Глава 37

После совещания Рейвен, наконец, вспомнила про заброшенную в теплице флюибеллу. Шансов, что непересаженная красавица стоически перенесла эти два дня, практически не было. Но чудеса же случаются? Девушка переоделась в рабочую форму, надела садовый «патронташ» и отправилась в парк. Солнце уже клонилось к закату, но вечерняя прохлада еще не опустилась на Интегру. Чирикали на все голоса какие-то птички, и ни с чем не связанное чувство радости наполняло Рейвен.

— Мисс Манслоу! — раздался сзади запыхавшийся голос ходжесовского секретаря. Похоже, он увидел девушку в окно, и потом бежал по дорожкам парка, стараясь ее догнать. — Сэр канцлер, спрашивает, не прогуляетесь ли вы с ним некоторое время? Он вас ждет на скамейке у водопада.

Рейвен растерянно кивнула. Обычно, если у Грега в расписании появлялось время, он сообщал об этом заранее. С другой стороны, сейчас, при отсутствии комма, может, ей просто не успели передать информацию? В любом случае отказать канцлеру в такой малости, как прогулка, просто невежливо. И Рейвен поспешила к водоему с колоннадой.

У пруда не было ни души, не считая самого канцлера. Он сидел на изящном кованном стуле с высокой спинкой, а перед ним образцово накрытый стол и еще один стул. Сердце Рейвен испуганно ухнуло, но годы тренировки позволили ей быстро собраться и принять приветливо-официальный вид.

— Добрый вечер, Грег! Если бы я знала о вашем сюрпризе, то оделась бы подобающе случаю, — с улыбкой мягко проговорила девушка, подходя к свободному стулу. Ходжес тут же встал и помог леди сесть. Манеры у него все же, непонятно откуда, были безупречные.

— Но ведь тогда это перестало бы быть сюрпризом? — подмигнул канцлер, садясь напротив. Столик был расположен таким образом, чтобы ничего не мешало любоваться уже начавшимся закатом.

Рейвен машинально положила на колени салфетку. Правила этикета были в нее вшиты на подсознательном уровне, и неважно, что рабочий комбинезон в защите совершенно не нуждался.

— Что вам положить? Может, кусочек сенччи?

Рейвен кивнула. Она уже успела оглядеть стол и поняла, что на нем присутствуют только ранее понравившиеся ей блюда. Приятное тепло охватило девушку и позволило расслабиться, снова став настоящей. Как же приятно осознавать, что кто-то наблюдал за ее вкусами и стремился все запомнить, чтобы доставить радость!

— Как сегодня прошел ваш день? — спросила девушка, отправляя маленький кусочек рыбы в рот. Та прямо таяла на языке, а соус был восхитительный! Казалось, сегодня повар превзошел сам себя.

— Как и практически любой день за последние сорок пять лет, — хмыкнул Грег, тоже пробуя сенччу. — В делах и заботах. Признаться, только с вашим приездом, мисс Манслоу, я начал отличать один день от другого.

— Вы мне льстите, — смутилась девушка.

— Что вы! Никогда не позволил бы себе лжи по отношению к вам, Рейвен. А ваш день как?

— Почитала, поработала, поучила язык — ничего выдающегося, — девушка снова улыбнулась, глядя, как Ходжес подкладывает ей на тарелку пару аппетитных канапе с авокадо, креветкой и оливками.

— Рейвен, — продолжил Грег после некоторой паузы, — я хотел бы сделать вам предложение…

— Погодите! — девушка потом много раз сама себе удивлялась, откуда у нее взялась смелость перебить канцлера. — Можно мне сказать первой?

Ходжес, казалось, несколько растерялся, потом улыбнулся и жестом предложил Рейвен продолжать.

— Вы замечательный человек, канцлер… Грег… Честное слово! Когда я сюда летела, то даже представить себе не могла, что обрету в вашем лице первого настоящего друга. Вы достойны самого лучшего, и в первую очередь настоящей любви. К сожалению, я не могу дать вам то, что нужно! Мое сердце принадлежит другому человеку! — силы и храбрость оставили Рейвен сразу же после этих фраз. Ей стало неловко за напыщенность своей речи, и, хотя она была искренна, хотелось сбежать и спрятаться. Только накатившая вполне физическая слабость не дала ей встать со стула. Девушка даже не могла поднять от тарелки глаза.

— Джарэд? — в голосе канцлера на удивление были только тепло и понимание.

Не в силах выговорить хоть слово, Рейвен только отрицательно покачала головой.

— Что ж, надеюсь, это не менее достойный юноша. Рейвен, вы мне уже даете все, что мне нужно.

Девушка в недоумении, наконец, рискнула посмотреть на канцлера. Грег улыбался, и в его взгляде чувствовалась гордость.

— Когда я увидел вас в первый раз за ужином, а потом в саду, я впервые в жизни пожалел, что у меня нет своих детей. Мне из рук вон сразу не понравилось, уж простите за прямоту, как отец обращается с вами. Как будто вы его вещь. Что-то неодушевленное. Я стал представлять, что вы моя дочь. И наверное, несколько заигрался. Все эти встречи с вами были для меня как бальзам на мою стариковскую душу. Так вот, возвращаясь к месту, на котором вы меня перебили. Я хочу предложить вам помолвку. Для всех, кроме нас двоих, это очевидный ход. Ваш отец успокоится, улетит на Землю или Китану. Вы получите свободу перемещения по Интегре в пределах безопасных для моей невесты. И уж полную свободу голоса и выбора — это точно. Единственное мое условие: если вы решите начать принимать чьи-либо ухаживания — уведомьте меня заранее. Я хотел бы разорвать помолвку, сохранив при этом лицо. Что скажете?

— И мне даже отдадут комм? — совершенно не к месту спросила дезориентированная девушка.

Ходжес от души рассмеялся:

— Это единственное препятствие? Аппарат были вынуждены забрать, потому что олухи-охранники допустили вашу с Джарэдом встречу. Из политических соображений сейчас очень важно, чтобы никто не узнал, где он гостит. Комм вам вернут сразу, как ситуация разрешится. Обещаю.

— Я подумаю над вашим предложением, — только и смогла выговорить Рейвен.

— Отлично! — как ни в чем не бывало продолжил канцлер. — Самое время переходить к десерту! Уверен, вы еще ни разу не пробовали пирог с популикой! И вот эти крошечные эклеры тоже очень рекомендую!

* * *

Ник сидел как на иголках — по договоренности с Рейвен она дала знать за некоторое время до визита к отцу. Ивар Манслоу в этот момент очень удачно расположился за терминалом и что-то с экрана читал. Периодически он нажимал на консоль и обновлял страницу. Ник сделал десятиминутную запись. Вполне можно было считать, что ему повезло. У парня уже была близкая по изображению копия с прошлого вечера: Ивар читает, потом идет в душ и ложится спать. Впервые с двухлетнего возраста парень возблагодарил режим дня за то, что у некоторых, он существует.

«Готово», — просигналил он Рейвен и включил зацикленную запись. Теперь Ник видел то же, что и на пульте охраны. Ивар читал. И читал, и читал… А Ник дергался и постоянно проверял время на комме. Рейвен должна была зайти, отвлечь отца, договориться о разговоре с ним после душа, подложить жучок, быстренько переговорить и уйти. Беседа с Иваром должна была занять минимум времени, иначе бы на пульте насторожились, что это вдруг мистер Манслоу сегодня настолько зачитался, и начали что-нибудь проверять. Минуты тянулись о-о-очень медленно. Цикл уже пошел на третий круг… «Давай же, фея, давай… Уходи оттуда, раз ничего не вышло. Только умоляю, не рискуй!»

«Все ок», — пришел долгожданный ответ, и Ник быстренько заменил зацикленную запись вчерашней. Кусок до укладывания в кровать занимал двенадцать минут. Ник уповал на то, что этого времени главе корпорации «МГТ» и сегодня хватит, чтобы улечься. В противном случае возникла бы «склейка» — вот Манслоу выключил свет и лег, а в следующую секунду, например, опять сидит у терминала, или переодевается, или чай пьет… Неважно. В этом был определённый риск, но избежать его было нельзя. Опять же, на каждого оператора на пульте приходилось по несколько десятков камер. И он очень надеялся, что, если казус и возникнет, его просто не успеют отследить. Шли последние секунды записи, Ник даже задержал дыхание… Фух, на этот раз обошлось. Парень от всего сердца надеялся, что больше никогда в жизни ему не придется рисковать другим человеком.

Ник подумал, что имеет смысл сегодня лечь пораньше. Ближайшие дни обещали быть насыщенными. Но Селена еще гремела в кухне посудой. За день, включая кастрюльки, сковородки и черпаки, ее накапливалось довольно много. Ник и представить не мог, что где-то еще не пользуются очистителями. Ну хотя бы самыми примитивными — ультразвуковыми. Ожидая «сестренку», Ник решил не терять времени и поставил перекачивать в комм всю наиболее ценную информацию. Он планировал взять и терминал, но оставить его в аэрокаре. Перемещаться по Дому Правительства хотелось максимально налегке и со свободными, на случай необходимости, руками. Ник наизусть выучил дорогу до комнаты Джарэда. Изучил все места, где можно временно спрятаться, если в коридоре они вдруг окажутся не одни. Даже написал специальную программку, которая при нажатии на одну и ту же кнопку будет сперва выдавать пароль влета, потом заменять видео на парковке, так чтобы на посту охраны увидели, что из аэрокара вышел именно его владелец Монди, потом «скармливать» такую же липу камере лифта, ну и так далее. Селена все не возвращалась. Ник уже всерьез забеспокоился и пошел искать девушку сам.

Она обнаружилась на крыльце, ведущем во внутренний дворик. Селена сидела, поджав к себе колени и обхватив их руками. Свет от фонаря тут был совсем тусклый, но и при нем было явно видно, что глаза у нее красные и опухшие.

— Аллергия на планету? — попытался разрядить обстановку Ник, садясь рядом.

Селена шутку не оценила, лишь прошептала:

— Я ничего не могу придумать…Джон. С этой четверкой. Ничего… Я абсолютно бесполезна.

— У нас не чемпионат по полезности, — серьезно сказал Ник, а потом легонько толкнул девушку в плечо, привлекая внимание:

— Четверка — это не страшно. Пересдашь! Пойдем спать! — сказал он неестественно назидательным тоном, помогая себе глазами.

Селена, кажется, опомнилась, потому что встала без пререканий и пошла наверх.

«Я серьезно. Что мы будем делать с четверкой охраны? Стрелять нельзя, поднимется шум. Нас тогда точно не выпустят живыми», — написала она на терминале, войдя в комнату.

«У нас еще несколько дней! Выход найдется! Может, все-таки я пойду один? Ты нас пожизненно рассоришь с братом, я ж обещал тебя беречь!» — выложил Ник свой последний козырь.

Селена отрицательно покачала головой:

«Если выберемся, я, клянусь, решу этот вопрос».

Если… Вот это самое «если» на самом деле до чертиков пугало Ника.

Комм запиликал около двенадцати. Ник, к счастью, еще не спал. «Пьемонт с двумя медиками забрали Джарэда. Он спал, но, думаю, ему что-то вкололи. Охраны рядом не было, я проследила незаметно. Они зашли в медицинский блок А, это на развилке: к Оранжерее направо, а туда — налево и до конца».

«Спасибо. Сиди у себя, не рискуй. Но будь на связи по возможности».

Ник вскочил и быстро начал собирать самые необходимые вещи — терминал, бластер, запасной комм, шприцы со снотворным, баллончики… Действовать надо было немедленно, доводить план до ума уже не было времени.

— Селена, — потормошил он девушку за плечо, — Селена, быстро одевайся, мы уходим!

Девушка села на постели, растерянно озираясь по сторонам:

— Что? Куда?

— Все потом! Надень, что-нибудь максимально похожее на офисную форму. И браслет! Ключ в двери, закрывай и тихонько спускайся. Пусть все думают, что мы тут и спим.

Селена послушалась, пока по-прежнему не понимая, что происходит. Они идут скручивать номера? А что, нельзя было заранее договориться? Девушка надела черные брюки и белую немнущуюся блузку с жабо. Они их специально брала на случай, если пригодится деловой стиль. У блузки был длинный рукав, который успешно скрывал комм. Браслет же она на всякий случай надела прямо поверх ткани и, медленно повернув ключ, тенью скользнула вниз.

Ник уже ждал ее на аэроскутере. Разговаривать в шлемах, да еще и на скорости было крайне неудобно, поэтому девушка решила пока обойтись без выяснений. Ночная столица выглядела очень скромно. Улицы были освещены, но движения ни наземного, ни воздушного практически не наблюдалось. Прохожих или ночных гуляк Селена тоже могла бы пересчитать по пальцам. Еще встретилась пара бродячих собак. Они с лаем кинулись было за скутером, но быстро потеряв энтузиазм, отстали.

Ник припарковал технику возле круглосуточного магазина, скомандовал, что дальше пешком, и поспешил, периодически сверяясь с навигатором в комме.

— Мы за номерами? — уточнила Селена, практически бегущая рядом.

— За аэрокаром. Придется все провернуть сегодня.

— Что случилось?!

— Джерри в опасности.

— А что с четверкой?

— Придумаем на месте!

Селена оперативно заткнула всколыхнувшийся было страх. Время раздумий прошло. Оставалось действовать и надеяться на удачу.

Больничная стоянка была окружена низеньким заборчиком из кустарника. Аэрокары и скутеры стояли рядами, многие в чехлах. Транспорт тут очень берегли и покупали на поколения.

— Как мы узнаем, где нужный нам? — ужаснулась девушка.

— Парковка была оплачена вперед. Место в четвертом ряду, — и Ник побежал по проходу.

— Погоди, — догнала его Селена. — А охрана?

— А зачем она тут? Машины заводятся только с комма владельца. Да и не продать на Интегре аэрокар, если угонишь. Разве что на запчасти, — он поднимал один за другим брезентовые попоны, просматривая номера. Наконец, нашелся нужный. Ник уселся по-турецки прямо на землю между ним и соседним транспортом.

— Поглядывай по сторонам, — и парень, достав из рюкзака терминал, принялся набирать ряды каких-то команд.

Селене еще никогда не доводилось красть машины. Стоять на стреме, впрочем, тоже. Ночь была свежая, и девушка, потирая предплечья, пожалела, что не накинула пиджак. Вокруг все было тихо. Тускло мерцали фонари по периметру парковки, да в здание больницы светились некоторые окна. Было по меньшей мере неуютно, и подкрадывались пугающие мысли: «А что если Рэд…» Селена невероятным усилием воли подавила нарастающую панику, стараясь сосредоточиться на плане. Она уже давно признала Ника мозгом их маленькой команды, но ей все-таки хотелось понимать, что они делают.

— Повезло, что машина серебристая, но нас же сразу опознают по отсутствию правительственной полосы, — обратилась она к парню.

— Сел, все потом! Я не могу думать и болтать одновременно! — одернул ее парень, не прекращая печатать команды. Его комм пиликнул, и стоящий под брезентом аэрокар ожил.

— Затаскивай чехол в салон и быстро садись! — сам Ник уже забросил рюкзак с терминалом в машину и вбивал данные для автопилота.

— Ты хакнул аэрокар! — с уважением констатировала Селена.

— Ну вообще-то не аэрокар, — парировал Ник. — Архив службы регистрации транспортных средств. Списал себе в комм ключ его хозяина. Так что машина покинула парковку совершенно законно.

— Ну ты… — Селена запнулась, не найдя подходящего эпитета.

— Я знаю, — усмехнулся Ник.

— Слушай, когда все закончится, напомни мне, какой ты страшный человек! Я не буду с тобой иметь дела!

— Когда все закончится, я уже пообещал себе — ничего незаконного! Даже вскрывать экзаменационные бланки не буду!

— А ты вскрывал? — завороженно поинтересовалась девушка.

— Еще бы! У меня, между прочим, на Сохо была очень насыщенная жизнь — тусовки, девчонки, тотализатор. Не всегда даже ночи перед экзаменом хватало, чтобы вызубрить какую-нибудь «Историю средних веков» или «Теорию зарождения программирования».

— Куда мы летим?

— В тихое место на окраине. Нам надо быстро переделать номера и нарисовать полосу.

— Полосу? — ужаснулась Селена. — Сейчас же каждая минута на счету!

— Если мы заявимся без нее, у нас вообще минут не будет.

Время подползало к часу ночи, когда «законно» позаимствованный аэрокар остановился в жиденькой лесополосе по дороге к космопорту. Ник стремительно обернул машину дважды по кругу малярным скотчем. Протянул Селене баллончик:

— Рисовала когда-нибудь граффити?

Девушка только отрицательно покачала головой.

— И чему вас только в институтах учат, — ворчливо пробормотал парень, начиная аккуратно заполнять пространство между скотчем синей краской.

— Вообще-то я отцу в мастерской часто помогала, — вставила Селена. Она схватила второй баллончик и начала красить полосу в противоположную от движения Ника сторону. Не прошло и нескольких минут, как «апгрейд» был завершен.

— Надеюсь, схватится, пока летим, — с сомнением произнес парень, доставая какой-то инструмент, похожий на стамеску, и принимаясь «стирать» ненужную букву на номере. — Достань комм, посмотри пока внимательно, какие есть варианты прохода с подземной парковки к медицинскому блоку А на первом этаже.

Селену бросило в холодный пот. Они тут аэрокар красят, шутят, а Рэда что, в этот момент пытают? Девушка практически не помнила ничего из того, что с ней приключилось на Кеплере-442b. Но помнила, что Рэд после «сыворотки правды» ее не без труда откачал.

— Давай я пока карту приклею, будет быстрее, — предложила девушка Нику, который уже колдовал над задним номером. Тот кивнул. Обе буквы «X» встали на место как родные. Ник, под удивленным взглядом Селены достал тюбик с зубной пастой и тщательно промазал отделяющие карточку от остального номера швы.

— Что смотришь? Не успел купить краску. Схватил, что под рукой. Зацени? Вроде и не бросается в глаза…

Селена кивнула и уточнила:

— Мы тут оставим скотч, баллончики, потом сам аэрокар. Везде наши отпечатки.

Ник хохотнул:

— Знаешь, нас при любом раскладе это уже не будет волновать!

Он аккуратно стал отлеплять малярную ленту, и аэрокар прямо на глазах стал превращаться в правительственный транспорт.

До космопорта было около сорока минут лета. Селена все это время потратила на запоминание проходов, коридоров, лифтов, кабинетов и ниш в указанной части Дома Правительства. Ник — на последнюю проверку всех программ и «домашних заготовок». Оба за всю дорогу не проговорили ни слова. Наконец аэрокар подошел достаточно близко ко входу в туннель. Дальше надо было лететь не слишком медленно, чтобы не вызвать подозрение на КПП, и не слишком быстро, чтобы вовремя произошел обмен паролями и успели открыться ворота. Должно быть, на настоящих правительственных аэрокарах стояли определенные настройки в автопилоте. Или водители были натренированы. Нику же придется импровизировать на ходу.

— Сел, я видел у тебя крестик. Ты веришь в Бога? — совершенно серьезно спросил Ник, девушке даже показалось, что его голос дрогнул.

— Думаю, да, — неуверенно проговорила Селена.

— Тогда самое время помолиться!

И аэрокар начал набирать скорость.