Глава 26

Игнат

Пока мы ехали за Лихом, я успел себя накрутить, упрекая за то, что сам отдал девчонку ему в руки. Ведь это я приставил парня следить за ней круглые сутки. Всю дорогу смотрел на его автомобиль, что петлял по улицам и переулкам Москвы. Я не был уверен на сто процентов, что мы шли по нужному следу. Но других зацепок и вариантов у меня не было. Проехать пришлось через полгорода, прежде чем его машина свернула во двор.

Я замер, и сердце стало стучать в ускоренном режиме. Чувствовал, что совсем скоро увижу Инну. Очень переживал, что с ней стало за эти два дня, и готов был карать за нее виновного. И все же надеялся, что Лих не маньяк. Только вот мотивов его понять не мог.

Автомобиль остановился у обычной многоэтажки. Лих вышел и направился к подъезду. Наша машина остановилась чуть дальше, чтобы не вызывать подозрений. Я поторопился в тот же подъезд, лифт показывал, что остановился на девятом этаже. Туда мы и двинулись. На площадке находилось четыре квартиры, в какую из них вошел Лих, мы не знали. Только не успели что-то решить, как одна из дверей открылась.

– Любимая, мы уедем, и он нас не найдет. Мы будем счастливы там, – произнес Лих, показываясь на площадке.

За руку он вывел покорную девушку.

– Да, – чуть слышно ответила она.

Нас пара не заметила. Оценив ситуацию и не заметив в руках парня никакого оружия, я преодолел разделявшее нас расстояние и схватил Инну за руку, отлепляя от Лиха. Она смотрела на меня, открыв рот и широко распахнув глаза.

Он тоже резко развернулся и хотел было уже кинуться на меня, но напоролся на дуло пистолета, направленного на него. Парни, стоявшие за моей спиной, тоже держали оружие наготове. Оскалившись, словно дикий зверь, Лих преобразился в безумного человека. Он вдруг громко захохотал, а Инна в это время крепко ко мне прижалась и мертвой хваткой сжала в руках мою футболку.

Задвинул свою девочку за спину, слыша, как она шмыгает носом. Обезумевший парень кинулся на меня, в руке его блеснул длинный нож. Я помнил, что за спиной у меня стояла Инна, и не мог уклониться от удара. Все происходило слишком быстро, рефлексы сработали быстрее, чем я решил, что мне делать, и отбил удар, закрываясь рукой. В тот момент, когда нож оставил на коже глубокий порез, раздался выстрел.

Парень застыл на месте, медленно перевел взгляд на грудь, где расплывалось большое темное пятно. Посмотрел внимательно на всех присутствующих и выронил из руки нож. А вслед за ним и сам рухнул на пол.

– Разберитесь здесь, – кинул я парням и, схватив Инну за руку, потащил вниз.

Спустившись по лестнице на один пролет, вызвал лифт. Хотел поскорее увести ее с места убийства. Как бы там ни было, Лиха мы все же застрелили. Приятного в этой ситуации было мало, но мне важнее то, что моя девочка снова со мной, что она в безопасности.

– Ты как? – спросил у нее, когда мы спускались на лифте.

Она подняла на меня перепуганные глаза и кивнула.

– Все в порядке? Он что-то сделал с тобой? – спросил я о том, что меня особо беспокоило.

– Нет, – ответила она чуть слышно.

– Я очень за тебя переживал, но отыскать не мог. В том доме мы нашли только твоих похитителей и никаких следов. На Лиха я бы никогда не подумал, – заговорил я, прижимая девушку к себе.

Она была послушной, словно тряпичная кукла, и безразличной ко всему. Опустила взгляд в пол, но потом резко уставилась на мою руку.

– У тебя кровь течет! – воскликнула она, хватая меня за руку. – Нужно срочно остановить кровотечение и ехать в больницу. О боже, здесь уже целая лужа.

– Ничего, выживу. На меня работает врач, так что нужно просто доехать домой. Там меня заштопают, – ответил, хмыкнув. Мне нравилось видеть ее прежней. Это лучше, чем коматозное состояние.

– Все равно нужно перетянуть руку, жгут наложить. Ты все вокруг зальешь и останешься без крови, – спорила она, поднимая мою руку.

Мы быстро добрались до машины.

– Где тут аптечка? – спросила она, уже роясь в салоне.

В этот момент во двор въехал Борис на моем внедорожнике, видимо, мой водитель пересел за его руль специально, чтобы пригнать сюда. Но я был этому рад. И тому, что не придется ждать остальных с трупом наперевес. К тому же самому за руль лучше не садиться. Борис сразу понял, что к чему, и поспешил к нам уже с аптечкой в руках. Быстро наложил мне жгут и загнал обоих в салон. Не прошло и пяти минут, а мы уже выезжали из двора. Инна снова притихла. И лицо, и губы ее были очень бледными. Такой ее я еще не видел.

– Ты как себя чувствуешь? Ела что-нибудь? – спросил я, не в силах удержаться, хотя меня серьезно клонило в сон.

Бессонные ночи и потеря крови истощили организм. Веки были словно свинцовые, и мне стоило больших усилий удерживать их открытыми.

– Ела, со мной все в порядке. Это нервы. Я за эти двое суток, видимо, все израсходовала. Думала, что он меня увезет, а ты никогда не найдешь. Я даже сомневалась, что ты меня ищешь, – безэмоционально произнесла Инна и откинула голову, прикрывая глаза.

– Я искал, – произнес совсем тихо, хотел еще что-то добавить, но мысли перепутались, и я провалился в объятья Морфея.

Когда мы приехали, пришлось подняться и войти в дом, где в кабинете уже ждал врач. Состояние мое было далеко не боевое, штормило и ноги плохо слушались. Инна шла рядом, поддерживая меня за руку.

– Что случилось? – поинтересовался врач, готовый в любой момент приступить к операции.

– Ничего страшного, руку порезал, – ответил я неохотно.

– Глубокое ножевое ранение, и он потерял много крови, она буквально лилась, – возмутилась Инна, присаживаясь на ближайший стул.

Меня уложили на кушетку. Доктор, после детального осмотра принял решение зашить рану, так как она была действительно глубокой. Мне было все равно, что и как будут делать с рукой, лишь бы поскорее оставили в покое. Хотелось доползти до спальни, прижать к себе Инну и проспать целые сутки.

Пока меня штопали, Инна сидела и о чем-то думала, уставившись стеклянным взглядом в стену. Я бы многое отдал, чтобы знать, что вертелось в ее милой головке. Иногда она бросала взгляды в мою сторону, закусывала губу и отворачивалась.

– О чем ты думаешь? – спросил, усаживаясь на кушетке, когда врач наложил мне несколько швов и уже занимался перевязкой.

– Много о чем. Ты знаешь, я за эти три дня о многом успела подумать, – ответила Инна, не глядя на меня.

– Я тоже много думал и много что решил.

Инна посмотрела на меня, встала и направилась к двери.

– Тебе лучше отдохнуть. А я очень хочу домой. Пусть меня кто-нибудь отвезет или вызовет мне такси, – произнесла она уставшим голосом.

– Нет, я тебя никуда не отпущу. Я не смогу спать, если тебя не будет рядом. Останься, – ответил, качнув потяжелевшей головой.

Обезболивающие работало против меня. Я лукавил насчет сна.

– Я прошу, отпусти меня. Тогда в спортклубе я решила, что это конец. После всего, что случилось, я только больше убедилась, что это правильное решение, – несла какой-то бред Инна.

– Ты серьезно? Из-за мелкого спора ты хочешь разорвать наши отношения? Но ты не учитываешь моего мнения. Я против, – ответил я, стараясь, чтобы голос звучал твердо.

– Да, сейчас я думаю только о себе, уж прости, – ответила она и замялась на какое-то время. – Помнишь, ты должен мне желание? Я выиграла его.

– Помню, – ответил, нахмурившись. Голова отказывалась соображать, и я терял нить разговора. Я чувствовал, что что-то не так. Но понять не мог. – Чего ты хочешь?

– Отпусти меня, – тихо повторила она свою просьбу.

– Хорошо. Ты так долго ждала, чтобы вот сейчас я отпустил тебя домой? На такую мелочь ты тратишь свое желание? – уточнил я, удивляясь женской логике.

– Нет, не просто отпустить домой. Оставь меня в покое. Сегодня и всегда. Мое желание больше никогда тебя не видеть и не слышать, – тяжело вздохнув, ответила она и опустила голову.

– Что? Нет! – Не мог поверить я своим ушам.

– Да, я ухожу. Не смей идти за мной. Прощай, – прошептала она и вышла за дверь.

Готов поспорить, что видел, как из ее глаз катились слезы и падали на пол. «Что за бред. Ведь она сама этого не хочет. Зачем тогда отказывается от меня?» – думал я, готовый рвать волосы на голове.

Я попытался пойти за ней, но даже встать не смог. Завалился обратно на кушетку и отключился. Тому, что мне снилась Инна, даже не удивился. Только она была грустной, в ее глазах плескалась печаль. Было такое ощущение, что она даже во сне со мной прощалась.

Не знаю, сколько я проспал, только когда открыл глаза, солнце ярко светило в окно. Голова пульсировала от накатывающей боли. Память услужливо подкинула события последних трех дней. Я взвыл от безысходности. Она меня бросила. Просто ушла.

Услышав мои стенания, врач вошел в комнату, оборудованную под палату.

– Все в порядке, Игнат? – спросил он, взволнованно глядя на меня.

– Да, только голова раскалывается, – недовольно ответил я.

Только после его прихода заметил капельницу, от которой трубка тянулась к моей руке.

– Тебе поесть нужно. Когда ты последний раз нормально питался? – поинтересовался он, вытаскивая катетер из вены.

– Не помню. Ты прав, надо поесть.

Я поднялся и пошел на кухню, где меня уже ждал повар. Он быстро стал подсовывать мне тарелки с едой. Только меня вся эта церемония совсем не привлекала. Я ел, только потому что понимал, что нужно. К тому же потерю крови стоило быстрее восполнить. Вот только вкуса еды не чувствовал. Аппетита тоже особо не было. Набив желудок, отправился наверх.

Впереди было много дел. То, что Инна ушла, не значило, что я мог себе позволить ничего не делать. Тем более теперь.