Глава 5

В смысле, встретиться? С недоумением смотрю на телефон, пытаясь понять, что Чернышевскому от меня нужно. Если информация, которую сообщила Вера, правдива, то Никита надумает искать Макса у меня в квартире. Но впустить бывшего на свою территорию я не могу. Ни за что на свете! – Мам, мы идём? – тянет за руку Никитка. Заторможено киваю в ответ, веду сына к остановке маршрутного такси. Чувство тревоги не даёт мне покоя, я в растерянности, и очень надеюсь, что Чернышевский обойдётся без самодеятельности. Уверена, ему не составит труда узнать мой адрес, и если по делу Макса мне скрывать нечего, то вероятность встречи Никиты с сыном пугает. Как отреагирует бывший? Сможет ли сложить два плюс два и догадаться, кто отец моего сынишки? В голове сотни вопросов. Крутятся и крутятся, словно назойливые мухи, раздражая своим жужжанием. Спустя полчаса мы переступаем порог квартиры. Я плотно закрываю за нами дверь, потому что не покидает ощущение, будто за нами следят. И стоит только вымыть руки после улицы, раздаётся звонок в дверь. – Сынок, – присаживаюсь перед Никиткой на корточки, – ты иди пока в комнату, а я сейчас посмотрю, кто это к нам пришёл, и потом позову тебя ужинать. Чмокаю сынишку в макушку и подталкиваю в сторону комнаты. Выпрямляюсь, подхожу к двери. Заглядываю в глазок и что же вижу? Чернышевский собственной персоной. Всё-таки решил явиться без приглашения, совсем совести нет у бывшего. Мужчина принимается звонить настойчивее. – Люба, открывай, я знаю, что ты дома, – проговаривает сквозь зубы недовольно. Неужели всё-таки следил за нами и успел увидеть меня с Никиткой? Или просто говорит так, чтобы я поскорее открыла? Не удивлюсь, если второе: этот соврёт – недорого возьмёт. – Люба, – принимается стучать, и мне приходится сдаться. Не уверена, что Чернышевский так быстро успокоится. А если продолжит тарабанить в дверь, то напугает Никитку. – Чего тебе? – да, я отнюдь не гостеприимна сейчас. – Добрый вечер, Люба, – спокойным ровным тоном произносит Никита. – Я же сказала, что встретиться сегодня нет возможности, твоя срочность не могла до завтра подождать? – выплёвываю негодующе. Очень переживаю о том, чтобы сынок не выбежал в прихожую. – Тебе известно местонахождение Королёва Максима? – спрашивает с холодным профессионализмом. – Нет, – свожу брови к переносице. – Неизвестно, и здесь его нет, если ты об этом. – То есть, ты уже в курсе того, что Макс сбежал при попытке задержания? – всматривается в мои глаза, чтобы уличить во лжи. – Да, – отвечаю честно, мне ведь нечего скрывать. – Мне позвонила Вера Ильина, в прошлом Мышкина, если ты, конечно, помнишь имена собственных одноклассниц. Так вот её муж, как тебе известно… – Люб, я знаю, кто такая Вера и как связана с Королёвым. Ближе к делу, – произносит с укором. – Она сказала мне о том, что Макс сбежал, больше я ничего не знаю, – поджимаю губы, понимая, что Никиту мой ответ не устраивает. – А вообще, как ты меня нашёл? – перехожу в наступление. Лучшая защита – нападение, как известно. – Как нашёл? – ухмыляется мужчина. Кажется, я и так знаю ответ на этот вопрос, но не плохо бы услышать его от Чернышевского. – Пробил по своим каналам твой адрес. Проще простого, – хмыкает с превосходством. – Проще простого, – повторяю задумчиво. Больше ничего сказать не успеваю, потому что слышу топот маленьких ножек за своей спиной. – Мамочка, а кто к нам пришёл? – сынок выбегает в прихожую и прижимается к моей ноге. От осознания происходящего сердце в груди замирает, а потом начинает колотиться с удвоенной силой. – Ой, дядя, тебя как зовут? – Никитка во все глаза смотрит на стоящего в дверном проёме мужчину. И даже не подозревает, что перед ним его родной отец. – У тебя… ребёнок? – роняет бывший, с трудом выговаривая слова. Сверлит пристальным взглядом сначала сынишку, а потом переключает своё внимание на меня, без слов выбивая почву из-под ног. – Да, это мой ребёнок, – делаю ударение на слове «мой». Глупо, очень глупо, Чернышевский идеально считывает каждую мелочь, каждый нюанс. Он профессионал своего дела, насколько я успела узнать, и такой, я уверена, не станет долго тупить и гадать, от кого я родила. Но вопреки моим мыслям Никита вдруг выдаёт: – От Королёва родила? Вот гад! Ещё и при ребёнке. – Не смей обсуждать подобное при моём сыне, понял? – шиплю дикой кошкой и протягиваю руку, чтобы захлопнуть дверь прямо перед носом Чернышевского. – Не торопись, дорогая, – перешагивает порог бесцеремонно и оказывается внутри моей квартиры. От его внушительного размера фигуры в прихожей становится нереально тесно. Я инстинктивно делаю шаг назад, прижимая к себе сына как можно крепче. – Ты не имеешь права вот так врываться ко мне домой, – всё ещё не оставляю надежды поставить мужчину на место. – Мы просто поговорим, Люба, обещаю, – произносит примирительно и сам захлопывает входную дверь.