3

— Маам, — маленький пальчик легонько ткнул мне в кончик носа. — Мама, вставай, — тонкий детский голосок донесся до меня сквозь сон.

— Угу, — я зевнула, но глаза никак не хотели открываться.

— Маам, — теперь маленький пальчик не больно ткнул мне в щеку. — Я на кухне тортик видела. Ну, маам.

— Любопытная Варвара, — я улыбнулась и на секунду замерла.

— Мам, — голос дочери раздался прямо над моим ухом, — мамочка.

Я резко схватила Яну и начала ее щекотать. Звонкий детский смех заполнил пространство небольшой уютной спальни.

— Тортик, говоришь, видела? — я крепко обняла дочку и поцеловала ее в розовую щечку.

— Даа, — сквозь смех ответила Яночка.

— А зубки кто чистить будет? А личико мыть? — я поставила дочку на ноги. — Бегом в ванную.

Маленький ураган умчался в сторону ванной комнаты. Я еще пару секунд полежала, глубоко вздохнула и принялась заправлять кровать. Новый день был начат.

Свистел чайник, я нарезала шоколадный тортик, украшенный фруктами и прислушивалась к тому, что дочка делала в ванной. Шум воды прекратился и через мгновение маленький ураган уже придвинул стул, самостоятельно залез на него и с нетерпением наблюдал за тем, как я накладывала в тарелку кусок торта.

Заметив на щеках следы от зубной пасты, я облизнула палец и попыталась вытереть.

— Ну, маам, — дочка убрала мою руку и самостоятельно вытерла себя ладошкой.

— Держи, — я торжественно вручила Яне долгожданное лакомство.

Конечно, торт вряд ли можно было назвать полезным завтраком, но я решила сегодня сделать исключение. Обычно, мы питаемся овсянкой и каждый раз я буквально воюю с дочерью, чтобы она съела хотя бы пару ложек. А сегодня и просить не нужно было, операция по уничтожению сладкого уже активно началась.

— Вкусно? — спросила я, заваривая себе чай.

— Ага, — довольная измазанная моська улыбнулась мне.

— Сейчас покушаем, — я подлила в маленькую чашечку детского шампанского, — а потом пойдем гулять, — объявила я план на сегодняшний день.

После небольшого праздничного завтрака, мы отправились на прогулку. Погода была просто замечательная, поэтому я решила совместить приятное с полезным: купить одежду, заглянуть в банк, чтобы погасить часть кредита и прогуляться в парке, где на небольшом озере всегда плавают утки.

Пока Яночка каталась на самокате, я села в теньке на скамейке и наблюдала за своей дочуркой. Она быстро сдружилась с другими детками и теперь всей группкой рассекали по тротуару, кто на чем. Я была рада тому, что Яна не замечала тех трудностей, которые у нас были. Она никогда не капризничает, если я не могу позволить купить ей какую-то дорогую игрушку. Дочка как-то интуитивно понимала, что я отказываю ей не из вредности и наслаждалась тем, что у нее было.

Когда мы ближе к обеду возвращались домой довольные и голодные, я увидела неподалёку от своего подъезда черный автомобиль. Мое сердце тут же сжалось в приступе знакомого едкого страха. Это были коллекторы с внешностью настоящих уголовников. Раз в месяц они приезжают сюда за очередной уплатой долга. Эта чудовищная традиция каждый раз вызывает в моей душе приступ ужаса, который я изо всех сил подавляю в себе, чтобы Яна не испугалась.

— Солнышко, — я присела на корточки перед дочкой и поправила ее хвостики, — иди еще немного погуляй на детскую площадку, маме нужно уладить одно дело.

— Хорошо, — Яна взяла свой самокат и покатила его к песочнице.

Глубоко вздохнув, я направилась в сторону чёрной иномарки. Из нее тут же вышли двое мужчин. Неприятные типы.

— Эй, цыпа, — одна из мерзких рож расплылась в неприятной ухмылке.

Нужно перетерпеть всего лишь несколько минут, и они уберутся отсюда до следующего месяца. А пока лучше проглотить в себе вскипающую злость и прилив отвращения.

— Чё хмурая такая? — подал голос второй. — На должок не наскребла? Так это ничего страшного. Пару часиков с нами покатаешься и уже проблем меньше станет.

Прилив тошнотны усилился. Поджав губы, я достала из сумочки деньги и протянула их одному из бандюков, стараясь сохранять между нами дистанцию. Мужик схватил купюры, быстро их пересчитал и спрятал в кармане брюк.

— Негусто, — один из мужчин скользнул похотливым взглядом вдоль моей фигуры, глянул на пакеты с одеждой, — на тряпки денег хватает, а должок отдать — нет. Нехорошо, — широкую лыбу на мерзкой роже так и хотелось стереть, дав по лысой башке пакетами. Но я понимала, что не могу этого сделать, поэтому пришлось стерпеть.

— В следующий раз, — снова подал голос второй, — мы можем быть не такими добрыми. Мой тебе совет, цыпа, следи за своей мелочью, — он глянул в сторону песочницы, где игралась Яна. — А то мало ли, — хриплый смешок.

— Только попробуй, — прошипела я, — и останешься без яиц.

Когда дело касается моего ребенка, я готова любому в глотку вцепиться. В свой адрес многие оскорбления стерплю, но угрожать здоровью моей дочери — не позволю. Такая ярость внезапно мне охватила, что хотелось просто рвать и метать.

— А язычок-то остренький, — эти два урода заржали. — Ладно, нам пора, а насчёт совместной поездки подумай.

Они уселись обратно в машину и быстро уехали. Я выдохнула и попыталась успокоиться. Им меня не сломать. Забрав дочку, мы пошли навестить тётю Галю.