Глава 46

Несколько недель спустя

Алина

Вокруг меня царит приятная девичья суета, сильно пахнет лаком для волос, и я морщусь, когда стилист добавляет ещё. Я сижу перед большим зеркалом, а визажист лёгкими, точными движениями наносит последние штрихи. Я почти не узнаю своё отражение — такое собранное, сияющее, взрослое.

— Ну что, красотка, почти готова, — говорит она, отступая на шаг, чтобы оценить свою работу.

Моя подруга Сафина, прислонившись к подоконнику, смотрит в окно на расстилающийся внизу сад, где скоро будет проходить церемония.

— Жених твой, конечно, нечто, — оборачивается она ко мне, и в её глазах искреннее восхищение. — Кто бы мог подумать, что наша малышка Алина отхватит такого мужчину. Прямо как в этих женских романах: он старше на 18 лет, она свежа, прекрасна, как майская роза.

Другая подруга, Аня, поправляя своё шелковое платье, с надеждой поворачивается ко мне:

— Алин, а у него, случайно, нет брата? Где вообще таких найти-то?

Я ловлю её взгляд в зеркале и не могу сдержать счастливой улыбки. Волнение и радость переполняют меня.

— Где я нашла, там уже нет, — мягко отвечаю я. — Что делает мой Вано? — спрашиваю я подруг.

Сафина снова выглядывает в окно, прищурившись:

— Говорит с твоим папой. Дядя Костя какой-то бледный, нет? Кажется, волнуется.

— Ну да он же его друг, — пожимает плечами Аня. — Алин, папа сильно ругался.

Никто не знает, через что мы прошли, чтобы родители дали согласие на наш брак. Ни о скандале в родительском доме, ни о моей внематочной беременности, закончившейся выкидышем. Не зря подруги называют меня загадочной — я храню всё личное в себе. Да, хочется кричать на весь мир, что я люблю Вано, но счастье любит тишину.

— Немного. Но они помирились, — тихо объясняю я. — Папа злился на нас с Вано, но мы и это преодолели.

В этот момент дверь в комнату с шумом распахивается, и врывается моя младшая сестра Даша. Её глаза горят.

— Уау! Красотка какая! — восклицает она, оглядывая меня с ног до головы. — Мама меня к тебе отправила. Ну всё, там уже всё готово, регистратор приехала, гости расселись. Скоро можно начинать!

Визажист, довольная своей работой, кладёт кисть в свой чемоданчик:

— У нас всё готово, Алина. Можете одеваться.

Все взгляды в комнате устремляются на меня. Я медленно встаю и подхожу к платью. Оно висит на плечиках на стене, залитое мягким светом.

Я протягиваю руку и провожу пальцами по нежной ткани. Оно именно такое, какое я всегда хотела. Без блёсток, без пышных, сковывающих движения юбок, без вычурности. Воздушное, свободное, с открытыми плечами, украшенное широкими мягкими воланами. Они добавляют образу ту самую ноту нежности и чуть уловимого винтажного шарма, который я люблю.

Ткань — лёгкая, полупрозрачная, падающая мягкими вертикальными складками. Если присмотреться, по всему платью рассыпаны крошечные акценты из бисера. Они создают изысканную текстуру, но не перегружают наряд, оставляя его струящимся и невесомым.

Я стою перед ним, и по телу пробегает лёгкая, приятная дрожь. Мне не терпится посмотреть на его лицо, когда он меня в нём увидит. Он спрашивал, что я выбрала, а я сказала, что это большой секрет — жених не должен видеть платье невесты до свадьбы, это плохая примета.

Подруги и визажист помогают мне надеть платье. Оно сидит идеально и не сковывает ни одного движения. Повернувшись к зеркалу, замираю. Я — та же, и в то же время другая: повзрослевшая, светящаяся изнутри. Именно такой я хочу ему запомниться в день нашей свадьбы.

Сафина подаёт мне небольшой, изящный букет из белых цветов и зелени — он идеально дополняет платье. Я беру его дрожащими пальцами.

— Пора, — взволнованно говорит Даша.

Мы выходим из комнаты и спускаемся по лестнице в гостиную. Той самой, где мы столкнулись однажды утром, и я старательно отводила взгляд и стеснялась. В этом доме всё началось однажды дождливой ночью.

В гостиной меня ждёт папа. Он нервно поправляет галстук. Когда он замечает меня, его лицо меняется. Глаза расширяются, в них — смесь восхищения, нежности и той самой отеческой гордости, которую я так боялась потерять.

— Дочка, — дрожащим голосом произносит он и протягивает мне руку. — Красавица моя.

Я подхожу к нему, и он берёт меня за руку и целует в лоб.

— Спасибо, папа, — на глаза наворачиваются слёзы счастья. — Спасибо, что принял мой выбор. Что ты здесь.

— Я всегда буду рядом, Алинка, — он хрипло отвечает и поправляет мою фату. — Всегда.

Из сада доносится тихая, мелодичная музыка. Дверь на террасу открыта, и я вижу часть сада, где собрались гости. Только самые близкие: наши родные, друзья, мои девочки из «Бисквита» и, конечно, Ахмед с женой.

Папа глубоко вздыхает:

— Готова, принцесса?

Я киваю, но не могу ничего сказать — страшно и волнительно одновременно. Сердце, будто намагниченное, ищет свою половинку, зная, что она его уже ждёт.

Мы выходим на террасу, а затем на каменную тропинку, ведущую к арке, увитой белыми цветами. И тут я вижу его.

Вано стоит возле арки — такой высокий и невероятно красивый в своём тёмном костюме. Его руки сложены перед собой, и всё его внимание, весь его мир сейчас — это я.

Наши взгляды встречаются. И в его глазах… Боже, в его глазах такая любовь, такое безграничное обожание, что я внутри ликую. Кажется, сейчас у меня вырастут крылья. Он смотрит на меня, как на единственную женщину на земле.

Я отрываю взгляд от него и перевожу его на папу, который от волнения сжимает мою руку сильнее. Вижу наших мам, стоящих в первом ряду и вытирающих слёзы платками. Артём и Даша сияют, улыбаясь нам во весь рот.

И вот мы подходим. Кажется, этот путь длился и целую вечность, и одно мгновение.

Папа останавливается перед Вано. Он берёт мою руку и передаёт её Вано. Потом смотрит моему жениху прямо в глаза и крепко пожимает ему ладонь. Вот оно — то самое долгожданное прощение, принятие, благословение.

И вот пальцы Вано смыкаются на моей руке. Его ладонь, тёплая и сильная, проводит по моей коже. Чуть склонившись, он мягко и нежно целует меня в щёку. Его губы обжигают кожу. А потом он шепчет мне на ухо:

— Малыш, ты прекрасна.

Музыка смолкает. Регистратор, улыбаясь, делает небольшой шаг вперёд:

— Дорогие друзья, мы собрались сегодня здесь… — начинает она.

Но я уже почти не слышу слов. Я смотрю в глаза Вано. Вот так начинается наше самое главное путешествие в жизни.