Тварь

Толстый, но уже мягкий член выскользнул, а к уху прижались мокрые горячие губы. По щеке потекла чужая слюна, и я не успела вытереть её, как она стекла мне в рот. Мужик переместил мне руки на грудь, чуть помял, а после нехотя отстранился. Помог лечь опять на спину и снова улыбнулся своей жуткой улыбкой. Впрочем, теперь она мне больше показалась улыбкой умственно отсталого – такой счастливой и наивной была. Чудак прижал меня к себе и стал со вкусом целовать моё лицо. С чмоком всасывался в щёки, скулы и уголки носа, потом облизывал мои губы, очень мокро и слюняво елозя по ним, а затем опять целовал. Скользкая рука погладила мой живот, а после переместилась ниже, и парень стал с целеустремлённым наслаждением поглаживать мой клитеральный капюшон. Чуть надавил, поводил туда-сюда, а после стал дёргать пальцами, задевая самое чувствительное местечко. Я сжала ноги, понимая, что всё равно не могу уйти от прикосновения, и с отвращением сказала: – Что, надеешься, что так я соглашусь? Ты, тварь, вообще понимаешь слова? А? русский язык понимаешь, тварь? Ты, мразь такая, меня изнасиловал. Ты подонок вообще, ты, сука, тварь сраная. Я хочу, чтобы ты сдох в муках просто! Мужик на слова не реагировал никак, похоже, наслаждаясь лишь звуком моего голоса, а рукой продолжал наяривать, задевая чувствительные точки. Голубые чуть светящиеся глаза сейчас казались тёмными из-за расширившихся зрачков. Он смотрел мне в лицо почти не мигая, касаясь кончиком носа моего, и продолжал трогать меня, часто перебирая пальцами. Я упёрлась руками ему в грудь, и он тут же свободной рукой подхватил меня под спину, прижимая к себе. Мои усилия, похоже, даже не заметил, притиснув плотнее, и лишь продолжал вблизи наблюдать за моим лицом и тяжело дышать в рот, пока я старалась хоть немного вывернуться, чтобы прекратить. Но рука так и елозила пальцами внизу. Мерзко, неприятно, пошло. Как-то раз меня в углу зажал старшекурсник и полез в трусы, но я тогда отдавила ему ногу, и дело кончилось лишь коротким прикосновением. Сейчас же я ощущала себя, будто он догнал меня и лезет, лезет, лезет, а у меня никаких шансов его остановить. И он облапает меня везде, где захочет вот так же, вблизи смотря в моё лицо совершенно животным взглядом. А потом, я знала, не закончится. Потом он раздвинет мне ноги и опять полезет писькой своей ненасытной. Я ахнула, понимая, что подступает, а я совершенно не хочу ему поддаваться. Мужик надо мной сладострастно застонал и участил движения, а я сжалась, осознавая, что уже не смогу остановиться, и в следующий момент кончила, чувствуя, как тяжело сокращаются мышцы, выталкивая сперму чудовища. Но уже знала, что он сейчас добавит мне ещё. Скользкая рука с толстыми жёсткими пальцами замерла на вульве, похоже, ловя каждое движение моих мышц, а глаза чудовища неотрывно смотрели в мои. Я всхлипнула пару раз, приходя в себя, а после с ненавистью спросила: – Что, наслаждаешься? Думаешь, сделал мне хорошо? – и упёрлась кулаками ему в грудь. – Теперь что? Опять трахать станешь? Как мочалку меня уже! Думаешь, я теперь твоя игрушка? Я всё равно тебя презираю! Сука, тварь! Чтоб у тебя всё там отсохло, мразь конченная! Он моргнул. А следом потянулся раскрытыми губами к моему рту. Мягко скользнул, но я увернулась, и его слюни потянулись по щеке к уху. – Прекрати, пожалуйста! – взмолилась я уже другим тоном. – Ну как ты не понимаешь, нельзя так! Мне же больно! Рука гада погладила рёбра и обхватила грудь. Пальцы стали теребить сосок, а сопящий требовательный нос упёрся мне в ухо. Мочка оказалась у мужчины во рту, а в бедро опять ткнулся ненасытный писюн. – Прекрати, пожалуйста, – всхлипнула я, теряя надежду. – Мне правда больно, ты же меня насмерть так затрахаешь тут! Мужик заскулил и стал тереться членом, будто очень просил вот сейчас прямо, ещё чуть-чуть, ещё разочек слегка приспустить внутрь, совсем немного… Вопреки отвращению, половые губки стали набухать, и я в очередной раз осознала, что эта приятная тянущая внутри тяжесть возникла из-за того, что во мне всё ещё находится его семя. И в матке, и в анусе. А в ухо полез скользкий язык, и я взвизгнула. Насильник перехватил меня крепче, притягивая к себе. Я попыталась вывернуться, но лишь повернулась к нему опять спиной, и хрен успел лечь аккурат меж моих сжатых ног. Мужик застонал, ощутив это, и, стиснув коленями мои ноги, чтобы я их не разжала, стал быстро дёргаться, сдрачивая прямо так, не входя, но елозя головкой по измученным половым губкам. – Твою мать, какой же ты мерзкий! – всхлипнула я, и он полез ртом мне опять в ухо, а рукой теребить клитеральный капюшон. Гуляющая туда-сюда писька утыкалась головкой в мою вульву, стимулируя чувствительные точки, и я непроизвольно ахнула, понимая, что из-за его движений опять приближаюсь к оргазму. – Раздрочил меня, тварь, – прошептала я, чувствуя отвращение к себе, а после выгнулась, решив, что, раз уж так, то хотя бы получу удовольствие. Всё же, первый мужчина. Первая мразь… Он выстрелил спермой спустя несколько секунд, и я, чувствуя, как покрывается мурашками кожа, дёрнулась в судорогах сразу за ним. Стиснула ногами пульсирующий член, застонала, а он сжал меня в объятьях, тяжело дыша на ухо. Чуть полежали. Становилось светлее, похоже, снаружи уже ясный день. Скорее всего, морозный. А значит, что даже если я попытаюсь выбраться, далеко не убегу. Голая и мокрая. Всхлипнула и опять заплакала. Теперь уже от безнадёжности. По факту, деваться мне некуда. Либо так, либо смерть от холода и зверей. А сколько ещё мною будет пользоваться этот мудак? И хватит ли у него консервов? На всю зиму-то. Скосила взгляд вниз и увидела плывущую рядом склизкую белёсую фигуру. – О боги, и ты это в меня кончал?! – с отвращением всхлипнула я, понимая, что внутри меня то же самое семя. Зашоренной я не была, знала, как выглядит мужская сперма, но эта гадость казалась ещё отвратительней! И её было много. – Выпусти меня, – глухо попросила я, чувствуя, как подкатывает. – Выпусти немедленно, или меня стошнит сейчас. Будем плавать в моей блевотине. Надежд никаких не питала, поэтому крайне удивилась, когда тварь, погладив меня по животу, бережно выпустила. Я обернулась, не веря, а парень уже погрузился в воду и аккуратно упираясь локтями, выбирался из грота. Через несколько секунд я осталась одна. – Твою мать, да что вообще происходит?! – выдохнула я. Но, справедливости ради, стало чуть легче. Огляделась. Каменные стены серые, неровные. Ясно, что грот природный, просто удачный по форме. Видать, этот ихтиандр его себе под спальное место облюбовал. И пригласил девушку, ага. – Так, хотя бы не бьёт и не жрёт, уже хорошо, – попыталась сосредоточиться я. – Вроде даже пытается сделать приятно. И, – сжала кулачки, – очень надеюсь, всё-таки понимает речь, – но тут же хмыкнула. – Просто игнорирует. Тварь. Господи, какая же тварь! Всхлипнула, но плакать опять не стала. Лужа спермы коснулась соска и осела на груди, а я быстро попыталась сё смахнуть. Из-за этого возник водоворот, и склизкая жижа, всплыв, плюхнулась мне на ключицу. Я попыталась вытереть её и меня чуть не стошнило. Она оказалась очень приставучей! Не отмыть! От мыслей, что во мне то же самое, стало постыдно мерзко, но в животе отзывалось приятным томлением. – Ну да, надо было меньше в девках сидеть, может, тогда бы не реагировала так! – хмыкнула я сардонически. Но потом решила, что это всё же лучше, чем если бы была одна боль и всё. Впрочем, вчерашней саднящей я уже не ощущала. Зажило? Неужели так быстро? По рассказам подруги я знала, что первый сексуальный опыт редко бывает приятным и уж точно о развлечениях на следующий день лучше забыть. Мне же, похоже, в этом плане повезло. Либо рыбий хер был смазан чем-то заживляющим. Вспомнила ощущение этой скользкой палки внутри, и сделалось дурно. Насколько же нужно быть тварью, чтобы вот так? С живым человеком, не спрашивая, будто вещь! – А ведь… – задумалась, понимая, что пусть этот монстр и драл меня, как кусок мяса, но обходился всё же с заботой. – Ох нет! – я резко дёрнулась, сбрасывая мысли. – Ещё не хватало начать его оправдывать! Стокгольмский синдром нахер! А то я так тут и останусь! Стала размышлять, как сбежать? По всему выходило, что надо каким-то образом заставить его вытащить меня на поверхность. И либо дать дёру сразу, если получится, либо хотя бы при свете дня рассмотреть путь отсюда. Да и в воде нельзя так долго находится. пальцы уже все распухшие и сморщенные! Что с остальным и подумать страшно! Хотя пока самочувствие было неплохим. Но долго я в любом случае тут не просижу, так что бежать придётся в ближайшее время. С отвращением посмотрела на плавающую теперь у второй груди сперму и попыталась отогнать её. А следом увидела такое же белёсое пятно у себя на бедре с внутренней стороны. – Мразь… Будто услышав, вход в грот перегородила тёмная фигура, и хозяин стал протискиваться ко мне. – О нет, только не опять!