13

Всё происходило будто не со мной, а с какой-то другой женщиной, которая явно заслужила, чтобы к ней относились так бережно и ласково. А кто я такая? Да, по сути, никто. Ничего не добившаяся женщина, которая молча готова снести все тяготы судьбы. Разве в таких влюбляются? Разве таких как я целуют одержимо-сладко? Наверное, нет. Но мои ощущения говорили об боратном. Лавр целовал не какую-то другую эфемерную женщину, придуманную моей фантазией, а именно меня, мои губы, мои ключицы и плечи.

Это было так странно и в то же время невыносимо приятно. Я разучилась, а, возможно, никогда и не умела принимать ласки от мужчины. Внутри всё переворачивалось, но мерзкий шепоток страха всё равно просачивался ко мне в сознание, напоминая, что я не пара для такого успешного мужчины, как Лавр. А для кого я пара? Для своего мужа-садиста? Часто слышу такое суждение, что раз позволяешь над собой издеваться, значит ты такая же ненормальная, как и твой мучитель. Ну да… Всегда так просто судить со стороны. А что, если это действительно так? Вдруг я и вправду ненормальная? Не заслуживающая на нежное отношение.

Губы Лавра продолжали жарко целовать меня, когда мы оказались в спальне. Мысли о тех бандитах и о том, что меня могли увезти непонятно куда, внезапно рассеялись. Я не хотела анализировать произошедшее, не хотела думать наперед и просчитывать то, что будет потом. Я устала от всего этого, устала предусматривать всё на свете. Руки Лавра умело ласкали меня, оставляя призрачные следы на моей бледной коже. Дышать спокойно не получалось. Мое тело, моя душа так сильно истосковались по обычной нежности, что теперь ее переизбыток даже ранил меня. Я задыхалась в руках Лавра, терялась в наших рваных поцелуях, наполненных каким-то горько-сладким отчаяньем.

Наша близость была другой, не такой как с Димой. Я не ощущала боли, не ощущала удушья, не опасалась, что вот-вот мой партнер может сорваться и существенно навредить мне. Это было так ново и дико для меня. Я могла расслабиться… Впервые и по-настоящему расслабиться, отпустить мысли и страхи. Лавр всё контролирует и на уровне инстинктов уже знает, что именно мне нужно. Его проницательность впечатляла.

Я смотрела в эти красивые голубые глаза, поддернутые дымкой искренней страсти и всё, еще не верила в реальность происходящего. Лавру ведь сильно досталось и ему сейчас необходимо отдохнуть, а он…

— Просто ощущай меня, — прошептал он мне в губы, вовлекая в новый поцелуй, что искрами наслаждения струится по моим венам, проникая в каждую клеточку тела.

Не знаю, как именно это получалось у Лавра, но ему хотелось верить, хотелось подчиниться, хотелось разрешить защитить. Он внушал уверенность, а мне так отчаянно ее не хватало. Он молча давал мне всё то, в чем я всегда нуждалась. Давал так щедро и вовремя, что хотелось плакать от радости и осознания, что мир умеет быть другим, не таким черным и жестоким.

Сила нашего притяжения стремительно росла, ширилась, затапливала собой всё вокруг, искрилась на кончиках пальцев. Лавр избавил меня от платья и наградил каждый сантиметр моей кожи поцелуями. Я ощущала, как кровь, подсохшая на его губах и превращённая в корочку немного, царапала, разнося мурашки. Нежность Лавра органично переплеталась с его природной силой и уверенность в себе. Он возбуждал меня так, как никто и никогда прежде. Фиксируя и испытывая степень чувствительности моего тела. Несколько раз я была поднесена к грани, благодаря его умелому языку, что выписывал на моей плоти восхитительные узоры. Срыв случился, когда Лавр плавно вошел в меня и запрокинул голову от чувства наслаждения и осознания, что теперь мы единое-целое.

Я не подозревала, что может быть так остро, так опьяняюще, так фантастически великолепно. Всё во мне перерождалось, сгорало и преображалось. В руках Лавра появлялась новая я, но со старыми шрамами. Когда пик физического и душевного наслаждения взорвался в нас, опаляя губы и сознание, мне всё еще не хотелось выпускать из своих объятий Лавра.

Его голова покоилась на моей обнаженной груди, я пропускала между пальцев тёмные густые волосы и с особым удовольствием вдыхала аромат мужского одеколона, смешенного с природным запахом кожи.

Мне было спокойно.

— Когда-то, — вдруг шепотом начал Лавр, вслушиваясь в размеренный ритм моего сердцебиения, — я случайно встретил девушку.

Я не понимала, почему он вдруг решил мне рассказать про какую-то девушку, но перебивать совсем не хотелось. Возможно, Лавр в минуту этого волшебного умиротворения и абсолютной откровенности хотел поделиться тем, что его беспокоило.

— Мимолетная встреча. Она меня не заметила. Такая одинокая и бесконечно печальная. Светлые волосы струились по ее хрупким плечам. Под простеньким голубым сарафаном отчётливо проступали контуры аккуратного небольшого живота. Она была беременна и так горько плакала, что у меня внутри всё сжалось. Хотел подойти к ней, но не успел. Ее забрал муж. Прошло время и вот я вновь ее встретил, — Лавр поднял голову и внимательно посмотрел на меня. — Снова случайность? Это уж вряд ли, — он осторожно поцеловал меня.

Я не сразу ответила, потому что это признание застало меня врасплох. Сердце больно толкнулось в груди, затрепетало быстрей. В горле сжался комок.

— Это была я, — шепчу, хотя понимаю, что мое признание Лавру не нужно, он и так это прекрасно знал.

— Ты. И во второй раз я терять тебя уже не хочу.

Наш поцелуй отдавал соленым привкусом моих слёз, что казались мне сейчас такими сладкими и исцеляющими. Лавр продолжал жадно целовать меня, впитывая эту влагу, как будто она была живительным источником для него.