Глава 19

София жевала хот-дог, откусывая по маленькому кусочку. Она наслаждалась пикантным сочетанием пряной моркови и острого кетчупа. Послеобеденное солнце грело слабо. За время их пребывания возле дома, где нашли тело Эммы, Софии позвонили уже в четвертый раз.

Места возможного пленения Шейна таяли очень быстро, совсем как мороженое на солнце. Квартира бывшей жены, дом матери, комната давней подружки, подвал тату мастерской, в которой Фредерик Морель оказался всего лишь помощником мастера.

— Не мельтеши, — спокойно сказала София, слизывая капельки соуса с губ.

Марта вздохнула, усаживаясь на качели. Детская площадка гудела, переливаясь плачем, смехом и шумом множества игрушек. София сидела на бортике песочницы, решая какой-бы кусочек хрустящей булочки отправить в рот.

— Как ты думаешь, по какому принципу он выбирал дома, где оставлял мертвых девушек? — развернула полупрозрачную обёртку инспектор.

— Вы же говорили, что на отшибе, возле поля, перед парком.

— На отшибе много домов, Марта, — София задрала голову, разглядывая крышу жилого дома.

— Не знаю, — Марта пожала плечами, одежда пропиталась потом и неприятно липла к телу, — методом тыка.

— Только не наш Хью — Фредерик. А вообще-то, знаешь, Марта, на самом деле никто ничего не делает методом тыка. В любом случае есть какая-то система, что-то толкает выбрать то или иное число в казино.

София выбросила недоеденный хот-дог.

— Третьи сутки пошли, Марта. Как думаешь, сколькоон продержится?

Страх сковал Марту. Он мучал ее постоянно, сжимая в своих бездушных объятьях и лишая сил бороться. Но иногда становилось совсем плохо, и она теряла надежду.

— Боюсь, что он разозлит Хью и тот вколет ему яд раньше, чем Шейна добьет диабет.

— Я надеюсь, что Хью хорошо его привязал, — София встала, присматриваясь. — Иначе придется судить Шейна за убийство, а не Фредерика.

София сфотографировала мансардную крышу жилого дома, затем приблизила изображение зумом. — Что ты думаешь об этой крыше, Марта? Раньше у меня не было фотографий целиком. — Какая-то курица или петух, — отмахнулась Марта, тяжело вздыхая.

На коньке крыше была установлена небольшая фигура птицы. София встала на лавочку и сделала еще несколько фотографий, затем спрыгнула и побежала к машине.

— Это не петух, Марта, — на ходу копаясь в телефонной книге смартфона. — В европейской традиции феникс — это существо, возрождающееся из пепла, а для японцев это не так. Их птица не обладает огненными способностями, зато она крайне редкая, появляется на этот свет всего лишь раз в тысячу лет, и живет очень, очень долго.

Марта бежала за Софией:

— Японская мифология! Хью выбирал дома с фениксом на крыше? — закричала Марта, ускоряясь.

Но София ее уже не слышала, она отдавала указания:- Пошли кого-нибудь в два других дома! Пусть делают снимки и сразу отправляют мне, а ещё пусть ищут подобные новостройки по всему Парижу. Это проект одного и того же архитектора. С виду дома отличаются, но я больше чем уверена, что на коньке крыши у всех есть небольшой феникс. Сейчас очень модно смешивать стили, культуру.

Марта потирала вспотевшие ладони, машина Софии стояла на месте. — Мы так и будем сидеть? — Нам нужна информация.

Сил почти не осталось, безысходность сжирала Марту изнутри. Чем больше проходило времени, тем меньше она верила, что когда-нибудь увидит Шейна.

Тишину, воцарившуюся в салоне автомобиля, нарушила веселая мелодия популярного рингтона. София уверенно взяла трубку.

— Говори, Мартин!

К вечеру обнаружилось несколько зданий с фениксами на крыше. Прошло много времени, прежде чем полиция установила имя архитектора и смогла найти необходимые постройки. Они отсеяли те, где давно жили люди, а также те, что стояли в центре города. В итоге осталось всего два жилых дома, но находились они в противоположных концах Парижа. София защелкала пальцами по приборной доске. Часы показывали пол шестого — это лучшее время, чтобы простоять пару часов в длиннющей пробке.

— София, к вам ближе семнадцатый округ, но там нет наружной пожарной лестницы — стационарно закреплённой к стене здания. К своему дому мы уже едим, — по громкой связи послышался знакомый голос Мартина.

— Это значит, что Шейн скорее всего в их доме, да?

У Марты тряслись руки, кружилась голова и слипались глаза, усталость и нервное потрясение брали свое. Ей казалось, что еще несколько часов и она просто упадет в обморок от переживаний.

— Это может быть и ложный след, — включила мигалку София, чтобы как можно быстрее добраться до места назначения.

Дорога к дому номер тринадцать по улице Батиньоль-Монсо была самым страшным испытанием в жизни Марты, она никогда не забудет те сорок минут, что длились целую вечность. На подъезде к округу София выключила полицейскую сирену. Как и в прошлый раз инспектор пыталась оставить Марту в машине, и даже пригрозила, что прикует ее наручниками, но Марта следовала за ней. Времени пререкаться не осталось. Солнце почти село, город погрузился в полудрему. Полицейские старались двигаться, как можно незаметнее. По стене забегали в здание, разделившись на три группы.

София выбрала средний подъезд. Наверное, в этом и состояло истинное чутье — нюх настоящего сыщика. Попасть в десятку с первого раза, несмотря на миллион противоречивых обстоятельств и спорных фактов.

Люди в черной форме с оружием на перевес толкнули Марту к стене. Она ударилась затылком, ее еще раз отпихнули в сторону. От длительных рыданий в ушах стоял непрекращающийся звон, ступени лестницы уплывали из-под ног, она схватилась за голову. Будто во сне послышался грохот, шум, отдельные выстрелы, а из рации, стоявшего неподалеку полицейского, хриплые звуки:

— Объект обезврежен! Срочно сообщить в службу спасения! Пострадал инспектор полиции. Повторяю! Пострадал инспектор полиции! Заложник на сигналы не реагирует.