Глава 8

Максим

Окончательно поняв, что день мой сегодня свободен, набираю Кирилла.

– Здарова, домохозяин, – задорно прозвучал голос товарища.

– Был бы рядом, врезал бы по твоей самодовольной роже, – усмехнулся.

На Кира злиться невозможно.

– Откуда знаешь, что моя рожа самодовольная?

– По голосу слышу. Ты радуешься своим шуткам, как ребенок, – смеюсь в ответ.

– Да ладно, чо ты. По какому вопросу набрал меня, любимый? – продолжает издеваться.

– По вопросу Ефимова, дуралей, – напоминаю.

– Ефимов-Ефимов, а, Ефимов.

– Угу, он самый.

– Так, слушай, – задумался Кир. По звукам слышу, как он ходит. Что-то шелестит. – Сегодня должны мне занести бумаги. Давай я вечерком заскочу, – предлагает.

Если Кир решил заехать, значит, не хочет говорить по телефону. Интересно.

– Заинтриговал, – отвечаю задумчиво.

– Пока еще не придумывай там, знаю я твою бурную фантазию, – усмехается. – Все, до вечера, – и сбрасывает звонок.

Ну и что мне делать?

Отзваниваюсь Алле Васильевне. Отпускаю ее. За детьми заеду сам. Хорошо у них сегодня нет тренировок.

На вечер нужно будет что-то готовить, значит, нужно заехать в магазин. Что, собственно, и делаю. Заезжаю на парковку какого-то маркета.

Овощи, фрукты детворе. Заедет Кир, нужно будет и его покормить. Засранец явно будет рассчитывать на ужин. Поэтому в телегу кидаю упаковку мяса. Да и так по мелочи, что обычно едят дети.

Пока тащу два пакета наперевес к машине, в кармане начинает трезвонить мобильник. Ну и что прикажете делать? Бросать пакеты?

Все же дохожу до машины под мелодию мобильного и убираю в багажник пакеты, которые размещаю между детскими креслами. Да, если не везу детей, то кресла убираю в багажник. Не нужно Ярославе видеть, что машину ее я еще и использую по нерабочему назначению.

Достаю телефон. Незнакомый номер в пропущенных. Набираю и почти сразу в ответ слышу женский голос.

– Максим Сергеевич, слава богу, вы ответили, – прозвенело мне в уши. – Это Оксана. Воспитательница.

– Что с детьми? – волна паники тут же накрыла.

– Что? А, нет, с детьми все хорошо, – смеется, а мне ни черта не смешно. Зачем так пугать? – Я по поводу утренника. У нас будет неделя на подготовку. Ну, вас она почти не коснется. Там немного реплик у Деда Мороза. Так что вас не будем часто дергать на репетиции. Лишь слова нужно будет выучить, – тараторит женщина.

– От меня что требуется сейчас? – сажусь в машину и завожу двигатель.

– Сегодня выдам вам костюм, вы за детьми приедете или через няню передать?

– Сам.

– И текст. А через пару дней была бы рада видеть вас на репетиции, – приторно-сладким голосом говорит эта Оксана.

– Хорошо, – соглашаюсь. Сдавать назад уже поздно. Да и моя шпана не оценит.

– Спасибо, – благодарит и я сбрасываю звонок.

Вляпался, Туманов. Кто бы из начальства бывшего увидел, смехом бы продлил себе жизнь, думаю, не на один год.

Ну что ж, теперь можно смело домой. И даже немного вздремнуть останется временя. А потом детей забрать и приниматься за готовку ужина.

Забрать детей удалось быстро. Оксана вручила мне пакет с костюмом. Мне повезло, что ее отвлек кто-то из родителей и мы с детьми быстро покинули сад.

В машине мои снова что-то бурно обсуждали. Я стараюсь в их разборки не лезть. Только в том случае, если назревает драка. Бывает редко и такое. Но как по мне, им нужно учиться договариваться. Пусть эмоционально и с криками. Но не доходя до кулаков. Один раз мне, правда, прилетело, когда полез разнимать. Тогда Лука мне как взрослый заявил:

– Я что, дурак, чтобы ее бить? Все равно бы сдался и уступил. Но поступил бы по-своему. Потому что ей бесполезно объяснять. Она же не слушает, – пожал тогда плечами.

Ох, мужик, с таким подходом я бы меньше наделал ошибок. Одна из которых до сих пор воротит носом от одного моего присутствия.

Надеюсь, недолго осталось мне светить своим фэйсом. Сам не в восторге от происходящего.

Дома расходимся каждый по своим комнатам-делам. Дети в свою. Слышу, что мультики включили. Но, как обычно, поспорив, что именно будут смотреть.

Я в кухню. Стоит приняться за готовку, как начинает трезвонить звонок.

– Па! Кто-то пришел, – кричит Лука.

– Слышу, – отзываюсь. А сам только пакет с мясом вскрыл. Быстро сую руки под струю воды и, вытирая на ходу, иду в прихожую.

– Привет, – заходит Кир.

– Проходи, я в кухне, – возвращаюсь.

– А где дети? – доносится из коридора.

– У себя.

– Кир! Кир приехал, – завизжала от радости Лика.

Потом слышится возня и болтовня. А когда дети отстали от парня, он проходит в кухню и с шумом приземлился на табуретку.

– А у тебя вкусно пахнет, – смеется. – Сразу видно, готовился к моему приходу.

– Так, – ставлю сковороду на огонь. – Что там по Ефимову? – приземляюсь рядом.

– Используешь меня в личных целях, нехорошо, – качает головой и дует губы.

Засранец.

– Кир, честно, не до шуток. Раз ты захотел обговорить это дело тет-а-тет, значит, там не все просто, – предполагаю.

– Ну ты прав, как всегда, проницательный мой, – усмехается.

– Не тяни кота за…

– Я понял, – кивает. – Прошерстил твоего Ефимова Александра, – начал рассказывать Кирилл, – ты там не спали ужин, – лыбится дуралей, а я возвращаюсь к плите. – Так вот. Не будь я ментом, на первый взгляд кажется чистым.

– Кажется, – усмехаюсь.

– Именно. Но ты мент. Бывших, как мы знаем, не бывает. И ты прав, что тебе он не понравился. Мне вот тоже. Чистота бывает обманчивой.

– Меньше прелюдии, Кирюха, – мое терпение на грани и он это прекрасно знает, чем и пользуется.

– Начал изучать его окружение. Почти все гладко. Да, не смотри на меня так, почти. Заинтересовали пара лиц. По данным, что удалось нарыть, у Ефимова есть два друга, они учились вместе в одном институте. Один из его этих друзей проходил по сто пятьдесят девятой.

– Мошенничество.

– Угу. Но как свидетель. Это дело заказал из архива. Хочу посмотреть детали, что там и как было. Ты знаешь, что мне не понравилось? Увидев дружбана этого в свидетелях, решил заказать выписку по банковским картам и счетам у твоего Ефимова.

– И? – обернулся.

– Есть у меня вопросы, – многозначительно выдает друг.

– Ты вообще можешь по делу или нет? Мне нужна конкретика, – не выдержал.

– Ну что я тебе сейчас скажу. Свои доводы? Мне нужны основания, ты прекрасно знаешь. Мы его сейчас даже задержать не сможем, – разводит руками. – Кажется мне эта троица нечистой на руку. И если я буду уверен, то мне нужно будет заявление для дела. Сам понимаешь. Я по твоей наводке работаю.

– Я понял. Копай, Кирыч, копай. Мне нужно этого хрена моржового вывести на чистую воду. А заявление будет, как только понадобится, – уверяю друга.

Кто-кто, а Зарецкий лично накатает на этого гада заяву.

Выпроводив друга, помогаю детям помыться и укладываю их спать.

– Пап, – собираюсь выйти из комнаты, как подает голос Лика. – Ты костюм смотрел? Там слова твои, почитай, – дает наказ моя командирша.

– Будет сделано, – отвечаю и посылаю воздушный поцелуй, закрываю дверь.

Сам же нахожу в прихожей объемный пакет и несу его в спальню. Достаю костюм. Красного цвета шуба. Борода, шапка. Валенок не хватает только. Из пакета к ногам падают листы бумаги. Положив шмотки на кровать, опускаюсь на пол. Собрав листы, сажусь, опираюсь спиной о кровать. Читаю.

Все стандартно. Мне кажется, одни и те же слова из года в год. В принципе, ничего сложного. Даже не стихами и на этом спасибо.

Утро началось неожиданно. Просто началось. Телефон орет под… где телефон?

Черт.

– Да, – отвечаю, не посмотрев на имя звонящего.

– Макс? – голос Зарецкого действует бодряще.

– Алексей Петрович? Сколько времени? – смотрю на экран телефона.

Семь утра.

– Макс, мне поступила информация, что Яра улетает с этим прохиндеем, – взволнованно говорит мужчина.

– Первый раз слышу, – не сразу понимаю, о чем он.

– Значит, узнай у нее.

– Вы отец, не ошибаюсь? – такой поворот событий меня не радует.

– Мы поругались.

– Чудесно.

Повисает тишина.

– На сколько они улетают? – интересуюсь, прикидывая, сколько по времени я не буду привязан к заднице ее величества.

– С этих выходных до десятого января, – тяжело вздыхает Зарецкий.

Я присвистнул. Вот это отпуск.

– Но вы же понимаете, что я не нянька и не надзиратель какой-нибудь. Я не могу запретить ей. Так же, как и вы. Девочка она не маленькая. Сама решает, что ей делать, а у них, я так понимаю, любовь.

– Это у нее что-то, что ты назвал любовью, а у него явно корыстные цели. Интуиция мне подсказывает, что ты его проверял. Связи же остались у тебя.

– Алексей Петрович, я вам обязательно доложу, как что-то стоящее появится. Сейчас не вижу смысла мутить воду. Пока, – отмахиваюсь. Не собираюсь я обсуждать каждый свой шаг, не маленький уже.

– Я понял тебя.

– А если не хотите, чтобы она улетала, то поговорите с ней.

– Да не будет она меня слушать. Хорошо мы поругались, – вздохнул на том конце провода мужчина. – Все, я тебя услышал. Всего доброго.

– Всего…

Детей рассаживаю по креслам в машине.

– Пап, а Новый год мы где будем встречать? – спрашивает Лика.

– А какие предложения? – чувствую, моя мама уже с детьми поработала.

– Ну, – тянет заноза, – у бабушки на даче. Мы же каждый год у нее, ты забыл? У тебя смены, а мы у нее, – пожимает плечами.

– А сами-то чего хотите? – смотрю на детей.

– Мы хотим с тобой. Но бабуля обидится, если мы к ней не приедем, – вставляет Лука.

– Тоже верно, – малышня, а как правильно говорят. – Значит, поедем к бабушке, – делаю вывод.

– Только, – снова интригует Лика. Вижу по глазам, что-то хочет сказать, а не решается.

– Что? – смотрю на свою красавицу.

– Кажется, бабушка задалась целью тебя женить, – пожимает плечами и опускает глаза в пол.

Смотрю на сына, но тот также прячет глаза.

– Это я знаю, – удивляю их. Две пары глаз тут же устремляются на меня. – Но мы не из робкого десятка, выстоим, правда? – детвора разулыбалась. – Ну вот, нос выше, малышня. Мы справимся.

Доставляю детей в сад. Встречает нас сама Оксана. Напоминает, что завтра или послезавтра будет первая репетиция. До Нового года осталось всего ничего. Обещаю, что я на связи. Текст изучил, готов радовать детей. И быстро сваливаю. Не забыв убрать кресла в багажник, еду к Зарецкой.

Девушка выходит довольно быстро и даже улыбается.

– Хорошее настроение? – начинаю я, управляя авто, поглядываю в зеркало заднего вида.

Она ведь ни разу не села рядом. Только на заднем. Слежу за ней, пока не ловлю ее взгляд.

– Да, – снова улыбка, которая обезоруживает. Воздух застревает в легких. – У вас, Максим, непредвиденный отпуск.

– Я только заступил, – настроение тут же портится. Мне, так же, как и Зарецкому, не нравится ее поездка.

– Мы с Алексом улетаем завтра утром. Поэтому, – задумывается, – машину можешь поставить в гараж. И не волнуйся, оплата будет как за рабочие дни, – уточняет девушка.

– Это очень важно, да, – усмехаюсь я.

Деньги. Эта девчонка все привыкла мерить деньгами. Выросла с золотой ложкой в заднице, все ей доступно. Это один из пунктов нашего недружеского расставания в прошлом.

И чего удивляюсь? Это же Зарецкая, Туманов. Что могло в ней измениться?

Только один плюс, что зарплату платит мне не она, а ее отец. Это разные вещи. И как только я выведу на чистую воду ее Алекса, мы разойдемся. Обещаю себе в очередной раз.

Паркую машину у крыльца бизнес-центра.

– Я здесь на пару часов, подожди, – говорит, выйдя из машины. – Потом меня домой. Нужно собирать чемодан.

– Как скажете, – намеренно перехожу на “вы”.

На что девушка лишь усмехается и, закрыв дверь, торопится внутрь здания.

Ждать, Туманов, ждать. Как собака на поводке. Бесит, но сам виноват. Дал слабину и согласился. Но как можно было отказать Алексею Петровичу? Они с моим дядькой лучшие друзья. Был момент в моей жизни, когда я влип по дурости своей еще в армии. Ну как по дурости? Я все еще считаю, что правильно поступил. Если бы был выбор, я поступил бы так же. Вот Зарецкий своими связями и помог, позволив служить дальше. А то вылетел бы как…

Поэтому я обязан помочь. Да и Кир явно заинтересовался нашим экземпляром. А чуйка у нас работает что надо. Поэтому дело доведу до конца, однозначно. Да и девушка у меня перед глазами.

Все еще обдумывая, я понимаю, что ищу для себя оправдания, почему я здесь. Пока они меня устраивают. Это же не старые чувства, ведь понравилась она мне тогда.

Все нормально, Макс, живем дальше.

А дальше все как по расписанию. Зарецкую домой. Наутро просит меня отвезти их в аэропорт. Всю дорогу до которого я приглядываюсь к ее недоженишку. Ну не нравится он мне, даже если бы все у него там было хорошо. Не нравится.

Высадив парочку, я окунаюсь в домашние заботы. На носу Новый год, на днях утренник. Так что скучать не придется.