Глава 4 Пропажа

Кассандра За эти дни ни разу не видела такого красивого рассвета. Вернее, не так. Я никогда не обращала на него внимание, поскольку концентрировалась на мелочах, вместо того чтобы замечать более масштабные вещи. И впервые задумалась о том, что за свои двадцать шесть лет была счастлива только рядом с Брайаном. Ни в глубоком детстве, ни последние пару лет, когда мне казалось, что все переболело, и я готова перекроить себя и жить спокойно без оглядки на прошлое. Годы работы и учебы в Финиксе сейчас кажутся смазанными, невзрачными, будто какое-то время Создатель рисовал мою жизнь простым карандашом, а теперь в ней снова появились краски. Я даже обижаться не могу. Пусть Брайан сбежал от меня, пусть убеждает в своем наплевательском отношении, я знаю его лучше, чем кто-либо другой. Возможно, лучше, чем он знает самого себя. И у нас это полностью взаимно: Кроу по-прежнему чувствует меня на каком-то паранормальном уровне, предугадывая каждый мой следующий шаг. Чем еще объяснить свою находку в тайнике, который действительно оказался за найденной книгой? При нажатии на заднюю панель оттуда выдвинулся небольшой ящичек, где я обнаружила сверток. Бросаю взгляд на белый лист, лежащий на прикроватной тумбочке, и не могу не улыбнуться при виде послания: «Кассандра, надеюсь, ты приятно провела время. Запомни, все самое секретное я храню в голове». Он не сомневался, что я начну обыскивать его кабинет, и организовал мне целый квест. Забавно вышло. Я так ничего и не выяснила, зато скоротала свое одиночество. Но на сегодня я также заготовила особый план. Умываюсь, привожу себя в божеский вид и спускаюсь в столовую, прихватив с собой телефон. Пока кофемашина варит кофе, который у меня, к слову, стал неплохо получаться благодаря Лорен, ввожу в браузере запрос: «Ханна Робертс, Лос-Анджелес». Всемирная паутина с первой попытки выдает нужную Ханну. Оказывается, она – медийная персона в Городе ангелов. Пролистываю по диагонали череду статей о сети ее салонов красоты. Наслышана о таких, но не знала, кому они принадлежат. Щелкаю по ссылке ее странички в известной соцсети, и передо мной открывается целый фотоальбом с однотипными селфи, в основном, перед зеркалом. Признаю, девушка шикарна. Не все, имея деньги, умеют вкладывать их в себя с умом. В Ханне все в меру, и это лишь укрепляет мою ревность. Быстро листаю снимки, но ни на одном из них не вижу ее вместе с Брайаном или людьми, смахивающими на родственников. Возвращаюсь в поисковик и меняю тему запроса: «Ханна Робертс, семья». Где-то на четвертой странице нахожу статью из желтой газетенки. В ней освещалось благотворительное мероприятие с участием семейства Робертс. Рассматриваю Ханну, стоящую под руку с коренастым лощеным мужчиной, по которому сложно установить возраст из-за застывшей мимики. Он определенно увлекается ботоксом в желании выглядеть помоложе. Эти двое запечатлены на фоне стенда с логотипами спонсоров. Фото низкого качества, словно это снимок, сделанный с другого распечатанного снимка, но мой взгляд выцепил кучку людей, стоящих поодаль в стороне. К несчастью, из памяти не стереть наружность типов, некогда вхожих в наш дом. Обозленные взгляды, запечатлевшие преступления, тюремные наколки, бритые головы. Они и не стараются слиться с толпой, нагнетая устрашающее впечатление одним только присутствием. Лиц тех, что стоят позади, не видно, но я почти прилипаю к экрану, когда замечаю руку, выглядывающую из-за спины одного из громил. Из-под края короткого рукава рубашки виднеется тату: уголок до боли знакомого крыла раненой орлицы. Отец Ханны – и есть тот, на кого работает Брайан? После завтрака я окончательно смелею и дохожу до того, что роюсь в вещах Кроу в поисках подходящей одежды, прикрывающей руки. Единственная рубашка, которая у меня есть, еще не постирана, да и пуговиц на ней больше нет. В просторном гардеробе аккуратными стопками сложены футболки, на вешалке висят однотонные рубашки и брюки спортивного кроя. Ни единого делового костюма. Хихикаю, вспоминая нелюбовь Кроу к пиджакам и галстукам. Он и в школе всегда плевал на правила и расстегивал верхние пуговицы. Своевольный и независимый – в этом весь Брайан. Как одержимая, зависаю в царстве его запаха еще на какое-то время, прежде чем покинуть спальню с одной из его рубашек, бейсболкой и солнечными очками. Мне потребуется конспирация, чтобы навестить маму и узнать о состоянии ее здоровья. *** – Добрый день. Я пришла к Миранде Агилар, – приветствую угрюмую сотрудницу регистратуры городской больницы. – Вы ей кто? – Не глядя на меня, она начинает что-то быстро набирать на клавиатуре. – Ее коллега. – Ваше удостоверение личности, пожалуйста. Протягиваю ей фальшивую ID-карту, предоставленную Брайаном. Девушка начинает так досконально ее инспектировать, словно я собираюсь прорваться к мировой знаменитости. – Мисс, скоро закончится время для посещений. Можно поскорее? – тороплю ее любезным тоном. – Мисс Кортес, – вторит она с выражением, копирующим мое обращение к ней. – Миранду Агилар вчера перевели в другую клинику. Сердце ухает вниз от внезапного приступа паники. Что, если ее увезли те люди? – В какую еще клинику? – Мне запрещено выдавать подобные сведения посторонним людям, не родственникам. – Подождите, но у нее никого не осталось! Как узнать о ее самочувствии? Собеседница хмурится, всматриваясь в черные очки на моих глазах. По всей видимости, она и сквозь них различает уровень моей тревожности. Настороженно осмотревшись по сторонам, девушка понижает голос и огорошивает следующим ответом: – Получается, кто-то все же остался. Ей оплатили дорогостоящее лечение в другой клинике и в срочном порядке транспортировали еще вчера. *** Брайан По идее, я должен испытывать облегчение оттого, что Кэсси скоро уедет, – все-таки именно это было целью моего приезда в Вашингтон. Но вместо легкости испытываю гнетущую тяжесть. Макс предложил другой план действий, и я взял время на раздумья, поскольку провернуть его, не сделав хуже никому из близких, – задачка не из простых. Я до последнего не хотел втягивать брата в свои дела, да еще и подставлять в свете нового назначения, но из структур я больше никому не доверяю. «Семья для того и нужна, чтобы прикрыть, особенно если кто-то из нас сильно облажался», – его слова, сказанные перед моим уходом. Полдня я проспал в номере отеля, а ближе к вечеру Ханна, которая обычно присылает бесящие голосовые сообщения, удостаивает сухим текстом: «Буду поздно, нас позвали в ресторан на закрытое мероприятие». Все понятно. Она включила режим гадюки, чтобы я перешел в режим дрессированного пса с тапками в зубах. Нет, детка, со мной это не прокатит, даже несмотря на то, что наши отношения требуются для дела, и разбрасываться ими я точно не стану. Тем более теперь. Я должен каким-то образом установить жучок на вилле Дона, и в самое ближайшее время. А как это осуществить с таким основательным обыском? Только через его дочь. Но есть гигантская проблема: все доступные поверхности в доме регулярно проверяют детекторами. Многоступенчатая система безопасности, чтоб ее… В ответ на сообщение Ханны отправляю короткое «ОК» и блаженно разваливаюсь на кровати, раскинув руки и ноги в разные стороны. Для меня праздник – провести вечер в одиночестве и тишине. Без нужды притворяться или улыбаться, когда охота помолчать и подумать. Что делает Кэсси? Мне не дает покоя один вопрос, но задать его ей – значит признать собственное неравнодушие. А этого категорически нельзя делать. Даже если на секунду представить, что в нашем прошлом не было ее предательства, нам все равно не суждено быть вместе. Я несвободен во всех смыслах этого слова. Второй день держусь и не смотрю записи с камер. Нет желания лишний раз тревожить свое с трудом уравновешенное состояние. Поэтому достаю воображаемый ключ, запираю им свой сундук с лучшими воспоминаниями и, мысленно вышвырнув в окно, набираю сообщение (чтобы малость раскрасить свой скучный вечер, разумеется). Брайан: «Чем занимаешься?» СМС не прочитано ни через минуту, ни через полчаса, ни через час. Я ей телефон для чего оставил? Чтобы он лежал в пакете бесполезным грузом? Кассандра продолжает лишать меня покоя не то что действиями, а полным бездействием. Бесит. Двигаю в душ, надеясь смыть с себя раздражение, возникшее на пустом месте. Оно портит жизнь, вытесняя из головы все рациональные мысли. Черт возьми, мне нужно собраться и взбодриться, а все, о чем я думаю, пока стою под душем – о голой Кассандре и ее соблазнительной заднице, которую я награждаю шлепками в наказание. Стекающая по коже вода не дарит успокоение, а вынуждает достать наружу воспоминания о том, как меня гладили ладони Кэсси, задерживаясь на нижней части живота и не решаясь спуститься ниже. Раньше я хотел учить ее всему сам. Вместе с ней постигать науку секса, исследовать каждый дюйм наших тел, чтобы не пропустить ни одной скрытой эрогенной зоны, о которой мы оба не подозревали. Попробовать все мыслимые и немыслимые грани удовольствия, потому что та кареглазая девочка была моим всем. Я хотел ее всю целиком и без остатка, хотел делать ее счастливой, ведь это делало счастливым и меня. Стерва. Почему от нее так жестко кроет? Почему в постели с Ханной мне требуется предварительный разогрев, а в случае с Кэсси достаточно одного взгляда, одной улыбки, одного мизерного контакта, чтобы мое тело моментально пробудилось? Как сейчас, например. Закрыв глаза, сжимаю затвердевший член и начинаю скользящими движениями водить по нему кулаком, представляя, что это делает она. Опираюсь свободной рукой на кафельную стену душевой кабины и продолжаю заниматься односторонним сексом, прокручивая в голове «кино» с Кассандрой в главной роли. Вот она прячется в бассейне и смотрит снизу вверх, источая пламя злости. Ее нагота скрыта под водой, но это лишь сильнее распаляет, так как в моих фантазиях я присоединился бы к ней и взял прямо в бассейне. В следующем эпизоде она вышагивает по моему дому голышом, словно это для нее обычное дело. Дико хочу стиснуть ее попку, чтобы услышать возмущенно-довольный вскрик, но этот образ ускользает так же быстро, как первый. Я перехожу к финальной сцене своего фильма и вижу другую Кэсси: раскованную, податливую и так пылко отдающуюся мне в операторской клуба. Хочу дождаться ее протяжного стона, но вместо этого стону сам, поскольку кончаю в реальности. Сердце наносит хаотичные удары по ребрам. Дышать сложно, видеть – и подавно. Сомкнув глаза, позволяю себе ненадолго отдаться во власть оглушающего забвения. Жаль, оно мимолетное. Сброс напряжения на пару минут дарит чувство легкости, а после все повторяется заново. Злость и раздражение. Раздражение и злость. Они стали моими постоянными спутниками. Не дрочить же круглосуточно, черт побери? Выйдя из ванной, марширую к телефону. По-прежнему пусто. Будь по-твоему, Кассандра. Сама нарвалась! Быстро ввожу нужный пароль для подключения к видеосистеме своего дома и начинаю нервно кликать между окнами, пытаясь определить, в какой комнате скрывается моя пропажа. Ни в кабинете, ни в спальнях, ни в гостиной, ни в столовой ее не нахожу, а вот при переключении на гараж у меня аж челюсть похрустывает от негодования. Ровно в этот момент моя ненаглядная крадучись прошмыгивает внутрь со стороны потайного входа. Вздыхаю, не найдя ни ругательств, ни сил на то, чтобы возмутиться ее очередным неповиновением. Привык, похоже. Говорят, привычка формируется за двадцать один день, но Кассандра умудрилась поставить рекорд, привив ее мне в кратчайшие сроки. Живая, и на том спасибо. На ней мужская рубашка, завязанная узлом под грудью, и джинсы. Подключаю звук, и даже дистанционно слышен расслабленный вздох Кэсси, когда она срывает с головы мою бейсболку и встряхивает копну волос. Моя неугомонная «заложница» стоит неподвижно, пялясь в одну точку, но внезапно переводит взгляд прямо в камеру. Невольно отшатываюсь от телефона. Какого хрена? Это я ее подловил на очередном нарушении правил, а не она – меня! И что за выражение лица, не понял? В ее глазах сквозит такая решимость, что мои ладони охватывает зудом. Мне опять хочется основательно приложиться к ее мягкому месту, чтобы приструнить буйный нрав. И это недобрый признак иссякающего терпения. Кассандра превращает меня в какого-то дикаря, ей-богу. С минуту мы пялимся друг на друга через экран, а потом она устремляется в дом. Последовательно переключаюсь между изображениями с разных комнат, отслеживая ее перемещения. Разворачиваю картинку во весь экран, как только Кэсси заходит в спальню и начинает без колебаний раздеваться. Камера в ее комнате встроена в специальное двустороннее зеркало, которое выглядит как обычное. Подобные устройства предусмотрены в каждой комнате дома. И не только такие. Мы и в прошлом общались с Кассандрой на уровне телепатии, но чтобы настолько… Будто прочитав мои кровожадные мысли, она приближается вплотную к зеркалу и, не отрывая взгляда от своего отражения (то есть от меня), выбирается из остатков одежды. Оставшись абсолютно голой, бестия перекидывает кудрявые волосы на одно плечо, открывая моему взору край татуированного крыла. На фоне смуглой кожи оно делает ее похожей на ангела. Падшего ангела греховной красоты, коварно ворвавшегося в мою жизнь, чтобы на сей раз забрать ее окончательно. Она охренеть как красива в единственном одеянии из нательной росписи. Кассандра обхватывает сочную грудь и начинает крутиться перед зеркалом, демонстрируя свои формы то с одной, то с другой стороны. Я еще в клубе обратил внимание на ее рельефный пресс и подкачанные ножки. Про профессиональные движения под музыку можно вообще не упоминать. Сглатываю, почувствовав, как черная агрессия постепенно подавляется растущим возбуждением. Снова. Кэсси поворачивается задом и наклоняется за снятыми трусами, выставляя перед моим ошалевшим лицом свою ничем не прикрытую щелочку. Наглая, бесстыжая ведьма! Придвигаю телефон еще ближе, чтобы не пропустить ни единой детали. Бывшая проделывает действия неспешно, намеренно наэлектризовывая воздух вокруг себя. И, что еще удивительнее, вокруг меня тоже. Восставший член подрагивает в нетерпении, раскрывая полотенце на моих бедрах. Как видно, с этой девчонкой он готов пахать без перерыва. Укладываюсь на постель, чтобы было поудобнее лицезреть на этот раз настоящее кино, не идущее ни в какое сравнение с тем, что я запускал в своей больной голове. Но Кассандра явно решила меня подразнить. Она выпрямляется и с легкой улыбкой, скрывающей за собой неразгаданный мной смысл, отправляется к ванной. Догадалась, где находится камера? Возле тумбочки Кэсси останавливается и хватает телефон. Я делаю то же самое со вторым смартфоном, ожидая от нее ответ. Вижу статус «Прочитано», но вместо реакции на мое сообщение она равнодушно кладет свой гаджет на прежнее место и скрывается за дверью ванной.