40

Камилла

Взвожу курок и целюсь во Влада.

Дышу рваными вдохами, сама до конца не понимая, что собираюсь делать. Когда он начал говорить все эти вещи, во мне что-то щёлкнуло. Мне хотелось заставить его замолчать. И когда увидела, что он так небрежно бросил оружие на пол, то не смогла не воспользоваться этим.

Туманов смотрит на меня, и на его лице нет абсолютно никаких эмоций. А мне кричать хочется, бить его, сделать больно, чтобы хоть как-то отреагировал, чтобы знать, что он чувствует хоть что-то.

Я не видела его всю неделю. С ума сходила, гадала всё ли с ним хорошо. Под кожу въелся. Я уверена, что всегда, каждый день, каждую секунду до конца жизни буду думать о Владе Туманове. И как же это больно осознавать, что мои чувства – первые, настоящие – без ответа. Я ему не нужна. Приятный бонус в его мести моему старшему брату.

Влад ухмыляется и идёт на меня.

– И что же будешь делать, малышка Ками? – лениво протягивает.

– Не подходи! – предупреждаю.

– Почему? В упор стрелять будет удобней, меньше крови.

– Я сказала – не подходи! – говорю ещё раз, но он не слушает.

Я отвожу пистолет правее его плеча и стреляю в стену. Звук выстрела оглушает, а Влад даже не шевелится. Он всё так же наступает на меня.

– Ещё один шаг, и я застрелю тебя, – говорю, как можно спокойней, но руки трясутся так сильно, что я боюсь выронить оружие.

Мои угрозы не возымели эффекта. Туманов подходит ко мне вплотную, нависает грозовой тучей. Хочется отступить назад, но я заставляю себя стоять на месте. Дуло пистолета упирается в грудь мужчине, у меня перехватывает дыхание. Поднимаю взгляд на Влада и вижу в его глазах вызов. Он готов идти до конца. Но готова ли я?

– Стреляй, малыш, – голос спокойный, с хрипотцой. – Сюда.

Берёт мою руку с пистолетом и двигает в центр своей груди.

Я понимаю, что должна выстрелить. Закончить страдания. Он похитил меня, мучил, ломал… Но я не могу! Просто не могу! Такое чувство, что Влад залез в самую душу и видит то, что я сама боюсь рассмотреть, показать окружающим. И самое страшное, что несмотря на свое заточение – я чувствую себя свободной. Я не боюсь, что меня будут осуждать или выражать недовольство. Первый раз в жизни я не притворяюсь.

Рука с оружием трясётся, и Влад чувствует мою дрожь. Нервно облизываю губы.

– Смелее.

Я ещё крепче обхватываю рукоять.

– Вспомни всё, что ты кричала мне в лицо. Вспомни, как я тебя обижал.

– Зачем... Зачем ты это делаешь? Я не понимаю… – произношу еле слышно.

– Ты же этого хотела? Я корень всего зла, правда? Стреляй! – закричал он на последнем слове, отчего я вздрогнула всем телом.

– Я… Я не убийца… Я не монстр. Не могу. Пусти, – я пытаюсь вырвать свою руку, но Влад не даёт.

– Раз не можешь ты, то это сделаю я. Потому что я монстр, да, Ками? – говорит и смотрит мне в глаза.

Я стою, и внутри всё сжимается от ужаса. Влад сильнее обхватывает мою ладонь, не дает вырвать, до боли стискивает пальцы и … нажимает на курок.

– НЕТ! – кричу я так громко, что крик заглушает звук выстрела.

Чувствую, что Влад отпускает мою руку, и я падаю на колени, содрогаясь от рыданий. Ничего не слышу и не вижу перед собой, такое ощущение, что все чувства разом отключились. Внутри лишь невыносимая адская боль, чувство пустоты и потери, от которых хочется сдохнуть на месте…

А затем чувствую, как сильные руки меня обхватывают и куда-то несут. Я утыкаюсь лицом в шею Владу, обнимаю так крепко, насколько хватает сил. Он садится сам и усаживает меня к себе на колени. У меня истерика. Слёзы нескончаемым потоком льются из глаз. Туманов гладит меня по спине, целует волосы, что-то шепчет на ухо, но я не разбираю слов. Я настолько эмоционально потрясена, нахожусь в каком-то вакууме. Но каждым прикосновением, каждым словом Влад заполняет собой мои чувства, ту пустоту, которая зияла в душе, мои мысли, моё дыхание… Я чётко осознаю, что не просто люблю его, любви слишком мало. Я растворяюсь в нём. Я зависима от его взгляда, от голоса, от прикосновений, от запаха… Я просто его. И мне даже не страшно.

– Тише, маленькая, всё хорошо, – пробивается сквозь мои рыдания голос мужчины. – Я рядом, я с тобой.

– Ты специально, – хрипло выдавливаю из себя.

Поднимаю заплаканное лицо и смотрю в его голубые глаза. Осознание его манипуляций просто ошеломляет.

– Ты знал, что я подниму с пола пистолет. Ты знал! Ты снова играешь со мной! – кричу я.

Слезы высохли, меня начинает трясти от ярости. Я вырываюсь из его объятий, а он и не держит. Соскакиваю с его колен, а внутри всё клокочет от злости.

– Больной ублюдок, – выплёвываю эти слова и, не сдержавшись, бью Туманова по щеке, с удовольствием наблюдая, как на коже расплывается красный след от удара.

Собираюсь убежать из комнаты. Не хочу его видеть! Как так можно… Я не понимаю, что у него с головой? Но у двери Влад ловит меня и лицом поворачивает к стене.

– Отпусти! – требую, но он лишь сжимает сильнее.

Мне бы вырываться, драться, вот только тепло его тела действует иначе. Чувствую, как внизу живота начинает тянуть, требуя… Влада.

– Ты хочешь знать, что я чувствую, – раздаётся у моего уха горячий шёпот, от которого мурашки бегут по телу.

Чувствую, как Влад стягивает с меня шортики вместе с трусиками. А затем сжимает мои волосы в кулак на затылке, тянет, поворачивает голову и впивается в рот. Это самый грязный и порочный поцелуй, который только можно представить. Наши языки сплетаются, а зубы бьются о зубы. Такое ощущение, что мы питаемся друг от друга – столько животной страсти. Меня начинает трясти от сумасшествия, от бешеной тяги, охватившей каждую клеточку, каждую пору моего тела. Влад и сам тяжело дышит. Я ощущаю волны дрожи его тела и выгибаюсь им навстречу.

И тут чувствую, как он заполняет меня одним мощным толчком. Кричу от неожиданности ему в рот. Влад отрывается от моего рта и проводит языком по шее, прикусывая бешено пульсирующую вену.

– Я помешан на тебе, Камилла Абрамова, и не знаю, что нах*р делать с этими чувствами, – произносит Влад, каждое слово подкрепляя новым толчком в моё тело.

А я… Я растворяюсь в ощущениях, потому что это самое настоящее признание, а большего мне и не нужно.