Глава 27

Даниил

Вместо привета тихоня только приоткрыла рот. Долго молчала, думал уже, что онемела от радости, а потом она спросила, показывая ладошкой на розы:

- Это мне?

- Тебе, - я протянул ей букет.

Девушка несмело взяла его в руки, а потом... отхлестала меня этими длинными шипастыми цветами по лицу. Уверено и как-то даже невозмутимо.

Я настолько ошалел, что даже не додумался закрыться. Пока пришел в себя, дверь уже закрылась. Тихоня спряталась, как жемчужина в своей ракушке.

Я глубоко вздохнул.

Похоже, я всё-таки влип. Только теперь уже по другому вопросу.

Как нам теперь пообщаться?

Попытался еще позвонить в двери. Но результата мои звонки не принесли.

Я медленно развернулся к лифту и теперь уже без особого нетерпения ступил в кабину. Из зеркала напротив на меня смотрел обалдевший парень. Кое-где в моих волосах торчали изодранные зеленые листочки роз. Красные полосы пересекали мое лицо, уже начиная напухать.

- Вот скажи мне, - спросил у своего зеркального двойника, - ну не дебил ли я? Я ей, значит, цветы, а она меня... ими же... - ткнул в свое отражение.

Злобная маленькая скромняга. Моя тихоня.

Она, правда, еще об этом не знает, но...

Я вздохнул.

Скоро узнает.

Вытащил из-за уха зеленый листик и бросил в урну, стоящую на выходе из лифта.

- Быстро вы, - обратился ко мне вахтер, не поднимая глаз от кроссвордов, а потом перевел взгляд и заметил мой внешний вид. - Ой!

Я жестом остановил его. Мужчина, пожалуйста, ни слова. Мне и так сейчас... не слишком весело.

- Может... умыться? - несмело предложил. - Или у меня есть... аптечка? - добавил практически шепотом.

- Благодарю, - бросил я и вышел из подъезда.

Уселся в машину и стал ждать. Может, удастся подработать таксистом? Впрочем, на это я не стал бы особо надеяться.

Злобная маленькая фурия вряд ли подпустит меня к себе хоть на метр.

Однако, эта мегера меня даже не заметила. Она вышла с Сонькой под ручку и нырнула в подъехавшее такси. Вот только Белая была в таком виде... словно пила, не просыхая. Красные веки, опухшее лицо, мировая скорбь в глазах.

Я смотрю у всех тут вокруг веселье. Не только у меня.

Завел машину и медленно поехал за таксистом. Благо, маршрут я уже знал, как и пункт назначения.

На месте я подождал, пока девчонки скроются в здании ресторана, а потом уже вышел из тачки. Кира пока еще не было. Это и не удивительно. Он наверняка приедет сюда с Полей.

Я подхватил с заднего сиденья еще один букет (на этот раз целый и раздражающий меня своим присутствием всю эту недолгую поездку) и сертификаты в какие-то модные салоны (помню, что девчонки от таких визжали). Неторопливо отправился вовнутрь.

Именинницы пока не было. Зато была еще одна ее рыжая подруга. С огромным пузом и ревнивым мужем.

Я присел на диван и, сделав вид, что копаюсь в своем мобильном устройстве, то и дело поглядывал на Соньку и Лизу.

К счастью, довольно скоро появился Кир.

- Ого, Дан, - присвистнул Дивеев, как только они с Полиной зашли в помещение, - ты что, по асфальту проехался?

- Вроде того, - буркнул я и скосил глаза на тихоню, стоящую неподалеку с видом ангела. Словно это не она съездила мне шипами по физиономии.

- Понятно, - быстро отвернулись Кир и Полина, пряча улыбки.

Но, слава Богу, больше акцентировать внимание на моем внешнем виде парочка не стала. А там уже и другие "твиксы" подоспели. Адмиралов привез наконец-то Малинку. Начались подарки, тосты, веселье и шутки.

Весь вечер прошел на удивление легким и теплым. Но потом всех "заморозил" Дивеев. Вернувшись с улицы, куда выходил пообщаться по телефону, друг сообщил будничным тоном:

- Ребята, собирайтесь. Мы едем в Норвегию.

- Я никуда не поеду, - тут же едва слышно заявила Соня.

А затем тихоня удивила всех, а особенно меня. Не знал, что у таких скромниц бывают зубки.

Хотя... надо было бы уже догадаться.

- Поедешь, - довольно жестко сказала Лиза. – Всё равно тебе делать нечего. На кровати можно лежать в любом месте мира.

Сонька покраснела, как помидор, но промолчала.

Молчащая Белая - вот еще одно мега-открытие вечера. Обычно дикарка была готова перегрызть глотку любому, а тут...

Впрочем, почему так, я узнал уже в северной стране, куда мы прилетели скоро. Прямо из ресторана мы все, благодаря Киру, полетели в Осло. Там зачем-то пересели на еще один самолет.

И наконец прибыли в Лонгйир на острове Шпицберген, самое северное в мире поселение с населением свыше тысячи человек. Если уж быть точным - то почти две с половиной тысячи.

Причиной нашей длинной "прогулки" оказался смутно знакомый человек, при виде которого Сонька едва не упала в обморок. Правда, всё же не упала, ведь в следующий миг дикарка так рванула из бара, в который мы только зашли, что едва не сбила кого-то в дверях.

К счастью для Белой (и для всех нас, несомненно), с белым медведем она сегодня познакомилась только издали. Хотя и не вернулась в бар, где мы сейчас располагались - ушла куда-то с тем самым музыкантом, ради которого, как оказалось, все мы здесь сегодня собрались.

- По одному не ходить, - инструктировал нас местный бармен. - Далеко от бара и гостиницы не отходите. Потому что, медведи здесь - это не шутка.

- Да какая уж тут шутка, - произнесла побледневшая тихоня. Мы все знали, что Соньку едва успели спасти.

- Правила будем соблюдать неукоснительно, - сказал и бармену, и нам всем Адмиралов.

Все, естественно, согласились. В местах, где от этого зависит наша жизнь, это не прихоть.

Тем не менее я нарушил эти правила уже этой ночью.

Все разбрелись по номерам - прошу заметить, парным (Малинка с Адмираловым, Полька с Киром, Сонька вообще пропала, точнее - осталась в квартире у своего музыканта). Мне же досталась вредная тихоня. Которая - внимание! - просто не пустила меня в гостиничный номер. Закрылась и не впустила.

Всю ночь я промаялся на улице под ее окном.

Благодарил Бога и Кира, додумавшегося купить нам теплых шмоток, попивал теплый чаек из термоса, любезно одолженного кем-то из местных, гипнотизировал горящие окна и не злым, тихим словом вспоминал свою тихоню.

В конце концов мне это надоело.

Уже начало светать, когда я набрал Кира. Друг вышел из номера, где спала Поля, чтобы мы смогли нормально пообщаться.

- Привет! – буркнул я, пряча руки в карманах теплой куртки.

- Дан, тебя что, в гостиницу не впустили? – брови Кира взлетели. Но, увидев мои сумасшедшие глаза, он сразу поменял тему. – Ок, что нужно-то?

- Я сейчас мотнусь в Осло. Тебе что-то нужно привезти? - озвучил я свои стратегические планы.

- Мотнусь в Осло?! – Дивеев, похоже, не мог поверить в то, что услышал. – Это тебе что, ближайший городок? Что тебе в Осло-то нужно?

- Цветы, - невозмутимо ответил я. – Тут с этим беда.

Я и правда обошел здесь уже всё, что можно. Цветы здесь не продавались.

И, несмотря на то, что мои царапины от шипов еще не зажили, я хотел рискнуть заработать новые. Только посвежее.

Иного плана вытащить тихоню из номера у меня не было.

А как с ней общаться, если двери закрыты?

- Окей, - медленно ответил Кир, о чем-то напряженно думая. – Тогда и мне привези. Пионы, если найдешь.

- Хорошо, - я пожал ему руку. – Я тебя наберу, если вдруг не найду. Я ведь только туда и обратно, у меня очень маленький зазор между самолетами будет. Весь город объехать не получится, - кривая усмешка повисла на моих обветренных губах.

В Осло я скупил в ближайших к аэропорту магазинчиках весь ассортимент, состоящий, правда, только из роз. Пришлось в самолете на Шпиц выкупить несколько дополнительных мест, ибо мои цветы в проходах уже не помещались.

Потом приплатил местным пилотам и стюардессам за то, что они помогли мне доставить всю эту пахнущую красоту прямо до номера Лизы.

Постучав в дверь, я не рискнул остаться. Вместо меня тихоню за дверью ждали тысяча и одна роза и маленькая белая записка с одним только словом "прости".

Живой разноцветный ковер полностью покрывал длинный коридор и вполне разрешал мне полюбоваться Лизой издалека.

- Лиз, - негромко крикнул я с другого конца коридора, - пожалуйста, давай поговорим.

Тихоня на миг прикрыла глаза, а потом распахнула их, скривилась и, прикрыв лицо рукой, мгновенно исчезла где-то в недрах комнаты, бросив двери нараспашку.

- Твою ж ты... - мое сердце рухнуло в пятки.

Что произошло с моей тихоней?

Я стрелой пробирался сквозь живое море, царапающее мои колени, и мечтал как можно скорее очутиться на пороге номера, в который сегодня ночью так и не попал.

Влетел, едва не снеся ближайшую емкость с цветами, и растерянно оглянулся. Лизы не было негде. Она словно провалилась сквозь землю.

И только отдаленный шум воды заставил меня вздохнуть с облегчением.

Я вломился в ванную комнату, не думая ни о чем.

На бортике ванной сидела бледная Лиза. Из крана лилась холодная вода.

- Тебе плохо? - перепугавшись насмерть, я присел у ее ног. - Скорую вызвать? Что болит?

- Это тебе, Багиров, плохо. А мне... хорошо... - вымученно выдала тихоня.

- Без меня?

- Что - без меня?

- Хорошо - без меня?

- Хорошо, - она истерически засмеялась. - Просто великолепно. Особенно сейчас, - она снова побледнела. - Выйди, пожалуйста, Даня.

- Не выйду, - уперся я. Вдруг тут еще коньки отбросит, что мне потом с ней делать? А что со мной потом без нее будет?

- Дань, - прошептала Лиза, поднимаясь с края ванной, - выйди...

Но, конечно же, я не вышел. Впрочем, увиденное меня не испугало. Вернее, испугало - но не в том смысле.

- Ты отравилась? Желудок болит? - я аккуратно придерживал длинные волосы своей тихони.

- Да, отравилась, - хмыкнула Лиза. - Ты меня, кстати, и отравил, Багиров.

- Я? - округлились мои глаза. - Когда я успел?

- Когда-то успел... - вздохнула тихоня. - Что ж... я, конечно, думала, что это будет по-другому... Но... - она подняла на меня свои шоколадные глаза. - Поздравляю, будущий папа...