Глава 17
Я сидела поджав под себя ноги, вновь и вновь пытаясь успокоится, но все попытки были тщетными. Разговор с Лешей прошел очень тяжело. Сын долго слушал меня, а потом закричав мне в трубку зачем мы его вообще родили с отцом раз я заболела и ни у меня нет денег отправить ни у обеспеченных родственников которые решили все свалить на меня.
Телефон был отключен. Я утерла слезы и закурила, хоть и понимала что в моем положении курить нельзя, но хуже я себе уже точно не сделаю. Гена запрещал, сердился, но разве это имело сейчас значения… Его больше не было. Со мной не было и я не знала, как дальше без него жить…
Последний разговор был такой, словно он прощался, словно что-то должно случится. Он так смотрел мне в глаза. Так пристально. А у меня все сильнее темнело в глазах. Я вновь и вновь восстанавливала хронологические события того дня.
Я нервно теребила сигарету в руках, дым витал в курилке обволакивая меня словно облаком в котором терялись все мои мысли и я сама. Позвонила сыну еще раз… Отключен… Главное чтобы глупостей не наделал, хотя Леша очень умный и рассудительный мой сынок…
Господи…Я готова встать на колени лишь бы с ним все было хорошо, лишь бы только с ним ничего не случилось, лишь бы все закончилось и наконец-то мы стали счастливы. Лишь бы все вернуть назад… Ведь мы так были счастливы. Почему это все случилось, почему…
Внезапно я закашлялась, к горлу подступила тошнота, в глазах потемнело, я резко встала и бросилась в сторону палаты, там открыв воду, умылась холодной водой все сильнее смотря на то, как у меня трясутся руки.
Меня тошнило, руки тряслись все больше и сильнее с каждой секундой, мне становилось только хуже….Я умылась холодной водой и выключив ее, прижалась к столу. Мне становилось только хуже, диагноз прогрессировал сильнее это был рецидив.
Сердце учащенно забилось, врачам свойственно ошибаться, свойственно ошибаться кому угодно, но только не судьбе, только не тому кто есть наверху и все решает за нас, я прекрасно понимала что тянуть нельзя. Время сейчас слишком дорогой для меня подарок. Его нет. Банально просто нет…
По щекам текли слезы…Гена… Его нет…Мои дети, я должна жить ради них, но, как жить, как если в наше время все упирается в деньги, что делать и, как я просто не представляла… Я стояла у раковины склонившись в тот момент, когда в палату вошел Филимонов. По его взгляду я без слов все поняла, конец приближается и он неизбежен.
– Клара Витальевна, вы должны немедленно начать курс химиотерапии по новой совершенно технологии это раз и ваш… Я не знаю кем вам приходится господин Вяземский, но, как я понимаю он готов оплатить ваше лечение в Риме, выбирать сейчас не приходится!
Я молчала. Просто молчала и смотрела в одну точку. Говорить ни о чем не хотелось, да и не могла я устав от всего.
Что происходило в моей жизни не понимала… Заблокировали счета, смертельная болезнь, погиб муж, я потеряла ребенка… Проблемы со старшими и сейчас врач сообщает мне что если я не возьму у Шакала деньги на операцию, я умру…
Умру…
– Клара Витальевна, я не знаю что у вас происходит с Вяземским, какие у вас отношения, но мой вам совет не тяните время! Я сам воспитывался без матери…Мать это святое… У вас дети…
Я молчала. Я все это понимала и все давно для себя решила. Если ему нужна больная умирающая женщина я согласна, лишь бы спасти своих детей. Лишь бы быть с ними рядом. Кроме них мне не нужен никто. Никто…
Даниил мрачно смотрел на меня.
– Клара что за цирк я не понимаю?
– Почему цирк? Если ты хочешь жениться на больной умирающей женщине то я предоставлю тебе эту возможность… В чем проблема?
Вяземский вздохнул.
– Я не знаю зачем ты так, но я безумно тебя люблю… Да может это глупо, но это любовь с первого взгляда, до последнего вздоха, называй, как угодно, но я без тебя не могу, не хочу жить и дышать! Я хочу повенчаться с тобой!!!!!!!!
Я молчала. Смотрела на него и понимала что делаю это ради детей, но внутри так тяжело. Когда то я думала что люблю Родиона, боготворила его и очень хотела счастья. Родила двоих детей… А если честно хотела сбежать из дома от вечных пьянок родителей, недоедания… Училась на маникюрщицу, мастера ногтевого сервиса и понимала что разительно отличаюсь от Роди, в институте, все есть… Родители пафосные, особенно его мама.
А сейчас даже Лешу не хотят на олимпиаду отправить…
– Хочешь дети поедут с нами? Леша едет на пару дней на олимпиаду, как раз мне дела уладить!
Я широко распахнула глаза. Он уже знает про Лешину олимпиаду? Оперативно.
– Да хочу!
Даниил подходит ближе, садится рядом и берет меня за руки. Странно…Я чувствовала такую дрожь когда меня взял спустя столько лет разлуки Гена. Чувствовала эйфорию и если честно, а здесь пустота. Самая настоящая пугающая пустота…
Непроизвольно захотелось выдернуть руку, но не смогла… Понимала что тогда все рухнет. Даниил словно почувствовал это и сжал ее крепче.
– Я люблю тебя Клара, я очень сильно люблю тебя, ты даже не представляешь как!
Он внезапно притянул меня к себе, его губы коснулись моих губ, а я понимала что к горлу от омерзения подкатывает тошнота. Нет, нет. Только ни это. Нет…
Резко дернулась поймав взгляд Даниила. Его мрачный тяжелый взгляд исподлобья, я видел, как желваки ходят на его красивом лице, как он бледнеет. Сколько ненависти в его глазах, если честно думала он толкнет меня с кровати или ударит. Сдержался.
– Ты все равно полюбишь меня, я тебя заставлю! Ты моя и будешь моя!!
– Молодой человек мы закрываемся! Я устало поднял голову, молодая официантка пристально смотрела на меня. Я встал, бросил на стол деньги и встав, направился к двери. Меня трясло стресса от выпитого, мной было выпито слишком много и я это не скрывал.
Шатаясь, я шел к дому. Я в розыске, жизнь полетела под откос, а Клара….Она в больнице я знаю что ее диагноз стал страшнее, так надеялся, что у нее все хорошо, что она будет жить, что будет счастливо жить и не вспоминать ни о чем плохом, станет наконец счастливая, для нее он есть и был дерьмом, который предал ее, предал. Инсценировал свою смерть зная что Шакал готовит на него покушение, зная что Шакал обналичил все его счета, а сам не мог заступиться. Спасти…
Но я хотел, как лучше и знал, рано или поздно, за мной придут, светит большой срок и тогда все. Как Шакал подлая мразь пытавшаяся сбежать за границу после того, как обчистил общак, он не мог так поступить. Он имел вес в криминальном мире, был авторитетом и допустить такого не мог.
Он лучше останется дерьмом в ее глазах на всю жизнь, чем позволит ей мучатся, страдать, ждать его и просто сломать себе жизнь.
Может и к лучшему что его больше нет в ее жизни… Может к лучшему что он умер, просто умер для нее…
Меня сильно шатнуло, я едва не упал, понимая, что сам падаю в своих глазах. Почти рядом притормозила шикарная иномарка, я дернулся и потянулся за стволом. Стекло машины опустилось, а потом распахнулась дверь. Я успел вытащить пистолет сжимая его в руке, люди Шакала да и сам Шакал не просто догадываются, а знают что я жив.
Все равно жизнь скоро оборвется. Из машины вышел высокий широкоплечий мужчина в дорогом френче. Он во все глаза смотрел на меня. – Вы кто?-грубо спросил я замечая некоторое сходство с отцом, своим покойным отцом которого так любил и также сильно ненавидел отчима который все это отобрал. Тот перевел взгляд на пистолет и усмехнулся. – Узнаю силу и мужество Юры своего брата! Ну здравствуй племянник! Ты просто вылитый отец! Я едва не выронил пистолет из рук, меня снова качнуло. Юрий….Так звали его отца. Родного отца…
– Папа! Называй меня папа, понял щенок?
Я весь сжался. Внутри все полностью сжалось. От обиды от всех его оскорблений и унижений. Ненависть переполняла меня. Он опять меня ударил. С крыльца уже бежала мама. Такая красивая. Волосы длинные белокурые, глаза огромные, точеная стройная фигура. Мама… Какая она раньше красивая была, первая красавица деревни.
– Ваня не трогай его! Ваня!
Сильный удар и мама отлетела. Я увидел, как она лежит на деревянных ступеньках, как держится за голову и какая ненависть просыпается во мне. Во мне встает раненый зверь.
Зверь который отчаянно ненавидит эту мразь, этого человека из за которого погиб мой отец, родной отец и я уверен что эта скотина приложила к этому руку.
– Еще раз тронешь маму, убью!
Схватил вилы и бросился на него. В этот момент мне казалось я убью его. За маму. За свою маму, за всю ее боль…
– Ты что выродок совсем охренел????
В глазах Ивана мелькнула ненависть. Я сжимал кулаки. Маленький плюгавый низкий. Зачем моя мама первая красавица деревни его выбрала… Папа такой рослый высокий красивый. А это что… Я чувствовал, как мои глаза наливаются кровью. Ненавижу суку, ненавижу его……
– Я тебя убью за мать, только тронь ее еще раз разорву!
Мама с трудом встает и бросившись ко мне, виснет на мне.
– Сынок не надо, прошу не надо!!!!