Глава 9

Никита По безлюдным улицам бреду домой, размышляя над тем, во что превратилась моя жизнь. Специально бросил машину возле дома Любы, чтобы, во-первых, вернуться туда ещё раз, а во-вторых, прогуляться и немного проветрить мозги. Мне не даёт покоя реакция Любы: она словно была удивлена, когда я сказал, что она сама меня бросила. Забыла? Вряд ли. А что тогда? Нет, с этим надо разобраться, и ждать, пуская ситуацию на самотёк, не стану. Набираю номер Любы с целью договориться о встрече. Пусть кричит, ругается, но уничтожить желание видеться с ней она не может. Тем более, нас связывает кое-что большее – ребёнок. И почем не сказала мне о том, что беременна? Я был бы счастлив стать отцом, пусть и рановато тогда было для этого. А теперь назад время не вернуть, бесценные годы безвозвратно потеряны и для неё, и для меня. Впрочем, кто сказал, что нужно возвращать? Всегда можно построить новое, было бы желание. И у меня оно есть: огромное желание быть с этой женщиной и со своим ребёнком. Слушаю длинные гудки, но трубку никто не берёт. Перезваниваю – снова тишина. Понимаю, что Люба обижена на что-то, или просто не хочет со мной общаться, но могла бы ответить и хотя бы послать. Игнорировать ведь не выход, неужели не понимает? Ещё и Королёв этот, который куда-то пропал. А что, если он к Любе заявится? Я не знаю, чего ждать от негодяя, но преступник есть преступник, насчёт подобных людей лучше не обольщаться. Такие и мать родную продадут, не раздумывая, если своя шкура будет в опасности. – Люба, ответь, – шиплю себе под нос. Нет, не отвечает. Дурное предчувствие между тем не даёт покоя, поэтому я разворачиваюсь и иду обратно. Прогонит – пусть, главное, убедиться, что Люба и сын в безопасности. Обратно дохожу в два раза быстрее, периодически едва не срываясь на бег. Да что со мной такое? Поднимаюсь на этаж, звоню в дверь, но открывать мне хозяйка не спешит. – Люба, открой! – тарабаню, пока соседка не выходит из квартиры напротив. – Прекрати, а то милицию вызову, – шипит старушка, выглядывая с опаской из-за двери. – Я сам… полиция, – демонстрирую женщине удостоверение. – Кто-нибудь выходил из квартиры в течение получаса? – уверен, она знает. Такие всё видят и всё знают. – Так хахаль её пришёл, тут всё время туда-сюда шастает. А больше никто, – качает головой старушка. – Случилось чего? – вытягивает шею, глядя на меня с нескрываемым любопытством. Открываю рот, чтобы успокоить старушку, но неожиданно за дверью раздаётся выстрел. Бабушка хватается за сердце, а я, не раздумывая, набираю номер спеца, который может по-быстрому вскрыть замок. – Люба, ты внутри? – стучу ещё раз, но ответа снова нет. Спускаюсь вниз, чтобы проверить окна. Ожидаемо, они закрыты, Макс хоть и дебил, но свернуть себе шею, прыгая с третьего этажа, явно не планирует. А значит, они внутри. – Саш, мне нужна подмога, я Королёва вычислил, – звоню операм, и уже через полчаса мы все вместе проходим в квартиру. И там… пусто! – Какого хрена? – взрываюсь. Они просто испарились, но как? Ещё и телефон разрывается. Мне не до него сейчас, но отвечаю. Вдруг, Люба? – Ну, что, Никитос? Обломинго? – ржёт в трубку Королёв, которого мне буквально хочется размазать по стенке. – Пока ты носился с этажа на этаж, как сраный веник, я благополучно вывел свою семью и спрятал их в надёжном месте. Сука… – Какая, на хрен, твоя семья? Ты понимаешь, что с каждым неверным шагом топишь себя всё больше и больше? – рычу в трубку, со злостью впечатывая кулак в стену. – Ой, ли, – хихикает сумасшедший. Кажется, он не только продаёт ту дрянь, но и сам на ней прочно сидит. – Значит так: веди себя тихо, и с твоим сосунком будет всё в порядке. Нет – пеняй на себя, вышвырну щенка на улицу, а Любу заберу, моя она, понял? Моя, и точка! Скотина! – нервно сжимаю переносицу и пинаю валяющийся на полу стул. – Никита Владимирович, какие будут указания? – спрашивает оперативник. Необходимо собраться, подчинённые ждут от меня решительных действий, сейчас не время раскисать. – Едем по домашнему адресу Королёва, – отдаю приказ и неожиданно цепляюсь взглядом за валяющийся на полу клочок бумаги. Наклоняюсь, поднимаю. Небольшой листок исписан мелким корявым почерком, словно писавший очень сильно спешил. «Никита, помоги нам! Макс взял нас в заложники, а ещё он признался, что в прошлом разговаривал с тобой и наговорил гадостей про нас. Мы с ним никогда не были вместе, клянусь. Я ушла, потому что твой отец предлагал мне деньги на аборт и утверждал, что действует по твоей просьбе. Тогда я поверила, но после откровения Макса засомневалась в твоей причастности. Он сказал, что мы поедем за город, но ведь у Максима нет жилья за городом. Что, если Королёв как-то связан с твоим отцом?» Читаю написанный Любой сумбур и пытаюсь уловить суть. Она постаралась уместить максимум информации в столь коротком сообщении, и я ей за это очень благодарен. А ещё теперь испытываю неимоверное желание встретиться с отцом. Какого хрена он сотворил? И как я сразу не догадался о его причастности? Эх, Люба, расскажи она мне всё тогда, как есть, мы были бы вместе. Спустя полгода после расставания с любимой я обнаружил в своём телефоне специальную скрытую программу для слежки и перехвата сообщений. Похоже, Люба тогда написала мне что-то важное, а отец узнал первым обо всём. Вот и засунул свой длинный нос, куда не следовало. Ненавижу! – Сань, отбой, – окликаю оперативника. – Едем на дачу моего отца, – меняю планы, хоть и понимаю, что иду на определённый риск. Если Королёва и моей семьи там не окажется, я потеряю драгоценное время.