Глава 9. Откуда ты на мою голову?

Барин

Возбуждение не отпускает.

Пульс шкалит, по телу с периодичностью в пару минут пробегаются судороги. Ладони, пиджак, рубашка — все пахнет ее духами.

Речь о том, чтобы пойти спать, просто не идёт.

Я пытаюсь взять себя в руки и немного отвлечься на просмотр смет, но перед глазами снова и снова возникает игривая мордочка лисички.

Вот это я попал… Мне хочется поржать над собой в голос.

Дожить почти до тридцати шести и неожиданно осознать, что самое яркое сексуальное переживание у меня теперь будет связано с рыжей мордой. Чуйка меня не обманула.

Анечка, эта приличная девочка на самом деле настоящий пожар!

И как бы странно сейчас это не прозвучало, больше всего мне вставляет именно то, что она при всех моих вольностях и пошлостях в свой адрес продолжает оставаться для меня недоступной.

Уж не знаю, что думает обо мне сама Анечка, и какими последними словами называет за закрытой дверью своей комнаты, но я не планирую делать с девочкой ничего плохого.

Я хочу, чтобы она сама захотела меня. Сама отдалась. Очень опасное желание, по факту даже хуже, чем отношения без обязательств. Потому что понятия влюблённости и сексуального влечения у хороших девочек это слова синонимы.

Так выходит, я хочу Анечкиных чувств к себе? Очень интересный вывод.

И что я буду с ними делать?

«Вот это меня заносит!» — тру лицо руками и ершу волосы на голове. Неудовлетворение творит с мозгами мужиков совершенно дикие штуки.

Как легко можно стать готовым на все, лишь бы получить женщину.

Разбавить ее? Да, пожалуй. Идея отстойная, но рабочая. Иначе — я загрызу эту лисичку.

Откидываюсь на спинку стула и прикрываю глаза.

Откуда ты вообще взялась на мою голову, женщина? Я же два раза тебя отпустил.

(Флэшбэк) Вторая встреча.

— Что это у тебя? — забираю у Сереги листок бумаги и читаю вслух. — «Проведя оценку спроса на вышеперечисленные категории товаров в будние и праздничные дни за указанный период, можно выявить прямую зависимость и выразить наглядность сезонности спроса в графиках.» Хм… как интересно. Откуда? — удивлённо смотрю на друга.

— Производственная практика девочки из ювелирного. Нужно подписать. Ты знаешь, — он ставит росчерк в графе. — Я даже прочитал, чего пишет, и некоторые идеи мне понравились. Нужно будет напрячь бухгалтерию и отдел закупок, чтобы проверили расчеты. И если девчонка права, то она нашла примерно пять миллионов нашего потерянного дохода.

— Ну ка дай! — я забираю у Сергея остальные файлы и бегло смотрю цифры. — Черт, и правда. Кто такая? Может зря ее в продавцах держим…

— Сейчас придёт за документами, и познакомишься, — смотрит на часы Северов. — Слушай! Чего у тебя сегодня целый день телефон вибрирует? Опять припадочная влюблённая?

— Да понять не могу! — с раздражением сбрасываю очередной вызов с незнакомого номера. — Звонят какие-то дети и спрашивают секс по телефону.

— Так дай им секс, — ржёт друг.

— Дети, реально, Серег! — хмурюсь я.

— Девушки? — дергает удивлённо бровью друг. — Ты успел обидеть мстительную барышню?

— В том то и дело, что нет! Пацанье! — психуя, достаю из кармана телефон и рявкаю в трубку, — Алло!

— Это секс по телефону? — ржет мне в динамик нестройный хор пубертатных голосов.

— Да! — рявкаю.

— Тогда нам девочку позови мужик, — борзо отзываются в трубке. — Мы мальчиков не любим.

— Ну капец! — скидываю вызов, разводя перед Сергеем руками.

— По всей видимости, кто-то пошутил или ошибся в цифре. Сочувствую, но, скорее всего, придётся сменить номер, — качает головой Северов.

— Сергей Валентинович, — раздаётся в переговорном голос Татьяны, — К вам Анна Мирная.

— Пусть заходит, — отвечает он секретарю, нажимая кнопку. — Вот эта девочка, — кивает на дверь, которая открывается и запускает…

Анечку. Собственной персоной. То есть, эта зараза была моей сотрудницей, а я даже понятия об этом не имел?

— Здравствуйте, — она робко заходит в кабинет.

Как прилежная ученица, в белой рубашке и узкой чёрной юбочке до колена. В разрезе юбки я вижу кружевную полоску резинки чулок…

Давление моментально подлетает.

— Аня, присаживайтесь, — указывает ей Сергей на стул, который стоит напротив меня, — я подписал вашу практику, и знаете, у нас с Алексеем Егоровичем появились по ней некоторые вопросы.

Зараза опускается на стул, поднимает на меня глаза и… застывает с распахнутым ртом.

— Да, Алексей Егорович обычно производит неизгладимое впечатление на женщин, — посмеивается Сергей ее реакции. — Но я вам не советую поддаваться его обаянию. Служебные романы у нас строго запрещены.

Анечка бледнеет, а потом снова начинает полыхать щеками.

— Расскажите нам, — я невозмутимо забираю у Сереги ее работу и листаю до очевидно сомнительной части работы, которую успел заметить. Вот хочется мне ее кусать, да, чтобы подсбить спесь. — Откуда вы взяли данные о поведенческих реакциях женщин и почему разделили их на три возрастные категории?

— Кхм… — она пытается начать говорить, — для возрастной категории двадцать пять — сорок пять лет я просто провела эксперимент, а для остальных категорий анализировала продажи за последние два года. Эксперимент показал, что если рядом с женскими украшениями выделить отдельным блоком детские, то дополнительную покупку совершают двадцать пять процентов женщин. Категория до двадцати пяти лет гораздо активнее покупает серебро и не любит, когда смешиваются коллекции в выкладке. Они теряются в возрастной принадлежности и в итоге уходят без покупки, — дрожащим от волнения голосом поясняет Аня.

Переглядываемся с Сергеем. Он слегка пожимает плечами, мол, все логично.

В моем кармане начинает вибрировать телефон.

Я достаю его и, собираясь оторваться на звонящем, набираю воздух в лёгкие.

— Снова? — спрашивает Серега.

Киваю.

— Алло, — беру себя в руки и отвечаю на звонок почти невозмутимо.

— Это секс по телефону? — слышу уже привычный текст.

— Капец им, — говорю Северову одними губами.

— Стой! — машет он мне в ответ ручкой. — Спроси, где нашли номер.

Я торможу. И правда, почему эта простая мысль не пришла мне в голову самому?

— Да, — отвечаю в трубку елейно. — Он самый. В общем так, пацаны! — рявкаю, моментально потяжелевшим тоном. — Быстро сказали мне откуда у вас этот номер или завтра я приду к вам домой с ментами.

Вызов отключается.

— Ну ты крут, — Сергей подкатывает глаза, — так они и ответили тебе.

— Да насрать! — пенюсь я. — Завтра мы будем знать адреса каждого из звонивших, а уж Глеб с ребятами умеют выбивать правду.

— Не нужно ничего выбивать, — вдруг подаёт голос Анечка.

Я возвращаю к ней взгляд и отмечаю, что вид у неё стал ещё более испуганным, чем вначале.

Напугали девчонку? Ну случайно, ну бывает.

— Не нужно ничего узнавать, — повторяет она и опускает глаза в стол, стискивая в руках папку. — Это я ваш номер в школьном туалете у мальчишек написала. За то, что вы меня в машине поцеловали…

— Я сейчас ее убью, Серега… — говорю угрожающим шёпотом…

Открываю глаза и захлопываю крышку ноутбука. Надо было избавиться от этой мелкой заразы ещё тогда, пока я мог. Пока не смотрел за ней по камерам, не приходил, как придурок по любому поводу в магазин, чтобы увидеть. И так почти год.

Но тогда Северов встал на ее защиту и запретил увольнять «ценный кадр». Кстати, тут не поспоришь. Красивая, умная…

Спать! Рявкаю сам на себя, запрещая думать о девчонке. Поднимаюсь к себе в спальню и… не могу о ней не думать. Особенно в душе, особенно потому, что между нашими комнатами всего одна открытая дверь…