Глава 14

Иллюзии растаяли без предупреждения, выбросив нас с лордом Льеном из прохлады эльфийских лесов в пески Великой пустыни. Я подслеповато щурилась от яркого солнца, чуть поодаль в магическом круге приходили в себя перерожденные, все как один мрачные и задумчивые. Ночь ужаса осталась для многих кошмаром, так похожим на обычную грезу. Эдриану Сатору удалось освежить это воспоминание, показав, чем бы все закончилось, если бы светлые эльфы не прошли ритуал перерождения.

– Не думал, что это было бы так. Полное истребление, – горько прошептал Нэйрэль и уставился себе под ноги.

Произошедшее в Золотом городе изрядно встряхнуло принца. Он выглядел бледным и потерянным, словно лично побывал в самой Бездне.

– Огненным саламандрам некому было помочь. – Владыка Араэн положил руку на плечо сына. – Светлые и темные заключили союз намного позже. Но сейчас мы не одиноки. Ты не одинок. Раер помнит о своем брате, я не оставляю надежды вернуть сына.

Медленно, точно во сне, Нэйрэль повернулся к отцу и еле слышно выдохнул:

– Я больше не достоин называться твоим сыном.

Резкий хлопок заставил всех вздрогнуть, я тоже подпрыгнула, хотя именно мои руки воспроизвели этот неожиданный для всех звук:

– Так! Если мы во всем разобрались, то предлагаю свалить в местечко попрохладнее и уже там разобраться в ваших запутанных родственных связях.

Сатор! Вот как можно быть таким противным?! Точнее, сейчас противным считали как раз меня.

Как же стыдно-то!

«Прости, Тэлли, но так нужно. Ты же хотела, чтобы тебя считали крутым парнем. А парни, они не разводят сопли, они жестче и… Задница гхара, Тэлли, только не смей падать в обморок!»

Лицо горело от стыда, мысли разлетались в голове потревоженным роем пчел, было сложно сконцентрироваться на какой-то одной. Прошлое и настоящее сплелись воедино, порождая в голове новые яркие образы. Слишком яркие. Они затмевали реальность, солнце и то стало жечь не так сильно.

Когда ноги сделались ватными, я ухватилась за протянутую руку лорда Льена и попросила перенести меня домой.

Лорд Адамант Вэриан Льен

Мое появление на пороге замка с пресветлой леди Аратэль на руках вышло эпичным.

Всегда ценил эффектный выход на сцену, но тут получил новый бесценный опыт. Эльфы лезли из всех щелей, как тараканы, до этого момента я и не подозревал, что в замке так много остроухих. Свет один знает, где они до этого прятались.

– Девочка моя! Наконец-то! – Далаи сбежала по лестнице и жадно всмотрелась в лицо спящей Аратэль.

Настоящее лицо.

Действие оборотного зелья закончилось, как только мы вернулись в школу темных. Оставив перерожденных под присмотром мастера Охрона, я переместился в земли клана Золотой лозы. Эдриан Сатор пытался по-быстрому прикрыть лицо девушки иллюзией, но как только мы попали к эльфам, понятливо отменил магическое преображение.

– Что с ней? – Далаи с тревогой посмотрела на меня.

– Сон. Глубокий и, надеюсь, целебный.

– Я приглашу целителя. Идемте, господин. – Далаи поспешила в замок.

Я же обернулся и окинул взглядом собравшихся во дворе. Наметанный взгляд мигом выделил воинов и боевых жрецов. Сейчас они были одеты в простые одежды, но я чувствовал их взгляды, направленные на меня, и считывал эмоции.

Любопытство. Страх. Надежда.

Я не ошибся в эльфах клана Золотой лозы.

– Если хотите, подойдите ближе.

Дважды повторять не пришлось. Меня обступили, взяв в плотное полукольцо. Вид серебристо-черных рун на лице госпожи заставил многих помрачнеть. Но страх… его по-прежнему не было. Здесь хорошо знали Аратэль, любили ее и доверяли.

– Это правда, – ответил я на безмолвный вопрос эльфов. – Аратэль оказалась в Ильнооре в ночь, когда темный жрец Мидар предал свой народ и попытался открыть врата в Бездну. При помощи черного мага она провела для жителей столицы ритуал, изменив их изнутри. Тьма Мидара отступила, она не стала атаковать тех, кого сочла союзниками.

– А сам верховный жрец? – спросил немолодой эльф в тяжелом зимнем плаще.

Забавный выбор одежды для Вечнозеленого леса. Суровых зим здесь не бывало, природные магические источники создали уникальный край, в котором мягкая весна переходила в жаркое лето, а природа обновлялась незаметно в течение года. Одни деревья засыпали и сбрасывали листву, а на других в это же время распускались цветы. Вечнозеленый лес был уникальным средоточием и переплетением Света с магией стихий.

А этот остроухий словно выбрался из ледника и теперь тихо прел в своем плотном плаще, под которым прятал доспехи.

– Мидар мертв. И вы имеете все шансы к нему присоединиться. Смерть от теплового удара не щадит даже светлых.

Воин хмуро посмотрел на меня, а потом сбросил плащ, явив тяжелые латы паладина Света. Еще несколько эльфов с заметным облегчением последовали его примеру.

– Магия Аратэль изменилась, она отметила ее лицо и тело…

Я не сводил взгляда с паладина, малейший намек на ненависть в его взгляде – и я покинул бы замок. Но воин лишь сглотнул и глухо произнес:

– Каждый из нас помнит, что эта малышка сделала для клана. Она ушла с Мидаром, когда мы не смогли ее защитить. Мы не уберегли свою светлую жрицу, так нам ли судить ее за то, что она изменилась?

– Аратэль к нам вернулась. И это главное! – пылко подхватила эльфийка в темно-зеленом платье.

Я заметил на ее шее медальон с символами стихии Земли. Светлые целители не могли лечить темных, так что в свое время я лично озаботился, чтобы маги-стихийники также овладели этим искусством.

– Аратэль нужна помощь мага. Я могу рассчитывать?..

– Конечно! Говорите, что от меня потребуется!

Решение оставить Аратэль в ее собственных покоях было самым сложным из тех, что я сделал за последнее время. Но в школе темных меня ожидал Владыка Араэн, а в столице полным ходом шло расширение особняка Сатор. Под руководством Элмара это здание превращалось в замок.

Представляю, как взбесится Сатор, когда узнает. Я уже заметил, что этот бесплотный темный проявляет чересчур живой интерес к происходящему в материальном мире. Значит, когда придет время, он примет все мои условия.

Аратэль

Мое пробуждение походило на сон. Удивительный и такой долгожданный. Я лежала в своей постели и боялась даже пошевелиться. Я была снова в своих покоях. Над головой мягко сиял расшитый золотыми нитями изумрудный балдахин, а со стен смотрели птицы и звери Вечнозеленого леса. В шесть лет я сама попросила украсить так свою комнату, позднее роспись эльфийского художника окружили цветочным орнаментом и элементами лепнины. Так что теперь казалось, будто лесные обитатели заглядывали в гости сквозь арочные окна, облюбовали каменные перила террасы и в любой момент могли войти и влететь в спальню, чтобы пожелать доброго утра.

Знакомое хлопанье крыльев заставило меня метнуться к окну, чтобы отбросить тяжелую портьеру, и в комнату вместе с ярким солнечным светом влетели золотистые кольбари. Эти крошечные птички вили гнезда под крышей замка, а питались сладким соком винограда. Кольбари и виноградная лоза были изображены на гербе нашего клана. Птички заполнили мою спальню, они словно почувствовали возвращение хозяйки. Кольбари кружили над моей головой, садились на волосы и плечи, спускались на выставленные вверх ладони и совершенно не боялись. Для них я оставалась прежней Аратэль…

Лорд Вэриан Льен перенес меня в родовой замок, и это был не единственный сюрприз.

Действие оборотного зелья закончилось. Личина Ардена спала, сменившись моим настоящим лицом, на котором темным серебром были выведены руны иного мира. Зеркало безжалостно отразило все знаки, я обвела пальцем один из них, и из моего горла вырвался горестный стон:

– Так кто же я теперь такая?

– Наша Аратэль. Дочь лорда Кристэля и леди Лирэль.

Я узнала голос тетушки Далаи в тот же миг, как его услышала. Стремительно обернувшись, я всмотрелась в лицо сестры моего отца, страшась увидеть на нем следы брезгливости или страха.

– Моя девочка. Моя бедная, но такая сильная малышка!

Далаи раскрыла мне свои объятия, и я укрылась в теплоте рук той, кого считала своей второй матерью.

* * *

Лорд Вэриан Льен навещал мой замок. Он и Владыка Раер инициировали расследование череды внезапных исчезновений на землях светлых. Темные маги с позволения Владыки прочесали эльфийские леса и обнаружили в них захоронения. Лорду Льену удалось отыскать останки моих родителей и перенести их в усыпальницу клана.

Я смотрела на каменные изваяния лорда и леди клана Золотой лозы, и слова лились из меня непрерывным потоком, это была моя исповедь, мое прощание с теми, кто подарил мне жизнь. Ворвавшийся через открытые двери ветер мазнул по щеке, словно вытирая слезы, а потом прошелестел страницами книги, лежащей у меня на коленях.

Лорд Вэриан Льен…

Его называли Вечным, бессмертным бичом порождений Бездны. Его отряд Света очистил Вечнозеленый лес, но вместо того, чтобы повернуть на запад на территорию дриад, гномов и людей, Эльен Вечный ушел во мрак земель темных.

Я уже видела лорда Льена в доспехах Света, но тем страннее было обнаружить его на книжной иллюстрации хроник «Темных времен».

– Никогда не любил этот рисунок. Художник безбожно польстил натурщикам.

Лорд Льен опустился рядом на скамью и ткнул пальцем в высокого эльфа с мечтательной улыбкой на лице.

– Угадай, о чем он сейчас думает?

– О славных победах вашего отряда?

– Гадает, подействует ли на меня яд до того, как художник закончит картину. Я выдержал сеанс позирования, а потом полночи харкал кровью. Улыбчивому эльфу пришлось сложнее, он больше не смог осчастливить мастера своим присутствием, так что эту рожу пришлось рисовать по памяти.

– Вы его убили? – еле слышно прошептала я.

– Маленькая кровожадная эльфийка… – Лорд Льен смеялся надо мной, а я чувствовала, что улыбаюсь в ответ. – Нет, я не убил этого остроухого, но после нашего поединка в дуэльном круге художники больше не писали с него картин. Рожа малость пострадала.

– Зачем вы все это мне рассказываете?

– Далаи взяла на себя смелость познакомить вас с темными временами. Так что я всего лишь вношу свой вклад в ваше образование. Никто не скажет, что в школе темных эльфы Ильноора зря потратили время.

– Так это все ради престижа школы?

– Конечно. – Лорд Льен важно кивнул, поджав губы, но при этом его глаза весело блеснули в полумраке. – Мой любимый проект. И подозреваю, в ближайшие годы он станет стремительно развивающимся.

– Темный Альянс восполнил нехватку в истинных темных за счет перерожденных светлых.

– О да… – Улыбка лорда Льена была откровенно торжествующей. – До Раера только начало доходить, какую возможность он упустил. Ничего. Еще лет сто-двести на троне Владыки, и он сможет играть в эти игры на равных.

– А ваш совет? Совет Темных? Как они восприняли эту весть?

– А вот вы, Аратэль, можете играть в эти игры уже сейчас.

Мягкое одобрение в голосе высшего демона намекало, что я ухватила самую суть. Потомки демонов Бездны гордились своей кровью, притягивающей Тьму. Но сейчас у них появились конкуренты, обладающие собственным природным источником Тьмы.

Тревога сжала мое сердце.

– Темные издавна охотились на тех, кто слабее…

– Именно поэтому Ильноор до сих пор остается закрытым городом. Право на его посещение выдается Владыкой Араэном.

– А он советуется с вами.

Молчаливый кивок и бесконечно довольное:

– У Совета Темных нет ни шанса…

– …прибрать Ильноор к рукам, – эхом подхватила я.

– Я уже говорил, что из вас вышла очень умненькая темная? Ваши родители гордились бы вами.

Я посмотрела на каменное изваяние родителей, украсившее их надгробие, и мне показалось, что губы матери дрогнули в улыбке. Или же всему виной была игра светотени?

Светлые эльфы чтили ушедших в вечность. Их свет возвращался в природные реки силы, щедро разлитые на землях Вечнозеленого леса. Раньше мне казалось, что я слышу голоса в шелесте листвы, в шорохе травы или завывании ветра. Так было раньше, когда я еще обладала силой светлой жрицы, способной чувствовать природные источники силы.

Тьма меня изменила. Мне было не суждено услышать родителей снова, я могла лишь попрощаться и отпустить их.

– Спасибо вам… – Хотела сказать, как ценю то, что лорд Льен сделал для клана, но с губ сорвался лишь тихий всхлип.

– Светлые. Вы даже поблагодарить толком не можете. Всегда разводите сырость.

Чуть шершавые пальцы коснулись моей щеки, стирая слезы. Лорд Льен с улыбкой смотрел на меня. Сейчас, в полумраке, его лицо казалось мягче, а в глазах вспыхивал огонь. Удивительно, я за эти три года сделала все, чтобы убежать и отдалиться от лорда Льена, а он, отпустив меня, все равно стал ближе.

Подземелье я покинула с чувством покоя и светлой грусти. Усыпальницу родителей возвели возле кованой ограды, обвитой диким вьюнком. За ней начинались виноградники. Хорошее место. Папа точно бы одобрил. Я прикрыла глаза, вдохнула сладковатый воздух. Вот и все…

Лорд Льен стоял чуть поодаль, тактично отвернувшись. Я сцепила руки на животе, чувствуя, как метка на ладони пульсирует успокаивающим теплом.

– Мне придется вернуться в школу темных?

Он обернулся через плечо, и на мгновение мне показалось, что я увидела в темных глазах демона сочувствие.

Показалось.

Губы лорда Льена растянулись в язвительной усмешке:

– Хотите остаться? А как же быть с клятвой, которую вы столь опрометчиво дали своему близкому другу?

Медальон на моей шее дернулся, точно живой. Эдриан Сатор слышал наш разговор.

– Вы поможете Эдриану? Его можно оживить?

– В вашем голосе столько энтузиазма. Так и хочется вручить вам… лопату.

– Лопату? Мне? Но зачем…

Высший демон иронично вскинул бровь.

Действительно, что же это я. Черные маги недалеко ушли от магов Смерти, а ритуалисты те еще некроманты.

– Я не готова откапывать Эдриана Сатора. Это…

– Понимаю. Это совершенно неприемлемо для бывшей светлой. В таком случае вас ждет не менее увлекательное задание.

– И какое же? – еле слышно прошептала я.

– Обретение самой себя. Самокопание на полноценные раскопки не тянет, но уверяю, вас ожидают удивительные открытия.

Я бы сочла, что лорд Льен надо мной издевается, но сейчас его взгляд был таким серьезным. Казалось, он смотрел прямо в мою душу и видел все потаенные чувства.

Мою неуверенность. Страх перед будущим. И горькое сожаление по утраченному.

И все-таки я не была беспомощной!

– Дар разрушительницы все еще со мной. И видения. Стихийные видения. Внезапные и…

– Очень неудобные. Но я имел в виду не их. Тьма никогда не отнимает, не давая ничего взамен. Даже у светлых жриц.

– А Эдриан? Что будет с ним?

Да, за свое я готова биться до последнего.

– А Эдриану Сатору придется тоже кое-чему научиться. Терпению. Безграничному терпению и выдержке. Надеюсь, его потрясающие иллюзии все еще при нем?

Лорд Льен обращался ко мне, но не сомневался, что Сатор его услышит. Медальон на моей шее дернулся, окутывая лицо иллюзией.

– Только маскировка. Защитить смогу и сам. Надеюсь, на это твоих сил хватит?

Сдавленное бурчание на краю сознания вполне походило на утвердительный ответ.

– Эдриан говорит, что все понял. И благодарит вас за помощь.

Не знаю, зачем я добавила эту отсебятину. Мне безумно хотелось, чтобы между этими двумя мужчинами снова возникло взаимопонимание.

– И вас заодно пусть поблагодарит. За проявленную сознательность. В противном случае отвечать будет он. Прошу!

В портал, созданный лордом Льеном, я входила с двойственным ощущением. Я была бесконечно благодарна за то, что он сделал для клана Золотой лозы, и за призрачный шанс для Эдриана Сатора. Тогда почему меня не покидало ощущение, что мне снова не оставили выбора?

* * *

Предчувствие меня не обмануло. Лорд Льен надумал всерьез заняться изучением и развитием моих способностей. И начал он с того, что бессовестно слил всю информацию о моих талантах Толину Ревейну. Черный маг теперь лучился таким энтузиазмом, что хотелось уронить на него что-нибудь тяжелое.

– Мелкий, и ты молчал! Строил из себя алхимика, зельевара доморощенного, а ты, оказывается, еще тот кладезь талантов!

– Доморощенного?! Да ты хотя бы понимаешь, сколько я сил и времени потратил, чтобы научиться варить эти зелья?!

Обида вылилась в очередной всплеск Тьмы. Это только демоны способны эффектно вспыхивать черным огнем или окутывать себя дымовой завесой, моей Тьме ближе всего была жидкая форма, и теперь я старательно делала вид, что не замечаю, как по столу от моих рук растекается черное пятно. Мерзкая клякса, словно издеваясь, залила тарелку с мясной нарезкой и теперь подбиралась к блюду с фруктами.

– Оу! Остренького добавить решил? – Тень положила морду на стол и жадно уставилась на мясо. – Ты это… Доедать будешь?

Я с отвращением посмотрела на аппетитные ломтики запеченного мяса, по которым растекалась чистая сила. А вот братьев Ревейн моя реакция явно веселила, ржать открыто они опасались во избежание непредвиденной реакции с моей стороны, но все было понятно и по их физиономиям.

– Нет! Я не настолько голоден! – Я решительно сунула тарелку под стол, из-под которого тут же раздалось довольное чавканье.

– Приятного аппетита. – Я мазнула пальцем по столешнице. – А эти всплески не опасны?

– Смотря для кого. Мелкие темные с детства находятся под присмотром. Наставники умеют гасить эту гадость, чтобы темный по неопытности не опустошил себя под ноль и не угробил заодно окружающих. Подопечным ставят специальные метки… Кстати, Толин, ты когда Ардену свою метку выдашь? Я Нэйрэля сегодня в ритуальную сводил. Тот, конечно, упрямился. До первого всплеска.

Лин оскалился в нехорошей усмешке. Видимо, всплеск Нэйрэля был не таким безопасным, как у меня.

Я сжала ладонь в кулак. Только сейчас до меня дошло, отчего мои всплески были «мирными». Лорд Льен меня обезопасил, причем тайно, его метку никто, кроме меня, не видел. Большая часть адептов получили вожделенные зачеты по наставничеству и умыли руки. Но были и такие, кто захотел помочь перерожденным с освоением дара. Вот Толин Ревейн меня бросать не собирался. И это меня очень беспокоило.

– Так, мелкий. Пока нормально не поешь, из-за стола не выпущу. – Толин зачерпнул ложкой студенистую похлебку и сунул мне под нос. – Давай, ложечку за Толина. Потом ложечку за Лина…

– И за меня пожрать не забудь! – рыкнули из-под стола.

– Да вы, уважаемая Тень, и сами неплохо справляетесь.

Я простерла руку над столом. На лекциях нам объясняли, что в случае спонтанного или ненамеренного выброса Тьмы она возвращается к владельцу. Разве что кто-то подсуетится и ее соберет. Так вот, мне безумно хотелось научиться собирать потерянное. Не могу же я делать лужи по поводу и без повода! Лорд Льен утверждал, что Тьма всегда компенсирует отобранное, но мои всплески – так себе компенсация.

Робкий стук в дверь обрадовал всех, кроме меня. Я никого не ждала. Вот совсем никого! И нечего так нагло ухмыляться!

– Открывай, герой-любовник. Там тебе подарочек принесли. – Толин пакостно ухмыльнулся.

– Не хочу. Достали!

В последние дни круг почитательниц Ардена Тироля сузился. Сатор все валил на отворотное зелье, но лично я считала, что маг как-то приглушил собственное обаяние. Жить захочешь, и не такому научишься!

Стук повторился.

– Вот и кто это такой настырный? – в сердцах бросила я.

– А ты пойди и проверь. – Тень расправилась с мясом, и теперь наглая морда намекала на эмоциональный десерт.

Светлые духи! Только бы обошлось без сувениров на память!

Я с тоской покосилась на сундук, в недрах которого теперь хранились подарки адепток школы темных.

Чаще всего мне вручали нечто сотворенное собственноручно и с любовью. А какие из черных ведьм рукодельницы? Нет, руны они выписывали прямо каллиграфически. И краской, и кровью, и карандашом. Прямо на все руки мастерицы. А какие обереги и амулеты они за пустяковые сувениры выдавали! Такие, которые фиг выбросишь или утилизируешь. Покушусь на безвозмездно врученное, и даритель тотчас узнает. Я уже через Тень мягко узнавала, не соблаговолят ли уважаемые призраки чуть-чуть меня ограбить, а то у меня сундук скоро перестанет закрываться.

Трусы! Никто не захотел!

Адептка Талас пришла ко мне с пустыми руками. Увидев меня, она принялась нервно кусать губы, а потом прошептала:

– Арден, спаси меня.

– От кого? – Я выглянула в коридор. – Никого же нет.

– От Геллы Гирлион. Можно войти? Я не хочу, чтобы нас подслушали. Это личное!

Я растерянно посмотрела через плечо и увидела парящую в воздухе голову Толина. Голова усиленно кивала, давая понять, что адептку тут ждут и готовы выслушать, какая беда с ней приключилась. Тени не было видно. Как и братья Ревейн, гончая где-то затаилась.

– Хорошо. Можешь войти.

Девушка впорхнула в комнату и принялась так метаться из угла в угол, что я не представляла, каким образом братьям Ревейн до сих пор удавалось скрывать свое присутствие.

Осознав, что она скорее налетит на близнецов или отдавит хвост Тени, чем успокоится и перестанет мельтешить, я поставила стул на середину комнаты.

– Присаживайся и рассказывай, почему тебя нужно спасать.

Адептка Талас шлепнулась на сиденье и прошептала:

– Той ночью я проникла на арену, чтобы добыть яд агары. Гелла приказала мне его достать, иначе… У меня есть брат. Старшекурсник. Он очень хороший парень, но такой никогда бы не привлек внимание суккубы. Но Гелла его очаровала и не отпускает. Он просто помешался на этой твари!

Адептка Талас принялась трогательно расписывать, сколько денег ее брат уже потратил на алчную демоницу, по ее словам, он забросил учебу и только и думал о том, как ублажить Геллу Гирлион.

Я вызвала в памяти образ коренастого серьезного парня, который курировал обучение Кассель. Спокойный, ответственный, он не был похож на жертву страсти.

А это означало, что адептка Талас мне лжет!

– Так ты мне поможешь? Я бы и сама сунулась в питомник ради брата, но боюсь, я снова попаду в неприятности, но рядом не окажется такого сильного и мужественного героя, как ты, Арден Тироль.

Адептка Талас вдруг так вытаращилась на меня, что ее глаза полыхнули алым. Точнее, с ее глазами уже пару минут творилось что-то странное, зрачок то вытягивался, то снова становился нормальной круглой формы. А еще от нее пахло полынью и диким цветом. Уверена, принюхайся я получше, уловила бы и другие компоненты оборотного зелья.

«Зови Льена! Быстро!»

«А вдруг она мне еще что-то интересное расскажет? Например, зачем ей понадобился яд агары. И потом, тут братья Ревейн и Тень…»

– Арден Тироль, как нехорошо, – неожиданно ласково протянула адептка Талас голосом Геллы. – Нехорошо скрывать гостей.

Я и моргнуть не успела, как демоница крутанулась на стуле и воздух над моей постелью стремительно потемнел до угольно-черного, а потом завеса пала, явив двух ошарашенных черных магов. Бедняги не догоняли, как такая слабенькая адептка сумела сорвать с них невидимость.

– Охренеть!

– Не то слово!

– Просто она… – Я замерла, в ужасе прислушиваясь к своим ощущениям.

Нет, только не сейчас! Только не так! Гадость же!

Но стихийному видению было плевать на мои терзания. Я могла бы попытаться его подавить, но понимала, что оно может спасти чью-то жизнь.

– Простите, а вы не могли бы немного постоять ровно. Вот так. – Я положила руку на плечо той, которая только притворялась адепткой Талас. – Мне срочно нужно…

Светлые духи! Надеюсь, эта суккуба не пырнет меня своими когтями.

Моя последняя мысль, прежде чем я провалилась в транс.

* * *

Элена Сатор изменилась. Юная девушка приобрела лоск и мягкую кошачью грацию женщины, а еще эта темная была очень встревожена и, чтобы хоть немного себя отвлечь, создавала в воздухе объемные иллюзии белоснежных альбатросов. Они с криком проносились по комнате, но вместо того, чтобы врезаться в стену, осыпались черным пеплом.

Я жадно осмотрелась, стараясь запомнить интерьер крохотной комнаты, в которой очутилась. Синие тканевые обои, темные деревянные панели, узкие стрельчатые окна во всю стену.

Башня!

– Я должна суметь! Должна!

Элена подошла к столику, на котором стоял графин с прозрачной жидкостью, налила немного в кубок и выпила.

– Я справлюсь. Ради нас всех.

Внезапно девушку скрутил спазм, она выронила кубок и ухватилась за столик, как если бы хотела удержаться на ногах. Графин упал набок, покатился и свалился на пол. Послышался звон разбитого стекла, но Элена не обратила на него внимания. Она стояла, крепко зажмурившись, и тяжело дышала. С губ девушки сорвался тихий стон, и в тот же миг комнату охватило черное пламя. Стены, пол и мебель вспыхнули одновременно, но прежде, чем огонь скрыл от меня Элену Сатор, я увидела, как она рухнула на колени, прижимая руки к животу.