Глава 7. Игрок

Пять минут эта стерва размешивала свой кофе со сливками. Постукивала длинными коготками по столу, поглядывала на меня с усмешкой, подергивала уголками отрихтованных губ. Игры приносили их организаторам не только деньги, но и кайф. Им нравилось чувствовать за собой власть над участниками, под каким бы скином те ни играли – будь то Кукла или Игрок.– Вы увлеклись той Куклой, не правда ли? – наконец заговорила она, откинувшись на спинку кресла и поднеся чашку на блюдце ко рту. – Юная, красивая, невинная, нежная. Что еще нужно для счастья одинокому мужчине?– Я сюда не исповедоваться пришел, – ответил я, отодвинув от себя меню. Кусок в горло не лез. – Ты достала, что я просил?Неторопливо вернув кофе на стол, она открыла свою сумочку, вынула конверт и положила передо мной. Но руки с него не убрала. Пока я не положил рядом другой конверт. Потолще. Он тут же отправился в ее сумку, а я смог вскрыть купленный и вытрясти из него фотографии. Скриншоты, сделанные с экрана компьютера. В один и тот же день. В одно и то же время.Камера видеонаблюдения зафиксировала одну интересную особу, которая в совещательном кабинете учредителей «Соблазна» не только обслужила толпу извращенцев всеми своими дырками прямо на письменном столе, но и продала им информацию на Валерию.– Есть видео, – поступило мне предложение, когда я остановился на последнем снимке, где эта шлюха лежит посреди стола, голая, вся в сперме и купюрах.– Если мне захочется посмотреть видео подобного рода, я куплю качественное порно, – ответил я, убирая фотографии обратно в конверт.– В «Соблазне» все продается, – вздохнула соучастница преступного бизнеса. – Одни девочки наивны. Верят в сказки и становятся Куклами. Другие изворотливы и умело вербуют первых. Но почему вас тревожит, как именно мы находим Кукол? Их никто не принуждает играть. Они сами себя продают.– Мне плевать на ваших Кукол. Меня волнует только одна.– Не верю, что вы влюбились в нее за два дня. Вы же ее до сих пор не оттрахали. Я слежу за целками. Чтобы не упустить из вида обещанный бонус.– Может, расскажешь, как сама попала в «Соблазн»? С какой роли начинала? Много стволов отполировала?Она сменилась в лице. Похоже, я задел за живое. Это сейчас она куратор. Но не сразу же на эту должность попала. Наверняка тоже немало важных членов обслужила.– А в какой роли меня хотели бы видеть вы? – снова натянула улыбку на лицо и подалась вперед, демонстрируя силиконовые сиськи с крупными сосками, проступающими сквозь тонкий шелк платья. – Я много чего умею. Вам и не снилось…Я бросил на стол две купюры за ее кофе, встал и, не прощаясь, зашагал к выходу. Меня никогда не интересовали шлюхи. И без постели хватало с ними возни.Сев за руль, хлопнул дверью и выдохнул. Не следовало ввязываться во все это. Просчитался. Не ожидал, что она так западет мне. Раздраконила. Разгромила весь мир на куски.Валерия…От постыдных фантазий отвлекло входящее сообщение от Лины: «Как продвигаются дела?»Не представлял, что ей ответить. Крутил мобильник в руке и понимал, что попал в ловушку. Чувствовал себя паршивым ублюдком, конченным мерзавцем.«Все под контролем», – написал ей минуты через две и следом добавил: «Как ты?»«Соскучилась», – ответила она с грустным смайликом. Никогда не жаловалась на здоровье. Увиливала. Как и сейчас.«Валерия поехала домой», – получил я с другого номера. Глянул на время. Все с точностью до минуты. По плану.Бросил конверт и мобильник на сиденье рядом, завел тачку и поехал за город. Хотел добраться до особняка быстрее, но застрял в пробке. В итоге вернулся позже Валерии.Девчонка сидела на диване в гостиной, подобрав под себя ноги и укутавшись в плед. В глазах обида. Губы плотно сжаты. Косилась на меня исподлобья, готовая морду расцарапать.– Ты прыгнула? – спросил я холодно. Не следовало забывать, кто она. Держать ее на расстоянии, чтобы не сделать еще хуже. – Почему не отмечаешь, что задание выполнено?– Я хотела, чтобы мы прыгнули вместе! – с надрывом выпалила она.– Нужно было уточнять.– Ты боишься высоты?– Нет, – стиснув зубы, сказал я. – Просто мне некогда заниматься херней.Она соскочила с дивана.– Тогда зачем ты вообще затеял все это?! Зачем пришел в «Соблазн»?! Зачем выбрал меня?! Занимался бы и дальше своими важными делами!Разбитая, сердитая, оскорбленная, она выглядела еще очаровательнее. Я с трудом держал себя в руках, чтобы не броситься к ней – обнять, прижать к себе, поцеловать, сорвать с нее эту нелепую пижаму и сделать своей окончательно, навеки. Но сбежать от мира не получится. Я связан по рукам и ногам. Все, что в моих силах, это помочь ей обрести веру в себя, выкарабкаться из того дерьма, в которое ее затянуло горе.Я сорвался с места, отчего она вздрогнула и попятилась. Остановился перед ней и всучил ей в руки конверт.– Посмотри. Что ты на это скажешь? – прошипел ей сурово.Растерявшись, она опустила влажные от слез глаза на конверт и сглотнула. Дрожащими руками вскрыла его и веером уронила снимки на пол. Онемев от потрясения, просто шлепнулась на диван и схватилась за голову.Еще бы! Ведь на фотографиях была запечатлена ее лучшая подружка, с которой они вчера дружно расслаблялись в спа.– Она никогда не была Куклой в «Соблазне», – добивал я ее каждым словом. – Она вербовщица. Получает бабки за то, что приводит туда всяких дурочек вроде тебя.Было ясно, что у Валерии шок.Я взял в баре бутылку лучшего вина, плеснул в бокал и поднес к ней.– Я тоже хотел бы спрыгнуть с тобой с парашютом. Но это было важнее.– Как она могла? – всхлипнула Валерия, подняв лицо.Ее тонкие плечи затряслись. Подруга была всем, что у нее осталось. А я жестоко растоптал ее розовые детские грезы.– Пей! – велел я, всучив ей бокал. – Сегодня можно много.Она отмахнулась от вина. Будто это я виноват, что ее подруга – шлюха во всех смыслах. Будто не следовало срывать с нее маску.Я выпил вместо нее и плеснул еще.– Сука, готовая лечь под первого встречного, никогда не станет верной подругой, – открыл я ей, пожалуй, самую болезненную истину. – А ты наверняка знала, что эта, Инна, кажется, слабая на передок.Валерия утерла слезы и отвернулась, поджав губы. Видела во мне монстра, превратившего ее реальность в ад.– В школе я не замечала за ней тяги к беспорядочным связям, – пробормотала почти связно. – А потом жизнь нас развела. Мне пришлось учиться заочно, чтобы работать. Она поступила на очное. Наше общение возобновилось только на похоронах мамы…– …где она хорошенько тебя обработала. – Я насильно отдал ей бокал. – Пей.– Почему мир так жесток? – всхлипнула она. – Убери их, пожалуйста.– Да, ты права. Смотреть противно.Я собрал рассыпавшиеся фотографии и вместе с конвертом отправил в камин. В доме было прохладно. Девчонку нужно было согреть. Так что я загрузил поверх фотографий дрова и поджег. Горели они красиво, ярко, жарко. Пламенем плясали в глазах Валерии.Она потягивала вино, прерывисто вздыхала и медленно брала себя в руки.– Главное – не замыкайся в себе, – произнес я после долгой-долгой паузы и кинул еще дровину. – Такие твари не стоят ни слез, ни нервов.– У меня есть тетя, – вдруг заговорила она, завороженно глядя на огонь. – Ева. Она живет в Испании. Уехала туда еще по молодости. Покойный муж оставил ей огромное наследство… Когда умерла мама, она звала меня к себе. А знаешь, что сделала я? – горько усмехнулась она, переведя взгляд на меня. – Заняла у нее денег, чтобы купить себе место в «Соблазне». Вот в чем вся ирония. Не Инна виновата, что я сейчас здесь с тобой, с человеком, имени которого даже не знаю. А я сама. Ты прав, я наивная, глупая девочка. – Она допила вино и протянула мне бокал. – Давай наливай. Мне же сегодня можно. Много.Я поднял с пола бутылку, взял у Валерии бокал, а пока доливал, она покопалась в смартфоне и пометила, что задание мной выполнено. Автоматом получив ответное, заливисто засмеялась:– Ты самый странный мужчина в мире. Зачем ты вообще ввязался в Игру, если я не интересую тебя, как женщина?– Почему же не интересуешь? – хмыкнул я, возвращая ей наполненный бокал. – Может, наоборот, интересуешь больше всех остальных женщин.Градус уже поднимал ей настроение. Щеки порозовели. Глаза охмелели.– Ты просишь меня улыбнуться, потом ответить на три вопроса, а теперь… – Она всмотрелась в экран смартфона: – «Открой глаза».– Да. И ты их только что открыла. Так что мы переходим к четвертой стадии игры. Что у тебя там за желание?– Давай завтра, – устало вздохнула она, отложив гаджет и взяв бокал. – Сегодня у меня очередной траур. Я только что попрощалась с лучшей подругой, что на твоем языке – открыла глаза.Дергать я ее не стал. Этот день настал бы рано или поздно. И пусть лучше она от меня узнает правду, и я буду рядом с ней. Иначе жизнь попросту толкнет ее в петлю.Накидалась Валерия быстро. Смеялась, плакала, рассказывала про каких-то котят, о своих мечтах, твердила, что Инна еще пожалеет, и что не уверена в своей победе в Игре. Я не спорил, не соглашался и ничего ей не обещал. Просто был молчаливым, терпеливым слушателем с вулканом в паху.Когда относил ее обессиленную в спальню, с огромным трудом сдержался, чтобы не сожрать. Такая сладкая, аппетитная, сочная. Ее наивность и невинность будоражили дичайший голод. Крышу сносили. Срывали резьбу. Накрывая ее одеялом, я только и думал – что накрыть бы ее собой. Подмять, зажать в тисках и довести до истошных криков удовольствия.И только звонок от Лины вырвал меня из этого дурмана. Мне нельзя забывать, что я женат…