Эпилог
Два года спустя
— Где дети? — обеспокоено спрашивает Карина, заходя в комнату.
— Пять минут назад были здесь! — уверенно отвечает Алекс, хотя и сам понимает вдруг, что слишком зловещая тишина. Это намного страшнее шума, который доносился совсем недавно от двух неугомонных сорванцов. Марина подкинула им Самира на пару часов, а это сущая катастрофа! Богдан и Самир — термоядерная смесь! Алекс подскакивает и бросается на поиски неугомонной детворы. Находят проказников быстро. Вот только…
— Боже! Выколите мне глаза! — стонет Алекс.
Малыши перевернули большой цветок под лестницей, маленький Богдан с упоением размазывал грязь по светлому ковру и шторам, все лицо и голова у него тоже были в земле, а счастливое лицо говорило о том, что он в полном восторге от своего занятия. Самир же, который был старше и определенно не мог не понимать, что им влетит за такие проказы, спрятался под лестницей и пытался засунуть кошку в игрушечный грузовик, упорно делая вид, что он вообще не при делах. Только вот их избалованная персидская кошка не была согласна с таким варварским отношением. Она изо всех сил вырывалась, поэтому Самиру пришлось завернуть ее в оборванную штору. Находчивый мальчик, только кошка была явно в отчаянии и начала истошно мяукать, пытаясь выпустить когти. Маленький Богдан посчитал этот концерт более интересным и двинулся на четвереньках помогать другу, оставляя на ковре грязные следы.
— Стоять! — скомандовал Алекс.
Малышня замерла от его строгого ора, но лишь на секунду. Богдан, видимо, верно оценил настрой отца, поэтому мгновенно прибегнул к самому сильному и безотказному оружию — слезам. Борода его затряслась, первые крупные капли скользнули из глаз, прочерчивая дорожки на чумазом лице, а потом громкий плач разнесся на весь дом.
Да, что сказать. Тихого, послушного ребенка не получилось. Богдан оказался на удивление своенравным и характерным малышом. Все делал наперекор, начиная с рождения. Даже появиться на свет решил в совершенно неподходящий момент, на три недели раньше срока. Они с Кариной как раз летели с Кипра в Англию. Ничего не предвещало беды, беременность протекала хорошо, вот только совершенно неожиданно прямо в небе Карина побледнела и схватилась за живот. Алекс никогда не забудет эти пару часов в облаках, когда у Карины начались роды. Такой паники и чувства бессилия он не ощущал никогда. Хорошо, что им попался опытный бортпроводник, в практике которого такой случай был не первый. Причем успокаивать ему пришлось больше всего Алекса. Карина держалась стойко, а вот мужчина жутко паниковал. Даже когда они приземлились, и Алекс сдал жену на руки уже ожидавших их в аэропорту медикам, он не успокоился. Карина была категорически против совместных родов, но так уж случилось, что они невольно получились таковыми. Потому что до больницы роженицу не довезли, лондонские пробки им этого не дали. Малыш появился на свет прямо в машине скорой помощи. Очень уж он торопился начать жить, причем считаться с мнением родителей уже тогда не хотел. Свое появление на свет он в первые же секунды огласил громким криком. Алекс прекрасно помнил этот момент. Конечно, он никому и никогда не признается, но в ту минуту не испытал ни радости, ни счастья. Мужчина вообще мало что соображал и единственно, чему был рад, что его девочка, наконец, отмучалась, и этот комок слизи и крови больше не будет доставлять ей столько боли и страданий. Он как-то не мог ассоциировать это страшное, сморщенное, орущее существо со своими мечтами о белокуром малыше. Совсем не так он все себе представлял. Они должны были заранее лечь в больницу, рожать под анестезией и присмотром опытных врачей. А не это вот все!
В итоге Алекс еще долго отходил от такого стресса и первые дни смотрел на своего сына с великой настороженностью. Карина, кажется, уже через пару часов забыла о пережитых ужасах, а вот у него еще долго стояли в ушах ее стоны, задушенные крики и перекошенное болью лицо.
Конечно, со временем малыш занял отведенное место в его сердце, особенно когда стал выбираться из пеленок, реагировать на родителей, узнавать голос отца. Все это заставляло сжиматься что-то в груди от нежности и любви. Но слова друга он вспоминал часто. Послушного ребенка у них не получилось, претензии производителю в такой ситуации не предъявишь. Маленький Богдан был ужасно непоседливый, активный, неугомонный. Нянек он не признавал, родителей веселил постоянно. А уж когда они собирались вместе с Самиром, разрушительный эффект срабатывал с утроенной силой! Алекс всегда искренне старался не реагировать на плаксивые провокации маленького разбойника, но в итоге все равно сдавался и первым бросался успокаивать сына. Вот и сейчас он не выдержал. Забрал плачущего Богдана из рук Карины и принялся его утешать. Когда малыш перестал орать в голос, Алекс распорядился:
— Я отмываю сына, ты — полы!
— Понятно! Все самое сложное, как всегда, мне! — возмущается Карина.
— Уверена, что отмыть наше чудо будет проще? — интересуется Алекс, показывая, как маленький Бодя размазывает сопли на чумазом лице.
— Нет. Не уверена. Но мне еще нужно спасти кошку. Я пошла. Пожелай мне удачи.
— Ага. И ты мне!
— Удачи!
— Встречаемся в спальне. Марина скоро заберет Самира, Бодя после приключений должен спать крепко! Так что готовься!
— Это ты готовься! — в этот момент кошка снова начинает отчаянный бой за свободу, Карина бросается разбираться с Самиром и несчастным животным, а Алекс обреченно плетется в ванную. Бодя уделал и его рубашку тоже, потому что уткнулся в нее, всхлипывая и пытаясь успокоиться.
Да, после рождения сына покой им только снится. Но уже лежа ночью в кровати после бурного секса, обнимая свою любимую девочку, Алекс подумал в очередной раз, что абсолютно счастлив. Сейчас он бы не променял свою семью ни на какие другие блага. Несмотря ни на что, у него самые лучшие жена и сын. Правда, в тайне он мечтает еще и о дочери, но признаться в этом не готов, потому что еще раз беременность и роды он просто не переживет.
— Алекс, я хочу тебе кое-что сказать, — говорит вдруг Карина, как-то странно смотря своими невозможными серыми глазами.
— Что случилось?
— Случилось. Я уже два месяца не пью таблетки.
— Как?
— Так! Я догадываюсь, что ты будешь против, но знаешь… мы и к Богдану не были готовы. Короче, у меня задержка.
— Чёрт! Карина! — она точно читает его мысли! Только наоборот. Когда весь смысл сказанного доходит до него в полной мере, он вскакивает с кровати, потому что осознание масштабов очередной проблемы не оставляют ему шансов лежать спокойно. Алекс пытается подобрать слова, но ничего кроме мата на ум не идет.
— Успокойся, хорошо? — требует Карина. — Я знала, что ты примерно так и отреагируешь, поэтому молчала. Успокойся! Все будет хорошо!
— Откуда ты знаешь? — слишком громко говорит мужчина.
— Я не знаю! Я надеюсь.
— Я тоже раньше надеялся. Но после того, что было в прошлый раз…
— Я не буду летать до родов! Обещаю!
— А, ну да! Это конечно все решает! — усмехается мужчина, а потом снова начинает истошно орать. — Ты совсем рехнулась? Почему ты не посоветовалась? Я имел право знать!
— Имел! Но ты бы в жизни не решился! А так, все уже готово! Тебе осталось только принять это!
— Все готово? Готово, это когда ребенок вырастет, женится и уйдет из семьи! А так… Это ни хрена не готово!
Истерика Алекса продолжалась еще долго, но у Карины были свои методы успокоения. Она прекрасно изучила своего мужа и теперь без проблем могла в нужный момент надавить на действенные кнопки. Уже через пару дней он принял нелегкую новость, а через неделю носил ей соленые огурцы и клубнику среди ночи. А через восемь месяцев сходил с ума под дверями родовой, внутрь Карина его запретила пускать. Двери перед ним открылись только, когда все закончилось и в руки ему вручили тихую крохотную девочку. Она во всем была полной противоположностью Богдану, хотя со временем родители поняли, что характер у нее тоже стальной, только методы другие. Ей даже плакать не приходилось, чтобы растопить сердце отца. Просто просящего взгляда серых глаз, так похожих на мамины, было достаточно, чтобы получить все желаемое.
Идя по жизни, мы не знаем, что ждет нас завтра, через неделю или месяц. Мы планируем, надеемся, стремимся, чем, конечно же, веселим Всевышнего. Не все зависит от нас, но самый лучший ориентир по жизни — любовь. Любовь к близким, родным людям, идущие от сердца порывы — они самые чистые и верные. Любите друг друга, дарите друг другу, защищайте друг друга, идите навстречу. Только так можно найти пусть не самый легкий, но верный путь, путь к сердцу.