Добро пожаловать домой

Сбоку у скалы было что-то вроде ступеней, и я, нащупав под ногой камень, неловко полезла по ним, слыша, как оглушительно гулко в тесном пространстве звучит плеск стекающей с меня воды. Ихтиандр со мной не полез, а стоял внизу, грозно наблюдая. Я присела на край камня, осознавая, что он тёплый. Как и всё здесь. И не душно, в общем-то. Даже, как это ни жутко звучит, жить можно. Плохо, конечно. Но можно. И, похоже, это мне теперь и предстояло. Жить здесь и служить этому мудаку трахальной куклой. «Божечки, лишь бы только не залететь!» – с ужасом подумала я, но, глядя на сверкающие неоном глаза, решила, что это вряд ли возможно. Всё же, к примеру, слияние половых клеток человека и обезьяны невозможно из-за белковой и нуклеотидной несовместимости, а значит, этот антропоморфный монстр тоже вряд ли с человеком совместим. Другой вопрос, откуда он вообще взялся такой тут? И чем питается. Огляделась. Глаза уже привыкли к неяркому освещению, и я смогла различить слева узкий бережок, на котором было навалена куча хлама. Какие-то тряпки, бутылки, обломки. Даже что-то похожее на книгу примостилось в углу – раскрытое на середине и лежащее страницами вниз. Правда, выглядело оно так себе. – Ты что, читаешь тут на досуге? – хрюкнула я, с опаской глянув на торчащего из воды монстра. Но тот лишь моргнул и скрылся под водой, оставляя меня одну. Видимо, обживаться. – Надеюсь, ты меня здесь не в качестве жены держать планируешь? – поинтересовалась я у пустоты, озираясь. – Чтоб я тебе порядки тут наводила, еду готовила и ноги раздвигала, как вернёшься с работы… На душе было откровенно паршиво. Надежда таяла, и перспектива остаться здесь навсегда в плену у безмолвной твари казалась всё яснее. В паху потянуло, и опять вытекло немного белёсой слизи. Я с отвращением пересела, а затем затряслась в беззвучных рыданиях. Сколько так просидела, не знала. Было очень жаль себя. Жаль свою жизнь, жаль близких и друзей, которые будут меня искать. Было даже жаль того идиота, который высадил меня одну в лесу. Дурак сделал глупость, очень большую глупость. Но накажут его намного суровее, чем он заслужил. Вот если бы насильно раздел и принудил к интиму, тогда да, тогда и в тюрьму такого мудака сдать! А тут просто пися-обиженка. Обычный слабый мужичок-предатель, уйма таких. Но хоть не бандит. А вот тварь, которая меня схватила… – Хорошо хоть не сожрал заживо! – выдохнула я наконец, высморкалась двумя пальцами и встала, решив не тратить время на рефлексию. Кто знает, когда эта похотливая тварь вернётся? Надо пользоваться моментом и искать выход. Вдруг он есть? Я облазила почти всю пещеру часа за полтора. Она была крохотная, круглая, вдоль стен шёл узкий берег, а в центре из воды торчала плоская скала. Судя по поверхности, кто-то очень долго и упорно долбил её, превращая в подобие кровати. «Наверное, он тут спит?» – предположила я, но засомневалась. Тварь неохотно покидала воду, возможно, ему нельзя долго находиться на суше, как мне в воде. Это была хорошая новость. А вот плохая была в том, что все стены и потолок, пусть и имели щели, пропускающие дневной свет и свежий воздух, но ни одна не была достаточно широкой, чтобы хотя бы просунуть руку. – Так, а если найти палку, привязать к ней тряпку и высунуть наружу, чтоб этот не видел, меня найдут? Мозг заработал оживлённее, почуяв аромат надежды, но в этот момент за спиной раздался плеск, и я, обернувшись, увидела монстра, который выполз наполовину, опираясь локтями на берег, и строго смотрел на меня. – Иду, – смиренно подняла я руки и пошла навстречу, чувствуя страх и отвращение к скользкой твари. Приблизилась к кромке воды напротив его локтей и посмотрела сверху вниз. Монстр чуть попятился, похоже, призывая меня зайти в воду, и я, с ненавистью скрипнув зубами, сделала пару шагов, погрузив ноги до середины икры. Тут же мои щиколотки обхватили сильные мужские руки, и насильник зашагал мной вперёд активнее, пока я не оказалась в воде по середину бедра. А после он чуть выпрямился, переместил ладони мне на задницу, ухватившись за мягкие ягодицы, а сам резко прильнул лицом к моему паху, без паузы погрузив язык в моё влагалище. Я ахнула, пошатнулась и невольно схватилась за его волосы. Мужик низко загудел и прижался теснее, будто у меня там был источник какой-нибудь амброзии. Я посмотрела вниз и увидела его лицо, закрытые в наслаждении глаза под трепещущими ресницами и мягкую верхнюю губу, прижатую к моему бритому лобку. Монстр чуть отодвинулся, и я увидела длинный, чуть синеватый язык, который тянется прямо мне туда, а после скользкая поверхность задвигалась туда-назад, шершаво проводя по клитору и затекая кончиком во влагалище туда-сюда. Застонала. Картина по своей отвратительности была настолько возбуждающей, что я на миг забыла, где я, и что происходит. Чуть сильней сжала его волосы и стиснула бёдра, заключая его голову в плен. Мужик фыркнул, с носа сорвалось пару капель, а язык залез чуть глубже. А после монстр открыл глаза и посмотрел на меня. И в глазах сиял неоновый голубой свет совершенно нечеловеческого существа. Внизу стало сводить от подступающего удовольствия. Я смотрела в его глаза, а язык, скользко поблёскивая в тусклом свете густыми слюнями, вонзался в меня всё чаще и сильнее. Я смотрела на него и понимала, что за этим обязательно будет ещё один насильственный акт, он обязательно засунет в меня свой член, как бы я ни сопротивлялась, и кончит в меня своей мерзкой отвратительной рыбьей спермой из своих тяжёлых яиц. И чем дальше он лизал мне, чем сильней вырывалось жаркое дыхание у него изо рта, чем громче звучало хлюпанье и чавканье, тем сильней я хотела, чтобы это случилось. А потом он опять прижал ко мне лицо, всосав часть набухших половых губ в рот, но продолжая часто и сильно всовывать в меня язык. Сосочки встали мурашками, я запрокинула голову и застонала. Похотливо, беспомощно. Когда-то я представляла, что буду красиво стонать в постели со своим любимым мужчиной, отдаваясь ему. Но сейчас всё было совершенно не так. Сейчас было грязно, пошло, уродливо, по-животному. И… – Хорошо-о-о-о, – выдохнула я, а затем сжалась, дёрнулась и, чувствуя, как молотит неутомимый язык чудовища, как бы я не выворачивалась, кончила. Он продолжал. Продолжал лизать, всасывываться и вжиматься, будто пил меня. Будто каждая судорога дарила наслаждение не мне, а ему. Я чувствовала лишь удовольствие и жадный жар его рта, не выпускающий из плена. И мне было хорошо.