Глава 18

Яна

Через некоторое время мы припарковались возле огромной высотки, нового элитного дома. На первом этаже в просторном фойе нас встретила охрана, администратор и прислуга. Каждый почтительно поприветствовал Соболева. Администратор начал рассказывать о каких-то важных сообщениях, встречах и прочем, но Егор прервал его взмахом руки и прошел со мной к лифту, бросив через плечо:

– Ужин на двоих в номер! Полчаса.

Дальше мы поднялись на двадцатый этаж и сразу оказались в просторной квартире с шикарным оформлением и дизайном. Я не могла понять, что это за стиль, но выглядело все очень красиво, хотя здесь не хватало уюта и какой-то жилой атмосферы, словно в этой квартире бывают очень редко.

– Вот мы и пришли, – сообщает Егор. Его рука опускается на мою поясницу и подталкивает вперед, поскольку я замерла возле входа. – Не стесняйся. Будь как дома.

Неуверенно прохожу к большому белому дивану из кожи и осторожно опускаюсь на краешек, с любопытством разглядывая все вокруг. Соболев скрывается в соседней комнате, на несколько минут оставляя меня одну, а, когда возвращается, в его руках был стакан с виски и бокал красного вина. Он протягивает его мне, и я несмело принимаю предложенный напиток.

– Выпей, тебе нужно расслабиться.

– Это вино? – уточняю я, понюхав его.

– Массандровский херес 1775 года, – уведомляет, опускаясь рядом.

Название мне ничего не говорит, и я решаю просто промолчать, легонько пригубив напиток. На вкус необычное. Мне понравилось, и я сделала еще один глоток. Нервы били через край. И что дальше?

Мы одни. На улице дело близится к ночи, а между мной и Соболевым странное напряжение.

– Ты когда-нибудь пила алкоголь? – вдруг спрашивает Егор, когда замечает, как я делаю третий большой глоток.

– Дважды. Один раз шампанское на свой день рождения, а до этого какой-то сидр у подруги дома. Оба раза мне не очень понравились, потому что… Мне не нравится, что кружится голова и как алкоголь меняет мое поведение.

– Много пила?

– Нет, – улыбаясь. – Просто для моего телосложения достаточно половины бокала. Особенно когда мало поем.

– А сегодня ты нормально ела?

– Да, утром я хорошо позавтракала, – отвечаю, сделав еще один глоток. Последний. Дальше Егор забирает у меня бокал и отставляет его в сторону на журнальный столик.

– Тогда пока достаточно. Сейчас мы поужинаем, а потом посмотрим, – говорит, мягко улыбнувшись. Я не перечу, поскольку уже чувствую, что вино меня взяло.

Расслабилась, но как-то слишком сильно. Я оставила свою напряженную позу и, слегка сместившись назад, откинулась на спинку дивана. Оглянулась вокруг, улыбнулась и спросила:

– Ты тут живешь?

– Не совсем. Это временное пристанище, когда я в городе, – получаю ответ.

– А где ты живешь?

– У меня много разных квартир и домов за городом. Постоянного места жительства нет.

– Почему? – не успокаиваюсь. Кажется, алкоголь подействовал и на мою речь…

– Оно появится, когда я найду свой причал.

– Причал? – уточняю, не понимая, о чем он.

– Семью.

– А… это возможно? – спрашиваю и сразу осекаюсь.

Егор улыбается мне.

– Прости, я не это хотела сказать! –  извиняюсь.

– Почему же? Это правильный вопрос. Обычно люди, имевшие все, редко связывают себя узами брака и обязательствами.

– А я слышала, что люди, имевшие все, делают это, но не придерживаясь семейных ценностей, верности и любви, – решаю не молчать.

– Может быть… Таких много. Но не все, – частично соглашается со мной Егор, явно понимая, на что я намекаю.

– А что насчет тебя? Что для тебя семья?

– Очень многое, – кратко.

– А ты любил? – не прекращаю.

– Любовь – это миф, выдуманный самими же людьми. Всем нужно во что-то верить.

– А во что веришь ты?

– Слишком много любопытства, – подмечает Егор, улыбнувшись. – А что насчет тебя?

Я отступаю и беру себя в руки, поубавив пыл. Действительно слишком много интереса в один вечер.

– А что насчет меня? – уточняю, не понимая, к чему он ведет.

– Ты любила кого-то?

– Кроме родителей, никого… Не было времени, – признаюсь и замечаю, как Егор подсаживается ко мне ближе. Его рука прикасается к моей щеке, легонько гладит мою кожу, ведет вдоль скулы. В этот момент вид его такой серьезный, а глаза темные, как ночь.

– Теперь у тебя есть время, – вдруг подмечает он хрипло, и наши взгляды встречаются.

Я понимаю, о чем он, но не успеваю ничего ответить. Мужчина медленно склоняется ко мне и нежно целует в губы. Мне казалось, что проходит вечность, пока длится наш поцелуй. Я потеряла счет времени. Мысли спутались, тело бросило в жар, намного сильнее, чем от действия алкоголя. Я застонала, приоткрыла губы, впуская язык мужчины внутрь, а затем начала отвечать. Наши языки слились воедино, словно в диком танце. Егор зарычал и усилил напор, обнимая меня за талию. Мои руки невольно обхватили его шею, я поддалась навстречу, прижалась к его груди своей грудью и ощутила, насколько сильно затвердели мои соски. Они стали сверхчувствительными и, соприкасаясь с телом Егора, заставляли меня трепетать от наслаждения.

Из моего горла опять вырвался стон. Я сильнее прильнула к Егору, потерлась о него, как нимфоманка, сама не понимая, что творю. Мужчине это понравилось, завело еще сильнее, и его действия стали настойчивее. Он подхватил меня под мышки, потянул на себя, и я не успела опомниться, как оказалась верхом на нем. Вместе с этим зацепила ногой стакан Соболева, и он упал на пол, со звоном разбиваясь вдребезги.

Я вздрогнула, испуганно дернувшись от мужчины, и это немного отрезвило меня, вывело из дымки наваждения. Соболев тем временем и не собирался останавливаться, продолжая целовать мою шею, прижимать к себе и стягивать одежду.

– Подожди! – шепчу, тяжело дыша. – Остановись…

Егор замирает и смотрит мне в глаза затуманенным от страсти взглядом. Мне стало так неловко и стыдно… Я верхом на Соболеве, а его руки у меня под футболкой. А ведь мы практически не знакомы… Да, он спас меня, несколько раз помог, но… Это сумасшествие!

– Не бойся, я буду очень нежным, – убеждает меня мужчина, вновь прижимая к себе. Его губы ласкают мой подбородок, проводят по щеке и обхватывают мочку уха.

 Я была уже готова сдаться, вновь ответить. Но в этот момент какой-то громкий потусторонний звук разрывает возникшую тишину, а затем следует мужской голос, который сообщает нам о доставке ужина. Это было сказано словно через некий микрофон, отдаленно и как-то гулко.

– Твою мать, – шипит Егор, сильнее прижимая меня к себе.

Ему не нравилось то, что нас прервали, и он мог бы проигнорировать эту доставку, но неожиданное громкое урчание в моем животе заставило его принять другое решение.

– Сначала еда, потом остальное, – прошептал он, запечатляя быстрый поцелуй на моих губах и осторожно отсаживая меня в сторону.

Затем он поднимается на ноги, направляется к лифту. Я замечаю в области его паха огромную выпуклость, которая, казалось, еще чуть-чуть и разорвет плотную ткань штанов от жесткого напора.

Очертания этой выпуклости были огромного, пугающего размера, и меня вдруг одолели ужасные мысли… Как он поместится во мне?!!