Глава 27. Осенний бал

И вот он – вход в залитый светом множества свечей и магических светильников зал. Волнуюсь, как юная девица на первом свидании: колени предательски подрагивают, ладошки вспотели, сердце так и норовит выскочить из груди. Ноги рвутся сбежать прочь, а любопытство тянет вперед.

– Графиня Элеонора Мищевская! – объявляет распорядитель.

На миг закрываю глаза. Спину ровнее, голову выше, вхожу. Вдох-выдох, я спокойна! Спокойна, блин!

Присутствующие с интересом оборачиваются. На их лицах удивление, видимо даже с таким нарядом я погорячилась, у всех женщин платья совершенно иных фасонов. Рулоны плотной ткани, корсеты, шнуровки, сложные прически, блеск драгоценностей… Я здесь как дева из восточного гарема, случайно попавшая в монастырь.

Бал, как много в этом слове, для дебютантки. Узнала бы несколько месяцев назад, что окажусь в фэнтезийном, наполненном магией мире, в качестве графини на королевском балу, ликовала бы как ребенок, а сейчас трясусь как осиновый лист. Пробегаю взглядом по лицам присутствующих в поиске родного человечка. Увы, его нигде не видно. Почему не пришел? Неужели передумал? Но почему тогда не сообщил лично, хотя бы записку передал бы, чтобы я была морально готова. Нет, он не может так поступить, только не он.

И все же зернышко опасений начало давать всходы, рождая панику. Даже магия платья уже не помогала, или у магической одежки эффект не долгоиграющий? Видимо не бывать мне Золушкой на этом балу. Та едва пришла и сразу привлекла внимание прекрасного принца, пригласившего ее на танец, а я? Пришла. Стою. Принца своего в упор не наблюдаю. Музыка играет, но никто не танцует, толпятся группками по краям зала, небольшое возвышение с троном еще пустует. Значит, гости ждут появление Его Величества? А я-то думала, что опоздала!

– Очень вызывающее появление, – раздался из-за спины скрипучий голос Мальвера.

– Я тоже рада вас видеть, – оборачиваясь к магу, отозвалась я.

Откровенно говоря, особой радости не испытывала, вот если бы мы оказались в более приватной обстановке, то с удовольствием допросила бы его о многом. Например, о том, зачем тот направил Дива в Мелозерье, или как так вышло, что недавний сон обернулся реальностью? Да мало ли еще о чем, вопросов хоть и поубавилось с некоторых пор, но ведь и новые не заставляют себя ждать. Благо, старик не стал задерживаться рядом, тут же устремившись к кому-то навстречу.

Как бы внутренне не хорохорилась ведя сама с собой бравадные беседы на тему: что бы сделала, если… А все равно исподволь поглядывала по сторонам и косилась на входную дверь, ожидая увидеть Дива. Я знала, чувствовала – он обязательно придет, не может не прийти, ведь король грозился объявить о нашей помолвке.

Прошла минута, две, пять, время тянулось, напоминая изысканную пытку, каждая секунда казалась вечностью. Вечностью без него. С той ночи, когда сон оказался отнюдь не сном, мы виделись лишь единожды, да и то при странных обстоятельствах – когда он успокаивал Дейру, решившую во что бы то ни стало отговорить меня от этого брака. Хотя чего хотеть? Прошло всего пара дней. У Дива наверняка море работы при столь высокой должности, удивительно, как он в Мелозерье вырваться сумел на столь долгий срок.

Отсюда проистекает новый вопрос: где мы будем жить после свадьбы? Если в столице, то… Как же мои планы по объединению Белых ведьм? Вряд ли горожане придут в восторг от того, что над городом начнутся регулярные полеты на метлах. Если король исполнит мои желания, то думаю и так недовольных будет немало, так зачем трясти красной тряпкой перед и без того разъяренным быком? А я надеялась, что совместно с другими Белыми нам удастся избавить род герцога Верленского от проклятия; как-то не хочется родить наследника и умереть. Конечно, хотелось бы поверить, что он бросит все ради нашего будущего и переедет ко мне в имение, но, увы, я достаточно большая девочка и понимаю, что его положение и многовековые традиции не позволят ему поставить личные интересы выше государственных. Вот и почему в моей жизни ничего не бывает просто?

От всех этих мыслей и волнений отвлек угасающий в зале свет. Музыка затихла, на миг воцарилась звенящая тишина; присутствующие, кажется, даже дыхание затаили, умудрившись бесшумно расступиться, образуя живой коридор, ведущий от входа к трону. Одновременно с распахиваемыми дверями грянули, заставив вздрогнуть, фанфары, и, словно в лучах софитов и прожекторов явно магического происхождения, в зал вошел Его Величество.

Монарх прошествовал к трону, установленному в конце зала на небольшом возвышении, развернулся к собравшимся и толкнул пафосную торжественную речь, закончив ее объявлением о нашей с Дивом помолвке, при этом произошло сразу два события: двери в зал распахнулись и вошел мой жених, а нас обоих подсветило теми же магическими прожекторами.

Народ вокруг меня расступился, пристальных взглядов стало больше и они ощущались гораздо острее, нежели прежде. Но я в этот момент могла смотреть только на Диверона. Как ему удалось за столь короткий срок стать настолько дорогим сердцу человеком? В детстве понятно, первая любовь и все такое; пусть она не забылась, но ведь после этого чего только не происходило, включая неудачный брак. И вот какой-то жалкий месяц равный трем неделям, из которых мы рядом были всего две, а я трепещу под его взглядом, тянусь навстречу как мотылек на лучик света, жажду услышать его голос, ощутить прикосновение…

Див тем временем, приветственно кивнув королю, что видимо дозволялось его положением, пошел, не отрывая взгляда, ко мне. И с каждым его шагом, мне становилось спокойнее, раздражение и нервозность, вызванные недосыпом, усталостью, страхом перед предстоящим разговором с Его Величеством и пристальным вниманием окружающих, отступили. Кажется, я впервые осознала, что означает фраза «почувствовать себя как за каменной стеной». Сам факт его присутствия словно окутывал меня защитным контуром, даруя покой и умиротворение.

– Ты великолепна, – едва слышно прошептал он, целуя мою руку, отчего по коже пробежали мириады мурашек.

– Этому браку быть! – провозгласил, привлекая всеобщее внимание, король. – Графиня, нас ждет приватный разговор. Бал объявляется открытым!

Нехотя оторвалась от Дива, тот шагнул было следом, но я остановила:

– Это только мое дело, – улыбнулась. – Все будет хорошо.

Мои слова Диверона явно не убедили, и я кожей чувствовала его присутствие, то, как он шаг за шагом следует за мной. Хоть бал и объявлен открытым, и музыка уже вовсю играла, но пары не торопились начинать танец, взгляды окружающих словно приковало ко мне. Это нервировало. Пока шла к трону, старалась выровнять дыхание и хоть немного успокоиться.

– Оставьте нас наедине, – распорядился король, и его советники удалились с возвышения, где стоял трон. – Диверон, твоей невесте ничего не угрожает, ты знаешь, что я не причиню ей вреда.

– Мне так спокойнее, – упрямо отозвался он, вставая рядом со мной.

– Я ей клятву на крови принес, что не причиню вреда, – едва слышно за звуками музыки произнес Его Величество.

– Это правда, – подтвердила я и, незаметно для окружающих, коснулась пальчиками сложной вязи магического тату, прикрытой широким браслетом.

Див удивленно приподнял брови и отступил.

Его Величество шепнул какое-то непонятное слово, тут же пояснив:

– Полог тишины, чтобы никто не подслушал. Время истекло. Хорошо взвесьте свои желания, прежде чем их озвучить, второй раз такими обещаниями разбрасываться не стану.

– Понимаю, – кивнула я. – И хочу…

– Постойте, – прервал меня монарх. – Не спешите, чтобы не сожалеть из-за необдуманных слов.

– Все взвешено и обдумано, – заверила я.

– И все же предупредить не помешает, – настаивал король. – Самое важное желание озвучить лучше в самом начале, вдруг лимит иссякнет раньше времени.

– Все три важны, и как это иссякнет?

– Не я и не вы считать желания будем, а связующая нас клятва. Допустим, вы пожелаете новые земли – это одно желание, а если вход в королевскую сокровищницу, то все зависит от того, сколько предметов вы там возьмете.

Бог мой, неужели он считает меня столь приземленной, мелочной и меркантильной?

– Понимаете?

– Да, – отозвалась я.

– Тогда дайте руку, – произнес он и, взяв меня за ладонь, приподнял повыше браслет, открывая нашим взорам образовавшийся на коже узор. – Ваше первое желание?

– Отмена закона о выявлении и казни Белых ведьм, – произнесла я, и король лишь скривил в невеселой усмешке краешки губ.

– Этого стоило ожидать от Белой, – наконец-то вздохнул он. – Сложно, но будет исполнено.

При этих словах магическое тату вспыхнуло серебристо-голубым светом, подтверждая его слова.

– Второе желание?

– Отмена закона о выявлении и уничтожении иномирян, – твердо глядя в глаза монарха, произнесла я.

В порыве эмоций мужчина отпустил мою ладонь, ухватившись за подлокотник трона, а кожа на костяшках пальцев побелела от того, как он напрягся.

– Стоило догадаться, – процедил он. – Не такая как все, сумевшая выжить после того как предопределение унесло Диверона в иной мир. Ты – его истинная пара, да?

Пока он все это говорил, я внутренне содрогалась от страха, что наплевав на клятвы король прикажет казнить, но магическая вязь, не дожидаясь слов подтверждения, вспыхнула серебристо-голубым, подтверждая, что желание засчитано. А я лишь кивнула, подтверждая его предположение.

– Да будет так, – едва ли не простонал король. – Никогда больше не пообещаю ничего женщине.

Так и подмывало сказать: «Никогда не говори никогда», – но сдержалась, а то мало ли зачтется как желание.

– Третье желание… – выдохнул огорошенный моими скромными требованиями монарх.

– Представительницы союза Белых ведьм войдут в совет при Вашем Величестве.

– Но никакого союза не существует!

– Скоро появится, – улыбнулась я, наблюдая, как буквально звереет Его Величество при виде вспыхнувшей магической вязи.

– И многих Белых ведьм вы знаете, графиня?

– Нет, но узнаю, – отозвалась я, мысленно добавив: как только силы вернутся, и Алиса заработает.

– Совет будет против, – стараясь изображать спокойствие, произнес монарх.

– Вы король, и в ваших силах менять взгляды и предрассудки подданных. Проклятие, настигшее ваш род и род моего жениха, имеет единый корень, и это иномирянка. Ее вынудили сделать то, что искалечило судьбы многих поколений на протяжении нескольких тысячелетий. Я не желаю такой судьбы своим детям. Не желаю, чтобы мой сын или внук когда-либо занял ваше место, – взглядом указываю на трон. – Одной мне не справиться, объединив силы Белых, шансы станут гораздо выше.

И как же хотелось сказать что-нибудь насчет пресс-служб и их обязанностей нести слово монаршее в массы, аки глас божий.

– Как обеспечить безопасность, если эти женщины что-то замыслят? Ведьмы шабаша в теории опасны, но они разрознены; у них нет единой цели, каждая ищет выгоду для себя, а их встречи проходят раз в год. Ими движет алчность, их жажда наживы предсказуема, а конкуренция никогда не позволит совершить нечто масштабное объединенными силами. А Белые? Они прежде вынужденно прятались, не имея возможности действовать вместе, вы желаете это им дать, и что будет?

– Они не воплощение зла!

– Допустим, нет, а их помыслы чисты, но чем это обернется впоследствии…

– Они… Не все, но хотя бы Верховные ведьмы дадут лично вам присягу на крови, как это сделала я. С рядовых ведьм примем клятву верности мы, главы союза.

– Иномирянка, и этим все сказано, – вздохнул король. – Обычные женщины понятия не имеют о структуре власти, не стремятся к созданию политических фракций. Но я вынужден согласиться. Шанс избавиться от проклятия дорогого стоит. Я так понимаю, возглавите этот союз вы, графиня?

– Да.

– Подготовьте основные документы, регламентирующие деятельность, права и обязанности членов союза, если потребуется, герцог Верленский вам поможет. Документы предоставите в канцелярию. Сколько потребуется времени на их подготовку?

Хороший вопрос. Сила ко мне вернется через месяц, потом смогу заняться поиском Белых и их привлечением в союз. И надо избрать, кто достоин стать Верховными. Придется как-то тестировать, экзаменовать, придумывать систему контроля за их деятельностью. Основу в теории расписать могу и раньше, но конечный вариант можно предоставить Его Величеству лишь после согласования с членами новоявленного союза.

– Полгода.

– Удивлен, – вполне искренне, не скрывая восхищения, произнес король. – Ни одного пожелания для себя, поразительная политическая подкованность, отсутствие поспешности в принятии важных решений. Вы в своем мире точно были женщиной?

– Однозначно, – наконец-то расслабившись, улыбнулась я.

– Что же это за мир такой чудной?

– Там по большей части царит равноправие полов, – отозвалась я.

– Ну что же, об этом мы непременно поговорим еще не раз в приватной обстановке, а сейчас пора возвращаться к гостям, – произнес Его Величество и шепнул заклятие, снимающее полог тишины. – Надеюсь, я приглашен на ваше бракосочетание? – как бы продолжая разговор, поинтересовался монарх, обращаясь к поднимающемуся на возвышение Диверону.

– Конечно, Ваше Величество! – откликнулся мой жених и, церемониально поклонившись венценосному другу, увлек меня в толпу танцующих. – О чем вы так долго разговаривали? – спросил он, кружа в танце.

Находясь в толпе, я не решилась ответить, да и не знала, стоит ли рассказывать все? Не то чтобы хотела что-то скрыть, просто зачем его волновать? Все, что случилось – уже случилось.

– И все же? – в очередной раз приближаясь, поинтересовался он.

– Ты ведь знаешь кто я, – улыбнулась, и это был отнюдь не вопрос, а иносказательное напоминание. – Нам свойственно нести перемены.

– И ты даже умудрилась найти рычаги давления на Дениуса!

– Я старалась, – таинственно отозвалась я, тая в тепле его рук, глаз и мечтая оказаться сейчас далеко-далеко, где мы будем одни.

Увы, в тот вечер мы так и не покинули бальный зал, как я планировала изначально. Когда Див был рядом, меня не волновали взгляды и перешептывания окружающих. К тому же он оказался превосходным танцором и так уверенно вел в танце, что я совершенно перестала бояться. Возможно, что-то делала не так, но казалось не только я, но и он этого не замечаем. А остальные? Я слишком люблю и уважаю себя, чтобы прислушиваться к их мнениям. В конце концов, для переживаний имеется множество куда более достойных поводов, нежели пересуды незнакомых мне людей.