Глава 19

Университет – не самое подходящее место для подобного разговора: народу слишком много и пространство слишком огромное. Поэтому лучше попробовать дома и воспользоваться маминым опытом, у неё его всяко больше, и она знает, о чём говорит. Тем более с папой у них даже сейчас не совсем всё буднично, уныло и только по привычке.

Как там она говорила? «Раз живёте самостоятельно, поди толком и не готовите». И легко поймала Крайнова на домашний суп. И даже если это будет выглядеть глупо, да плевать. Лучше пусть поводом окажется угощение, чем желание оправдаться и выяснить, как всё-таки он к Лизе относится. Для начала вообще главное, чтобы Ник хотя бы дверь открыл или не захлопнул её перед носом.

Открыл, не захлопнул, глянул снисходительно, но вроде без неприязни, совсем не как тогда, поинтересовался:

– И чего тебе?

– Я пирог принесла, – сообщила Лиза, без заискиваний, просто факт констатировала. Вроде бы ещё и великодушно получилось. – Вкусный, с рыбой. С горбушей. Мама пекла и опять слегка увлеклась. Большой получился. Нам одним всё равно быстро не съесть, и я подумала, вы тоже захотите.

– Мы? – переспросил Крайнов, хмыкнул.

Вот чего имел в виду? Сейчас опять скажет, что Алика дома нет. Так и хорошо, если нет, он Лизе совсем и не нужен. Или понял, что она только ради него одного притащилась, и на самом деле должно было прозвучать «ты», и, конечно, не сдержался, чтобы не намекнуть на свою проницательность, не поддеть в очередной раз.

Как же он бесил. До умопомрачения. До желания вцепиться, встряхнуть, прижаться, почувствовать наконец-то, не просто близко, а совсем без дистанции. А он ещё будто дразнил – молчал, пялился неотрывно, прожигал взглядом – и ждал, что прямо сейчас она во всём и признается. Ага. Как же? Потом всё-таки произнёс:

– Проходи.

– Я отнесу на кухню? – предложила Лиза.

– Как хочешь, – равнодушно отмахнулся он, но не скрылся в комнате – из неё, кстати, музыка доносилась, так что и не видел бы, и не слышал – а потащился следом.

Лиза поставила контейнер с пирогом на стол, развернулась. Крайнов стоял за спиной, не то, чтобы совсем рядом, наверное, в паре шагов, смотрел, будто бы спрашивал «Ну и? Что теперь?» Не про пирог же ему интересно.

– У нас тогда не было ничего, – твёрдо проговорила Лиза. – С Аликом.

Крайнов дёрнул плечом, сообщил невозмутимо:

– Я знаю. Он сказал.

Знает? А зачем тогда всё это было? Представление с девушкой, показательный игнор. Ведь наверняка же тогда сразу утром – Алик сказал.

– Или ты сам у него спросил?

Лиза даже на мгновение дышать перестала. Нет, не волновалась из-за ответа, как раз-таки наоборот – дух захватило, от того, что выговорила вслух такое, решилась, смогла.

Не всё же ему цеплять её и следить за реакцией. Теперь она посмотрит, что он сделает.

Крайнов сузил глаза, на несколько секунд сжал губы, потом приоткрыл, усмехнулся, качнул головой.

– Идём.

Она опешила.

– Куда?

– Потанцуем.

– Э!

Теперь и у неё рот приоткрылся, от удивления. Вот уж чего она никак не ожидала – и в целом, и конкретно от него.

– Или ты не любишь? – поинтересовался он.

– Почему? – возразила Лиза. – Лю… – начала и запнулась, осознав смысл слова и то, что его можно воспринять не только относительно танцев, а вообще, что звучит оно почти как признание, то ли случайно вырвавшееся, то ли спровоцированное специально, но всё-таки закончила, не отведя взгляда, пусть и почти шёпотом: – …блю.

– Идём, – повторил Крайнов и, не дожидаясь, ухватил её за запястье, развернулся, потянул за собой.

Когда его пальцы сомкнулись на её руке, Лизу будто током прошило. Сердце остановилось и тут же заметалось, как сумасшедшее, а места соприкосновения запульсировали жаром, и она послушно двинулась следом. Хотя нет, послушно тут вообще ни при чём, потому что их желания совпадали. Ник не попросил, не потребовал, он просто высказал одно стремление на двоих. И комнату он занимал ту же, что и Лиза, только этажом выше.

Она не стала рассматривать обстановку – да какая разница? – выхватила лишь отдельные детали. Верхний свет не горел, только бра над кроватью, но и оно скорее использовалось прежними хозяевами в качестве ночника, потому что едва разгоняло сумрак. Ещё ярким пятном сиял экран ноутбука. На нём – типичная картинка онлайн-проигрывателя.

Музыка лилась через подключённые колонки – не быстрая и не медленная, но зато ритмичная. Отдавалась в ушах, проникала в сознание и будто бы заполняла тело, разносилась по крови, заставляла жить с ней в такт, управляя даже ударами сердца. Но, может, дело было не только в ней.

– Ну.

Ник отпустил Лизино запястье, шагнул навстречу, оказавшись совсем рядом, плавно качнулся, вскинул руку, едва касаясь – а может и на расстоянии, просто она всё равно чувствовала – провёл ладонью по её плечу, предплечью. Она, скорее, даже неосознанно, подалась за его рукой, словно хотела ощутить её сильнее – или правда хотела? – тоже качнулась. А дальше как-то само получилось, не задумываясь, без стеснения. И захватило, переросло в нечто самодостаточное, не требующее осмысленного контроля, почти инстинктивное, состоящее только из чувств и эмоций.

Они действительно танцевали. Танцевали, да, и это воспринималось каким-то ритуалом, игрой, предварительный действом. Откровением. Невинным сексом. Потому что ничуть не меньше возбуждало и заводило, разгоняло кровь, горячило. А ещё – касания. Случайные и неслучайные одновременно. Пальцами, локтем, плечом, бедром. То совсем мимолётные, едва ощутимые, то нарочитые, тесные. Но и те, и другие электрическими разрядами пронзали тело, сбивали дыхание, отзывались чувственным трепетом.

Они то приближались, почти прислоняясь друг другу, то опять отдалялись, но обычно ненадолго, и снова оказывались рядом. Ник легко приобнимал её на несколько секунд, иногда плотнее прижимал к себе, но тут же отпускал, отстранялся. А один раз приложил к Лизиной щеке ладонь, тоже на несколько мгновений – потому что она почти сразу подалась назад, и пальцы медленно скользнули по подбородку, едва не дотронувшись до губ. Рука на какое-то время зависла в воздухе, не торопясь опускаться, словно всё ещё чувствовала её под собой. Но это тоже был танец. Пока танец.

А потом появился Алик.

Конечно, они даже не услышали, как и когда он пришёл. Просто в какой-то момент сквозь музыку и плотную, дрожащую маревом чувственного напряжения атмосферу прорвалось одобрительно-восторженное:

– О-о-о! Что творится? – дополнилось безоговорочно-уверенным: – Я с вами.

Наверное, они были слишком заняты друг другом, чтобы возразить, чтобы отвлечься на кого-то другого. Другое вообще не имело значения, не играло никакой роли, не проникало в пределы их реальности. По крайней мере, это относилось к Лизе. Но Ник тоже никак не отреагировал, будто ничего особенного не происходило, будто всё оставалось в порядке вещей. Да и Алик вписался вполне органично, словно присутствовал с самого начала – легко перескользнул из одного мира в другой, влился в танец, легко распознал правила игры и принял их тоже легко.

Сначала пристроился рядом, в какой-то момент даже сумел вклиниться между ними, потом ещё раз и ещё, так же на несколько мгновений притянул Лизу к себе, отпустил, отодвинулся, а потом оказался за спиной, на секунду перестав существовать. Но когда Ник опять к ней приблизился, сократив расстояние до минимума, почти соприкоснулся, Алик снова появился и тоже – слишком-слишком близко.

Она одновременно ощутила их обоих, они словно окружили её, взяли в тиски, и сразу горячая ладонь легла на бедро, заскользила по телу – Лиза даже не поняла, чья. И стало не по себе, слишком тревожно, почти страшно, даже сердце сжалось, по рукам пробежали мурашки, и она вздрогнула, не удержавшись, стараясь не предполагать, что случится дальше.