Глава 29

В столице мы с супругом появились гораздо позже армии. Та нас обогнала. По официальной версии, Черные земли дрогнули, часть нечисти даже “покорилась” и теперь будет служить людям. Появление эльфов объяснить было труднее. Тер отправил сообщение, чтобы все списывали на последствия снятия проклятия. Что я этих эльфов якобы из ледяных статуй расколдовала. Уже подъезжая к столице, я знала, что эльфов местное высшее общество приняло с диким восторгом. Маги помешаны на усилении рода, ну или хотя бы не увядании, а тут такая свежая кровь, еще и экзотика. Эльфы, кстати, все поголовно маги.

С трепетом и радостью в душе заезжаю во двор столичной резиденции. Первым появляется Кесид. За ним, смешно перебирая лапами, бегут грифончики. Подросли-то как! Объятия, щемящая радость, смахнула набежавшую слезу. Пытаюсь поднять своих девочек, и не могу двоих сразу. Потяжелели. Тер помогае,т и Теиси – коричневую лапочку, берет себе на руки. Меиту, огненную девочку, наконец получается поднять на руки мне.

– А где сейчас Айвен? – нетерпеливо спрашиваюу Кесида. Скорее хочется увидеть и эльфенка.

И тут возле главного входа начинаю появляться эльфы. Они стремительно выходят. Все сразу. Застывают у входа, смотрят на меня с такой искренней радостью и вижу, что смущаются подойти, но очень хотят. Вдруг осознала, что всех их, взрослых дяденек и девушек воспринимаю как своих родных если не детей, то младших родственников.

Широко улыбнулась, и эльфы нерешительно двинулись в мою сторону. Из-за самого крупного эльфа показался Айвен, но он не бросился ко мне, а, улыбнувшись мне, остался с эльфом, взял его за руку.

Подошли. Мне кажется, Терреда больше смущаются и опасаются, но с такой надеждой и робостью смотрят, что я уже не выдерживаю и сама начинаю с ними обниматься и расспрашивать обо всем. Подопечные быстро учатся, говорят гораздо лучше, в восторге от человеческих земель. Шоком для меня стала новость, что Айвен, нашел своего папу. Как раз тот самый высокий эльф, которого я нарекла Вариэтом. Они с отцом почувствовали родство душ. Эльф принял Айвена, сказал, что не знает откуда, но четко чувствует, что это его сын. То самое особое чутье, позволяющее определять родных. Я, конечно, обрадовалась, что Айвен нашел своего отца, это невероятная удача. Задумалась. Возможно, еще жива и мама малыша, но узнать, так это или нет, я, к сожалению, не смогу. Теперь уже точно.

Коснулась руками живота. Пока невозможно ничего понять, но рисковать и доводить себя до истощения не стоит.

Ну ничего себе. Вот так, походя, узнаю о себе такое.

Заходим во дворец, где в холле нас торжественно встречают его обитатели. Ко мне неожиданно подходит радостная мама и обнимает.

– Ну наконец-то вернулись! Я так переживала!

Растерянно обнимаю маму.

– Мам, а ты разве не должна была уехать вместе с мужем?

– Нет, ну что ты! Я такой скандал закатила. Как же я уеду в такой непростой период, когда вы покинули страну, рискуете своими жизнями в войне с Черными землями. Еще и Амайла без присмотра как будет? Он уехал один, а я помогала в управлении королевством и следила за тем, чтобы против вас никаких заговоров даже не думали плести.

Та-ак.

– Но теперь мы здесь и ты поедешь помогать мужу?

– Ну что ты, я же понимаю, как тебе непросто сейчас освоиться в роли королевы. Знаешь, дворец полон интриг, без надежных людей тебе будет тяжело, и я конечно останусь, чтобы тебе помочь.

Беру маму под локоток и предлагаю уединиться, “посекретничать” с глазу на глаз. Мама с радостью поддерживает. По пути раздает команды прислужникам и придворным, а те, видя ее, стараются поскорее уйти с дороги. А еще мама то и дело, в кои-то веки причитает, что я похудела за время похода. И добавляет, что вообще-то мне было бы неплохо начать округляться. Многозначительно водит бровями. Стране нужны наследники. Это да, нужны. Стране, да и миру. Работаем, мам, над спасением мира.

Хорошо, хоть, Тер, пока маму не видел, его, не дав передохнуть, увлекли советники решать срочные накопившиеся дела. Я же надеюсь разобраться с мамой и быстро отправить ее к мужу, поскольку здесь мягко соглашаться с ее наставничеством не смогу. Поссоримся. Крупно.

В кабинете усаживаю маму в кресло и оглядываю совершенно другим, не дочерним, а лекарским взором. Мама от такого моего внимания напряглась. Думаю, почувствовала во мне другую сущность, вместо привычной дочки.

– Как прошла свадьба, мам? Жаль, мне не удалось на ней присутствовать.

– Дорого, – с удовольствием жмурясь, отвечает мама. – Не сравнить с моей первой свадьбой.

– А муж тебе нравится?

– Ну, его, конечно, не сравнить с моим первым мужем. И тут сравнение в пользу твоего отца. Крайфот дряхловат, на мой вкус.

– Мам, он ненамного старше тебя, еще и маг, что позволяет ему дольше сохранять форму.

– Все равно мне нравятся мужчины помоложе, – упрямо поджимая губы, отвечает мама. – К тому же он по старчески ворчлив и постоянно гнет свою линию, ко мне ни капли не прислушиваясь.

– Да, в этом вы с ним похожи… зная тебя, он, наверное, уехал скорее за границу, не дожидаясь брачной ночи?

– Вот еще! Конечно дождался, был в полном восторге и буквально умолял меня поехать с ним. Но я же не могу бросить детей. Хочу в ближайшее время навестить Кавена. Уверена, он уже понял свою ошибку с выбором службы и ждет, когда я приеду его и спасу.

М-да. Задумалась. Можно было бы, конечно, надавить на маму, вспомнив про долг перед страной, заодно припомнив, как она давила на меня с разного рода долгами и женихами. Можно было бы поругаться, но желания ссориться с мамой совершенно нет. Недавно я вспомнила, как потеряла всех своих близких, и больше никого терять не хочу, тем более обижать.

Обходу вокруг стола и сажусь на соседний с мамой стул. Беру ее за руки.

– Бедная моя мамочка. Я только недавно вспомнила, как же тебе было тяжело после потери папы, какая ответственность легла на твои плечи, как ты пыталась обеспечить нас достойным уровнем жизни без достаточных средств на это. Без помощников, одна, в глуши. Тебя не воспринимали всерьез и не хотели иметь с тобой дел, только потому что ты женщина. Но ты не вышла замуж второй раз… потому что опасалась за нас? Что новый муж нас не примет и будет ущемлять?

У мамы задрожали руки, она точно не ожидала от меня такого разговора.

– Ты справилась, ты привыкла быть сильной, привыкла решать все сама, не рассчитывая, что тебе помогут. Но ты все еще о нас очень беспокоишься.

– Конечно! Особенно о Амайле. Ты постоянно где-то пропадала, гуляла с деревенскими ребятами, кровь боевых предков не давала тебе покоя. Ты была в детстве очень похожа на меня, крепкая бойкая, поэтому о тебе я нисколько не волновалась. А вот Амайла пошла в предков твоего отца. В детстве болезненная, скромная, постоянно сидела за книжками. Благородная, хрупкая леи. Я так боялась, что она заболеет, также, как ваш отец.

Крепче сжала руку маму и прикрыла глаза.

– Мам, спасибо тебе за все. Я раньше не понимала, насколько много ты для нас делала и как любила. Ты старалась, как могла, в меру своего понимания, часто перегибая, но по другому ты просто не умела.

Помолчали. Открываю глаза, а мама беззвучно плачет. Тут же обнимаю ее, и она начиная рыдать. Лекари лечат не только тело, но и душу. И иногда вместо всей этой магии это мира можно вылечить одним простым объятием.

Когда мама в волю наплакалась, осторожно взяла ее за руки и повела к ближайшему зеркалу.

– Знаешь, мам, в академии я все же немного улекалась лекарским делом, кое-что узнала, и захотелось сделать тебе подарок.

Когда мама увидела свое отражение в зеркале, изумленно ахнула и неверяще дотронулась до своего лица.

– Это косметическая иллюзия?!

– Нет мам, это ты, без каких-либо либо иллюзий.

Мама продолжает недоверчиво вглядываться в зеркало. Сейчас там отражаются две практически ровесницы. Мы с мамой внешне очень похожи. Эльфийская природная магия. Эльфы не просто так живут дольше людей. Дело не только во внутренних ресурсах организма. Эльфы были хороши именно в оздоровительной, регенерационной магии. Так что это не иллюзия, удалось значительно омолодить и подтянуть кожные покровы, очистить и восстановить часть внутренних органов. Фигура у мамы и так была хорошая, разгладились морщинки, волосы заблестели.

– Это невероятно, – шепчет мама, ощупывая лицо и кружась перед зеркалом. В глазах столько счастья.

Можно продолжить беседу, думаю.

– Ты очень много сил отдала нам, мам. Толком в этой жизни ничего не видела, не путешествовала. Ты такая красивая, яркая. Может пора перестать так сильно о нас беспокоиться? На границе с черными землями теперь все хорошо, нечисть больше не нападает, брат в безопасности, пусть попробует вольную, самостоятельную жизнь и научится тому, чему сам хотел. Не захочет, всегда сам сможет перевестись. Никто там насильно не будет держать королевского родственника.

– Ты так повзрослела, Мейлан. Но Амайла…

– О ней позабочусь я. Обещаю, с ней все будет в порядке. Веришь мне?

Мама застыла, внимательно вгляделась в зеркало, а потом коварно улыбнулась.

– Хорошо, я поеду за границу. Этот старый хрыч не поверит, когда меня увидит! Сразу пожалеет, что меня отвергал!

– Ты же говорила, что он умолял тебя поехать.

– Это я немного приукрасила. Не хотел он меня брать. Совсем. Привык к холостой жизни и доступным молоденьким девицам полусвета, готовым на все за его внимание. Подтянутый, состоятельный, внушительный.

– Вроде бы дряхлый?

– Да он же маг, конечно он не дряхлый. Это я от обиды.

Мама в очередной раз крутанулась перед зеркалом. Улыбка ее стала зловеще-предкушающей.

– Мейлан, ты точно позаботишься об Амайле?

– Обещаю.

Маму удалось проводить в путешествие в этот же день. Терред, думаю, и не заметил ее присутствия. С сестрой встретились на вокзале, когда маму провожали. Напросилась к Амайле в гости, посмотреть купленный мамой особняк и как они там обустраиваются. Сестра оживилась, но в целом все равно выглядит грустной и задумчивой, и это даже несмотря на отъезд мамы.

В доме все еще идет ремонт, но первый этаж готов, и полностью обставлен по вкусу мамы.

Сестра усаживает меня в гостиной, предлагает чай. Соглашаюсь, прошу еще что-нибудь перекусить. Прислужницы приносят закуски, и сестра с удивлением наблюдает за тем, как я с аппетитом сметаю угощения, не забывая расспрашивать Амайлу о последних новостях в ее жизни.

– Мейлан, а можно тоже спросить?

– Спрашивай конечно.

– Ты… беременна?

– Нет, – грустно вздыхаю. – Но я надеюсь, что скоро возможно да. Колдовала сегодня много.

– А-а, ясно, – Амайла опускает к полу свой печальный взор.

Пересаживаюсь к сестре на диван и беру ее за руки.

– Амайла, что тебя беспокоит? Из-за чего ты такая грустная?

– У меня все хорошо.

– Я знаю, что мы с тобой не подружки, чтобы ты делилась со мной своими переживаниями, в детстве общались мало… поэтому давай так. Я ведь королева? Ты моя родная, чудесная и очень милая сестра. Я хочу сделать тебе подарок. Какой захочешь. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы исполнить твое желание.

Руки Амайлы задрожали, и чтобы скрыть это, она их забирает и прячет в складках платья, но не страшно, я уже провела осмотр, непосредственный контакт больше не нужен.

– Я вполне всем довольна, мне ничего не нужно, – кротко отвечает сестра.

Да ну? Придется тогда вывести на эмоции.

– Мама перед отъездом сказала, что выбрала тебе жениха. Окончательно определилась с выбором. Ты, наверное, счастлива и тебе ничего не нужно?

– Что?! – Амайла вскочила с дивана и нервно заходила по комнате. – Кто он?

– Не запомнила имени. Какой-то очень состоятельный, взрослый мужчина. Глава рода.

– О, нет, нет.

Амайла начала ходить интенсивнее.

– Ты против брака, Амайла?

– Конечно!

– В принципе против или есть возлюбленный?

– Нет, никого нет, но… мне нравится один человек.

– Ты, уверена, ему наверняка тоже?

– Нет, – Амайла резко села на диван. – Я ему нет.

– Не может такого быть.

– Очень даже может.

– Но ты хотела бы за него замуж?

– Нет, – растерянно отвечает сестра. – Я пока замуж не хочу.

– Так чего ты хочешь от этой жизни?

Амайла пожимает плечами.

– Хм. Что, правда никаких желаний?

– Все, что мне хотелось бы, слишком нереально. Так что нет.

– Чего же такого нереального ты хочешь?

– Много чего. Путешествовать, учиться, быть самостоятельной и независимой.

Ну надо же. Я думала, у моей с виду кроткой и послушной сестры таких желаний и мыслей не возникает.

– Так в чем проблема? Исполняй все свои желания.

Амайла посмотрела на меня как на душевнобольную.

– Как я это исполню? Мама ни за что…

– Мама уехала и передала всю ответственность за тебя на меня. Деньги есть, собирай вещи и поезжай, куда захочется. Лучше с охраной, но если совсем уж хочеь сумасбродствовать, можно и без, это твоя жизнь, тебе решать. Но ты красивая девушка, все-таки опасно. Украдут ведь.

– Но… мама.

– Мама не узнает, я ей ничего не скажу.

– А как же жених?

– Я его выдумала, чтобы встряхнуть тебя.

– Но мама все равно скоро найдет мне жениха.

– Найди раньше, – и после того, как Амайла изменилась в лице, весело фыркнула. – Да шучу я. По правилам нашего общества у тебя есть как минимум год, чтобы не выходить замуж, если нет такого желания. Не заставят раньше.

– Откуда у меня год?

– Такой закон. Первокурсницы в академии магии имеют право не выходить замуж по велению членов рода. Учеба на первом месте.

– Так-то же маги, – судя по взгляду, сестра теперь уже всерьез сомневается в моей адекватности.

Беру Амайлу за руку и раскрываю ладонью вверх.

– Повторяю за мной, слово в слово.

Произношу текст заклинания, Ами хоть и смотрит недоверчиво, но по привычке послушно все исполняет. Я замолчала, и она. В ее глазах вопрос, ведь ничего не происходит.

– Теперь, Ами, представь, что из груди, по твоей руки течет теплый искрящийся ручеек. От локтя прямо к ладони. Чувствуешь это приятное тепло? Теперь скажи заключительное слово…

Амайла произносит последнее слово и вскрикивает, ведь на ее ладони появляется белая мерцающая бабочка. Бабочка несколько раз плавно взмахивает крыльями, а затем взлетает к потолку и неспешно кружится над нами.

– Что это?!

– Ты разве не видишь? Декоративный магический огонек.

– Я вижу, но… это ты ведь его сделала?

– Нет, Ами. Его сделала ты.

– Этого не может быть, я не маг.

– Ты маг, Амайла. Ты родилась магом. В твоей энергетической структуре потоки силы мощные, но были закупорены. Я все почистила. Ты маг, Амайла. Пока в академии каникулы, отправляйся в путешествие, либо оставайся тут, а я направлю к тебе нескольких хороших преподавателей, чтобы ты не пришла на первый курс таким же неучем как я.

Амайла вскочила.

– Это невозможно! Невозможно! Невозможно! – последнее слово Амайла прокричала по слогам, возбужденно махая руками. – Ни один лекарь на такое не способен! Если бы так можно было, то не было бы высохших родов!

Грустно вздохнула.

– Так можно не совсеми. У нашей мамы, например, все силовые каналы, пересушены, хотя я уверена, родилась она с такими же каналами, как у тебя, но из-за того, что они долго были закупорены, процесс стал необратимым. Ну и обычные лекари, наверное, так не смогут.

– А ты необычный лекарь?

– Я могу тебе ответить на этот вопрос, но потом придется стереть этот ответ из твоей памяти.