки, выглядывавший из-под пиджака. Я окинула их вопросительным взглядом, а в сознание закралось подозрение: что-то тут не так.

— Соня, — заговорил Станислав Эдуардович совсем не деловым тоном, как только за последним вышедшим сотрудником закрылась дверь и в помещении остались только мы втроем. — Милая, ты же знаешь, что у меня на днях юбилей?

— Да? — удивленно воскликнула я. — Простите, запамятовала! — стукнула себя полбу раскрытой ладошкой, искренне сожалея о забывчивости.

— Ничего страшного! — махнул он рукой, успокаивая меня. — Ты еще ничего не пропустила.

— А могла?

— Нет, — засмеялся он.

Я улыбнулась в ответ, все еще недоумевая, для чего все это предисловие. Переступив с ноги на ногу, я все же решила присесть или хотя бы опереться на стол. Эффектно смотревшиеся на моих ногах туфли с тонкой шпилькой на деле оказались такими неудобными, что в повседневной носке они хороши только на полочке в шкафу.

— В общем, я приглашаю тебя на празднование моего юбилея в эту субботу, — продолжил он.

— Я… — хотела, было, отказаться, но мне не дали.

— Нет-нет-нет! — замотал он головой. — Отказа я не принимаю. Будут только свои и парочка иностранных партнеров с семьями.

— Но… — Вторая попытка возразить также не увенчалась успехом.

— Машина заедет за вами в пятницу утром, — уверенно продолжил Станислав Эдуардович. — У вас же с дочерью есть заграничные паспорта?

Дар речи все еще не вернулся ко мне, и я лишь кивнула.

— Ну и отлично! — Он хлопнул в ладоши. — Значит, дело за малым. — Он искоса глянул на сына. — Составишь Давиду компанию, как его вторая половинка! — И это не было вопросом, это было стопроцентным утверждением.

— Отец! — огрызнулся молчавший до этого Давид. — Это, что за фокусы?!

— Не ори на отца! — осадил Станислав Эдуардович. — Ты опять притащишь какую-нибудь фифу, тупо хлопающую накладными ресницами, и испортишь, к чертям собачьим, отношение иностранных партнеров к нашему бизнесу! — грозно отчитывал Станислав Эдуардович сына.

— Ты сдурел?! — младший Майер вновь перешел в наступление. — Такое предлагать!

Они еще препирались, а я все никак не могла отойти от шока! Мне и впрямь предложили роль подставной подружки? Вгляделась в лицо Станислава Эдуардовича — серьезен, как никогда, следовательно, явно не шутил. Перевела взгляд на Давида, возмущавшегося и, видимо, не очень довольного решением отца. Обида кольнула, оборвав на миг мой вздох.

Недоволен? Ну, посмотрим!

— Я согласна! — вскрикнула я, и в помещении повисло молчание, а две пары серых глаз уставились на меня. — Я буду его парой на вашем дне рождения. Если это надо для бизнеса…

— Да-да, Сонь, исключительно для бизнеса, — заверил меня генеральный.

Кивнула, не спуская глаз с Давида. По его лицу пробежала тень недоумения, в глазах мелькнуло недовольство, быстро испарившееся, и вот опять его эмоции под замком.

— Я тогда пошла? — спросила я, приподнявшись со стула, и, поправив в руках разъезжающуюся стопку документов, направилась к выходу.

— Да, конечно, — отпустил меня генеральный, — я чуть позже загляну к тебе.

— Угу. — Все, что смог выдать мой перегруженный мозг.

Как добралась до кабинета, не помню. В голове такой сумбур и скачки ошалелых мыслей, что, бросив на стол документы, я опустилась на стул и бессмысленным взглядом уставилась в неработающий монитор.

Что сейчас было?

На что я согласилась?

Хотела позлить его, а что получу взамен?

Он же большой мальчик и не станет слушаться папу, пошлет всех лесом, и поминай как звали! И это хорошо, если до того, как я припрусь на этот чертов юбилей. А если на самом торжестве?

— София… — Голос Давида ворвался в нескончаемый поток моих терзаний. — Софи, — повторил он, входя в кабинет и прикрывая за собой дверь, — ты прости отца. Я не знаю, что на него нашло. Ему, правда, не хочется портить отношения с одним из партнеров, а тот очень ревностный семьянин и уже в прошлый свой приезд к нам намекал на отрицательное влияние на их деловые отношения моего холостяцкого статуса. Маразм! Согласен.

Давид замолк, взирая на меня извиняющимся взглядом. Он присел на краешек моего рабочего стола и скрестил руки на груди.

— Очень важный?

— Кто? — удивленно свел брови он. — Партнер?

Я лишь кивнула и, оттолкнувшись от стола, отъехала на стуле чуть подальше от его магнетически желанного тела, иначе мыслительные процессы застопорятся, и я превращусь в ту самую безмозглую куклу, хлопающую ресницами.

— Да. — Лаконичный ответ на выдохе, и он провел раскрытой ладонью по лицу. — Но это не твои проблемы…

— Я уже согласилась. Так что ты от меня не отделаешься, — попыталась пошутить я, растянув губы в саркастической улыбке. — Вот только я не поняла, почему в пятницу утром и зачем нужны заграничные паспорта.

— Пятницу отец объявил нерабочей во всех филиалах. Сотрудникам он устраивает выездные пикники, ну, а для членов семьи — уик-энд в Италии.

— Что?! — поперхнулась я.

— Частный самолет и вилла на побережье, — спокойно продолжил он, будто речь шла о поездке на дачу в соседнюю деревню.

Повисшая тишина искрилась непонятным волнением и недосказанностью.

— Станислав Эдуардович хотел ко мне зайти, — ляпнула я первое, что пришло в голову, лишь бы разорвать молчание.

— А… Да нет, он уже уехал. И я. пожалуй, пойду. — Оттолкнувшись от стола, он выпрямился, замер на мгновение, будто желая еще что-то добавить, но, передумав, молча вышел.

Просидев в задумчивости еще какое-то время, я глубоко вздохнула, сбросила с себя оцепенение и погрузилась в работу (а ее и впрямь накопилось немало). До вечера я пахала, не поднимая головы, а ровно в пять, покинув кабинет, уехала домой. По дороге созвонилась с Леной, предупредила, что завтра с утра жду ее у себя. Накормлю их завтраком, отведем детей в школу и поедем устраивать ее на нормальную работу.

Подойдет она Павлу или нет, я не могла знать. Но девочка она неглупая, так что еще пара вариантов была у меня в запасе.

Вот только приехав на следующее утро с взволнованной Еленой в наш офис, я с удивлением обнаружила скоропалительный отъезд Павла Валентиновича в непонятно откуда возникшую командировку.

— А почему я не в курсе? Как-никак, все приказы по личному составу должны проходить через меня! — возмущалась я стоя в приемной.

— Так получилось, — пожал плечами Давид Станиславович, проходя мимо меня в свой кабинет. — Ты уже уехала домой, и мы не стали тебя беспокоить.

— Очень заботливо с вашей стороны! — недовольно выдохнула я, прикидывая, куда теперь мне пристроить Елену.

Должность в отделе Павла — самое удачное решение, с учётом ее экономического образования, но пока откладывается. Значит, пойдем пока к маркетологам, им на время статист не помешает.

— А чего вы так взволновались, София Сергеевна? — выглянул из кабинета Давид и окинул меня внимательным взглядом.

— У меня с ним была договоренность. Он должен был протестировать сотрудника на профпригодность и, если все нормально, устроить к себе в отдел.

— Ну, так в чем проблема? Отправь ее к Волкову, он всё-таки его заместитель, — предложил он. — Да и потом, если есть вакантная ставка, оформляй, а там разберемся.

Так я и сделала! Оформила растерянную Елену на вакантную должность финансового аналитика и всю неделю выслушивала ее благодарности.

— Лен, давай ты мне сделаешь одолжение, а? Завтра в обед сходишь со мной в торговый центр, что рядом с нашим бизнес-центром, и поможешь подобрать мне вечерний наряд. Я буду тебе очень благодарна, и мы сочтемся на этом. Договорились?

— Хорошо, — смущенно пролепетала она, зардевшись.

— Мам, ты точно все собрала? — Взволнованный возглас дочери ворвался в мой безмятежный сон. — Мы не опоздаем на самолет? А машина точно за нами приедет? И мы правда-правда полетим в Италию?

— Боже, дочь, угомонись! Иначе оставлю тебя дома, — недовольным со сна голосом просипела я, натягивая одеяло на голову.

Спать хотелось до безумия, а все, потому что ночь я провела в бессонных терзаниях и размышлениях. К какому выводу пришла? Не помню, хоть убейте!

— Мам, ну вставай же! — тормошила она меня. — Давай перепроверим чемоданы.

Нехотя я все же оторвала голову от подушки, глянула на часы и с недовольным стоном рухнула обратно в объятия теплой постели.

— Юлька! — рыкнула я. — Ты бы в такую рань в школу просыпалась.

— Ну, мам, школа — это не Италия, — резонно заявила она, и кто бы спорил…

— Станислав Эдуардович обещал прислать за нами машину к десяти, так что у меня еще полно времени.

— Деда Стас? — недовольно сморщила нос Юлька. — А я думала, Давид, — мечтательно протянула она и упала рядом со мной. — А вообще, мам, почему ты с ним не встречаешься?

Я опешила и только и могла, что открывать и закрывать рот, хватая воздух большими глотками и пропихивая его в себя, не позволяя застревать в пересохшем горле.

— Он такой классный! — продолжила дочь. — И так смотрит на тебя! На меня так Тимур смотрит, когда думает, что я не вижу. — Она помолчала немного и добавила: — В общем, если ты решишь с ним встречаться или выйти за него замуж, я не против! — дала она свое одобрение и, вскочив, умчалась прочь.

Вот это поворот!

За нами действительно заехал Давид, сославшись на то, что так удобнее, он все равно ехал мимо. Всю дорогу до аэропорта и почти весь полет эти двое общались между собой, словно лучшие друзья.

Трехчасовое путешествие в шумной компании именинника и его родни, затем еще около часа в небольшом арендованном на выходные автобусе, и мы прибыли на место.

— Софи, дорогая, с приездом! — приобняв меня за плечи и оставив легкий поцелуй на щеке, приветливо окликнул меня Павел.

Видимо, удивление — это мое нормальное состояние на ближайшее время.