Глава 18

Она обхватила его за шею, чувствуя, как его ладони неторопливо скользят по ее спине. И подалась вперед — так, чтобы сильнее прижиматься своей груди своею, Чтобы обхватить ногами бедра. И чтобы не отпускать.

Это был поцелуй со вкусом горячего шоколада — нежный, тягучий и многообещающий. Неспешный — Фил словно играл с Нелли, и она велась на эту игру, как мотылек — на огонь.

Когда он все же отстранился, девушка с трудом сдержала недовольный стон. Почему он так поступает с ней? Разве не видит, что он безумно ей нужен сейчас? Неужели не понимает, что с ней происходит?

— Почему я от тебя с ума схожу? — прошептала Нелли, вдруг поняв, что такое бабочки в животе. Она словно на аттракционе каталась, от которого дух захватывало.

Лукаво улыбаясь, Фил обманул палец в шоколад и провел им по губам девушки, свободной рукой придерживая ее за подбородок. После осторожно слизнул. Поцеловал. Повторил. После отстранился и, все так же удерживая Нелли за подбородок, заглянул в ее глаза своими — с жадностью и нежностью. Словно спрашивая, готова ли она продолжить. Нелли была готова — ему и спрашивать не нужно было.

Шоколад капнул на ее шею — прямо в ямку между ключицами. Нелли, тонущая в своих ощущениях, вздрогнула. А Фил склонился ниже, чтобы слизнуть шоколад оттуда и начать целовать — подбородок, шею, ключицы. Плечи — сквозь ткань футболки, которая тотчас стала какой-то совершенно ненужной. Были и поцелуи ниже линии плеч — тоже сквозь ткань, и Нелли запустила в волосы Фила пальцы, не понимая, что же с ней будет, когда она избавится от футболки. От таких поцелуев горели щеки и сердце стучало как ненормальное. А внутри разгоралось настоящее пламя.

Одной рукой Фил удерживал девушку за колено, другой — то прижимал к себе за талию, то проводил по ноге, и тепло его широкой ладони Нелли чувствовала даже сквозь пижаму. Он сдерживался — она чувствовала это, даже будучи совсем неопытной в отношениях. И старался быть мягким.

— Фил, — прошептала Нелли, — что ты со мной делаешь?..

— А ты? — спросил он, касаясь ее губ своими — кажется, они даже дыхание делили на двоих, жаркое и частое. — Что ты со мной делаешь? Моя хорошая, моя девочка, моя…

Им помешал звонок телефона. Звонили Филу — и по всей кухне гремела музыка «На краю», одна из последних песен. Сначала Нелли старалась не обращать на это внимание, однако звонок становился все громче и настойчивее. И сосредоточиться на губах и руках Фила получалось все хуже и хуже.

В какой-то момент они оба не выдержали. Фил отпустил Нелли, тихо выдав пару таких крепких слов, что она невольно улыбнулась, и схватил телефон, надрывающийся на столе. Это был его брат — он звонил по видеосвязи.

— Что тебе надо? — резко спросил Фил, ответив на звонок.

— Что, соблазнил уже мелкую? — с ходу поинтересовался Рэн, который, судя по всему, сидел у себя на кухне и что-то с аппетитом ел.

— Тебе-то что, придурок? — нелюбезно спросил его брат.

— Мы с парнями ставки сделали, — невозмутимо ответил Рэн и, увидев Нелли, помахал ей. — Привет, мелкая!

— Привет… Что еще за ставки? — удивленно спросила она.

— Сколько он продержится, — сообщил Рэн. — Он у нас обычно парень несдержанный, да, братик?

— Что ты несешь? — выкрикнул Фил. — Нэл, не слушай его.

— А что я такого сказал? — пожал плечами его близнец. Нелли рассмеялась. Ее не слишком смущали такие разговоры. Скорее веселили.

— Можно я тоже ставку сделаю? — невинным тоном спросила девушка, и Рэн закашлялся — подавился из-за ее слов. В кадре мелькнула чья-то женская рука — кажется, Рэну хотели постучать по спине, но он не дался. Выпил колы прямо из бутылки и пытливо спросил:

— Прости, мелкая, я ослышался. На что ты там ставку собралась делать?

— На несдержанность Фила, конечно же, — ответила она весело.

Ставку ей сделать не дали — ни один брат, ни второй. Рэн кричал, что это нечестно, а Фил — что это просто тупо. И вообще, никого не касается, что происходит между ними двумя.

Разговор закончился через полчаса, когда близнецы успели поссориться, а Нелли была вынуждена их мирить. После того, как Рэн откланялся, они допили остывший шоколад, словно ничего и не было. И пошли снова смотреть сериал. Фил подсоединил ноутбук к телевизору, и теперь смотреть стало гораздо удобнее — можно было просто лежать на спине в объятиях друг друга, и наслаждаться каждым моментом.

Последняя серия сезона закончилась, и Нелли стала просто листать по каналам, пока Фил, обнимая ее, разговаривал по телефону с Андреем. Если честно, телевизор она почти не смотрела, так, включала изредка утром, чтобы фоном шли новости или играла музыка. Нелли понятия не имела, какие у нее есть каналы, и что по ним показывают. В какой-то момент она переключилась на канал, по которому транслировали довольно-таки откровенный фильм — Нелли умудрилась попасть на одну из самых пикантных сцен, от которой у нее моментально покраснели щеки. Красивая девушка в объятиях мускулистого мужчины на подоконнике, за которым плещется море.

Увидев их, Нелли почему-то смутилась и попыталась переключиться на другой канал, однако, как часто это бывает, в самых важных моментах что-нибудь происходит — вот у нее, например, пульт вдруг выскользнул из рук и упал на пол. Нелли спешно потянулась за ним и случайно загнала под диван.

Парочка на экране со страстью предавалась страсти, делая это отнюдь не беззвучно. И Фил, до этого внимательно слушавший менеджера, уставился на экран, не понимая, что происходит. А Нелли в это время пыталась достать пульт, мысленно проклиная его, однако дотянуться до него не удавалось.

Звуки в телевизоре становились все громче, и Андрей возмущенно спросил:

— Фил, ты меня вообще слышишь? Что там у тебя происходит? Ты опять с какой-то девицей?

— Нет, я же болею, — ответил Фил, зачарованно глядя на происходящее на экране.

— Я слышу, как ты болеешь, — хмыкнул менеджер «На краю».

— Это просто телевизор, — отмахнулся гитарист. — Эй, Нэл, сделай потише!

— Не могу, — пропыхтела та, — пульт далеко!

В итоге Фил свернул свой разговор с Андреем, велел Нелли встать, отодвинул диван и достал пульт. Все его действия сопровождались аккордом из женских стонов, что его дико веселило. А вот Нелли было совсем не весело — ей было безумно неловко.

— Переключи уже на что-нибудь другое, — выдохнула она, увидев пульт в руке Фила. Тот широко улыбнулся.

— Стесняешься?

— Нет, — буркнула Нелли.

— Тогда почему ты так покраснела? — потрепал ее по щеке Фил. В это же время парочка в телевизоре решила поменять дислокацию — от подоконника они переместились на кровать с балдахином. Разумеется, все это сопровождалось громкими звуками.

— Потому что! Переключи уже, — поморщилась Нелли.

— Ай-ай-ай, так хотела меня соблазнить, а сама смутилась из-та такой сцены. — Кажется, Филу было смешно.

— Да не смутилась я! — заорала девушка.

— Может быть, ты представила себя на ее места? — продолжал веселиться парень, и Нелли поняла, почему близнец иногда хочет его прибить! Нет, он милый, но, боже, как мастерски умеет бесить!

— Ну, признайся! Представляла?

От переизбытка чувств Нелли ударила Фила по плечу. Тот рассмеялся.

— Ничего я не представляю! Извращенец!

— Жаль… Я, конечно, не такой накачанный, как этот тип, — кивнул на экран Фил, — но тоже кое-что умею.

— К черту ходить умеешь? — хмуро спросила Нелли.

Все так же весело смеясь, Фил, наконец, переключил на другой канал, и комнату наполнил зажигательный ритм популярной песни. Нелли скрестила руки на груди, всем своим видом показывая свое недовольство.

— Боже, Нэл, ты такая милая, безумно милая — с какой-то затаенной нежностью сказал Фил, глядя в ее глаза. — Ты пыталась раздеться передо мной, подглядывала, но кино для взрослых тебя смутило.

— Не пыталась я раздеться, тогда… случайно вышло. И я не милая, — проворчала Нелли, тая. Признаваться в том, что сцена ее смутила, она не собиралась.

— Милая-милая — пощекотал ее под подбородком Фил, как котенка. — Знаешь, почему ты мне так нравишься?

— Потому что я лучше всех? — нервно хихикнула Нелли.

— Другие девушки рядом со мной захотели бы повторить увиденное. Мне даже спрашивать бы не пришлось, — задумчиво ответил Фил. — А ты попросила выключить. И так забавно смутилась — ну, не спорь, я знаю, что тебе неловко. Я в очередной раз понял, что ты слишком чистая для такого как я. А в моей жизни было достаточно грязи. Я даже не помню имен всех тех, с кем спал, — зачем-то признался он. — Раньше не думал об этом, а теперь понимаю, что вел себя безрассудно.

— Ты говоришь мне это, чтобы я с воплями бежала от тебя прочь? — спросила она.

— Чтобы ты знала. Чтобы просто знала, кто я, — искренне ответил Фил.

— Я и так знала, — сдула прядь волос со лба Нелли. — Я видела тебя с другими. Боже, да я с детства знала, что ты тот еще бабник!

— С детства… — вздохнул Фил. — Это звучит так, будто мне девяносто лет. Я реально намного старше тебя.

— Перестань загоняться, Филипп. Мне не важно, что было в прошлом, мне важно, что у нас будет в будущем. А настоящим мы должны просто наслаждаться, — разумно ответила Нелли, в эти мгновения чувствуя себя старше, чем Фил.

Он притянул он и усадил к себе на колени и обнял, и ее словно окутало уютом. Они просидели так несколько минут, согревая друг друга, и обнимая его, Нелли кусала губы.

Если быть честной… Если совсем-совсем начистоту…

Да, она представляла. Представляла их вместе. Не так, как в этом дурацком кино, а совсем иначе. Чтобы все было романтично и до умопомрачения нежно. По-настоящему.

Они целовались, шутили, смеялись, устроили бой подушками. Нелли узнала, что Фил боится щекотки и пыталась защекотать его, повалив на кровать, а потом убегала от него с телефоном, грозясь написать что-нибудь эдакое в общую беседу музыкантов «На краю». В результате Фил поймал ее в кухне, схватил на руки и едва не уронил, потому что Нелли стала вырываться. Закончилось все тем, что вырубилось электричество.

— Это еще что такое? — вздрогнула Нелли, ничего не видя и инстинктивно ища руку Фила. Темноты она боялась с детства. Пальцы Фила крепко переплелись с ее пальцами. В отличие от нее он не растерялся.

— Включи телефон, Нэл, — велел Фил, глядя в окно. — Судя по всему, света нет во всем районе. Ни у кого свет не горит. Авария, наверное.

— Ненавижу темноту, — вырвалось у девушки.

— Ничего. Я же с тобой. — И Фил еще крепче сжал ее пальцы.

Они принялись искать свечи — Нелли точно помнила, что у нее был набор подарочных ароматических свечей. Она рылась в столе и комоде, а Фил светил ей телефоном. Затем пришлось искать зажигалку в чемодане Фила.

В результате зажжённые свечи они расставили на комоде, подоконнике и туалетном столике, и тьма отступила. В комнате стало уютно и как будто даже теплее; пламя мерцающих свечей отбрасывало на стены причудливые тени; пахло сливочной карамелью — казалось, этот аромат обволакивает. Сидя с Филом на диване, который вдруг стал их общим, и, положив ему голову на плечо, Нелли с удовольствием вдыхала этот аромат и думала, что так, наверное, пахнет сказка. По крайней мере, так пахнет ее сказка.

Их ноги были укрыты пледом, на коленях Фила лежала коробка с пиццей, а рядом стоял столик на ножках с ноутбуком — они смотрели сериал. На этот раз — «Скам», который Нелли обожала и скачала первый сезон, а Фил, разумеется, не видел. Оказалось, он вообще мало что видел из-за работы. Долго смотреть сериал, правда, не получилось — батарея все равно села, и они остались наедине друг с другом, в полутемной комнате, пропахшей сливочной карамелью. Фил рассказывал Нелли о концертах, о секретах закулисной жизни, о работе в студии, о том, как он пишет и сводит музыку, и она с удовольствием слушала его, впитывая каждое слово, как губка.

— Кей всегда сражается с нами, — говорил Фил, положив руку Нелли на плечо и глядя на пламя свечи. — Он пишет тексты — бывает, что в порыве вдохновения может написать стихотворение за час или за несколько минут. А потом мы пишем музыку, и все время спорим, потому что по-разному видим песню. Бывает, нужно потратить год, чтобы выпустить новый трек.

— И за это нужно благодарить Кея? — сонно хихикнула Нелли. — Он тот еще козлик, да?

Если честно, она не всегда понимала, как сестра уживается с ним. Но точно знала, что Кей любит Катю до безумия.

— Он обнажает душу, когда пишет стихи, — мягко возразил Фил. — Понятно, почему он борется с нами. Но он понимает, что мы делаем общую музыку, поэтому ему нужно прислушиваться к нам всем. Если честно, мы все время спорим во время работы над песнями. Часто ругаемся. Иногда дело до драк доходит. Но мы отлично понимаем друг друга. И мы делаем ту музыку, которая нравится нам, и это самое главное. — Он потянулся за телефоном, лежащим рядом, и случайно уронил его с дивана. Телефон со стуком упал на пол, и Нелли вздрогнула. Фил поднял телефон и снова обнял Нелли, а она высвободилась и легла головой на его колени, убрав коробку из-под пиццы.

— Почему ты так боишься темноты? — спросил он, перебирая ее волосы.

— Когда мама уехала, тоже было темно, — призналась она, глядя на блики свечей в стекле. — Была плохая погода, и вырубилось электричество. Я была совсем маленькой, но хорошо помню этот день. Мама привезла меня к папе, сказала, что уедет по делам, и что приедет, когда я посплю, но не приехала. Я ждала ее в темноте и боялась громко плакать, потому что думала, если мама узнает, что я плачу, то рассердится. Она не любила слез. Я сидела с Катей и Эдом в темноте, и она рассказывала какую-то сказку. Но я не слушала ее. Мне было страшно.

Пальцы Фила, перебирающие ее волосы, замерли.

— И что потом? — тихо спросил он.

— Пришел папа. Он прибежал весь мокрый из-за дождя, обнял меня и стал успокаивать, — ответила Нелли. — И тогда, наверное, я поняла, что мама не вернется, поэтому стала рыдать в голос. Рыдала до самой ночи. Сорвала голос. Я очень ждала ее. Думала, что мне нужно хорошо себя вести, чтобы она вернулась. И я изо всех сил старалась быть хорошей, но… Она так и не приехала. Мне сказали, что мама уехала по работе в другой город и что она скоро приедет, только я знала, что это ложь.

— Я не люблю осуждать людей, но твоя мама поступила неправильно, — сказал Фил.

— Она поступила ужасно — давай все называть своими именами, — усмехнулась Нелли. — Она отвратительная мать. А я отвратительная дочь. Я долго не могла ее простить, и, наверное, до сих пор не готова сделать это полностью. Эта квартира принадлежала ей, она подарила ее мне на совершеннолетие. Но, знаешь, лучше бы она извинилась передо мной. Живя здесь, я все время вольно или невольно вспоминаю ее.

— Тебе было тяжело, маленькая моя, — прошептал Фил. — Ты сильная девочка, раз не сломилась.

— Рядом со мной были мои родные. Постоянно приезжала бабушка, помогала. И Катя всегда помогала. Так что не жалей меня, ладно? Это не я потеряла многое, а мама, раз так легко отказалась от меня. По крайней мере, так для себя решила я сама.

— Ты действительно сильная. Я горжусь тобой. Фил склонился и коснулся губами ее лба.

— Знаешь, я, наверное, головой я понимаю ее, — вымученно улыбнулась Нелли. — Она была молодой, красивой, с большим будущим, но влюбилась в бедного художника с детьми от предыдущего брака. Наверняка беременность стала для нее неприятным сюрпризом. Думаю, она пыталась создать семью — родила меня, расписалась с папой, но быстро поняла, что не сможет так жить. Она хотела достатка, хотела наряды, хотела путешествовать, а папа жил творчеством. Деньги для него ничего не значили, а для нее значили слишком многое. К тому же вместо одного ребенка она получила троих. Наверное, поэтому и сбежала. Нашла какого-то мужика, переехала в США. Потом вроде одумалась, пыталась наладить общение, звала жить к себе, но я ни разу не поехала.

— А она приезжала к тебе? — спросил Фил.

— Нет, и самое смешное, — ей не дают визу, — отозвалась Нелли со смешком. — Да и не хочу я ее видеть вживую. Пока что не хочу… А у тебя милая мама, мне она понравилась. — Ей хотелось поменять тему.

— Да, она замечательная. Но, к сожалению, ей достались такие сыновья, как мы, — вздохнул Фил. — Она все никак не может дождаться внуков.

— Скажи ей, что я быстро могу решить эту проблему, — почему-то стало смешно Нелли.

— И как же? — низко склонился к ней Фил, а она обняла его за шею, чмокнула в губы и снова попыталась защекотать.