Глава 22

— Спасибо, что поддерживаете меня, котята. Если честно, я боялась говорить об этом. Боялась говорить о том, что любимый человек может ударить меня. Боялась рассказывать о его проблемах с наркотиками, — говорила она приглушенным голосом, пока зрители ставили сердечки и присылали комментарии. — У нас ведь как принято — если бьет, значит, любит. Значит, сама виновата. Если наркотики принимает — так ты сама его выбрала, куда смотрела? Наверняка принимаешь вместе с ним. Мне правда было страшно, но мои друзья поддержали меня, сказали, что так больше нельзя, что я не имею права просто молча расстаться с Филом, что своим примером я должна показать — мы, женщины, не должны терпеть такое отношение к себе. — Крис смахнула с лица несуществующие слезы. — Я не рассчитывала, что вы поверите мне. Ведь кто он, и кто я? Он — рок-звезда, сам Фил из «На краю», у которых просто сумасшедшие фанаты. А я — обычный блогер, даже не миллионик. Я безумно рада, что вы поверили мне. Что поддержали меня! Спасибо вам, спасибо!

Крис прикрыла глаза ладонью и всхлипнула — фальшиво, как решила Нелли. Зато остальные зрители тотчас решили поддержать ее — количество сердечек просто зашкаливало, а комментарии строчились, как из пулемета.

— Я готовилась несколько дней, чтобы рассказать правду, — продолжила Крис. — И в самый последний момент даже пыталась улизнуть с интервью, но мне не дали этого сделать. Напоили успокоительным и буквально посадили в кресло. И я все рассказала. Даже то, чего рассказывать не хотела… Спасибо за то, что вы у меня есть.

Скорп стала читать комментарии и отвечать на некоторые из них, все так же фальшиво всхлипывая, и Нелли, не удержавшись, написала ей:

«Правда все равно всплывет наружу. Что ты будешь делать тогда?»

Нелли не ожидала, что Скорп увидит ее сообщение в потоке остальных, однако она увидела. Вспомнила ник. И поняла, что это Нелли. На ее лице появилась хищная улыбка — всего на мгновение.

— Правда уже всплыла, — сказала Крис, глядя в камеру, а Нелли показалось, что она смотрит прямо ей в глаза. — Знаете, что самое обидное, котята? Я безумно его любила.

Не в силах больше слушать ее, Нелли вышла.

* * *

— Будешь что-нибудь? — спросил Фил.

— А что есть? — поинтересовался Игорь.

— Не знаю. Посмотри в баре, — пожал плечами его брат.

— Вот это я понимаю! Вот это уровень гостеприимства! — захохотал Игорь. — Нет, ничего не хочу. Хочу поговорить с тобой, чувак.

— Давай поговорим. — Фил первым направился в полутемную гостиную зону, освещенную несколькими замысловатыми настенными светильниками. В креслах они с братом расположились совершенно идентично — положив ногу на ногу, только Фил — левую, а Игорь — правую.

— Ты вообще как? В норме? — спросил Игорь. — Да ладно, я вижу, что не в норме. После такого никто в норме не будет. Но, кажется, мелкая привела тебя в порядок в ванной, да? Как она тебе, колись?

— А как ты думаешь? — улыбнулся с затаенной нежностью Фил.

— Я думаю, что огонь. Огонь ведь?

— Огонь. Еще какой.

— Я рад. Честно. Мне нравится мелкая. Не просто красивая кукла, а девчонка с головой. И своя, что ли, — признался Рэн. — Такая не бросит просто так. Не предаст. Ты думал раньше, что вы будете вместе? — вдруг спросил он с жадностью — хотел знать о брате все.

— Когда я впервые ее увидел на мальчишнике Келлы, то просто хотел увезти подальше, — признался Фил. — Там было слишком много алкоголя и похоти для ребенка. И потом я всегда воспринимал ее как ребенка. Младшая сестра девушки друга. Никак иначе. Даже и не заметил, что она выросла.

— И я не заметил, — признался Игорь. — Сейчас смотрю на нее и понимаю, что это другая Нелли. Не та смешная девчонка, помешанная на аниме. А соблазнительная юная леди. С такой и я не прочь был бы позажигать.

— Не советую засматриваться на мое.

— Ты с детства такой! Не бери мои игрушки, не трогай мой велик, не играй на моей гитаре…

— Это ты меня задрал со своей гитарой! — возмутился Фил.

— …не трогай мою девушку, — продолжал веселиться его брат. — Я и не трогаю, идиот. Может быть, я вообще решил вас благословить. Живите и размножайтесь.

— Пошел ты!

— Да ладно-ладно, не кипятись. Вообще-то я приехал по делу. Проверить, как вы, и сказать, что Коварин уже собрал юристов. Они подают в суд на Скорп за клевету. Ты бы знал, какой он злой! Он дьявольски зол, что согласился тогда на эту сделку с агентством Скорп. Но он сказал мне, что шансы на успех в суде большие. Тебе просто нужно переждать. Пересидеть. Не высовываться. Не давать интервью. Ничего не постить в соцсетях.

— Это ничего не изменит, — тихо ответил Фил.

— Посмотрим. Не раскисай, чувак. Кому какая разница, употреблял ты дурь или нет? — воскликнул вдруг Игорь. — Это твое личное дело, в конце концов! Главное, что ты делаешь охрененную музыку! А остальное не должно никого волновать.

— Я видел комменты. Меня ненавидят, — отозвался Фил. В глазах его брата вспыхнула ярость.

— Ты же знаешь эту схему. Это просто волна негатива, которая вскоре схлынет, когда найдется новая жертва, которую можно будет хейтить. Просто пережди это. Потом сделаешь опровержение. Мы подумаем, как лучше — через соцсети или в интервью. Тебя уже просто везде хотят — в офисе телефоны ни на минуту не замолкают.

— Понятно, — кивнул Фил, хотя на самом деле понятно ему ничего не было.

— Эй, не воспринимай это как конец света. Думай об этом, как о черном пиаре. О тебе все говорят. Окей, пусть не те вещи, которые ты бы хотел о себе слышать, но тем не менее. Ты топ в поисковых запросах.

— Или топ среди ублюдков, — отозвался Фил.

— Прорвемся, братишка, — уверенно заявил Игорь, пытаясь заставить близнеца воспрянуть духом, да и сам пытался бодриться, хоть и понимал, что ситуация патовая. — Ты просто должен слушать меня. Я все-таки старше и умнее. Сразу сказал тебе — не связывайся с этой крысой.

— Откуда я мог знать, что она такая? — нахмурился Фил.

— Ты слишком часто веришь людям, — пожал плечами его брат. — Ты либо идиот, либо святой. И я склоняюсь к первому.

Он перегнулся через столик, который их разделял, и ударил Фила по колену.

— Взбодрись! Я же сказал — прорвемся. Ты рок-стар или кто, мать твою?

— Я всегда боялся, что это всплывет, — глухо отозвался Фил.

— Знаю. Знаю, что боялся. И я тоже боялся. Знаешь, почему? Потому что страшно за тебя. Ты же у нас утонченный, эмоциональный. Мне было бы по фиг, честно. А ты у нас особенный. Можешь и… — Игорь вдруг замолчал и опустил взгляд.

— Я не сорвусь, обещаю, — серьезно сказал Фил, поняв, что брат имел в виду. Их взгляды встретились.

— Знаю, — кивнул Игорь. — Иначе я тебя убью. Своими руками придушу. Я не шучу. Я не позволю тебе так жить, как раньше.

— Я не позволю себе этого сам.

Братья обменялись взглядами — твердыми и решительными. Они с детства умели понимать друг друга всего лишь с одного взгляда.

— Нужно что-то делать, — прищурился Рэн, изучая брата. — Нельзя убегать, нужно принимать бой.

— Знаю. Знаю, что нужно, — взлохматил волосы Фил. — Приду в себя и сделаю это. Мне нужно время.

— У тебя мало времени, чувак.

— Это я тоже знаю.

— Ладно, прорвемся.

— Прорвемся… Родители знают? — спросил Фил со вздохом.

— Еще нет, — ответил Игорь. — Я их потом аккуратно в курс дела введу. Пока что мать спрашивала, когда ты приедешь домой, а я сказал, что ты зависаешь со своей девушкой. Кажется, она обрадовалась.

— А парни что?

— А что парни? — пожал плечами Игорь. — Офигели. Или ты думаешь, тебя хотят выгнать? Нет, конечно. Перестань бредить. Синий сказал, что если бы Скорп была парнем, он бы сделал из нее тушенку. Арин как всегда философствовал. Типа ничего страшного не произошло, главное, что живой. Кей велел успокоиться — просил передать, что мы со всем разберемся. А, да, еще он просил передать — если ты несерьезно настроен к мелкой, то это будет страшнее, чем видос от Скорпионши, — вспомнилось парню, и его тонкие губы искривились в ухмылке. — Я он говорил это с такой рожей, что я ему поверил.

— Я серьезно настроен к ней, — ответил Фил. — Передай ему, что возможно, однажды мы станем родственниками.

— Нет уж, такие вещи ты ему сам передавай, пожалуйста, — отказался Игорь. У фронтмена «На краю» был ужасный характер.

— Сам так сам, — кивнул Фил.

— То есть, ты хочешь сказать, с мелкой у тебя серьезно?

— Серьезно.

— Насколько? Хочешь жениться на ней, завести детишек, построить дом и купить собаку? — прищурился Игорь.

— Честно? Не знаю, что будет дальше, и не хочу загадывать, — пожал плечами Фил. — Мне хорошо рядом с ней. А ей — со мной, несмотря на то, что она все обо мне знает. Надоело быть одному. Хочется стабильности. Я повзрослел, да? — неожиданно улыбнулся он брату.

— Я бы сказал — постарел, — коротко хохотнул Игорь. — Но дело, как говорится, хозяйское. Если тебе хорошо с мелкой, я буду только за. Живите и размножайтесь, дети мои.

— А ты сам не хочешь остепениться? — вдруг спросил Фил.

— Быть с одной женщиной всегда — сомнительное удовольствие, — заявил его брат.

— Когда ты был влюблен в ту девчонку, Ульяну, ты хотел провести с ней всю свою жизнь, — заметил Фил. Ульяной звали первую и, наверное, единственную любовь Игоря. Она и ее сестра-близняшка развлекались тем, что по очереди встречались с парнями, и Игорь стал одной из жертв — и только потому, что им стало интересно: а сможет ли тот, у кого есть брат-близнец, раскусить их. Игорь не смог. Сначала это была игра, а потом Ульяна по-настоящему влюбилась в парня и стала встречаться с ним. Однако в итоге Игорь узнал правду, бросил ее и поклялся, что никогда больше любить не будет. Он был так обижен, что сам какое-то время развлекался с девушками, встречаясь с ними в разных ипостасях. Позднее эту забаву подхватил и Кей.

— Сколько мне было лет? — поморщился Игорь. — Я совсем пацаном был. Надел розовые очки и решил, что этот мир населен феями и пони. Кстати, я недавно нашел ее страницу. Случайно, разумеется.

Фил чуть приподнял бровь.

— Да ты что? И что ты узнал о ней?

— У нее двое детей, она в разводе, снимает квартиру и поправилась размера на четыре, — жизнерадостно сообщил Игорь. — А я рок-стар, путешествую по всему миру и веду свой блог. Такой лол. Она ведь могла жить совсем другой жизнью со мной.

— А ты уверен, что у тебя была бы такая жизнь, если бы остался с ней? — задумчиво спросил Фил.

— Кто знает, — пожал плечами его брат.

— Ты скучаешь по ней? — вдруг спросил Фил, прищурившись.

— Что? Спятил? — расхохотался Игорь.

— Скучаешь. Реально скучаешь. Не можешь выбросить из головы. Иначе бы давно нашел себе постоянную подружку.

— Слушай, придурок, я ведь и ударить могу за такие слова, — вдруг посерьезнел Игорь — близнец точно попал в яблочко.

— Лучше бы отпустил ее. Сходи к психотерапевту, он тебе поможет.

— Это я тебе сейчас помогу! — Рэн вскочил со своего места, схватил брата, и они стали дурачиться — драться в шутку.

* * *

Нелли вернулась к братьям тогда, когда Рэн взял Фила в захват за шею, а тот сделал подсадку, и они оба полетели на пол, оба при этом хохоча. Они снова казались подростками, а не взрослыми мужчинами.

— Вы с ума сошли? — спросила Нелли, садясь в кресло. Близнецы нехотя встали. Рэн уселся на кресло с ногами, а Фил сел рядом с девушкой на подлокотник.

— Нет, просто твой парень идиот, — широко улыбнулся Рэн.

— Сказал человек с отрицательным ай кью, — парировал Фил.

— Вы как дети, мальчики, — покачала головой Нелли.

— Ну нет, рядом с тобой я чувствую себя стариком, — отозвался Рэн. — Я помню тебя подростком! Как ты вообще превратилась за это время в такую красотку?

— Я старалась, — зарделась Нелли и зачем-то погладила Фила по влажным волосам. Он, в отличие от нее, не пользовался феном. Тот поймал ее за руку и поцеловал в ладонь. Глядя на них, Рэн по-доброму усмехался, но ничего не сказал.

Он провел с ними время до самой ночи — они долго и обстоятельно разговаривали о том, что случилось, рассуждали, строили планы, дружно ругались на Скорп и недоумевали, почему люди так охотно верят в грязь — без всяких доказательств. Нелли считала, что некоторым людям просто нравится делать это — они выплескивают негатив, зная, что останутся безнаказанными, а выплеснув, будут немного счастливее. Им станет немножко легче, правда, ненадолго. Ведь на негатив легко можно подсесть. А вот Рэн считал иначе.

«Когда ты втаптываешь в грязь другого, появляется иллюзия, что тебя самого не смогут в нее втоптать, — говорил он, сидя в кресле с ногами. — Тебе кажется, что ты становишься не жертвой, а охотником. Но это глупо. Всегда может найтись охотник, у которого пуль побольше и прицел точнее».

Фил по большей части молчал — слушал, что они говорили и переваривал.

В какой-то момент к ним по скайпу присоединились остальные музыканты «На краю»: фронтмен Кей, барабанщик Келла и бас-гитарист Арин, каждый из своего дома. А также Андрей Коварин, который находился в кабинете для совещаний с юристом и пиар-директором возглавляемого им агентства. Все они обсуждали произошедшее и пытались разработать правильную стратегию. Комментарии так и хотели оставить закрытыми, пока не поутихнет первая волна негатива, однако Фил вдруг решительно сказал, что хочет написать пост и открыть комментарии.

— Зачем? — устало спросил Андрей. — Это еще больше их разожжет.

— Я не хочу молчать. Хочу высказать свою точку зрения, — нахмурился Фил. — Рассказать правду.

— Правдоруб, — едва слышно хмыкнул Кей.

— Фил, послушай, если ты сделаешь пост сейчас, то, боюсь, тебе не поверят и воспримут его как оправдание или, хуже того, как ложь, — терпеливо начал втолковывать ему Андрей. — Нам нужна какая-то база для доказательств. Мы с пиар-отделом считаем, что лучший выход — это переждать бурю, а затем, заручившись поддержкой решения суда…

— Я не виноват, чтобы прятаться, — перебил его Фил. — Ну какого черта, а? Я молчу и все наверняка думают, что я виноват, поэтому не высовываюсь. Мне сейчас страшно — я видел реакцию людей, и я знаю, что обо мне сейчас говорят. Но я не хочу молчать. Я хочу защитить свою репутацию. Свое имя. Я напишу пост. Выложу. Открою комментарии. Пусть пишут, что хотят.

— Принцесса разбушевалась, — ухмыльнулся Рэн.

— Но Фил, ты реально спровоцируешь новую волну, — сказал пиар-директор — молодой мужчина с ухоженной бородкой.

— Плевать. Реально плевать. Я не делал ничего плохого, чтобы прятаться. И я не слабак — выдержу это, — жестко отозвался Фил. Он снова напомнил Нелли того парня, который разъярился, увидев, что ее могут задеть осколки разбившихся бокалов на афтепати после концерта. Тогда в нем было что-то особенное — этакая дерзкая мужественность, которая заставила ее сердце биться чаще. И сейчас Фил стал таким же — уверенным и разгневанным. Нелли вдруг подумала, что гордится им. Не каждый может пойти против общественного мнения.

— Мужик! — заявил Келла. Остальные парни согласились с ним.

— Окей, — поднял руки кверху Андрей, поняв, что спорить бессмысленно. — Тогда меняем планы. Если ты готов взять на себя огонь, пиши пост.

— Только перед отправкой пришли мне, — встрял пиар-директор. Фил кивнул, а менеджер «На краю» продолжал:

— Дашь интервью. Нужен влиятельный блогер с аудиторией, чей охват не меньше, чем у того парня, с которым беседовала Скорп.

— Есть кое-кто на примете, — снова вмешался пиар-директор, одновременно что-то печатая в планшете. — Организуем.

— Что ж, Фил, если ты готов к тому, что будет, задействуем все наши резервы, — продолжал Коварин. — Кстати, как насчет того, чтобы рассказать правду о договоре между тобой и Крис? Уже не имеет смысла держать его в тайне.

— А неустойка за нарушение пунктов о неразглашении? — спросил Рэн. Она действительно была большой.

— Тут пусть уже юристы бодаются. Может быть, поведение Скорп и ее агентства можно будет расценить, как нарушение договора, — ответил Андрей. — Будут разбираться в суде.

Юрист, сидевший рядом с ним, только кивнул в ответ — он тоже что-то печатал на своем ноутбуке.

— Кстати, кто у них там самый известный блогер в агентстве? — задумчиво спросил сам у себя Андрей и сделал какую-то пометку, а после снова поднял лицо. — Может быть, ты, Нелли, тоже поучаствуешь в интервью? Создадим новую историю. Фил полюбил другую, а Скорп так обиделась на него, что решила облить грязью, взяв одну из самых хайповых тем, связанных с насилием.

— Вообще-то так и было, — бодро заявила Нелли, которая была готова на все. — Она звонила, писала, даже приходила. Очень хотела, чтобы Фил был с ней и дальше. e769fd

— Отлично! — обрадовался Андрей. — Тогда…

— Нет, — снова перебил его Фил. — Нелли не должна светиться. Не хочу, чтобы она участвовала в этом.

— Поддерживаю, — сухо сказал Кей.

— Почему?! — возмутилась девушка.

— Тебе не стоит соваться во все это дерьмо, — твердо ответил Фил. — Иначе доля грязи перепадет и тебе.

— Мне все равно.

— А мне — нет. Не вмешивайся в этом.

Нелли лишь вздохнула. Спорить с ним она не могла. Обсуждение продолжилось, и девушке казалось, будто она находится в каком-то военном штабе, в котором решают очень важные вопросы. Спать они пошли под утро. Рэн уехал, а Фил и Нелли рухнули в кровать и заснули почти мгновенно — так эмоционально устали.