Глава 26

— Ты…ты… — мой голос охрип и стал неестественным. Не моим. Сломленным.

Кирилл стоял всего лишь в полуметре от меня. Поза вальяжная и руки в карманах брюк, но, как всегда, от него веяло мощью и несдержанностью. А от того, как взгляд парня медленно скользнул по мне, будто обжигая каждый сантиметр кожи, я, вовсе на секунду потеряла контроль над эмоциями. Но, к счастью, почти сразу переборола волнение и взяла себя в руки.

Продолжая держать дверь лишь частично открытой, чтобы у меня была возможность вовремя ее закрыть, я спросила:

— Что ты тут делаешь? Надеюсь, квартирой ошибся? — я нацепила на лицо саркастичную улыбку, стараясь с ее помощью скрыть то, насколько сильно меня ошеломила неожиданная встреча. Хотя, да, я была в шоке. Как он нашел меня? И как вообще оказался в России? Ира же сказала, что Чернову-старшему запрещено сюда возвращаться.

— Ну, привет, Пропажа. Где же ты все это время была? Где пряталась? — Кирилл внимательно посмотрел в мои глаза. Как всегда, в его черных зрачках виднелось нечто жуткое. Правда, с нашей последней встречи, это «нечто» возросло в сотни раз.

— Тебя это не касается, — я фыркнула. — Как ты узнал, где я сейчас живу? — спросила, надеясь, то это не Ира меня сдала. Она единственная из подруг кому я сейчас доверяла.

— Едва беглянка приехала в столицу, как мне об этом доложили очень добрые люди, — Кирилл прищурил взгляд и склонил голову набок, своими словами намекая, что, скорее всего, он знал все, что со мной происходило после возвращения. — Теперь тебе не удастся убежать от меня.

В следующее мгновение Кирилл расстегнул черную кожаную куртку, будто он приготовился без моего разрешения проникнуть в комнату. Я искренне не хотела, чтобы Черный ко мне заходил. Вообще не желала с ним разговаривать и его видеть.

— Я от тебя не убегала, — сказала, нахмурившись. — Мне вообще плевать на тебя.

— Нет, убегала, — Кирилл помрачнел от последних слов. Выразительно оглядел дверь и мои пальцы, державшие ее, как заслон между нами. — Ты, Ника, трусливо убегала.

Хватило всего пары слов с его стороны и обвинения в трусости, чтобы эмоции взяли вверх. Неужели Кирилл считал, что после того, что он сделал я должна была идти с ним на контакт?

— Пошел к черту! — прежде чем поняла, что и кому говорю, с языка уже сорвалась эта фраза, но ее было недостаточно для того, чтобы успокоиться.

В порыве гнева я покрепче впилась пальцами в дверь и шарахнула ею перед парнем. Он — последний человек в этом доме, да что там в этом доме — в этом городе, в этой стране, на этой планете, которого мне хотелось бы когда-либо еще увидеть.

Но закрыть дверь, к сожалению, не удалось, она тут же громыхнула. Кирилл будто предсказал мои намерения и успел подставить руки с той стороны, в результате чего дверь задребезжала и обратно открылась, едва не ударив меня по ступням. На его решительные действия мне надо было отступить вглубь прихожей, чтобы не прибило, и я это сделала.

— Ты с ума сошел? — я чуть не задохнулась от возмущения.

Черный спокойно зашел в квартиру и закрыл дверь, тем самым дав понять, что останется надолго.

— Уходи. Сейчас должен прийти хозяин квартиры, — я прошипела, не зная, как еще напугать парня. Хотела сказать Кириллу о том, что хозяин квартиры огромный амбал и Чернова-старшего он легко вышвырнет из этого дома, но договорить я не успела. По реакции парня поняла, что его эта угроза ни грамма не пугала.

Кирилл молча развернулся и пошел в сторону зала. Он вообще вел себя так, словно находился у себя дома. Как же сильно меня злила его безграничная самоуверенность.

— Уходи! Слышишь? — я пошла за ним, хотя в этот самый момент мне самой хотелось выйти за дверь и уйти как можно дальше, ведь, находясь так близко к Кириллу я вновь ощущала, что кожу покалывало, и сердце, сжимаясь, пропускало через себя бурю острых эмоций.

Квартира маленькая и запах одеколона Кирилла тут же заполнил пространство. Это был тот самый аромат, который я вдыхала, пока Кирилл, грубо двигаясь во мне, склонялся к моим губам, пытаясь поцеловать.

— Кирилл, если ты не уйдешь, я позвоню в полицию, — ответила гневно. — Я же говорила, чтобы ты не появлялся в моей жизни. К счастью, я уже забыла о твоем существовании и вспоминать опять не хочу. Поэтому, уходи.

— Я не уйду, — сказал парень и то жуткое «нечто», что тлело в его глазах, в этот момент особенно сильно разгорелось. — И, Ника, я в ближайшее время уже узнаю, где ты была. Надеюсь, что ты была хорошей девочкой.

Как только услышала эту фразу сердце гулко забилось и напомнило об одном парне, который был со мной все это время и служил своеобразным лекарством. За последнее время я особенно ясно поняла одно — Чернов-старший псих. Чего только стоило то, что он побил Женю, когда парень лишь поцеловал меня.

Я насмешливо фыркнула над явной угрозой Кирилла, постаравшись сделать вид, что его последняя фраза — несусветная глупость и нет смысла следить за мной, потому что моя жизнь — скучна и одинока.

— Какая глупость, Кирилл. Но вообще, знаешь, даже если я чем-то занималась, то это не твое дело! — мне не нравилось то, как он нагло прошел за мной в зал и еще больше не нравилось, что мы наедине.

Лопатки закололо от тщательного осмотра со стороны парня. Каждый нерв в моем теле напрягся, ощутив приближение раздражающего Черного и в особенности его большую ладонь, которая по-собственнически легла на мою талию и погладила кожу, скрытую халатом. Так нагло, будто имела право трогать.

От неожиданной ласки я дернулась в сторону, с четким ощущением, что меня пробило разрядом тока и, откровенно не понимая, почему Кирилл себя вел так, словно имел на меня особенные права.

— Не прикасайся ко мне! — хотела казаться уверенной, хотя внутренне ощущала нервозность и желание прекратить этот разговор и встречу. Стараясь избегать визуального и физического контакта, заправила волосы за уши, натянула халат пониже на бедра, чтобы высоко не задирался.

Кирилл уже успел вальяжно сесть на одно из кресел, ноги при этом свободно расставил, а руки положил на подлокотники.

Я присела в кресло строго напротив Кирилла, забросила одну ногу на другую, руки важно скрестила под грудью и приготовилась к разговору. Но после каждого удара стрелок на часах, висевших на стене, я слышала только молчание вместо разговора. В какой-то момент инстинктивно почувствовала, как Кирилл вновь оглядел каждый миллиметр моего тела, вероятно проверяя мою сохранность, выискивал на моем теле признаки чего-то. Видимые изменения.

Не увидев во мне странностей, Кирилл небрежно расстегнул верхние пуговицы на рубахе и пронзительно взглянул на меня. До мурашек пронзил. До ощущения вспотевших ладоней.

Что это за сканирование и проверка? Почему-то возникла странная ассоциация — Кирилл вел себя сейчас, как мой парень. В зале попытался обнять за талию и даже почти не грубил. И не конфликтовал, на мои огрызания не отвечал. С другой стороны — правильно. Смысл конфликтовать? Он сразу перешел к угрозам, тонко намекнул, что если что-то узнает про мое бегство и что я там делала…то, скорее всего, будет зол. А я там была с Пашей…

— Ну и что тебе от меня надо? — скучающе поинтересовалась, изобразив в очередной раз, как мне безразлично. — Говори и убирайся прочь. Я устала от тебя.

— Помолчи, слишком много разговариваешь. Для начала я хотел сказать…

— Ах, да, Черный не любит, когда ему перечат. Как я могла это забыть за три совершенно прекрасных, счастливых месяца в моей жизни! — с сарказмом закончила мысль, но будто не услышав меня, парень добавил:

— Я рад, что это Я взял твою девственность.

Слова Кирилла застряли ножом в горле. Естественно, я не ожидала, что он начнет извиняться, но сейчас Кирилл вовсе переступал черту. Как только откашлялась и осмыслила начало разговора, я тихо произнесла:

— Так…всё… — стукнула ладонями по креслу, потому что больше не было сил терпеть и потому что эмоции мои подошли к краю. — Уходи из моей квартиры. Не желаю тебя больше видеть. Ты ведь хотел залезть ко мне в трусы? Поздравляю, залез. Ты — герой! А теперь — уходи!

После того как я указала ему на дверь, Кирилл приподнял одну бровь вверх и оглядел меня вновь. Будто против воли он заострил внимание на вырезе халата, а затем вернулся к моему лицу и произнес:

— Я уже говорил, что не уйду, — Черный задумчиво подпер лицо кулаком правой руки. — Я пришел сюда, чтобы поговорить с тобой. Да, Ника, я не сожалею о том, что сделал. Я хотел тебя и хочу до сих пор. Теперь даже больше чем раньше, — Кирилл говорил не отрывая от меня взгляда. — Но ты раздразнила меня. Уехала в село и на дискотеке зажималась с тем придурком.

Я поднялась с кресла, подогреваемая внутренним огнем, и еще раз указала на дверь:

— Пошел отсюда! Немедленно! — и вновь Чернов-старший морально душил меня своими обвинениями, в том, что я зажималась с другим парнем. Доказывать ему обратное я не собиралась. Это бесполезно.

Черт возьми, я чувствовала себя какой-то истеричкой, которая сорвалась всего от нескольких слов Черного. Более того эмоции меня переполняли. Видимо, до конца я не вылечилась. Мне сейчас очень захотелось снова оказаться рядом с понимающим Пашей и уткнуться носом ему в шею или грудь, доверчиво положить лицо на мужское плечо и расслабиться, но вместо этого услышала:

— Я уже сказал тебе, что не собираюсь уходить, — Кирилл сомкнул губы в одну тонкую линию. — Может, ты уже успокоишься и мы начнем нормально встречаться?

— Шутишь? — я не выдержала и засмеялась, будто слова Чернова-старшего были сущей нелепостью. — Встречаться с тобой? Да никогда в жизни! Ты вообще самый последний парень с которым я хотела бы находиться рядом. Мне тошно даже смотреть на тебя…

Договорить я не успела, ведь Кирилл в это самое мгновение, оскалился на мои слова и, до боли сцепив горячую ладонь на моем запястье, потянул на себя. Из-за этого я потеряла равновесие и ударилась ногой о кресло. После чего упала на колени парню, который меня тут же подхватил.

Второй рукой, немного сжав мои волосы, потянул за затылок к себе. И с огромным нетерпением набросился на мои губы в поцелуе. И так страстно, и так обжигающе, что на секунду возникло ощущение, будто бы Кириллу не хватало моего тела рядом с ним, но эти глупые мысли я быстро выветрила из головы. Прочь! Убрала их.

Осознав глупость мыслей, с трудом вырвала голову и волосы из его хватки.

— Нет! — пихнула ладонями его в грудь, отчетливо чувствуя мужское возбуждение. Всё настолько остро, только наша одежда слегла перекрывала ощущения, но по сути казалось, что я ерзала на его коленях. Скользила по члену обнаженными ягодицами, которые Кирилл уже успел, в процессе поцелуя, оголить и погладить.

Сумасшедший парень, не знающий слова «нет». Игнорирующий отказы и который взял меня силой и даже не придал тому факту особого значения. Более того, Кирилла всего лишь порадовала моя чистота. Девушка, у которой были мужчины, видимо, ему не нужна.

Прежде чем Кирилл возобновил поцелуй, я попыталась встать с его ног, но парень не дал, одной рукой- перехватил через живот, а второй — зажал мои запястья и вдруг раздался «щелк». Я, перестав сопротивляться, внимательно посмотрела на свою левую руку и обнаружила на ней металлический предмет, похожий на толстый браслет толщиной примерно в два пальца.

— Что за черт!? — на этот раз попытка встать увенчалась успехом. Кирилл позволил подняться с колен, чтобы я смогла получше разглядеть браслет. С маленьким квадратным экраном. Красивый, блестящий, со сверкающими маленькими камнями (либо Сваровски, либо настоящие бриллианты).

— Подарок… — расслышала пояснение от Кирилла.

— Не нужны мне твои подарки. Убери эту дрянь с меня! — огрызнулась и подняла руку вверх, желая стряхнуть безделушку. В этом браслете я точно в наручниках. Мне очень не понравилось это ощущение, будто этой безделушкой мы стали связаны друг с другом.

Я наивно дергала, ощупывала браслет на предмет защелки, ведь каким-то образом украшение должно открываться? Я даже зубами покусывала подарок, поскольку боялась мало ли пальцы были не достаточно чувствительны и из-за этого не нащупали застежку. Но все мои старания оказались зря. Застежку я не нашла.

— Хорошая вещь — служит в качестве телефона, мини-компьютера, часов и музыкального плеера, правда, я успел его закодировать, — сказал Кирилл, продолжая наблюдать за тем, как я возилась с браслетом. — Ты сможешь его снять, если наберешь пароль. Я поначалу удивлялся, для чего придумали эту функцию с паролем и закрытием? Оказалось, для того, чтобы неуклюжие люди случайно его не потеряли. Часто бывает, что ломается застежка, от этого браслет падает и разбивается. Для нас эта функция тоже оказалась полезной.

Я перестала дергать браслет, понимая бесполезность своих действий, и потому просто взлохматила волосы, отказываясь принимать очевидное.

— Я не хочу от тебя подарков и не хочу быть с тобой, — тихо произнесла.

Но много времени Кирилл не дал, чтобы опомниться, резко встал с кресла, словно подгоняемый эмоциями. Всего в несколько движений снял кожаную куртку и швырнул ее на кресло, а после это направился ко мне, приковав внимание к себе. В его движениях появилась агрессивность. Явный дикий настрой.

Я машинально начала отходить по ковру назад, плохо соображая куда идти или бежать. Да и был ли смысл, ведь куда от него сбежишь? Из-под земли достанет.

— Ты можешь при мне держать свой член в брюках? — почти на выдохе поинтересовалась.

В этот же момент Черный максимально приблизился, а я уперлась в стену спиной и стояла без дыхания с опаской пошевелиться. Кирилл чуть наклонил голову, разглядывая меня в упор, а руки поставил на стену по обе стороны от моего тела. Взял меня за подбородок, при этом внимательно приглядевшись к моим приоткрытым губам, должно быть до сих пор блестевшим от нашей общей слюны с прошлого поцелуя.

— Я хочу тебя, — вместо того, чтобы поцеловать в губы, Черный отогнул волосы с моего плеча и оголил шею. Его поцелуй за ухом оказался очень горячим. Ненормальным и необузданным, таким же, как он сам. — А ты все время бежишь от меня. Надоело уже…Разве Ника трусиха?

От переизбытка эмоций еще чуть-чуть, и я бы сошла с ума. Это невыносимо. И прежде чем плавными поцелуями с шеи Черный добрался до моих губ, я горячо прошептала, почти шепотом:

— Убирайся, Кирилл. Уходи. Не подходи ко мне больше. Я достаточно хлебнула с тобой грязи.

Его губы, которые уже хотели поцеловать, после сказанных слов резко остановились. А я, не желая смотреть на внимательные карие глаза, которые сейчас полыхали злостью и плохо контролируемой агрессией, увела взгляд в сторону.

— Хорошо. Уйду только на этот раз.

Он опять создал видимость того, что делает одолжение, но я проглотила очередное желание высказаться, слишком обрадованная его решением уйти. Продолжая стоять возле стены, я наблюдала за тем, как Кирилл явно возбужденный, взвинченный, раздраженный случившимся между нами, резким движением забрал куртку и, на ходу надев ее, ушел из квартиры.

Остаток вечера я провела, сидя на диване, прижав колени к груди и покачиваясь перед экраном телевизора. Вроде как ждала прихода хозяина квартиры, но не могла отделаться от злых мыслей на Черного.

Приблизительно, около девяти вечера позвонил риэлтор с сообщением, что мужчина не смог приехать. Подписанные документы разрешил передать через риэлтора.

Хозяин потребовал выполнить лишь одно условие — съемщица квартиры не должна устраивать гуляния по ночам. Здесь должна находиться только я. Никаких друзей или мужчин.