Глава 1. Диана

Москва встречает меня сумерками. Горячий воздух перрона забрался под юбку, пока я катила к выходу свои пожитки, желая поскорее выбраться из толпы.

Я крайне редко бываю в столице. У меня здесь кроме Кати знакомых нет, а на стипендию не особо разгуляешься.

Катя ждёт меня на парковке в красном Ауди Q7. Цвет такой ядрёный, что я машину за двести метров заметила. Моя сестра — глубоко беременная нежная блондинка. Белые волосы собраны в косичку, которая аккуратной змейкой лежит на груди, в то время как моя копна свободно болтается по ветру. Я не умею плести внятные косички. Вечно получается какая-то кривая фигня.

Сестра порывается выйти мне навстречу, но я машу руками на бегу, веля оставаться в машине. Вдруг мы не сможем запихнуть её обратно?

— Ого! — смеётся она, изумлённо рассматривая мои длинные конечности. — Ты времени не теряла!

— Да… — смущаюсь я, тыча пальчиком в её живот. — А ты арбуз проглотила?

— Это Алиса! — хохочет Катя, пристёгивая ремень.

Сама-то она такая, какой я всю жизнь мечтала быть. Миниатюрная и очень хорошенькая.

Тем удивительнее, что карапуз, сидящий в кресле на заднем сидении похож на цыганёнка. Черноволосый и черноглазый. А маленькие тёмные бровки сложились в такой разлёт, что можно позавидовать.

— Глеб, познакомься, — воркует Катя, поглядывая в зеркало заднего вида. — Это Диана…

К моему удивлению, внимательные карие глазюшки, и правда, сосредоточенно меня изучают, в то время как маленькие пухлые ручонки мнут ухо плюшевого зайчика.

Ну и фрукт этот Глебушка.

Оборачиваюсь к малышу и доверительно спрашиваю:

— Показать тебе мой паспорт?

Катя смеётся, а Глеб продолжает меня разглядывать. Спокойный и внимательный.

Мы болтаем всю дорогу о том, о сём. У неё восьмой месяц беременности, именно поэтому она перестала справляться с сыном, ведь он только с виду такой спокойный. Я склонна верить, в конце концов, это обычное дело для всех детей, притворяться паиньками первые пять минут общения с незнакомцами, а дома они сбрасывают маски.

— Мне нужна помощь в течение дня, — говорит она, лавируя в вечернем трафике очень медленно и очень аккуратно. — И еще меня могут в любой момент в больницу забрать, а мой муж часто в командировках.

Киваю, позёвывая.

— Мы живём за городом… — продолжает Катя, включая фары, потому что стемнело окончательно. — Если захочешь в Москву, можешь брать мою машину…

— У меня нет прав, — говорю я, разглядывая проносящийся мимо город.

И даже если бы были, я бы не взяла её машину. Она стоит столько же, сколько наша квартира в Рязани.

Москва жужжит, как муравейник. Такая непривычная. На секунду ощущаю себя заблудшей душой, попавшей в другое измерение. Я здесь очень чужая. Прям очень-очень. Наверное, нужно было почаще выбираться из дома.

— Ладно, придумаем что-нибудь, — кивает сестра. — …ой, извини…

Приклеенный к приборной панели айфон звонит, и она тычет на приём, стараясь не отвлекаться от дороги.

— Да?..

— Привет, Пушистик… — стелется по салону бархатистый мужской голос.

У меня по руке бегут мурашки.

— Блииииин… — тянет Катя, пытаясь отключить громкую связь и одновременно вести машину.

— Где ты? — летит ей в ответ.

— Домой еду, — морщится она, оставляя попытки локализовать разговор.

— Тогда я кладу трубку, — говорит мужчина. — Как мои дети?

— Соскучились… — улыбается девушка лобовому стеклу.

— А ты? — хрипловато требует он.

— И я…

— Вылетаем через сорок минут. Не засыпай.

На этом он отключается, а я покраснела и разволновалась в темноте, до того этот простой разговор показался мне личным.

ЭТО И ЕСТЬ ЕЁ ПАПИК?

Судя по голосу его рано списывать в утиль.

Кошусь на сестру, она глупо улыбается дороге.

Вау. Это выглядит так, будто она влюблена по уши.

Я никогда не была влюблена по уши. Почему-то так получается, что на меня обращают внимание не те парни, на которых обращаю внимание я. На меня клюют застенчивые и добропорядочные. Опыт показал, что мы с такими из разных тест. Даже дружбы не слепить, не то что страсти. Мама говорит, что это максимализм, и как раз таких разбирают ещё в школе.

Это не помогает мне смиряться. Она даже хотела сдать меня в монастырь на лето, чтобы изгнать бесов.

Какое варварство.

Спустя два часа я гипнотизирую глазами свой чемодан, сложив на груди руки.

Нет, я не жду что он со мной заговорит.

Просто я такая сказочная дура, диву даюсь, как дожила до своих лет?! Я забыла ключ от этого смехотворного замка на тумбочке! И, что мне теперь делать?

Повыв в потолок, я опираюсь руками на подоконник и высовываюсь в окно.

Катя не шутила. Она действительно живёт за городом. Её дом — это очень модная конструкция из дерева и стекла. Не скрою, у меня был культурный шок. Я ожидала чего-то в стиле рублёвской роскоши, судя по бриллианту, украшающему её палец.

Но, это место особенное.

Дом внутри потрясный. Очень много панорамных окон, задрапированных лёгкими шторами. Рядом лес, и запах просто чумовой. Сосна и смола.

Для нашего общего удобства я буду жить в гостевой квартире над гаражом. Меня это крайне устраивает. Я бы не хотела мешаться в доме, тем более, меня её муж немного напугал. Я имею в виду, что голос у него был такой, будто он ну очень не простой чувак.

Чудо-дом погружён в темноту, только в коридоре на втором этаже горит свет.

Я не хочу беспокоить сестру, ведь она укладывает ребёнка спать, поэтому пихнув чемодан ногой, иду в душ.

Квартира очень уютная. Здесь собственный санузел, домашний кинотеатр, квадратное окно под потолком и встроенный шкаф.

Кровать каких-то нереальных размеров.

Я могла бы и поперёк неё спать в качестве разнообразия.

И ещё один момент.

На ней восемь подушек разных размеров.

Это разве не многовато?

Такое ощущение, что все эти излишества сделаны под кого-то. Кого-то, кто никогда в жизни сам не менял постельное бельё, но любит спать по-царски.

В ванной есть стиральная машинка со встроенной сушкой! Я это знаю, потому что как-то раз подрабатывала в химчистке. Гружу в неё своё бельё и футболку. Понятия не имею, что делать с чемоданом. Конечно, можно сходить в дом и взять на кухне нож, а потом вспороть его, как индюшку. Но, это в крайнем случае, если я уж совсем разозлюсь. Вряд ли я смогу вызвать сюда слесаря, это был бы самый тупой случай в его карьере.

Пошарив по шкафу, я обнаружила найковские кроссы. Три пары. Все разных цветов, но совершенно точно они для бега.

Повинуясь любопытству, переворачиваю один из них.

Сорок пятый.

Не хило.

На полках есть одежда. Всё спортивное. Фирменные футболки, шорты и штаны. Целый ящик брендовых боксёров белого и чёрного цвета.

Какая избирательность.

Это два моих нелюбимых цвета, я предпочитаю что-нибудь поярче.

Закрываю ящик и решаю больше ничего не открывать. Очевидно, это Катиного мужа. Сделаю вид, что никогда этих боксёров не видела.

Приняв душ, складываю излишек подушек в углу и забираюсь голая под одеяло, не забыв включить кондей и оставив в ванной свет. Люблю спать в прохладе, даже зимой форточку не закрываю. Я на секунду загорелась идеей позаимствовать одну из футболок у хозяина, но потом передумала. Вдруг, какая-то из них его любимая?

Ржу.

Ну, а что?

И такое бывает.

Переползаю на самый центр гигантской кровати, зажав в руке телефон.

Переворачиваюсь на спину, натянув одеяло до самого подбородка. Надо мной окно, а за ним звёздная ночь. И оглушительная тишина вокруг.

Чувствую себя крошечной, как никогда. Всё из-за дурацкой кровати, я в ней просто потерялась. Такое ощущение, что всю это квартиру надстроили вокруг неё, иначе как её вообще сюда затолкали?

Немного подумав, врубаю в наушники шум дождя и сама не замечаю, как засыпаю, свернувшись калачиком и накрывшись с головой.

Меня будит инстинкт.

С колотящимся сердцем распахиваю глаза под одеялом, почувствовав, как прогибается матрас за моей спиной. Ноги отнимаются, а воздух застревает в лёгких, лишая меня кислорода. Кажется, я на секунду потеряла от ужаса сознание.

Презрев охватившую меня дрожь, с воплями подскакиваю, ожидая увидеть полтергейст или что-то более ужасное, как демон из Астрала, например.

Визжу и скатываюсь с кровати безвольной грудой своих костей.

В комнате полутьма, только желтая полоска света из ванной пересекает пол.

Перекатываюсь, как Рембо, и вскакиваю.

Бросаюсь к выключателю на стене и по пути врезаюсь в кресло, раздробив себе колено. Ору, хватаясь за него и скача на одной ноге. Оборачиваясь, стряхивая с глаз волосы, и застываю, застигнутая врасплох изумлённым вопросом:

— А ты, блин, кто такая?..

