Глава 36
Почему мне попадаются все время мужчины, которые принимают решения, не спрашивая, и дают выбор, которого нет?!
Так и хочется рявкнуть, чтобы отошел, чтобы дал продохнуть.
Поведение Андрея настораживает, а подобная наглость злит. Непонятный взгляд. Вид загоняющего дичь охотника. Неприятный холодок, проскальзывающий по спине, заставляет поежиться.
– Авдеев, ты, часом, не спутал меня с кем? – цежу сквозь зубы, пытаюсь вывернуться, но у него не рука, а тиски.
– Нет, Елецкая, – наглый и уверенный в себе мерзавец бесит, улыбаясь и наклоняясь ко мне с быстротой молнии.
Даже вдохнуть не успеваю, а уже упираюсь лопатками в стеклянную преграду.
Людное место, казалось бы, свидетелей полно, но Авдееву закон не писан!
– Отойди от меня! Нельзя так все время зажимать людей! Я закричу!
– Ты смотри, а зайчонок угрожает, впрочем, мне нравится твое предложение, со мной можно и покричать так, что охрипнешь, гарантирую.
– Хам!
Чувствую, как взгляд мажора темнеет, сжимает челюсти.
– Катя, ты мне больше нравишься милой и культурной, а не воинственной.
– Я не терплю нарушение личного пространства, Авдеев, ты не в моем вкусе и иди куда шел!
Стукаю по плечу, чтобы отступил, руке больно, но Андрей лишь сильнее притягивает меня к себе и на лице отображается голод.
– Заводит, когда ты вот так вот своими серыми глазами снизу вверх смотришь, сразу в мозгу карусель из охренительно порочных картинок запускается и тебе очень идет то, что я представляю…
– Я не буду с тобой спать. Отвали, – повышаю голос, щеки горят от смущения и негодования.
– Хватит, зайчонок. Не заговаривайся. Сегодня у меня неотложные дела, – продолжает мажор, не особо реагируя на мои фразы. – Но вечером воскресенья у нас свидание. Прогулка, ресторан, клуб. Выбирай что хочешь, и имей в виду: такое разнообразие выбора никто не получает от меня.
– Ты обычно сразу лезешь под юбку?!
– Заманчивое предложение.
Подмигивает и опять улыбается, как если бы я была забавным малышом, нашкодившим немного, и старший бы решал, как наказать маленькую вредину.
Резко освобождаю локоть из захвата, отхожу на шаг в сторону от стекла, чтобы если что развернуться и бежать от психа.
Вернее, Андрей позволяет. С его силищей я вряд ли смогу отбиться. На мгновение веки тяжелеют и, прикрыв глаза, тихо проговариваю:
– Не хочу, Авдеев, ничего не хочу. Оставь меня в покое. Тебе что, женщин мало?!
На мою реакцию мажор только осклабился, обнажая сверкающие белизной зубы, и внезапный смех, густой и бархатистый, служит мне ответом.
– Женщин, зайчонок, у меня достаточно. А вот такой языкастой куколки еще не было. Зайчишка боится, но так мило царапается…
– Ты сумасшедший?! Отвали от меня! – отвечаю резко, но Авдеева не впечатляет моя речь, он щурит глаза и на мгновение внутри меня все замирает от понимания…
Со мной действительно играют, не обижая, но сейчас одним коротким взглядом мажор дает понять, что я могу и нарваться, если не сбавлю обороты.
– Зайка, на свидание со мной ты все равно пойдешь.
Решаю не отвечать.
Складываю губы дудочкой и упрямо смотрю в теплые чайные глаза, искрящиеся весельем.
Жду, что он сейчас развернется и пойдет куда шел, но Авдеев внезапно наклоняется и мои губы обжигает жаркая вспышка. Остро. Горячо. Дергаюсь, как от удара молнией, отскакиваю и в шоке смотрю на Андрея.
– Ммм, вкусный зайчонок…
Произносит игриво, демонстративно облизывая губы, а я отслеживаю этот порочный жест и сглатываю.
– Со мной будешь, это не обсуждается.
Хватаю ртом воздух и пытаюсь собраться, чтобы заявить хаму все, что о нем думаю, но Андрей бросает взгляд мне за спину и меняется. Больше нет флера ветрености и благодушия, которое все-таки на короткие секунды отметилось на наглом лице.
Вмиг взгляд Авдеева тяжелеет, становится злым.
У меня все тело мурашками покрывается от столь стремительных изменений.
Мажор обходит меня стороной, а я смотрю ему вслед, как размашистой походкой идет в направлении нескольких мужчин пугающей наружности, появившихся в толпе.
Аура опасности окатывает волнами. Авдеев не с друзьями встречается. Это видно по напряженным позам, по взглядам, которыми зрелые мужчины за сорок награждают молодого парня.
Рассматриваю его длинные ноги в дорогущих брендовых джинсах, спину, обтянутую светлой ветровкой, и замечаю, как что-то топорщится, по очертаниям напоминает оружие.
– Елецкая! Что это было?! Блин, не вовремя карга мне позвонила, я все пропустила… – рядом возникает Лена и всматривается в мои глаза. – Признайся, подруга, ты приворотами балуешься, ведьма в седьмом колене?! Дай мне какую-нибудь волшебную штуку, нитку там или еще чего.
Вмиг встрепенувшись, смотрю в хмурое симпатичное лицо.
– Лен, ты чего?
– Да ничего… Девственность свою если не с Кацем, то с этим точно потеряешь. Везучая сучка.
– Савина!
– Что Савина, бабы тут не знают, как вывернуться, чтобы Андрей им хоть как присунул, а ты его динамишь.
– Пусть забирают! Даром он мне не сдался, я вообще в монастырь уйду! Психа чтобы не схлопотать.
Подруга натурально хрюкает и фыркает:
– Расскажешь потом, каково оно, с крутым мужиком кувыркаться, ну или с обоими…
Смотрю секунду-другую в надутую физиономию, а затем просто начинаю ржать в ответ.
Правильно говорят – смех настроение поднимает, а в моем случае и в ситуации, в которую я вляпалась, только и остается, если не застрелиться, то вдоволь поржать.
Лена тащит меня в сторону салона красоты с золотой надписью “Элит”.
– Да, детка, только все лучшее, почистим перышки!
Стоит нам войти и озвучить мероприятие, на которое меня нужно собрать, как мной сразу же занимаются несколько специалистов. Предлагают кофе, чай и ведут себя так, словно к ним пожаловала, как минимум, заезжая суперзвезда.
– Девушке нужен полный уход за телом.
Важно кивнув, рапортует Лена и усаживается в массажное кресло, сдавая свои конечности на маникюр и педикюр.
Меня ведут в противоположную сторону, встречают с улыбками, к которым располагает безлимитная банковская карта с серебристой надписью “Титан Корп”.
Дальше было больно. Неприятно и хотелось сбежать куда подальше. Говорят, красота требует жертв, нагло врут. Она требует стальных нервов и выносливости, чтобы не послать всех и вся куда подальше и не свинтить с процедурного кресла, которое, наверное, отобрали у гинеколога.
Затем для меня подбирают какую-то дорогущую процедуру в стиле “все включено” и проводят в комнату с мрачным освещением, где играет приятная расслабляющая музыка, приближенная к естественным звукам природы.
Аромат душистых трав, миндаля и еще чего-то, чему не могу подобрать ассоциацию, расслабляет, и я отключаюсь от своего нервозного состояния.
Пока жду массажиста, хватаю телефон и забиваю фамилию мужчины, который не выходит у меня из головы.
Смотрю фотки мероприятий, на которых присутствовал Димитрий.
Абы с кем на публике босс не появляется. Вереница безумно красивых, роскошных и уверенных в себе женщин всегда сопровождает магната, но ни одна из длинноногих девиц не засветилась с ним дважды.
Изучаю красивого мужчину в смокинге. Идеальные черты. Высокий лоб и зачесанные назад волосы. Смотрит прямо в объектив, пробивая мое сердце на трепет и… ревность.
Взгляд хищника, пресыщенного женским вниманием, экранирует. Женщины явно им рассматриваются в качестве приложения к статусности. По типу “имею лучшее”, а вот каким тут боком я – вопрос.
Вдалбливаю себе, что Кац берет меня на вечер к мэру, потому что ему необходим переводчик.
Только та же Романова неплохо владеет английским и гораздо более подходит для эскорта бизнесмена, нежели я.
Опытная, эффектная, умеющая общаться с руководящим составом во всех смыслах.
От меня много проблем.
Зачем я ему?!
Улыбаюсь собственным мыслям.
– Да, Катерина Владимировна, у тебя слишком здравая самооценка.
Не даю себе ни малейшего шанса на надежду. Потому что, когда тебя окрыляет эта изменчивая птица, столкновение с реальностью бывает болезненным.
Провожу пальцем по экрану и, странное дело, на запрос “Кац” приходит имя “Иван” и я иду по ссылке.
Узнавание на самом острие восприятия. Рассматриваю фотографию мужчины, понимая, кем именно он приходится Дмитрию.
Отец.
Та же масть. Брутальность. Харизма. И… до ужаса пугающий взгляд.
Листаю, выхватывая фотографию с очередного званого ужина, где огромный широкоплечий мужчина рядом с хрупкой эфемерной блондинкой выглядит зловеще и… притягательно.
От отца Димитрия исходит агрессивная мощь даже сквозь экран.
Глаза у него страшные. Почти бесцветные. Они неуловимо знакомы отсутствием эмоций, но наполнены могильным холодом, от которого ком в горле.
Лицо создано из острых и ассиметричных линий, образующих странную гармонию. Резкие черты. Подбородок квадратный, немного выпячен вперед, что выдаёт природную агрессивность.
Волосы очень светлые, почти пепельные, даже белесые, узковатые губы сжаты.
Завораживает. То слово, которое характеризует Ивана Каца.
Перевожу взгляд с огромного широкоплечего мужчины на хрупкую эфемерную блондинку. Отмечаю, как массивная рука притягивает спутницу в шелковом платье под мощный бок мужчины, как крепкие пальцы по-собственнически лежат на ее крутом бедре, немного комкая материю, кажется, еще секунда и он разорвет тряпку, чтобы добраться до нежного тела нереальной красавицы.
Кровь в жилах стынет от ощущения той всепоглощающей страсти, которую испытывает опасный мужчина к хрупкой женщине.
Вроде и взрослая пара, но между ними искрит невероятно.
На другой фотографии замечаю взгляд, который мужчина направляет на зеленоглазую блондинку.
Не верится, что холод может так обжигать.
Голод. Звериная похоть. Животная страсть. Одержимость.
Страшный взгляд и не менее пугающий мужчина. Выдерживать его напор и не сломаться под таким самцом под силу не каждой женщине, и я начинаю усиленно приглядываться.
– Невероятно…
Слетает с губ узнаванием знаменитой модели и как подтверждение читаю ее имя: Аврора Кац.
– Ну, конечно же…
Аврора…
Разглядываю красавицу с ярчайшими зелеными глазами. Этот цвет мне так знаком.
Димитрию он достался от матери, нефритовый, насыщенный, но… ледяной, как и у отца.
Прежде чем свернуть окно, еще раз засматриваюсь на фотографию.
Понятно, откуда у биг босса такой генофонд.
Кац свою временную игрушку подгоняет под общепринятый формат. Мое дело расслабиться и плыть по течению, а там будь что будет.
Откладываю телефон.
Прикусываю губу. На душе становится муторно от сегодняшней встречи.
Вспоминаю короткий обжигающий поцелуй, который у меня украл Андрей. Он длился секунды, но…
Ситуация с мажором все только усложняет.
Наглый. Борзый. Уверенный в своей притягательности.
И… я его раззадорила своим сопротивлением.
Прикрываю глаза и перед внутренним взором всплывает наглое лицо с крутой линией челюсти. Как слизывает мой вкус со своих губ и как в эту секунду вспыхивают чайные глаза:
– Ммм, вкусный зайчонок… Со мной будешь, это не обсуждается.
В интонациях отчетливо слышен вердикт. Среди хаоса мыслей.
В мозгу всплывает яркая вспышка понимания.
Прием у мэра.
А чей сын у нас Авдеев?!
– Боже…
Руки холодеют.
Больше меня ничего не радует.
Настроение приближается к нулю.
Сажусь в кресло перед огромным зеркалом.
Доверяю себя в руки мастеров, а на вопрос, что именно хочу, мой ответ один:
– Естественно и неброско, но соответствующе статусу мужчины, которого я буду сопровождать на значимом мероприятии.
На что получаю кивок и ослепительную улыбку лощеного парня, который, не расшаркиваясь, все же уточняет:
– Стрижём, красим?
Голос улыбчивого стилиста вводит в замешательство, и я в растерянности отвечаю робко:
– Без особых изменений, пожалуйста.
Мужчина кивает, принимается накручивать мои локоны на пальцы.
– Красота. Редкий цвет. Здесь и окраска не нужна. Оживим кончики и не будем мешать природному эффекту волос.
Ничего не отвечаю. Меня подгоняют под нужный стандарт, это часть моей работы, и я не хочу ни о чем думать, чтобы не накручивать себя.
В конце концов, имидж для людей с миллиардным капиталом, наверное, очень важен и любой, кто рядом, должен подходить.
Я мельком смотрюсь в зекало, когда мастер принимается расхваливать свое творение.
Улыбаюсь, благодарю и встаю из кресла.
Стилист отказался “собирать красоту”, заколов пряди с одного бока. После масок и всех обёртываний волосы стали шелковистыми и блестящими, а укладка локонами мне действительно понравилась.
Лицо после массажа выглядит отдохнувшим, с легким макияжем в стиле нюд. В целом, мне сделали все возможные процедуры, уложившись в рекордные сроки, работая в четыре руки, а стоимость всего этого я даже не спросила.
Мне не по карману в любом случае.
Мазнула карточкой и вышла.
– Катька, ты просто красавица! Ни черта себе, я тебе скажу!
Восторженный голос Лены разлетается по всему торговому центру и заставляет нескольких прохожих повернуть головы в мою сторону.
– Все, Кать! Жду звонка с подробностями!
На это я лишь киваю. Настроение веселиться как-то прошло после просмотра фотографий Каца и воспоминаний об Авдееве.
Весело мне будет у мэра.
Автомобиль с молчаливым отстраненным водителем рассекает по дорогам, везя меня в резиденцию Димитрия.
Я волнуюсь, но отгоняю мысли.
Повторяю себе, что это не свидание, а работа, только мурашки бегают по всему телу и сердце бьется через раз.
Стоит войти в дом, как встречаюсь с мажордомом, который будто поджидает меня на своем обычном месте.
Маленький ритуал приветствия. Ловлю себя на мысли, что я привыкаю ко всему, что меня окружает. В том числе и к этому вышколенному англичанину.
– Мисс Елецкая, как прошел ваш шопинг?
– Отлично, Седрик. Я еще никогда не спускала столько денег, – отвечаю, улыбнувшись добродушному старичку.
– Вы преобразились, Катрин. Правильно говорят, что любой самородок все же нуждается в огранке, и в вашем конкретном случае, думаю, юная леди затмит всех на торжестве.
От теплых интонаций и какого-то отеческого подбадривания у меня слезы на глазах наворачиваются.
– Вы мне льстите, Седрик, но… спасибо вам.
В горле першит. Я не привыкла к теплу, которое дарит мне седовласый мужчина.
– Нет, мисс, как и говорил, мои года не располагают к подобному, я излишне прямолинеен и, честно говоря, категоричен в оценках.
– И все же вы меня просто подбадриваете…
– Вы – красавица, Катрин.
Улыбается и уже через секунду передает указания Димитрия:
– Мистер Кац распорядился, чтобы вы были готовы к его приезду. Он будет ожидать вас в холле через два часа.
Киваю в знак того, что все поняла. Поднимаюсь в спальню и обнаруживаю свои покупки, лежащие возле кровати.
Достаю платье. Персиковое. То самое, в котором не буду особо отсвечивать, а затем и вытаскиваю алую роскошь. Раскладываю оба наряда на кровати.
Выбор, казалось бы, сделан, но все время взгляд цеплялся за красную дорогую ткань. Руки колет от желания предстать в этом ярком образе перед пресыщенным мужчиной, который угрожал тем, что я буду делить с ним постель, а по факту я ему в этом плане оказалась совсем не нужной…
От этой мысли в груди неприятно кольнуло.
Достаю из пакетов ажурное белье. Смотрится очень сексуально. Надеваю чулки и обувь на высоченной шпильке, смотрю на себя в зеркало и на миг забываю, как дышать.
Из серебристой глубины на меня смотрит незнакомая девушка с серыми глазами, ее волосы распущены и чуть собраны с одного бока, глаза подведены так, что кажутся подернутыми дымкой, бюстье приподнимает округлую грудь, которая выглядит очень откровенно на контрасте с узкой талией и длинными ногами, облаченными в чулки с шелковой резинкой.
– Офигеть. Просто офигеть…
Щипаю себя за ягодицу и вскрикиваю.
– Черт. Я не сплю и мне не кажется!
Дорогое белье приятно холодит кожу, и я на каблуках разворачиваюсь к кровати, на которой лежат два дорогущих куска материи.
Выбор я уже свой сделала, и он очевиден, но я тяну руки в сторону ярко алого-платья, а надев его, залипаю на своем отражении.
Я красива. Роскошна. И впервые мне хочется поразить Димитрия, заставить огонь вспыхнуть в его непроницаемых глазах.
Внутри просыпается любознательная девчонка, которая очень хочет внимания одного невыносимого мужчины.
Беру клатч и кладу в него телефон, бросив предварительно взгляд на экран, показывающий мне, что пора спускаться.
Время истекло и мое персональное чудовище ждет меня на бал…