Глава 14.

– Да блять! – ревёт Стас, когда видит алую кровь, стекающую по моему лицу, и мгновенно выскакивает из моей комнаты, оставив меня в оцепенении осознавать случившееся.

Брат только что ударил меня по лицу. Острая боль пульсирует в разбитой губе, а щека горит огненным отпечатком его ладони. Скорее всего, будет синяк. Каким бы злым он раньше не был, он не позволял себе подобного, а сегодня перешёл черту. Я не смогу скрыть рану на губе и синяк под длинными рукавами, а значит эти следы жестокого обращения со мной будут выставлены на всеобщее обозрение…

– Вот, возьми, – через несколько мгновений Стас неуклюже протягивает мне ледяную подложку с куриными бёдрами, а я смотрю на неё отсутствующим взглядом и не двигаюсь с места.

Я нахожусь в состоянии, близком к шоковому. Всё, о чём я могу думать, это – что сказать маме, когда она увидит следы побоев на моём лице, и что со Стасом сделает Руслан… От одной этой мысли холодный ужас сковывает моё тело.

– Ты меня слышишь? – брат чуть ли не в лицо тычет мне замороженными частями курицы, наконец вырвав меня из оцепенения, и только тогда я поднимаю на него взгляд. С удивлением замечаю в его глазах то, чего никогда не видела прежде, по крайней мере до сегодняшнего дня – страх…

Не говоря ни слова, поднимаюсь с пола и прохожу мимо него в ванную, чувствуя, как каждый шаг отдаётся болью. Отрываю пару листов бумажных полотенец и прикладываю к саднящей губе. Боюсь смотреться в зеркало, потому что знаю – увиденное меня не обрадует. Крови уже меньше, но замечаю, что моя любимая домашняя зелёная футболка испачкана тёмно-бордовыми пятнами.

– Ань… – брат появляется в дверном проёме ванной.

– Что? – наконец выдавливаю я, собрав остатки сил.

– Ты сама виновата. Нахрен ты меня спровоцировала? – выдаёт он, а я не могу поверить своим ушам.

– Я тебя вообще не трогала… – шепчу я, ощущая, как внутри поднимается волна гнева.

– Чё теперь, нажалуешься своему бойцу?

– А если нажалуюсь, то что? – мой голос внезапно обретает силу и вызов.

– Думаешь, я не знаю, кто он? Гоша узнал этого типа. Мать в шоке будет, когда узнает, с кем ты связалась, – шипит он с ядовитой уверенностью.

– Мы не встречаемся, – отрезаю я, хотя внутри всё сжимается от мысли, что Стас что-то узнал о Руслане.

– Да ладно? А чё он таскается за тобой на работу? Подвозит до дома? Впрягается за тебя? А? Да я уверен, что ты тогда ночью к нему бегала, пока мать была на работе, – каждое его слово буквально сочится обвинениями.

– Ты собираешься меня этим шантажировать? – я нахожу в себе силы усмехнуться, хотя губа тут же отзывается болью. – Тогда мама узнает, какое ты чудовище на самом деле.

Впервые за долгие годы рядом с братом я не ощущаю себя в позиции слабого. Чувствую что-то новое – власть над ситуацией. Я знаю, что он боится Руслана, я уверена в этом на все сто процентов, и теперь его физическое здоровье буквально находится в моих руках. Превосходство… Интересное чувство. Новое, приятное…

– Я хочу договориться… – неуверенно бормочет Стас, и я не могу скрыть удивление. – Я ничего не говорю матери о твоём мужике, а ты не говоришь ему… об этом…

Он кивает на моё разбитое лицо, и мне так мерзко становится, что я не могу сдержаться.

– Да пошёл ты, – с презрением выплёвываю я и ухожу из ванной в свою комнату, захлопнув за собой дверь.

Сбросив испорченную футболку, я с трудом натягиваю чистую. Слышу, как громко закрывается входная дверь. Видимо, Стас решил слинять из дома на случай, если я уже пишу Руслану и жалуюсь на него. Господи, какой же он трус!

Опять иду в ванную, чтобы под холодной водой отстирать пятна крови, пока они окончательно не въелись в ткань. Наконец, собрав всю свою смелость, я поднимаю глаза на своё отражение и едва не вздрагиваю. Бледное лицо с болезненно опухшей губой и пылающей алой щекой выглядит чужим. Такое не скрыть даже под слоем тонального крема. Думаю, что холод всё же лучше приложить…

Отмываю кровь, закидываю футболку в стиральную машину вместе с остальными вещами и возвращаюсь в свою комнату, где до сих пор лежат замороженные куриные бёдра на подложке. Заворачиваю их в полотенце и осторожно прикладываю к лицу. Прохлада немного притупляет боль, даря временное облегчение.

Мысли бешено кружатся в голове… Допустим, маме я могу сказать, что по невнимательности пропустила удар на тренировке по боксу, но с Русланом этот фокус не сработает. Он сразу обо всём догадается, и тогда последствия для моего брата будут весьма печальные. Но хочу ли я, чтобы его покалечили? С одной стороны – наверно, да. Но с другой… Что может сделать с ним Руслан? Он пригрозил ему тем, что сломает руку, но неужели он реально сделает это? Что будет с мамой, когда она узнает, что Стаса покалечил человек, которому я нравлюсь и с которым мы тесно общаемся? Тогда ей придётся узнать и то, что Стас поднимал на меня руку последние месяцы… Наша семья разлетится вдребезги, как хрупкая ваза, и эти осколки ранят всех нас.

Брат предлагает договориться, только вот одного его молчания мне недостаточно. Я хочу большего. Чтобы он вообще не приближался ко мне, пусть лучше делает вид, что меня не существует. У него это временами отлично получалось. Через пару месяцев всё закончится, ведь я всё равно уйду из этого дома – осталось просто немного потерпеть его присутствие.

Но больше всего меня пугает другое – я не хочу видеть, как Руслан снова срывается и теряет контроль. В такие моменты мне становится очень страшно. И как бы он не успокаивал меня, что никогда не причинит мне боль, в эпизоды его неконтролируемой агрессии я чувствую себя ужасно… Только как бы теперь не попадаться ему на глаза? Ведь он знает, где я учусь, где работаю, где занимаюсь боксом, а теперь ещё и в курсе моего точного адреса.

Убираю холод от лица и ещё раз внимательно разглядываю в зеркале масштабы трагедии. Мне бы пару дней не видеться с ним, а дальше под тональным будет можно скрыть следы. Синяк если и будет, то, судя по всему, небольшой, да и рана на губе, к счастью, не такая уж глубокая. Пока стою у зеркала, телефон вибрирует от входящего сообщения:

«У тебя всё хорошо?»

«Да, уже ложусь спать. Стас так и не вышел из своей комнаты» – печатаю я очередную ложь.

«Спокойной ночи, малышка. Завтра не получится встретиться, друг приезжает с другого города, но я всегда на связи».

Какое невероятно удачное стечение обстоятельств! Хотя бы завтра мне не придётся выкручиваться, придумывая причины избежать нежелательной встречи. А дальше можно будет сослаться на учёбу и пробные экзамены… Ловлю себя на мысли, что наше общение выглядит как переписка парня и девушки. Он отчитывается передо мной, хотя совершенно не обязан. От этой мысли в груди разливается предательское тепло...

«Хорошо. Спокойной ночи» – набираю я.

Сердце бешено колотится, когда я, набравшись смелости, добавляю смайлик-поцелуй и молниеносно отправляю сообщение, не давая себе шанса передумать. Словно этот крошечный символ может сгладить мою ложь. Сообщение мгновенно прочитано, но ответа нет. Душу царапает разочарование, и я в порыве удаляю этот злосчастный смайлик. Но почти сразу приходит ответ, от которого внутри всё сжимается:

«Верни на место»

«Отправила по ошибке» – отвечаю я, и через секунду вижу входящий от Руслана.

– Да… – растерянно выдыхаю я.

– Захотелось ещё раз услышать твой голос и убедиться, что всё хорошо, – его голос обволакивает, заставляя пульс ускориться.

– Всё хорошо, правда, – заверяю его я и намеренно перевожу тему. – А что за друг приезжает? Откуда?

– Вадик с Новосибирска. Он раньше жил здесь, мы с ним на боксе познакомились много лет назад, вместе начинали в боях участвовать. Два года не виделись.

– А чем он сейчас занимается? – уточняю я, потому что отчаянно надеюсь, что на одних подпольных боях жизнь не заканчивается, что люди бросают эту опасную деятельность и идут дальше. Возможно, этот Вадим своим примером сможет убедить Руслана оставить опасный мир подпольных боёв позади как можно раньше…

– Вот и узнаю. Мы давно не общались, если честно… А почему ты спросила? – с нескрываемым любопытством интересуется он.

– Не знаю… Наверно, хотела убедиться, что из… этой деятельности можно выйти… – признаюсь я.

– Можно, конечно. Никто не дерётся до старости. Тебя это беспокоит?

– Я видела синяки и раны на твоём лице… – слова горчат на языке. – Это не выглядит здорово…

– Ты переживаешь за меня? – его голос внезапно становится мягким, интимным, и я закрываю глаза, не зная, что ответить, и боясь обнажить свои чувства.

– Малышка, я взрослый крепкий мужик и давно дерусь. Тебе не стоит за меня волноваться. Я знаю, что делаю. Но, признаю, что мне приятна твоя забота, – его голос теплеет в конце, и я почти физически ощущаю его улыбку. – Что ты сейчас делаешь?

– Лежу в темноте, – врать уже становится привычкой, хотя на самом деле я сижу в кресле, прижимая холод к пульсирующей губе. – Завтра много уроков, потом я сразу домой.

– Если хочешь, я выкрою время и заберу тебя со школы и подвезу до дома? – предлагает Руслан, и в любой другой ситуации я бы согласилась, но точно не в ближайшие дни…

– Не нужно, всё нормально. У меня ещё факультатив по русскому языку, не знаю, когда точно освобожусь…

– Если что, звони мне. Ладно?

– Хорошо… Спокойной ночи ещё раз, засыпаю уже...

– Спокойной ночи, Анюта. Ты ничего не забыла?

– О чём ты? – неуверенно интересуюсь я.

– Поцеловать меня на прощание, – смеётся Руслан, и теперь уже обе мои щёки вспыхивают огнём.

– Я по ошибке отправила, честно… – бормочу я, захлёбываясь смущением.

– Ладно, я понял, – его голос звучит мягче, чем я заслуживаю. – Отдыхай, малышка.

Завершаю звонок и отношу куриные бёдра обратно в холодильник. Стас так и не вернулся домой, видимо, наш разговор мы продолжим уже завтра. Чувствую, что виски пронзает острая боль, а я даже не притронулась к домашнему заданию. Обычно, я делала его в школе после уроков, но сегодня литературу отменили, и Руслан сразу забрал меня на тренировку. Ладно, поставлю будильник на пять утра и сделаю всё перед школой, вроде там не задали ничего серьёзного… С этими мыслями я умываюсь и ложусь в кровать, надеясь, что утром всё и правда окажется чуточку проще. Утро вечера мудренее, так ведь говорят...

***

Утром еле встаю по будильнику и сразу же бегу к зеркалу. Губа всё ещё немного опухшая, на ранке образовалась запёкшаяся кровь, а на щеке появился небольшой синяк. В целом, не так всё ужасно, ну или я себя успокаиваю таким образом. Если застану маму, то мне придётся начать свою ложь уже с утра пораньше…

Быстро принимаю в душ, а после делаю себе кофе и сразу сажусь за уроки. Стаса всё ещё нет дома, но мне это даже на руку. Хочу ещё раз всё хорошо обдумать, прежде чем сообщить ему свои условия договора. После семи слышу звук проворачивающегося ключа в двери и по голосу, доносящемуся из коридора, понимаю, что это мама вернулась с ночной смены. Через минуту она заглядывает ко мне в комнату.

– Доброе утро, милая, – она подходит ко мне, чтобы обнять, но замирает, когда видит моё лицо. – Господи, Анечка, что с тобой случилось?

Я замечаю в её глазах тень застывшего ужаса, но не придаю этому значения.

– Это? А, сама виновата, – отмахиваюсь я. – Вчера на тренировке отвлеклась и пропустила удар.

Мама заметно выдыхает, будто она ожидала услышать что-то куда более страшное.

– Анюта, это что за у вас там тренировки такие? Где людей калечат…

– Мамуль, всё нормально, быстро заживёт. Это бокс. Говорю же, сама виновата. Буду внимательнее в следующий раз… – я встаю с кресла и обнимаю её.

– А почему ты сразу мне не сказала?

– Даже не подумала об этом… Ничего же страшного не произошло, – улыбаюсь я и чмокаю маму в щёку. – Позавтракаем вместе?

– Да, конечно… Пойду приготовлю… Анют… – внезапно мама застывает на месте и с горечью разглядывает меня, особенно отметины на лице. – Если бы тебя кто-то обижал, ты бы сказала мне об этом? Правда?

– Странный вопрос, – наигранно удивляюсь я. – Кто меня может обидеть? Ты же знаешь, я вообще ни с кем не конфликтую и всегда соблюдаю нейтралитет.

– Сказала бы? – настаивает мама.

– Ну конечно, мамуль. Ты можешь не переживать, всё у меня хорошо. Просто немного пострадала от своей же невнимательности, – улыбаюсь я.

– Ладно, хорошо… – кивает она. – А Стас спит ещё?

– Его нет дома, вчера вечером не приходил, – пожимаю плечами я.

– Вот паразит и не предупредил ведь…

– Он взрослый уже, мам.

– Взрослый… Но для матери вы всегда дети… Ладно, милая, собирайся в школу, я пойду завтрак приготовлю.

Она уходит, и я выдыхаю. Вроде бы мама приняла очередную мою ложь за чистую монету, но почему тогда задала этот вопрос? Неужели она не до конца мне поверила? И почему облегчённо вздохнула, когда я сказала, что получила удар на тренировке? Что она боялась услышать? Но, к сожалению, мои вопросы так и останутся без ответа, потому что я не хочу развивать эту тему…

Мы завтракаем, и я убегаю в школу, предварительно всё же воспользовавшись тональным средством, чтобы особо не привлекать к себе внимания. Но, к сожалению, перед первым же уроком моя разбитая губа становится объектом обсуждения моих одноклассниц…

– Анечка, что с тобой? – Лиза с передней парты оборачивается ко мне и впивается взглядом, полным фальшивого сострадания. – Неужели твой парень тебя бьёт? Ты не должна об этом молчать. Если он занимается боксом, это не значит, что он имеет право распускать руки…

– Стоп, – резко обрываю я этот поток бессмыслицы, чувствуя, как внутри закипает гнев. – О чём ты вообще говоришь? У меня нет парня, и никто меня не бьёт. Я вчера на тренировке удар пропустила.

Лиза хищно улыбается, словно кошка, загнавшая мышь в угол.

– Ну как же. А кто тебя забрал после школы вчера? Наш Димочка узнал его, это же Руслан Раевский. Бокс, бои без правил… Уже все старшеклассники обсуждают, как ты, наша тихоня, урвала себе такого парня, – Лиза кривит губы в ядовитой усмешке, а я заливаюсь румянцем.

– Это всё неправда, – обороняюсь я. – Он всего лишь мой тренер по боксу.

Так гадко на душе становится, вообще не понимаю, кому какое дело до моей личной жизни...

– Ну ты имей ввиду, говорят, что девчонки рядом с ним не задерживаются, надоедают ему быстро… – вкрадчиво продолжает Лиза. – Не питай иллюзий.

– Да хватит уже обсуждать это! – взрываюсь я, хватаю рюкзак и вылетаю из класса, чуть не сбив с ног входящую учительницу.

Чувствую себя так, будто меня окатили помоями с ног до головы. Снова эти слухи о Руслане-бабнике... Только вот мне он таким не кажется… Помню же, как он сказал, что если бы он хотел со мной переспать, то мы бы уже сделали это. Может, у него действительно серьёзные намерения? Или я просто наивная дурочка, которая всё ещё верит в сказки?

Возвращаться на урок не хочу, поэтому плетусь к кабинету обществознания, где у нас будет следующий урок. Погружаюсь в тесты ЕГЭ, пытаясь утопить тревогу в учёбе. Это помогает, но лишь отчасти. На остальных уроках иногда ловлю на себе заинтересованные взгляды и слышу шушуканье за спиной, но, слава богу, никто больше не решается подойти ко мне с идиотскими вопросами.

После школы сразу мчусь домой и по пути собираюсь с мыслями перед разговором с братом. Мама сегодня вечером снова уходит в ночную смену, так что у нас с ним будет возможность обсудить детали нашего договора. Я готова пойти на это, чтобы в спокойствии жить дома до конца учебного года. А с Русланом я как-нибудь всё решу. Сделаю так, что он ничего не узнает…

Когда захожу в квартиру, вижу, что мамы уже нет дома. По куртке и кроссовкам понимаю, что брат вернулся. Набравшись смелости, стучусь к нему в комнату, и дверь открывается почти мгновенно.

– Нажаловалась? – бросает он вместо приветствия, прожигая меня ледяным взглядом.

– Об этом я и хочу с тобой поговорить. Жду тебя на кухне, – отвечаю неожиданно твёрдым голосом и ухожу.

Впервые я не чувствую себя слабее брата, и разговаривать сегодня мы будем на равных.

– Я ничего не расскажу Руслану, если ты больше не тронешь меня, – чеканю я, когда брат появляется на кухне. – Игнорируй меня, делай вид, что меня не существует, мне всё равно. Но тронешь меня хоть пальцем, и я всё ему расскажу, и дальше уже будешь сам с ним разбираться. Я не знаю, за что ты меня так ненавидишь, но больше я не буду терпеть твои издевательства. Если я не могу защитит себя сама, то меня защит Руслан.

– Ох, Анька, ну ты и парня себе нашла… – усмехается Стас, сложив руки на груди. – Сразу взлетела, гордая такая, смелая… Как бы потом не пришлось больно падать…

– Я не собираюсь с тобой ничего обсуждать, – раздражённо бросаю я. – Ты или принимаешь мои условия, или я звоню ему прямо сейчас, а что будет дальше, меня не волнует…

– Ладно, так и быть, потерплю тебя. Всё равно скоро свалишь… – ухмыляясь, говорит брат с видом, будто делает мне великое одолжение.

– Договорились, – холодно отвечаю я и впервые за несколько месяцев не сбегаю в свою комнату, чтобы спрятаться, а прямо при брате иду к холодильнику и демонстративно достаю контейнеры с едой, чтобы поужинать.

Брат кривит губы и уходит, и я считаю это своей большой победой. Да, не без травм и не без помощи Руслана, но всё же мне удалось поставить Стаса на место. Всё закончилось, и меня это очень радует.

Руслан сегодня весь день не выходит на связь, и я даже рада этому. Вечером я ещё раз прикладываю холод к губе, наношу заживляющую мазь на ночь и впервые за долгое время засыпаю спокойно. Я наконец-то чувствую себя в безопасности в собственном доме. Подумать только – то, что для остальных норма, мной воспринимается как подарок небес…

***

На следующий день ближе к обеду получаю сообщение от Руслана:

«Привет, малышка, тебя забрать сегодня со школы перед тренировкой?»

Моё сердце пропускает удар. Чёрт, я совсем забыла отменить тренировку… Мы ни при каких обстоятельствах не должны встретиться сегодня. Ни за что. Волна паники захлёстывает меня, пальцы трясутся, пока я судорожно печатаю ответ.

«Привет. Слушай, я забыла предупредить. Сегодня не смогу позаниматься, у меня завтра пробный экзамен по русскому языку, буду после школы и весь вечер готовиться» – отправляю ему очередную порцию лжи, пока сердце стучит, как бешеное.

«Ладно, хорошо. Жди в гости вечером, выйдешь ко мне на пять минут» – приходит через минуту, и я хмурюсь.

«Извини, сегодня правда никак».

Тишина. Сообщение прочитано, но ответа нет. Тревога ползёт по позвоночнику ледяными мурашками. Я отчаянно пытаюсь хоть как-то спасти ситуацию и придумываю порцию очередного обмана:

«Я просто у одноклассницы буду, мы с ней вместе решаем тесты и проверяем друг друга»

«Я понял тебя. Не оправдывайся» – приходит через пару секунд, и я застываю в неведении – поверил он или нет?

Набираюсь смелости и решаюсь позвонить ему, чтобы убедиться…

– Да, Анюта, – отвечает Руслан после третьего гудка.

– Я просто хотела сказать, что у меня правда жуткий завал на учёбе, куча уроков, факультативы, потом ещё к однокласснице идти… Не хочу, чтобы ты подумал, что я тебя избегаю…

– А у меня есть повод так думать?

– Так вот я и говорю, что нет…

– Как там твой брат?

– Молчит, мы с ним не общаемся. Думаю, он всё понял с первого раза… – я делаю глубокий вдох. – Спасибо тебе. Я ведь так и не поблагодарила тебя, что ты заступился за меня…

– Пустяки. Я всего лишь сделал то, что должен быть сделать давно, ещё когда увидел первый синяк на твоей руке.

– Теперь всё будет хорошо, – уверенно произношу я, потому что знаю, теперь это точно правда. – Ладно, мне пора. Пока… Увидимся, когда я немного разберусь с учёбой…

– Конечно. Пока, Анюта.

Отключаю звонок и выдыхаю с облегчением, будто сбросила тяжёлый груз с плеч… Проходит ещё два мучительных урока, а после я сразу же иду домой. На работе я тоже предупредила, что меня не будет пару дней, так как заболела. У подъезда сталкиваюсь с мамой, которая вышла в магазин, и предлагаю ей помощь, но она отказывается.

Захожу в квартиру, Стас дома, но теперь меня это больше не тревожит. Прохожу в свою комнату, переодеваюсь и сажусь за уроки. Минут через пятнадцать слышу стук в дверь. Наверно, мама забыла ключи. Такое уже случалось и не раз. Из-за того, что много работает и мало спит, иногда она становится рассеянной. Без задней мысли выхожу в коридор и открываю дверь. Ох, лучше бы я этого не делала…