Глава 11

Я дышала очень быстро и тяжело, отчего этот чертов крем лишь сильнее въедался в кожу, а зажимы сильнее впивались. Я смотрела на Вампира обезумевшим взглядом и неконтролируемо еще сильнее раскрывала бедра. Я хотела его кем бы он сейчас ни был.

В душе мне хотелось рыдать от этого. Я ненавидела сейчас свое тело. Как оно могло так меня предавать? Как я могла опуститься до такого?

Но все же теперь это чувство было не таким острым как в первый раз. Да, я была заложницей, но я не чувствовала себя сейчас сломанной. Мне хотя бы не хотелось умереть на месте. Я не чувствовала себя жертвой. Я не понимала почему. Возможно, это действие все тех же неведомых транквилизаторов? А может быть мне помогало то, что я уже не подвешена, и меня пока никто не режет и не бьет?

Внезапно Вампир вдруг влез ко мне на кушетку и сел на колени. Затем раздвинул их и приблизился ко мне максимально близко. Теперь моя промежность и его пах почти касались, а его колени упирались мне в ребра.

– Смотри на меня, грязная сучка, – властно проговорил он. – Хочу, чтобы ты скулила, дрянь.

Я сжала зубы, закусив цепочку. Оскорбления немного вывели меня из этого возбуждающего морока, и я снова осознала с кем я.

Вампир тем временем обхватил мои бедра и прошелся большими пальцами по внутренней поверхности, нарочно медленно задевая каждый зажим.

Я заскулила, испытывая спазмы возбуждения. Они были уже настолько ощутимыми, что плотным шаром катались внизу живота. Когда же Вампир коснулся моих зажатых складочек, я не выдержала и зарыдала. Я больше не могла терпеть. Мне казалось, что у меня сейчас лопнет что-нибудь.

– Проси, – этот псих смаковал мои слезы. – Я хочу услышать это.

– Хозяин… – захныкала я, горя от боли и пожара, – трахните меня… пожалуйста…

– Не так, – ему не понравилось. – Заведи меня. Я хочу трахать грязную суку, а не хныкающую девочку.

Я только было собралась попросить его вновь, но на этот раз прикусила себе язык. Этот зажим ужасно мешал, из-за чего я не могла нормально сглатывать. Однако прикус был настолько болезненным, что я снова ощутила вкус крови во рту и злость на этого урода.

Не помня себя от ярости, я забыла обо всех зажимах и начала так свирепо сопротивляться как только могла. Я поднимала бедра вверх и с грохотом обрушивала обратно на кровать, желая уничтожить от злости все вокруг. Но тут широкие ладони обхватили мои бедра и больно сжали. Я вскрикнула, все еще рыдая от злости, и тут же почувствовала, как твердая головка уперлась в мое лоно.

– Нет! – зарычала я. Мое возбуждение почти полностью трансформировалось в агрессию, но тут я получила очень резкий толчок, а затем тянущую боль внизу живота.

– Аааа, – заныла я, скатываясь в бок.

Хотелось зажать живот руками и дать себе хоть минутку отдышаться, но этой минутки у меня не было. Не давая мне хоть чуть-чуть привыкнуть, мужчина стал грубо двигаться во мне, своими толчками сотрясая все зажимы на моем теле.

Теперь я кричала вперемежку с рыданиями и пыталась хоть как-то улучшить свое положение, но для этого нужно было просто расслабиться. А как тут расслабиться, если у тебя болит все, что только может болеть?

– Крикливая дрянь, – зашипел он, хотя ему явно нравились мои крики. – Ну ничего. Я тебя сейчас усмирю.

Мужчина почти навалился на меня и своими толчками стал буквально вбивать меня в кровать. Я дрожала всем телом еще и от того, что он не снял с меня ни одного зажима. Все они терлись о тело этого психа, и причиняли мне боль. Я еще сильнее заливалась слезами, но вдруг силы у меня совсем закончились.

Я стала стихать, а отчаяние медленно расслабляло мое тело. И вместе с этим вся моя агрессия вновь откатывалась в возбуждение.

Когда же я застонала и блаженно закрыла глаза, Вампир понял, что мне хорошо. Он стал действовать еще грубее, специально дергал меня за цепочки, но я мужественно терпела, сконцентрированная только на одном: я должна это выдержать.

Но Вампир и на этом не остановился. Он налег на меня всем телом, продолжая яростно вколачиваться, а руками зажал мне горло. Обезумев от страха, я снова принялась сопротивляться и хрипеть что-то.

– Вот такая ты мне нравишься, Белоснежка, – усмехнулся он. – А теперь кончай. Я хочу видеть, как ты это сделаешь. Кончай, сука.

Как?! Он ведь меня сейчас задушит!

– Я… сейчас… умру… – прохрипела я.

Я настолько испугалась удушья, что попросила помощи у моего же насильника!

– Умру… – повторила я и закатила глаза.

По-настоящему. Я не играла. Я действительно больше не могла.

Тогда мужчина разжал мне горло, но еще обхватывал его, а затем впился в меня с поцелуем. Зубами он разжал зажим на моем языке, вытащил его, и снова проник в мой рот. Он вдыхал в меня свой воздух, словно пытался держать меня так «на плаву», а сам еще яростнее вбивался в меня бедрами.

У меня же наконец наступило полное бессилие. Из-за кратковременного удушья и таинственных транквилизаторов у меня наступило что-то типа опьянения. Я совсем перестала чувствовать боль, зато мне стало очень хорошо. Там. Я почувствовала приятную горячую волну, поднимавшуюся со дна живота.

Последнее, что я запомнила, это как я сама коснулась языком Вампира в поцелуе, а затем болезненная, но долгожданная разрядка прошибла судорогой мое тело. В глазах все поплыло. Голова закружилась. Конечности отнялись. Я постепенно отключалась от реальности, но даже по ту сторону реальности я все еще чувствовала себя заложницей этого психа. Вечной заложницей. У меня умерла надежда на побег.