Глава 37

Утро выдалось ранним. Александру в мэрию, а затем в аэропорт, а мне домой собирать девчонок. Завтра днем они улетают. Завтракаем в тишине, он листает новости на планшете, я смотрю в мелькающий на беззвучном экран телевизора. Горничная или кухарка, не знаю кто она тут – дама лет пятидесяти накрывает на стол и разливает по кружкам чай. Удаляется, оставляя нас наедине. Пробегаю глазами по столу – чего только нет! Не завтрак, а шведский стол. Беру вареное яйцо и тарелочку с кашей. Бутерброд. Жую, бросая на него взгляды. - Как спалось? – спрашивает, не глядя. Голос его ото сна еще хриплый, царапающий – всё, как люблю. - Нормально. – Киваю, отвечая с набитым ртом. - Нормально? – Он удивленно вскидывает голову. – Ну ты партизанка! Сопела как ангелок! Я к слову сказать спал отлично! В объятиях, да женщины, которая мила! М-м, песня! - Ой, - цокаю, поперхнувшись. – Ну не трави мне душу, прошу тебя! Он громко смеется, отбрасывает планшет и принимается за еду. - Не смешу. Говорю истину! - Звучит как признание в любви. – Хмыкаю. Внутри все сжимается. – Или издевка. - Выбирай сама, что по душе! – предлагает довольно. И чему он опять радуется? - Снова твои игры, Саша! - Да где-е?! Ни разу ведь! Аринка, Аринка! – мотает головой, улыбаясь. А я не знаю ни как реагировать, ни что думать. Улыбаясь, машу рукой на него. Просто ем. У парадной уже две машины. Одна для него, вторая моя. - Водитель отвезет, - говорит торопливо, прижимает меня к себе. – Сильно не буянь, веди себя примерно. Скоро вернусь. - И? - Что «и»? Мне понравилось, что ты у меня ночевала. Хочу еще. Привыкну конечно, но да ладно! Когда если не сейчас быть счастливыми? Поджимаю губы. И люблю, и ненавижу его сейчас, гада! - Как думаешь, мы бы смогли быть парой? – спрашивает вдруг, добивая. Давать надежду влюбленной женщине – то еще оружие в руках мужика! Замираю. Забываю дышать. - Как мужчина и женщина? – спрашиваю сипло. Шмыгаю носом, жмусь к нему – ветер бешеный! - Ну да. Отношения. - Серьезные? – мои брови лезут на лоб. - Арина! Конечно! Хмыкаю растеряно. - Наверное. Если оба хотят, то почему бы и…да. - А ты ведь хочешь? – Улыбается, но мотает тут же головой. – Молчи. Я знаю. Вздыхает и чмокнув меня в губы, сжав за ягодицу, уходит. *** Дома кипиш. Во-первых, мама терроризирует меня вопросами, во-вторых, Есения тоже… И я как в ловушке, отмахиваюсь от них обеих полдня и только смеюсь. - Надо бы Есении докупить летних нарядов, - говорит мама, упаковывая свои два платья в чемодан. - Да! – соглашаюсь. – Этим и займемся! Есения, я вызываю такси, едем в детский мир! Дочка довольна, а я беру сумочку и вызываю такси. Пока ждем на крыльце машину, листаю ленту новостей и снова мир переворачивается с головы до ног. В новостном паблике нашего города новая фотография меня и Александра. Откуда-то сверху наведен объектив – я и он во дворе его дома. Следующий кадр – мы у забора нашей дачи. Ну и где твоя доблестная охрана, Александр? Куда она, черт возьми, смотрит?! Мотаю головой, на минуту выпадая из реальности. Подпись к снимкам звучит еще ужасней: «Его игрушка! Его игрушка!». Его игрушка – повторяю по слогам. И вздрагиваю, когда дочка тянет меня за руку. - Ма, такси, ты чего встала и замерла? - Идем, - киваю, блокируя телефон и убирая его в карман. У меня развивается настоящая паранойя, мне кажется, что все на меня не так смотрят. Даже таксист, что бросает взгляды в зеркало заднего вида. Сосуд моего терпения медленно, но безвозвратно наполняется. Нервы гудят как натянутые струны. Не лопнули бы… В торговом центре та же ситуация. Не могу спокойно ходить, говорить, выбирать одежду. Предоставляю право выбора дочери, и та с радостью наполняет корзинку шортами, майками и платьями. Идем в примерочную, у которой на удивление небольшая очередь. Занимаем место за мужчиной с девочкой лет десяти. Смотрю на детские кепки и мне хочется нацепить одну из них. Еся крутится у зеркала неподалеку, примеряя солнечные очки в розовой оправе. Ей идет, и я разрешаю взять их тоже. А мне бы вон те синие или черные подошли… К мужчине с девочкой подходит женщина, его жена и ее мама. Переговариваются и тетка лет на пять меня старше, ухмыляется, окидывая меня взглядом с головы до ног. Думаю, что просто совпадение, или мне кажется, потому что я уязвлена. Но нет… Их дочь вдруг верещит на весь магазин. Оборачиваюсь – она выдирает из рук Есении очки и толкает мою дочку в сторону. Моя малышка падает на пол и обиженно поджимает губы. - Что случилось, девочки? – спрашиваю, в момент подлетая. Протягиваю руку и помогаю дочери подняться. Отряхиваю, целую ее. - Она взяла мои очки! – жалуется девчонка. – Я первая их увидела! - Они не твои. Ты их не покупала, и я увидела их первая! – защищается дочь. - Не ври! – девочка снова нападает и пытается толкнуть Есению. - Ну-ка перестань! – делаю замечание и ее мать налетает на меня коршуном. - А ну отвалила от моей дочери, шалава! – орет она, толкая меня в спину. Все посетители обращают на нас свои взоры. Заливаюсь румянцем, точно спелый томат. По инерции делаю шаг вперед и резко оборачиваюсь. - Что, если спишь с депутатом, так все можно? – шипит эта невоспитанная хабалка. Теряюсь. Лишь дергаю плечом. Язык присыхает к нёбу. - Да оставь их, - роняет пренебрежительно ее муж и морщится, глядя на меня. – Не разговаривая с этой грязью! Они победоносно идут в примерочную, а я хватаю дочь и спешу на выход. - А вещи, мама? – почти плачет Еся. - Ой, прости. Давай так купим, там же я посмотрела, все твои размеры. Ладно? Дома примерим, если что я верну неподходящее. На кассе оплачиваю покупки, и мы уходим из этого места. Меня так трясет, что не могу взять себя в руки. Есения завистливо смотрит на игровую, в которой на батутах прыгают дети, и я согласно киваю. - Сходи, малышка на час. Я пока кофе выпью. Оплачиваю ей носочки и вход, и спешу на выход. Кофе мне не поможет. Мне нужно высказать ему всё! После пары гудков, слышу его голос и тут же выдыхаю. - Ненавижу, Саша тебя! Меня снова опозорили на весь город! Ты вообще в курсе? - Я видел, - произносит хрипло. Невозмутимо. А я уже реву от обиды. - Это ужасно, слышишь? Саша, сделай хоть что-нибудь! Он молчит. Слышу его дыхание. И тишина. Отключаю связь и блокирую его номер. Точка.