Глава 18

Мира Утром я еле оторвалась от подушки. Звонок будильника я не слышала. Только вот влажный нос пса тычется мне в руку. Открываю глаза и встречаюсь с глазами Рекса. Он положил морду на диван и пыхтит, чуть ли не раздувая щеки. – Пора, да? – спрашиваю охрипшим ото сна голосом. Тянусь к телефону и, увидев время, тут же вскакиваю с постели. Но телефон вибрирует, привлекая мое внимание снова к гаджету. Сообщение. От Артема. Расплываюсь в улыбке и строчу ответ. День завертелся. Перед работой забегаю в кондитерскую лавку. Покупаю торт. Я обещала. Все как всегда, но новое – это наша переписка с Гараниным. Мое сердечко трепещет и то и дело кидает в жар. На работе все отлично. Бегаю, никакой суеты. Я уверена в каждом своем действии. Мы даже умудряемся по очереди попить чай с тортом. Но в послеобеденное время на меня наваливается усталость. Хочется сесть и закрыть глаза. Дать себе минут десять, чтобы выдохнуть. – Мира?! – до слуха доносится голос. – Эй, прием! – кто-то касается моего плеча. – М? – распахиваю глаза, не понимая, что происходит. Это я уснула, что ли? – С тобой все хорошо? – на меня смотрят глаза карего цвета. Дмитрий Сергеевич. Киваю, не в силах пошевелить языком. – А выглядишь неважно, – отстраняется. – Нет-нет. Со мной все хорошо, – тороплюсь заверить. Оглядываюсь. Точно, зашла же за перчатками и присела… удачно, блин! Позорище какое. – Обещаю, этого больше не повторится. Договариваемся встретиться с Артемом. Сама же пытаюсь понять, откуда бы сил взять. Но еще через час я чуть ли не падаю, потеряв равновесие. Голова закружилась. – Так, Мира, езжай домой, – вздохнув, говорит Дмитрий Сергеевич. – У тебя не температура? Он подходит ко мне в два шага и, коснувшись пальцами моего лба, тут же приказывает сесть на кушетку. – У тебя явно температура. Сейчас, – он вышел из кабинета, но вскоре вернулся с блистером таблеток и стаканом воды. Выдавив мне одну на ладонь, вручает стакан и под его пристальным взглядом приходится выпить таблетку. – А теперь домой. Лечиться. И чтобы завтра как штык. Или по состоянию отзвониться, – дает наставления. – Да сейчас все будет нормально, – пытаюсь отказаться от ухода пораньше. – Мира, кыш, – махнул рукой и вышел из кабинета, оставив меня одну. И я засобиралась домой. Пешком идти не решилась. На автобусе быстро добралась до дома. В лифте чуть не уснула, привалившись плечом к стене кабины. Попав в квартиру, первым делом хотела погулять с собакой, но что-то пошло не так. Я присела на диван. – Сейчас, – пообещала псу и, закрыв глаза, провалилась в темноту. Артем – Мира? – зову. Рекс появляется из-за угла и виляет хвостом. Подходит ко мне. – Где хозяйка твоя? – треплю его за уши и, не снимая ботинок, прохожу в квартиру. Пес садится у дивана и смотрит на меня. Я подхожу ближе и вижу спящую девушку. – Мир, – зову тихо. Подхожу к ней и опускаюсь рядом с диваном. Вглядываюсь в лицо девочки. Первое, за что цепляюсь взглядом – нездоровый румянец на щеках. Осторожно касаюсь ладонью лба. Кипяток. Поднимаюсь резко на ноги. – Мир? – пытаюсь разбудить девчонку. Но она морщит носик и не открывает глаз. Так! Только без паники. Вытягиваю из кармана брюк мобильник и набираю знакомого врача. Называю адрес и прошу как можно скорее приехать. И слава богам, Александр Федорович приезжает через двадцать минут. – Что тут у нас? – спрашивает с порога, но, завидев собаку, резко тормозит. – Я не ветеринар, если что, – прищуривается. – Да с ним все в порядке, а вот его хозяйка не просыпается, – зову за собой, проходя в единственную комнату. – Что-то знаешь? Симптомы? – спрашивает, а сам уже касается ее, пульс проверяет, касается ее шеи. – Нет. Температурит. Вся горячая. – Тогда не мешай и не отсвечивай, – отмахивается от меня. Мне ничего больше не остается делать, как отойти в сторону и наблюдать за происходящим. Измеряет температуру, слушает ее. И тянется к своему чемоданчику. Достает ампулы и набирает жидкость в шприцы. – Что с ней? – Температура зашкаливает. Легкие чистые. Сейчас сделаю жаропонижающее. На вирус не похоже. Когда последний раз виделись? – спрашивает. – Помоги мне повернуть ее на бок и приспусти брюки с бельем, – просит. У самого же руки подрагивают. Врач ставит укол. – Вчера. Все хорошо было, – говорю и вдруг в голове щелкает. – Вчера под ливень попали. Промокли. – Ну вот и ответ на твой вопрос. Переохлаждение. Температура спадет, вот тебе препарат хороший, – вынимает коробочку и кладет на столик. – Сейчас распишу, как принимать. И еще кое-что прикупишь в аптеке, тоже напишу. Обильное питье, что-нибудь кисленького, но в меру, не переусердствуй. Ну и покой. Через дня три будет огурцом, – пишет на листочке и вручает его мне. – Будут вопросы – звони сразу. Я на связи, ты знаешь. Благодарю его и провожаю до дверей. Сам же быстро возвращаюсь обратно. И смотрю в раскрасневшееся личико девушки. Виноват. Из-за меня заболела. Бедная моя девочка. – Ну что, Рекс, – смотрю на пса. Он сидит рядом с постелью Миры и, положив морду на диван, смотрит на нее. – Есть будешь? – спрашиваю его. Но он, посмотрев на меня, как на неадекватного человека, снова устремил свой взгляд на свою хозяйку. Согласен. Сейчас и кусок в рот не полезет. Стягиваю с себя пиджак. Закатываю рукава. Нужно переодеть Миру. Испарина появилась на лбу. Направляюсь в ванную, смачиваю холодной водой полотенце и возвращаюсь. Обтерев лицо, принимаю решение все же раздеть ее. Спустя минут пятнадцать мне удается это сделать. В шкафу нахожу футболку. Надеваю на нее. И тороплюсь в ванную умыться. Извращенец. Девчонка болеет, а у тебя стояк, мать его. Прохожу в кухню. Кофе не нахожу, наливаю себе чай, вскипятив воду. Заглядываю в холодильник. Вздыхаю. Немного подумав, набираю маму. – Тема, сынок, здравствуй, дорогой мой, – щебечет в трубку мама. – Ма, привет. Я за консультацией к тебе. Расскажи мне, как ты варишь свой волшебный морс? Тот самый, когда кто-то из нас болел. – Ты заболел? – в голосе тут же появляются взволнованные нотки. – Нет, мам. Девушка моя заболела. Температура высокая. Вызывал нашего Александра Федоровича, – отчитываюсь. – Так, Темочка, слушай внимательно, но если хочешь, я приеду, – вдруг заявляет. – Мам, поздно уже. Я справлюсь, – уверяю родительницу. И так уже дал повод для допроса с пристрастием. – Хорошо, тогда слушай внимательно. Делаю заказ на доставку продуктов и лекарства тоже уходят в доставку. Бегаю из кухни в комнату и обратно. Приезжает доставка. Принимаюсь за готовку. Я и кухня несовместимы в принципе. Но! Для нее я готов попробовать. Через минут сорок лоб Миры становится холодным. Щеки не такие красные. И дышит уже спокойнее. Значит, укол сработал. Остается дождаться, когда проснется. Мира Пробуждение наступает медленно. Сначала возвращается слух. Я улавливаю звуки, доносящиеся откуда-то со стороны. Затем просыпается обоняние. И желудок тут же подает сигналы SOS, как захотелось есть. Я, наконец, попыталась открыть глаза и у меня получилось. В комнате темно. Я сразу узнаю, где нахожусь. А вот кто может быть еще в квартире, кроме собаки, не понимаю. Приподнявшись на локте, только сейчас обращаю внимание, что на мне футболка. Моя. Уже хорошо. Но я не помню, когда успела переодеться. И вообще… Пытаюсь вспомнить день. Плохое самочувствие. Потом меня отпустили домой. Пришла, присела… Я же хотела погулять с Рексом. Кстати, где этот хвост? Откидываю угол одеяла и свешиваю ноги с дивана. Поднимаюсь. Чуть качнулась, но равновесие успела поймать вовремя. Все еще размышляя, кто у меня здесь находится, направилась в сторону кухни и застыла в дверном проеме. От увиденной картинки мое сердце запнулось, пропустило удар, два, три… Эй, давай, работай. Я хочу видеть это на постоянной основе. Даю мысленную команду своему обалдевшему сердечку и оно ускоряется, застучав в бешеном ритме. У плиты ко мне спиной стоит Артем. Я сглатываю ком. Во рту засуха. Но сдвинуться с места не могу. Он в брюках, с повязанным на голый торс фартуком, который явно ему мал. От движения рук мышцы на спине перекатываются. Он в чертовски шикарной форме. А еще у него красивый цвет кожи, чуть тронутой загаром. Рекс сразу меня заметил и, подойдя, лизнул руку, сел рядом со мной. – Рекс, – позвал Артем и обернулся, видимо, в поисках собаки, а наткнулся взглядом на меня. – Мира! – удивился. – Ты почему встала? Господи, – в два шага подлетел ко мне. Касается ладонью моего лба. Она у него горячая. По коже мурашки табуном. – Вроде жара нет, – смотрит на меня, в глазах затаилась тревога. – Как ты себя чувствуешь? – Вроде бы нормально. А ты как здесь оказался? – эти серые глаза сводят с ума. – Ты не помнишь, как вырубилась? – спрашивает. – А я… да? – удивляюсь. – Перепугала меня. Приехал за тобой к клинике. Тебя нет. На звонки не отвечаешь. Зашел, а там сказали, что тебя раньше отпустили. – Кажется, что-то подгорает, – веду носом. – Черт, – ругается. – А ну садись быстро, – усаживает меня на стул и снова возвращается к плите. – Узнал, что тебя отпустили, рванул сюда. Дверь открыта. Зашел, а ты спишь. И пес рядом скулит. Потом понял, что у тебя температура. Вызвал врача. Тебе вкололи жаропонижающее. Выписали лекарства. Они на столе в комнате. А еще вот, – подходит ко мне со стаканом розовой жидкости. – Что это? – принюхиваюсь. – М, вкусно пахнет. – Это по маминому рецепту. Противопростудный морс. Тут несколько видов ягод. Если аллергии нет, то прошу, – смотрит на меня в ожидании. – Нет у меня аллергий, – отвечаю и делаю глоток напитка. Приятно растекается теплом. – Вкусно. По-маминому? Сам варил? – спрашиваю. – Ага, – кивает. – Пришлось брать уроки онлайн. Так что, – пожимает плечами. – Вот еще, – ставит передо мной тарелку с бульоном, чашку с сухариками и еще одну тарелку с отварной курицей, разделанной на кусочки. – Ешь. Тебе нужно набираться сил, – и приземляется рядом. – А ты? – Да, – чуть хмурится, сдвинув брови к переносице. – Наверное, я тоже поем. Наливает себе бульон и, взяв ложки, садится напротив. Мы едим, медленно черпая ароматную жидкость с чуть размокшими сухариками. Боже, ничего вкуснее на свете не ела. – У нас входит в привычку есть по ночам, – улыбается. – То борщи, то бульоны. – Хорошая привычка, между прочим, – подмечаю. – А времени сколько? – Почти час ночи, – отвечает, мазнув по наручным часам. – Все по традиции, – усмехается. Как только наши тарелки пустеют, принимаемся за морс. – Раз тебе получше. Пойду погуляю с псом, – поднимается и снимает с себя фартук. Теперь я могу его разглядывать. Ух. – Я с вами, – тороплюсь в комнату. – Ты обалдела? – появляется в дверном проеме, подперев плечом косяк. – У тебя температура была под сорок. Погуляли уже, хватит. Мигом под одеяло и спать. – Спать пока не хочу. Лучше вас с Рексом ждать буду. – Договорились, – подмигивает. Я забираюсь под одеяло и слушаю, как он собирается, как застегивает поводок на ошейнике и как закрывается дверь входная. Замираю, прислушиваясь к себе. Чувствую я себя и впрямь неплохо. Чуть легкая слабость в мышцах, а так вполне себе боец. Сквозь сон я слышу шорох. Открываю глаза. Пес процокал по полу в ванную. Артем за ним, судя по шагам. Потом звук воды и тихий голос мужчины. Говорит с Рексом. С ума сойти. Такой мужчина, как Артем, моет лапы моему псу и разговаривает еще с ним. Фантастика. А еще удивительно то, что он приготовил поесть. И, кажется, за меня действительно испугался. И смотрит на меня с заботой, нежностью. У меня такого не было с детства. Мама еще когда была жива, да. А потом я больше заботилась о бабушке. Про себя забывала. Не до этого было. – Мир, – Артем подходит ближе. – Ты как? – присаживается рядом. – Нормально. Немного подремала, пока вас не было, – отвечаю чуть охрипшим голосом. – Я поеду домой, – припечатывает меня своими словами. Я резко приподнимаюсь и уставляюсь на него. – Как домой? – сердце от волнения и страха, что он уедет, забилось часто-часто. – Я немного устал после работы, да и тебе нужно отдыхать, а не отвлекаться на меня. Приеду рано утром, выгуляю пса. Я, надеюсь, ты дома завтра останешься, а не на работу побежишь? – внимательный взгляд на меня. – Я хочу, чтобы ты остался, – говорю уверенно. Даже успеваю удивиться, как голос еще не дрогнул от волнения. – Уже ночь. Ты устал. Да и мне будет спокойнее, что ты рядом, – последние слова звучат жалостливо. – Мир, – вздыхает Артем и устало прикрывает глаза. – Иначе я завтра выйду на работу, раз ты не хочешь по-хорошему, – иду на шантаж. – Это нечестно, – его губы дрогнули в усмешке. – Ну а как с тобой еще, если ты по-хорошему не хочешь? – бойчусь, а саму внутри трясет. – Хорошо. Тогда тебе придется выделить мне немного места рядом, а то тут… Я быстро отгибаю угол одеяла в пригласительном жесте. А поймав его устремившийся взгляд на меня, тут же вспыхиваю и укрываюсь. Я же в одной футболке. Она задралась… Черт. – Тогда я в душ, с твоего позволения, и вернусь, – поднимается на ноги. Я слышу, как он ходит, потом скрывается в ванной. Вода. А минут через десять возвращается. Гасит свет и подходит к дивану. Я двигаюсь к спинке, освобождая место. Хочу откинуть одеяло, но Артем не дает. Ложится рядом, укутав меня, как гусеницу, в кокон. – Лежи и не сопротивляйся, – шепчет вполне серьезно. – Ты же замерзнешь, – возражаю. – Даже не подумаю, – хмыкает. Укладывается поудобнее. Кажется, он в брюках лег. Притягивает меня к себе, обняв поверх одеяла. – Спокойной ночи, Мира. – Спокойной ночи, Артем. А затем тишина. Я лежу, прижатая к нему, даже через одеяло чувствую его жар. Или это у меня снова зашкаливает? А может, это просто волнение? Упираюсь взглядом в его шею. Слышу его дыхание. Которое постепенно становится тихим и мерным. Неожиданно меня осеняет. На мне футболка. Это что же получается? Артем меня переодел? Сначала пугаюсь, а потом улыбаюсь, как дурочка. Мысли хороводом пляшут в голове. Как сама проваливаюсь в сон, не понимаю.