2

Врач не подвёл и приехал вовремя. Он неуверенной походкой подошёл к столу и сел в кресло напротив меня после того, как я коротко ему кивнул. Я смотрел на него, нахмурив брови, и мой взгляд заставлял нервничать Давыдова — он то и дело меня положение тела, а на лбу выступила испарина. Я молчал и ждал, когда Андрей начнёт рассказывать. Поднял брови, и он начал говорить:

— Я поднял информацию в нашей системе, — пододвинул ко мне папку с документами из архива центра. — И выяснил, что четыре года назад произошла ошибка. Я тоже о ней не был в курсе. Виновный попытался скрыть следы своей халатности и…

— Мне плевать, в курсе ты или нет, — оборвал его холодным тоном. — Дальше.

— Понимаю, — нервно глотнул доктор. — В следствии этой ошибки ваш эмбрион действительно остался жив и попал к Вере Прибрежной. Она не знала, что эмбрион не принадлежит ей, ни о чём не подозревая, выносила и родила мальчика. Девушка считает его своим сыном.

— Да, но по факту она — просто суррогатная мать. Верно?

— Ну, если брать аспект науки, то да — яйцеклетка Веры не участвовала в оплодотворении, а значит, она — не биологическая мать Богдана, а…инкубатор, если можно так выразиться.

— А если сдать тест ДНК, мальчик будет моим?

— Да, ведь набор ДНК взят с вашего сына. Значит, этот ребёнок — его близнец, только родившийся позже. Я обязательно проведу проверку и накажу всех виновных в этом деле.

Да, но сына, которому тогда был необходим этот брат-близнец, уже не вернуть.

— Прошлого не исправить. Но у тебя есть возможность искупить эту ошибку в настоящем.

— Как? — тихо спросил врач, осознавая груз своей вины.

— Езжай к Вере. Уговори её отдать ребёнка. Делай, что хочешь, но она должна отказаться от него в мою пользу.

Андрей хмыкнул, и поправил галстук. Потом прочистил горло и решился высказаться:

— Вы…понимаете, что это невозможно? Мать не отдаст своего ребёнка.

— Так ты объясни ей, что он она никакая не мать.

— Но Вера уверена, что мальчик — её родной сын.

— Меня не волнует, в чём уверена Вера. Даю сутки. Свободен.