Глава 39

Всю дорогу до Минска Карина была все так же тиха и печальна. Рассматривала фотографии, которые забрала из старого дома. Алексу не нравилось ее настроение, но он ее не трогал. В целом понимал. Сам у отца на могиле уже много лет не был. А от Аньки даже могилы не осталось. Но тосковать по прошлому долго он Карине не позволит, решает отвлечь ее от тяжелых мыслей.

— Сегодня увидишься со своим Васькой, а завтра у нас самолет, — сообщает Алекс, когда они возвращаются в номер.

— Сегодня? Когда? И где? — Алексу совсем не нравится радостная улыбка на лице Карины.

— В ресторане внизу. Через два часа. Успеешь немного отдохнуть и переодеться.

— В ресторане? Плохо представляю Ваську в этом месте. А он точно придет?

— Точно. Вариантов у него нет.

— С ним все хорошо?

— Думаю, да. Я подробностями не интересовался.

— Ладно! Ладно! Спасибо! — Карина благодарно обнимает Алекса, а ему очень хочется поворчать, но он сдерживает себя.

В назначенный час они вместе спустились в зал ресторана. За столиком, к которому Алекс повел Карину, одиноко сидел мужчина в форме. Издалека было заметно, что он напряжен и чувствует себя неуютно. Но как только Василий заметил Карину, лицо его озарила улыбка.

— Кариша! — воскликнул он, вскакивая с места. Девушка подбежала, обняв его за шею, Васька сгреб ее в медвежьи объятия, приподняв над землей. Но пыл его поутих, как только он встретился с хмурым взглядом спутника Карины.

— Хорошо выглядишь, Белочка, тебя не узнать!

— Тебя тоже! Ты, кажется, поправился, подкачался! С чего бы это?

— Да так! Есть причина! — загадочно улыбается парень.

— Я чего-то не знаю? — спрашивает Карина.

— Определенно! Я, похоже, тоже! Познакомишь со своим спутником? — Василий переводит взгляд на Алекса.

— Да, конечно! — спохватывается Карина, занервничав. — Познакомьтесь. Алекс, мой… парень, Василий — мой друг.

Мужчины сверлят друг друга неприветливыми взглядами. Васька протягивает ладонь для рукопожатия, Алекс не торопится ответить на этот жест. Говорит недовольным тоном:

— На парня я не тяну, ну, пусть будет так! — разворачивается и идет к столу. Отодвигает стул для Карины. Девушка сразу грустнеет, улыбка сходит с ее лица. Как-то так она ляпнула, не подумав. Напряжение исходит и от Васьки. Но Карина решает не обострять. Поэтому послушно присаживается на свое место. Васька нервно одергивает форму, кажется, он сейчас развернется и уйдет, поэтому Карина подает голос:

— Вась, садись! Расскажи, как ты поживаешь? Какие новости?

— Хорошо! — Василий занимает место напротив. — Только скажи, почему твой "парень" смотрит на меня так, как будто я ему что-то должен? — при этом Васька не менее агрессивно сверлит Алекса взглядом. — Не люблю ходить в должниках!

— Мои должники не ходят! — отзывается Алекс, его голос звучит не громко, но опасно. — Так что расслабься! Но если узнаю, что ты причастен к кое-каким событиям, ходить тебе не долго осталось!

— В чем-то хочешь меня обвинить?

— Нет. Предупредить.

— Алекс…, - пытается вмешаться Карина.

— Тихо! — обрывает он. — Мутная ты лошадка, Василий! Вроде все чисто, я проверил. Но скажи-ка мне, в честь чего звание очередное получил месяц назад?

— За заслуги перед отечеством! — цедит парень. — На что-то намекаешь?

— Нет. Я прямо говорю. Узнаю, что местоположение Карины в Англии сдал ты, прикопаю в лесочке!

— То есть сейчас ничего не узнал? — усмехается Васька. — А чего тогда пух накидываешь? Я если бы хотел Карину сдать, мог сделать это до Кипра. А я зачем-то ее прятал, спасал. Где ты тогда был, такой умный, когда она голодала, когда зимой чуть в подворотне не замерзла, когда я ее от воспаления легких два месяца выхаживал? А сколько мы дерьма в детском доме сожрали, тебе не понять. Сам-то, видать, с золотой ложкой в заднице родился? Она мне как сестра всегда была, понял?! И она, и Дашка. И ты думаешь, что после всего, я ее каким-то гандонам могу сдать? Не по себе ли судишь? — Алекс продолжает зло сверлить Василия взглядом. Хотя сейчас у него в голове звенят только обрывки фраз этого борзого выскочки: голодала, чуть не замерзла, от воспаления выхаживал. В душе поднимается черная волна, сложно понять, на кого направленная. Слишком хорошо он помнит Карину в больнице — бледную, заплаканную, беспомощную. Хочется утянуть ее отсюда, спрятать, но это примитивное желание, неконструктивное. А девочка смотрит на него почти с паникой. Понятно, она не хочет конфликта, но по-другому Алекс не может себя вести. Ему нужно прощупать этого «друга». Продолжать разговор здесь опасно. Пугать Карину он не хочет, поэтому решает договорить в другом месте.

— Карина, — поворачивается он к ней, изо всех сил гася эмоции, пытаясь говорить ровно, — закажи нам всем что-нибудь на свой вкус. Мы с Василием прогуляемся немного.

— Нет, — Карина в панике хватает его за рукав.

— Успокойся. Все будет хорошо! Ни одно животное во время эксперимента не пострадает. Я обещаю!

— Алекс!

— Хорошо. Выражаюсь конкретней. Василий останется цел, и даже зубы на месте.

— А за свои зубы отчитаться не хочешь? — снова подает голос Васек, доводя его бешенство до крайности.

— Рот закрой, пока я добрый, — цедит Алекс. — Пошли!

— А твои мордовороты пойдут с нами? Чтобы зубы твои охранять?

— Нет. Они здесь для охраны Карины. Я и сам хороший стоматолог! Не переживай!

— Еще я напыщенных уродов не боялся!

Мужчины удаляются, а Карина сидит, ни жива, ни мертва. Не так она представляла себе эту встречу. Нет, то, что Алекс будет не в восторге, было понятно, но она искренне надеялась, что удастся избежать острого конфликта. Хотя, зная обоих мужчин… Васька всегда был задиристый, шел напролом, за это и получал слишком часто. Алекс же просто опасный. Надеюсь, Васька это понял.

Про меню Карина даже не вспомнила. Ее подташнивало от всей этой ситуации. О чем они там говорят? Да и говорят ли? Или уже сцепились, как псы? И Карина даже не могла сказать, за кого переживала больше. Она бы непременно выбежала следом, но стоило ей подняться из-за стола, как дорогу преградил один из охранников. Вмешаться ей не дадут, остается сходить с ума от неизвестности.

Не было мужчин около двадцати минут, которые Карине показались вечностью. За это время она передумала все возможные ужасы и никак не ожидала, что вернутся они, ведя непринужденный разговор о… футболе!

Карине показалось, что она ослышалась, когда поняла, что мужчины обсуждают последний матч премьер-лиги. У нее тут сердечный приступ чуть не наступил, а они!

Карину взяла злость. Девушка поднялась, гневно глядя на обоих мужчин.

— Карина, ты чего так смотришь? Присядь! — начал Алекс.

— Присядь? Вы вообще офонарели! — взорвалась девушка. Ее накрыл такой гнев, что она и не подумала стесняться в выражениях. — Я тут с ума схожу, а они обсуждают гол Роналдо!? Вы поэтому меня с собой не взяли? А зря! Я бы тоже свое мнение высказала! У Роналдо охренительный пресс. Вам обоим до такого, как до луны! С такими кубиками он мог бы даже по мячу не попадать, его бы все равно обожали!

Алекс теряет дар речи, наверное, первый раз, за все время их знакомства. Васька начинает трястись от смеха:

— Вот! Узнаю свою старушку! В критические моменты она такое выдает, закачаешься!

— Карина, мы…

— Что мы? Хотели выбить друг другу зубы, но передумали? Выяснили, что болеете за одну команду и воспылали дружбой? Футбол могли бы обсудить и при мне, я бы пережила!

— Вообще-то мы не только футбол обсуждали!

— Да неужели! Наверное, еще… меня? И как, Алекс, все узнал, выведал? Можно теперь мне поговорить с моим другом? — ехидничает Карина. Поведение мужчин, особенно Алекса, ее не на шутку завело.

— Карина, успокойся! Мы много о чем поговорили. Кое-что прояснили. Да, теперь можете спокойно общаться. Я не буду мешать.

— Правда? Можно?

— Правда. Можно. Ты заказала ужин?

— Нет. В меня теперь еда не полезет!

— Тебе плохо? — начинает беспокоиться Алекс. (3303c)

— Нет. После не хилой эмоциональной встряски мне хорошо!

— Всё. Присядь. Сейчас разберемся.

— Нет. Я не хочу сидеть! И вообще этот ресторан мне не нравится! Хочу просто погулять по ночному городу! Нет! В боулинг хочу! Чтобы шар кинуть в… кегли!