Глава 27. Денис.

Врач прописал мне полный покой? Ага! Янка и покой - разные вселенные! Целый день ношусь как угорелый. В клубе тоже дел невпроворот. Мама звонила, Кристинка опять выделывается. Зато отцу стало лучше, через пару недель даже домой сможет вернуться. С отцом мы тоже пообщались по телефону, я заверил, что все хорошо, все под контролем, хотя это конечно, вранье! С этими девчонками ничего контролировать невозможно. Прошлый урок сестрица если и усвоила, то явно ненадолго. Уже снова трепет матери нервы. Пришлось еще и ей мозги прочистить. По дороге заехал в ветлечебницу, узнал, что черный засранец поправляется, видимо, не растратил свои девять жизней, уже начал кошмарить сотрудников клиники, поэтому пришлось его посадить в клетку. Ночь ему еще придется провести здесь, а завтра уже поедет к своей любимой хозяйке. Лечение ему предстоит долгое, но главное - жить будет.

Вечером еду к Янке, понимаю, что предстоит война. Девочка настроена серьезно, может просто не открыть дверь, как и обещала. Благодаря Андрею я знаю, что целый день принцесса не выходила, и чует мое сердце, что поесть она тоже не удосужилась. План мой прост, может дать сбой в любом месте, но я надеюсь на лучшее.

Дожидаюсь внизу доставщика еды, прошу подняться на нужный этаж, снабжаю необходимыми инструкциями. Пацан смотрит удивленно, но понимающе. Вместе мы выходим из лифта и замираем перед Янкиной дверью, я немного в стороне, чтобы не спалиться раньше времени. На трель звонка долго никто не отвечает. Пацан уже растерянно разводит руками, когда из-за двери раздается недовольный Янкин голос:

- Я ничего не заказывала. Уходите!

- Заказ отправлен на этот адрес Подольским Константином Дмитриевичем для Яны. Это вы? Все верно? - с минуту за дверью тишина, а потом раздается скрежет открываемого замка. Как только дверь открывается, я не медлю, тут же бросаюсь вперед, сметая принцессу с пути. Янка брыкается, лупит кулаками, самое противное, что попадает она по больному плечу, поэтому приходится ее выпустить, но главное, я внутри крепости. Дальше действуем по обстоятельствам.

- Уходи! - верещит она.

- Тихо! Поговорим и уйду! - забираю еду у доставщика, отпускаю пацана с благодарностью и захлопываю дверь. - Признавайся! Ела сегодня?

- Не твое дело!

- А чье? Или реально папеньке слить, что его дочурка скоро голодом себя заморит?

- А ты все проблемы решил через папеньку решать?

- Нет. Решать проблемы я привык сам, поэтому твой отец пока не в курсе.

- Вот и я привыкла их решать сама! Поэтому вали отсюда.

- Я вижу, как ты их решаешь! Горючими слезами в подушку и опухшим лицом здесь не поможешь! Хреново, кстати, выглядишь!

- Рада, что ты так считаешь! Значит, можешь валить со спокойной совестью искать истинных красавиц, которые всегда веселы, накрашены и на все готовы!

Шагаю решительно к ней.

- Нет! Меня интересует теперь только одна вредная красавица, которая совершенно напрасно доводит себя до нервного срыва! - Яна пятится, я надвигаюсь, она упирается в стену

- Уходи, пожалуйста, - почти жалобно шепчет она.

- Для этого мне нужны веские основания! И пока я не вижу ни одного!

- Ни одного? А что должно произойти? Кто-то все же должен погибнуть? - в отчаянии шепчет она.

- Нет. Наоборот! Я уверен, если оставлю все как есть, то беда произойдет! А пока можно все исправить!

- Да, только делать это будешь не ты! Уходи! Я сама расскажу все папе! Он разберется! А тебя я не хочу видеть!

- Новый финт! Но он тоже не сработает! - чувствую ведь, как начинает дрожать девочка, говорит одно, а глаза кричат совсем другое. Хочется ее успокоить, закрыть собой от всех бед. Зажимаю ее в углу, веду костяшками пальцев по щеке, из-под плотно прикрытых век скатывается слезинка, я собираю ее губами, дрожь усиливается. - Посмотри на меня! Я хочу тебе помочь, а ты бежишь от меня. Ты не того боишься. Нужно просто здраво посмотреть на ситуацию и вычислить, кто все это устраивает в твоей жизни. Я могу помочь!

- От твоей помощи всем только хуже!

- Так я еще ничего и сделать-то не успел. Но об этом позже. Сейчас я хочу, чтобы ты успокоилась. И я знаю лучшее успокоительное! - накрываю ее губы своими, пытаюсь снова затянуть ее в страстный поцелуй. Раньше это прекрасно срабатывало, но сейчас бастионы крепки. Дрожать Янка начинает сильнее, но на поцелуй не отвечает. Все еще отталкивает меня, но сдаваться в мои планы не входит, губам приходят на помощь руки, поглаживаю нежно ее спину, язык же настойчиво стучится в ее сладкий ротик. Через пару минут таких “уговоров” его пускают в горячий плен ее рта, девочка сдается, наши языки сплетаются, между нами искрит, эмоции на пределе, головокружительные ощущения обрушиваются валом, хочется зализать ее до хриплых стонов или укусить до сдавленного крика. Девочку срывает следом, нежные ручки рвутся под футболку, царапают, зубки кусают. Я подхватываю ее под ягодицы, ноги оплетают мои бедра, ее тело представлено мне для растерзания, и я не собираюсь тормозить. Ныряю прямо к ее сути, пальцы сводит судорогой от нетерпения и желания доставить ей удовольствие, она позволяет, реагирует, стонами подталкивает к продолжению. Дыхание сбивается, стоны все же рвутся с губ, я съедаю их вместе с ее умопомрачительным ароматом. Девичье тело напряжено как дуга, реагирует она остро, сладко, завораживающе красиво. В момент, когда ее накрывает пик удовольствия от моих ласк, Янка закатывает глаза, у меня все меркнет перед глазами, отстраненно слышу какой-то хлопок, и темнота...

Дышу тяжело, мозги расплавлены, пытаюсь проморгаться, но не помогает. Медленно доходит, что сплошной мрак вокруг - это вовсе не иллюзия, а реальность. Электричества в квартире нет. Херня!

Яна застывает, даже дыхания не слышу. Потом громкий всхлип и она обмякает в моих руках.

- Яна! Ты что? - оседает у стенки, приподнимаю ее и на ощупь усаживаю на диван. - Это всего лишь свет. Его выключили. Такое бывает, - достаю зажигалку, высекаю искру, загорается огонек. Тусклый свет озаряет полные ужаса глаза. - Что, думаешь опять всему виной темные силы? - Ответ очевиден. Она в этом уверена. Да и меня начинает все это дико напрягать. Каждый раз, когда я пытаюсь прикоснуться к девочке, случается какая-то хрень. Когда я найду, кто во всем этом виноват, отыграюсь на ублюдке по-полной. Голова горит, в штанах все плавится, но нужно снова сделать над собой нечеловеческое усилие, привести девочку в чувство и разобраться, что же случилось.

- У тебя свечки есть? Устроим сейчас романтический ужин.

- Не помню - еле слышно шелестит она.

- Да, тяжелый случай. Хорошо, что я помню, - отрываюсь от Янки, подхожу к комоду, где точно видел несколько толстых декоративных свечей. Зажигаю одну, беру в руки, возвращаюсь к Яне. Сидит, глаза полны ужаса, как будто у меня за спиной сам Дьявол. Хочу сморозить что-то по этому поводу, но вовремя прикусываю язык. Ловлю ее взгляд, передаю свою уверенность, как бы говоря, что все хорошо, не стоит переживать. Сам же замечаю светящиеся окна соседних домов, понимаю, что там с электричеством все в порядке. Надо разбираться, что за ерунда происходит у нас. Передаю свечу Яне. Рука ее дрожит так, что малышка обливается воском, вздрагивает.

- Да что ж такое! Иди сюда, горюшко мое.

Притягиваю ее ладонь, пальцем снимаю воск с кожи, подношу к губам, целую место ожога, прохожусь по нему языком, дую и снова целую. Девочка сидит тихо, но взгляд меняется, в тусклом световом круге мы как будто находимся одни во вселенной. Я не останавливаюсь, просто не могу иначе, вышибает из башки все здравые мысли. Веду дорожку поцелуев к запястью, к бьющей беспокойным пульсом жилке, замираю на чувствительной точке, продолжаю путь к сгибу руки, выше к плечу,  шее, вновь устремляюсь вниз. Ключицы, родинка, ткань футболки ползет вверх, перехожу поцелуями на живот, ласкаю впадинку пупка, радуюсь, что Янка под моими ласками снова расслабляется, забывая о скованности и страхе. В момент, когда я наконец избавляю ее от жутко мешающей футболки и припадаю губами к манящему телу, вновь врубается свет. Ослепляет, бьет по привыкшим к темноте глазам, а заодно и по натянутым нервам. И это снова охренеть как не вовремя! Янка тут же подскакивает, пытается натянуть футболку назад, но я не даю. Убираю от груди ее прижатые в смущении руки, жадно рассматриваю проступивший румянец, откровенно наслаждаюсь ее юной красотой, точеными изгибами, хочу попробовать каждый сантиметр губами, руками, языком. Но как только достигаю желаемого, начинается настоящее светопреставление. Электричество начинает мигать со страшной силой. Лампочка под потолком противно жужжит, то практически гаснет, то загорается неестественно ярким светом.

- Он злится, - шепчет Янка. - Он накажет нас. Уходи, пожалуйста!

- Сука! - злюсь от души я. - Ты что? Хочешь сказать, что он видит сквозь стены? Так может он сейчас прилетит к нам в окно?

- Уверена что видит. Для него это не проблема.

- А со светом он играет силой мысли?

- Не знаю, но такое вполне возможно.

Отрываюсь от Янки, мигание электричества прекращается. Смотрю на лампочку.

- А может это от нас с тобой искрит? Такой вариант кажется мне более правдоподобным, - спорить дальше смысла не вижу.

Выхожу в коридор, в ящике над входом проверяю пробки, все в норме. Выхожу из квартиры - ничего подозрительного. Стучусь в соседнюю дверь справа, никто не открывает, А вот дверь слева открывается быстро. Милая старушка в очках внимательно рассматривает меня.

- У вас свет сейчас выключался?

- А то! Я уже в диспетчерскую позвонила, электриков вызвала! Скоро подъедут! Это ж какой-то беспредел! На первом этаже, значит, все нормально, а у нас вечно какие-то проблемы! Мы и щиток поменяли недавно, и проводку всю новую, складывались аж по пять тыщ, и что? Опять новый год - лампочки мигают как гирлянды!

- А такое уже бывало?

- Ну как бывало, давно когда-то было, после ремонта проводки вот в первый раз! Это все соседи, паразиты! Ремонт затеяли! Днем гудят, дробят что-то, небось провод повредили!

- Соседи, это какие?

- Ой, да мало их что ли. И сверху, и сбоку. Достали уже! - ругается старушка. Потом как будто спохватывается. - Стой! А ты кто такой? Чего это я тут тебе рассказываю!

- Я друг соседки вашей - Яны, - указываю на ее квартиру.

- А, друг? Это хорошо! А то одна все девочка и одна. Хорошая, тихая, не мешает, гулянки не устраивает. А что случилось-то? Тоже с электричеством проблемы?

- Да. А в той квартире кто живет?

- Так там подруга моя жила, но померла она полгода назад. Дети продали квартиру, вроде как семейной паре с ребенком. Видела их пару раз мельком. Они редко бывают. Не переехали еще.

- Понятно. Ну как электрики подъедут, вы в Янину квартиру стукните, я тоже выйду, надо ж разобраться, что за безобразие.

- Хорошо, молодой человек, хорошо. Иди пока, стукну, как понадобишься.

- Хорошо, жду! - возвращаюсь в квартиру к Янке, ну вот, момент близости снова безнадежно испорчен, а мне теперь нужно привести в чувства мою впечатлительную девочку.