Глава 8. ЯР

Исподлобья гляжу вслед самоуверенной малышке.

Что ж, решила попробовать мне угрожать, принцесса? Хотя куда там… королева, не меньше!

Давай, моя маленькая, поиграй со мной. Покажи свои зубки. Иначе, если будешь безобидной мышкой, боюсь не решусь портить тебе жизнь своим вмешательством. А мне оооочень хочется…

Я не соврал. Действительно имел твёрдое намерение оставить мою маленькую соседку в покое. Ещё вчера, когда едва не трахнул ее в собственном гараже.

Очевидно ведь, я слишком жесткий для такой нежной принцессы. Это было понятно еще в первый раз. Да и все еще слишком мала, и достаточно я уже грань переступил с ней. В общем не по пути нам.

Бес меня попутал, так на неё вчера наброситься.

Решил, что это просто воздержание со мной злую шутку сыграло, вот и завёлся стоило это податливое тельце в своих руках почувствовать. Потому сегодня и поехал к Ольге. Напряжение сбросить.

Сбросил, млять…

Кажется, я на какое-то мгновение и вовсе забыл, о том, что мы в квартире не одни. О том, что там моя постоянная любовница. И о том, что собирался держаться от этой соплячки подальше.

Каждая мышца теперь будто вибрирует после ее прикосновений. Хочу ещё…

Вцепляюсь пальцами в первую попавшуюся опору — зеркало моей бэхи. Кости выламывает как от лихорадки, настолько меня тянет прямо сейчас сорваться с места, догнать малышку, запихнуть ее в свою тачку и…

Не знаю, что потом. Иметь ее пока не надоест? Забив на то, что она упирается? Хотя… мы оба понимаем, что она хочет меня не меньше, чем я ее.

А когда надоест? Выкинуть? Опять сломать?

Под моей ладонью хрустит пластик.

А если не надоест?..

Бред какой-то!

Однако в голове четкое осознание, что сексом с другой женщиной я эту нездоровую тягу никак не вытравлю.

Из вариантов: вечно теперь ходить неудовлетворенным — а я к такому не привык, или же… рискнуть и убедить принцессу стать моей новой постоянной любовницей, пока я не насыщусь ею.

Провожаю взглядом корыто, что выезжает из дальнего угла парковки. Я знаю, что Леся видит меня, но упорно старается не смотреть в мою сторону.

Да уж, на этот раз завоевать эту малышку — непростая задачка. Но мне так даже больше нравится. Какое-то приятно-щекочущее предвкушение, которого я сто лет не ощущал, как ребёнок в канун праздника.

Тачку ей хорошую куплю, а-то меня в сервисе не поняли, когда я им велел эту колымагу починить. Хату ей в порядок приведу. Ещё одну подарю — для наших встреч. Шмотки брендовые ей очень пойдут. Камешки всякие. Она достойна большего, лучшего.

Моему телу явно вкатывает эта фантазия: в брюках становится тесно, когда представляю девочку, обнаженную в своей постели, в одних лишь дизайнерских трусиках, что стоят дороже ее шахи.

Падаю на заднее сиденье своей машины, и прикрываю глаза, испытывая удовольствие от одной только мысли, что это осуществимо.

Стоп. Сначала надо все хорошенько взвесить.

Ведь не зря я когда-то оставил ее в самом безопасном месте — как можно дальше от себя…

Черт. Эта мысль отрезвляет.

В тот раз у меня был единственный вариант защитить мою маленькую соседку…

Негласное правило в наших кругах: если почуял, что на тебя началась охота — первым делом спрячь своих родных.

Вопрос только в том, что ни одно убежище не гарантирует им спасения. И как раз в такие моменты к людям с моим прошлым обычно и приходит раскаяние: «если бы они не были связаны со мной, то им бы ничего не угрожало».

Поэтому большее, что я мог для неё сделать тогда, когда понял, что охота объявлена — отсечь всякую связь с собой: показать, что она для меня всего лишь очередная шлюха.

— Шеф, куда едем? — выдёргивает меня из размышлений Миша.

— Домой, — отзываюсь коротко, но чуть подумав, добавляю: — По пути в кондитерскую какую-нибудь заедь. Возьми каких-нибудь пирожных с заварным кремом.

— Вы же не едите сладкое, — непонимающе напоминает водила.

— Мне его и не есть…

Признаться, за этот год ничего существенного так и не случилось. Я уже было начал думать, что пожар в моем доме и правда был простой случайностью. Однако в нашем деле каждую случайность стоит перепроверять дважды и с особой осторожностью, поэтому все форс-мажоры прямо или косвенно связанные со мной я контролировал лично.

Так, несколько едва не сорванных контрактов оказались рядовым обострением в конкурентной среде, на фоне слухов о том, что я умер.

Кроме того, четверо моих ребят пропали, но к этому я давно привык, ещё со времён Олесиного отца. И пара моих бывших любовниц скончались: одна — передоз, — помню, именно из-за сомнительных увлечений Лины я с ней довольно быстро порвал, — а вторая не угодила очередному папику.

Но все это при моем образе жизни и круге общения — штатный режим, не более.

Значит ли это, что я могу себе позволить завести столь хрупкую любовницу?

Она ведь отличается от тех, что я выбираю обычно. И дело уже даже не в моих вкусовых предпочтениях. Просто… будь на ее месте любая другая — я бы ни секунды не сомневался: не раздумывая взял бы то, что захотел. Но Леся…

Боже, пожалуйста. Я так ее хочу, что готов молить о снисхождении.

Я буду крайне осторожен. Как обычно — чистая квартирка, записанная на неё. Адрес знают только трое: я, она и мой водила.

Правда, моя принцесса явно не планирует сдаваться без боя, но я найду подход. Очень уж хочется. Пусть для начала заново привыкнет ко мне.

Поднимаю телефон к уху:

— Забыл сказать: спасибо, Оль, — говорю в трубку своей почти бывшей любовнице: — Мне очень понравился сегодняшний вечер. Повторим?