10

Ева

— Увидимся на свадьбе, — Руслан крепко пожал руку Алексу и коротко кивнул его жене, утвердив меня в мысли, что рукопожатие – жест, имеющий отношение только к мужчинам.

— Как ты смотришь на то, чтобы на днях выйти в море? – спросил Алекс, открыв дверцу со стороны водителя.

Море? Мне вспомнилась полоска воды, которую мы проезжали по пути в аэропорт, линия горизонта, в которой глубокая синева сливалась с другой – освещённой солнцем. Но то море осталось далеко…

Про какое море он говорит? Или Руслан собирается вернуться в горы? Нескольких минут, что Алекс и Стэлла пробыли у нас, хватило, чтобы понять – этот мир совершенно мне не знаком. При том, что слова остались теми же, многое было за гранью моего понимания. И вот снова…

— Мы задержимся в Грате на несколько дней, — продолжил тем временем Алекс. – Так что если будет желание…

Уложившая ребёнка в люльку на заднем сиденье огромной машины Стэлла поправила кожаную куртку и, подойдя к Алексу, запустила руку в его карман. Даже сейчас, в тусклом свете непривычно серого дня, камни в её браслетах играли, переливались так же, как и те, что были в серёжках.

— Я поведу, — сказала она, вытащив брелок от машины и сжала его в пальцах.

Поведёт?! Я ожидала, что Алекс запретит ей, отберёт ключ и прикажет сесть в машину, но он и не подумал сделать этого. Поймал за ворот куртки, притянул к себе и, обхватив за талию, прижал к своему боку.

Смотрелись они довольно странно. Он – высокий, должно быть, даже на несколько сантиметров выше Руслана, а она… Ещё меньше меня. И эта её одежда, обувь, а главное – волосы…

— Почему бы и нет, – мне показалось, что Руслан ответил нехотя, как будто в действительности ему было всё равно. Но тогда зачем он согласился?

Я совершенно не понимала его, логики его поступков ни по отношению к себе, ни вообще, в целом. Как будто всё в нём было наполнено противоречиями, диссонансом. Одно то, что он сделал меня своей женой… Женой. Эта мысль, мелькнувшая как будто невзначай, тотчас же оттеснила назад остальные. Что это значит? Одна спальня на двоих, одна постель… Стэлла коснулась лба, убрала прядь волос. На пальце её блеснуло тонкое кольцо.

— Значит, позже договоримся, — сказал Алекс прежде, чем, обойдя машину, открыть дверцу со стороны пассажира.

Стэлла села за руль.

Она это серьёзно?!

Судя по тому, как спокойно она себя вела – вполне. Даже если допустить, что муж позволяет ей водить, эта машина…

— Рада была познакомиться с тобой, — она посмотрела на меня. Снова контраст – её голос, взгляд, пальцы с зажатым в них брелоком… — Не позволяй этому негодяю себя обижать, — добавила она вроде бы с насмешкой, но в то же время довольно серьёзно. Посмотрела на Руслана. – Учти, Рус, — насмешка исчезла вовсе. – Ты меня знаешь. Обидишь девочку…

Договаривать она не стала. Только сильнее сжала ключи. Снова посмотрела на меня, теперь с какой-то задумчивостью.

Будто бы сбросив мимолётное оцепенение, она хотела было закрыть дверцу, но я остановила её, всё-таки не сдержавшись:

— Ты действительно сможешь вести эту машину?!

— Я смогу вести всё, что угодно, — она улыбнулась уголками губ.

Внезапно я почувствовала нечто странное, непонятное. Коснулась скрытого тканью платья Пегаса и сжала его.

Дверца хлопнула, зашумел двигатель.

Не прошло и нескольких секунд, как внедорожник тронулся с места. Я смотрела ему вслед всё с тем же непонятным чувством, поселившимся внутри меня.

Ветер облизывал голые щиколотки, лицо, а я не могла отвести взгляд от удаляющейся машины до тех пор, пока она не скрылась в глубине территории.

— И долго ты собираешься тут стоять? – услышала голос Руслана и поняла, что он уже поднялся на крыльцо. Холод, которого я раньше почти не ощущала, заставил поёжиться. Бросив последний взгляд в ту сторону, где скрылся автомобиль, я пошла следом за… за мужем.

— Открывай, — кивнул он на дверь.

— Разве не ты должен открыть? – с непониманием посмотрела я на него. — В пансионате нам говорили, что по правилам этикета…

— Открывай, — повторил он тихо, с угрожающими нотками, и я поспешно отворила перед ним дверь.

Не заставлять его повторять – это я помнила.

Посмотрела искоса, снова пытаясь понять его. Как будто почувствовав мой взгляд, он остановился. Повернулся ко мне и, протянув руку, коснулся лица. Обрисовал скулу, подбородок, затем погладил по волосам, пропуская их сквозь пальцы. Накрутил одну прядку и заставил меня прижаться к нему.

Ладонь его легла на поясницу, взгляд пронзил до самого нутра. Он гладил меня сквозь платье, всё сильнее прижимаясь бёдрами, и дышать мне становилось трудно.

— Почему у этой девушки такие волосы? – спросила я, когда он, ослабив хватку позволил мне слегка отстраниться. – У неё что, были вши?

— Вши? – Руслан окончательно отпустил меня.

Я не поняла, разозлил его мой вопрос или нет – сказать что-то по тому, как он смотрел, было сложно. Почувствовала только неловкость.

— Ну да… — пожала плечами. – В пансионате у одной девочки были вши. Тогда её побрили. Она потом так переживала…

— Хорошо, что ты не сказала ничего подобного самой Стэлле.

— Это было бы не вежливо, — я всё ещё чувствовала себя несколько смущённой под его взглядом. – И… и она бы могла расстроиться. — Снова потянулась к кулону, но не сжала – только провела пальцами по платью. Руслан проследил за моим движением и опять посмотрел в лицо.

— Стэлла? – накрыл рукой мои пальцы и с силой сдавил их в кулаке. – Вряд ли, зверёныш. Но ты бы выставила себя полной дурой.

Это он сказал уже без тени усмешки. Сжал мою руку ещё сильнее, медленно пробрался пальцами под рукав. Пах его был твёрдым, в глазах появилось нечто недоброе, пугающее. Положив ладонь мне на ягодицы, он сгрёб ткань, задрал выше. Погладил по голой коже и, резко оттолкнув от себя, приказал:

— Убирайся наверх.

— Наверх? – у меня вырвался выдох. В голове всё смешалось, мысли запутались.

— Наверх, — процедил он. – Ко мне сейчас приедут.

— Так Алекс…

Телефон Руслана зазвонил, и я тут же замолчала. Меня потряхивало, соски стали твёрдыми. Близость Руслана волновала меня, и, теперь я понимала это, волновала, как может волновать женщину близость мужчины. И то, что я стала его женой, было тут ни при чём.

— Да, — рявкнул Руслан, ответив на звонок. — Пропустите её… Да…

Я стояла на месте, не сводя с него взгляда до тех пор, пока он не убрал мобильный обратно в карман. То, что я видела в его глазах…

— Хорошо, — сказала я, ответив ему прямым взглядом. – Если ты хочешь, я пойду наверх, — проговорила и, не дожидаясь ответа, пошла к лестнице, понимая, что он смотрит мне вслед.

— Не выглядишь ты довольным жизнью, — заметила Каролина, присев на угол стола у меня в кабинете.

Как всегда, она была безупречна: завивающиеся крупными кольцами рыжевато-каштановые волосы её были уложены аккуратно и в то же время слегка небрежно, черты красивого лица подчёркнуты неброским макияжем.

Положив клатч рядом с собой, она разгладила складку на подоле платья и снова посмотрела на меня.

Кожаное кресло, в котором я сидел, откинувшись на спинку, стояло по диагонали, и я мог видеть её колени, обтянутые капроном чулок ноги. Да, красивая, сука. Вот только дела мне не было ни до её длинных ног, ни до остроносой туфельки, соскользнувшей со стопы и теперь лежащей возле стола подобно маленькой провокации.

— Вот скажи мне, – я медленно прошёлся по ней взглядом, — с чего вы все решили, что я должен быть ею доволен?

— Все – это кто? – в ответ спросила она. – Полагаю, твой брат?

— Допустим, — невесело ухмыльнулся я.

Каролина всегда была не только красивой, но и умной. Когда-то я даже подумывал поиметь её не только в постели. Может быть, не жениться – хотя бы перевести статус наших отношений из разряда одноразовых встреч на постоянные. Дело до этого, правда, так и не дошло. Оно и к лучшему.

— Наверное потому, — она скинула вторую туфлю и, неспешно встав, направилась ко мне, — что мало кому везёт так, как повезло тебе, — остановилась напротив и, склонившись, упёрлась ладонями в поручни кресла по обе стороны от меня. – Сукин ты сын, — дыхание её коснулось моего лица, запах дорогих духов воспоминаниями проник в сознание.

Рука её с подлокотника переместилась на моё колено, пальцы прошлись по бедру. По-кошачьи прищурившись, она качнула головой.

— Ты никогда не ценил то, что у тебя было, Руслан.

— Как понимаю, сейчас ты имеешь в виду себя? – я обхватил её затылок, сгрёб волосы. Мягкие, шелковистые, они были не такими… Не такими, как…

Стоило представить зверёныша, её тяжёлые тёмные волосы, бархат кожи, в паху стало тяжело. Чёрт подери, даже мысли об этой девчонке волновали меня куда сильнее, чем довольно откровенная близость женщины, с которой я когда-то проводил неплохие ночи.

— Не без этого, — не стала отрицать Каролина, не отводя взгляда.

Я презрительно хмыкнул, поглаживая её пальцами. Вдыхал некогда знакомый запах, вызывающий прежде желание тут же усадить её на тот самый стол, что маячил у неё за спиной и, задрав юбку, взять её – быстро, резко в перерыве между назначенными встречами и решением касающихся Грата дел.

— Смени духи, — разжал я пальцы. – Они слишком резкие.

— Раньше тебе так не казалось, — заметила она, нагло глядя на меня.

Ладонь её оказалась на моей ширинке. Склонившись ближе, она тихо проговорила мне на ухо:

— Это не мои духи слишком резкие, — прикусила мочку лизнула и коснулась моей скулы губами. – Не-е-ет, Руслан. С моими духами всё в порядке.

— Хочешь сказать, что не всё в порядке со мной? — сжал её запястье, убрал руку от паха. Каролина упёрлась второй мне в колено. Взгляды наши опять встретились.

— Да, Алиев, — спокойно, негромко, поглаживая меня по бедру. – Именно это я и хочу сказать. Но ничего, думаю, мы это поправим.

Сказав это, она опустилась на колени между моих ног.

Посмотрев сверху вниз, я выпустил её руку. Ртом она всегда работала превосходно. Она вообще была превосходной любовницей: неутомимой, изобретательной, страстной и несдержанной. Что же…

Ладони её прошлись по моим бёдрам, молния ширинки легко поддалась тонким пальцам. Пройдясь ладонью, она выпрямилась, расстегнула несколько пуговиц на блузке, демонстрируя мне скрытую почти прозрачным бюстгальтером грудь. Помнила, сука, что и как я люблю.

Нутро само собой отозвалось примитивным, первобытным желанием.

— Продолжай, — глухо сказал я, наблюдая, как она, вытащив края блузки из-под юбки, просунула в петельку последнюю пуговицу.

— Я и не собиралась останавливаться, — нагло ответила она, запустив руку меж пуговиц моей рубашки. Расстегнула одну, царапнула живот и тут же расправилась с ремнём.

Я шумно втянул носом воздух. Смотрел, как она, склонившись, обхватила головку члена ртом, как взяла глубже.

— Н-да… — прорычал удовлетворённо, подтолкнув её вперёд.

Помогая себе рукой, она наращивала темп, волосы её потихоньку покачивались в такт движениям. Это было действительно неплохо: её мягкие губы, волосы, даже запах её духов. Хотя нет, запах был отвратительный.

На несколько секунд я закрыл глаза. Воображение тут же нарисовало мне совсем другую картинку: стоящая на коленях девчонка.

Узкие плечи, тонкая талия, контраст светлой кожи и тёмных волос… Её узкие ладони, её губы… Кровь моментально ударила в виски, понеслась по венам.

— Бери как следует, — просипел я и, схватив Каролину за волосы, опять толкнул на себя, насаживая на член. – Раньше ты делала это куда лучше.

Ногтями она прошлась по моему бедру. Сильно, заставив меня зашипеть.

— Чёрт! – процедил я.

Она отстранилась, облизнула губы, шумно выдохнула и обхватила член рукой. Сделала несколько быстрых движений, обвела пальцем головку и, медленно пройдясь до основания, погладила мошонку.

— Ты стал совсем диким, — не переставая ласкать, тихонько засмеялась она.

Склонилась и, расстегнув ещё одну пуговицу на моей рубашке, провела кончиком языка по моему животу. Опустилась ниже и лизнула там, где только что были её пальцы. Язык запорхал по мошонке, по плоти, губы опять сомкнулись вокруг головки.

— Да… — положив ладонь на её голову, просипел я.

Рыжевато-каштановые волосы под моими пальцами, а мысли… Я снова закрыл глаза и представил, что это малышка Маугли сейчас работает ртом, лижет и ласкает меня. Её язычок, её рот, её пальцы… Всё бы хорошо, если бы не этот проклятый запах. Но ничего. Даже он не смог развеять нарисованную сознанием картинку. Сегодня же поставлю её на колени. Да… Выставлю Каролину, а потом займусь своей…

Чувствуя приближение разрядки, я сжал волосы Каролины и насадил её на себя. Ещё и ещё. Чувствовал, что ей это не по нраву, но мне было плевать. Сама захотела. И ещё… Напряжение, сведшее мышцы, сменилось расслабленностью. Не позволяя бывшей любовнице отстраниться, я удовлетворённо зарычал. Неплохо… Пожалуй, это как раз то, что мне было нужно. Женщина, знающая, что я люблю.

Разжал пальцы, выпустив её волосы и тут же, сквозь дымку удовольствия, услышал, как открылась дверь кабинета.

Какого дьявола?!

Подняв веки, я медленно перевёл взгляд на дверь.

— Кто это? – спросила Каролина, рассматривая остановившуюся на пороге девчонку. Вытерла уголок рта, облизала губы.

Она так и стояла на коленях передо мной, ладонь её лежала на моём бедре.

— Моя жена, — выговорил я, глядя на Еву.

Уголок моего рта дёрнулся, стоило вспомнить мысленно нарисованную картинку.

— Тебе пора Каролина, — не сводя с зверёныша взгляда, жёстко проговорил я и только потом посмотрел на неё.

Встал, дёрнул её вверх и застегнул ширинку.

Она опять смотрела на Еву.

— Ты слышала, что я сказал? – коснулся я её спины. – Тебе пора, Каролина.

— Слышала, Руслан, — ответила она, не глядя на меня.

Ева так и стояла в дверях. Одетая в чёрное платье, с распущенными волосами. Тяжёлые, тёмные… Да, именно их я хотел чувствовать. Именно эти волосы и… Именно эти губы.