Глава 19

Остаток дня прошел для Венди как в тумане. Она позволила горничным переодеть себя, лишь в последний момент вспомнив, что отдавать одежду в стирку ей никак нельзя. Там же оружие, хоть его и не видно! Служанки были риорканками — шипы не заметили или не опознали и безропотно позволили отобрать у себя кожаные ремни и штаны. Рубашку, правда, все равно утащили, но на нее Венделин было плевать. Выкрутится если что. Дамские распашонки тоже вполне прилично выглядят, на ее вкус, даром что надеваются под платье.

Недолго думая, девушка дождалась, пока горничные закончат с ее прической, и незаметно воткнула шипы вперемешку со шпильками. Место проверенное, мужчинам и в голову не придет туда заглянуть при обыске. Главное — самой не уколоться, но она уж постаралась пристроить их под безопасным углом.

Отца она дожидалась, чинно сидя у окна, свежевымытая и в платье. Князь при виде дочери чуть не прослезился.

— Ты так похожа на мать! — ностальгически вздохнул Норберт, подходя ближе и целуя Венди в лоб. Она опустила глаза, чтобы скрыть обуревавшие ее нетерпение. Служанки ожидаемо уходили от расспросов, щебеча о моде, прическах и фасонах одежды, так что у девушки разболелась голова. Она уже не чаяла как от них избавиться, подозревая, что отец выдаст ей если не всю, то важную информацию — точно.

Уж что-что, а дурой он ее не считал. Наоборот. Любил повторять, что, родись Венделин мальчиком, он бы оставил ей княжество ни минуты не сомневаясь. Но уж поскольку ее угораздило промахнуться с полом, то пусть готовится к выгодному браку. Девушка готовилась как могла, и все равно объявление о грядущей помолвке застало ее врасплох.

Она даже не представляла, с кем именно отец задумал породниться!

— Сунуться на территорию Риоркана было большой глупостью с твоей стороны, — назидательно начал Норберт. Венди привычно втянула голову в плечи и опустила глаза. Чем виноватей у нее вид, тем быстрее минует гроза. — Но вынужден признать, что ты молодец. Отлично справилась.

Венделин невидяще заморгала. Переход от воспитания к комплиментам был резкий и быстрый. Отец не сердится всерьез — это хорошо. Плохо то, что у него явно имеется какой-то план, для реализации которого нужна она.

Это его любимая деловая тактика. Запугать, потом задобрить, а затем уж, дезориентировав, быстро требовать по списку. Насмотревшись на его переговоры с торговцами-кочевниками, Венди ловила эти психологические приемы на лету. Не ждала только, что и сама окажется их объектом.

— И этого ублюдка похитила очень кстати, — продолжал восхищаться ею Норберт. До нее с запозданием дошло, что этим нелестным словом обозначили Кирсана. — Теперь у законного наследника есть возможность восстановить справедливость. И нам тоже перепадет!

С этими словами князь махнул рукой — и камни стен зарябили, покрываясь вязью заклинаний от прослушивания. Та же участь постигла потолок и пол, так что стало ясно: наступила пора серьезного разговора.

— Законный наследник? — переспросила Венделин, искренне недоумевая. Она не успела вникнуть в тонкости семейного древа короля, о чем теперь страшно жалела. Неужели был кто-то, кого обошли в очереди на престол?

— Разумеется. У королевы Лисвер был брат. Хотя, почему был? Он и сейчас жив-здоров, — хмыкнул отец. Он принялся расхаживать из угла в угол, как всегда делал, когда был взволнован и предвкушал удачную сделку. — А у него есть сын, который по всем законам должен был стать королем. Вот за него-то ты и выйдешь.

Он бросил красноречивый взгляд на девушку, и она, открыв было рот, закрыла его снова — отец сообщил еще не все.

— Принц Тевейран, законный наследник трона Риоркана, болен. Тяжело и неизлечимо, — веско объявил Норберт, и до Венделин начала доходить суть его плана. — Ты выйдешь за него замуж, пока он дееспособен. А после, когда риорканцы поделят территорию на мелкие куски, управление тем, что ближе всего к нашей границе, перейдет к тебе. Старшего принца Оларда, отца наследника, можно не считать. Он не огневик и никогда не будет иметь права на трон. Зато ты, как вдова, вполне.

— Но законный наследник — Кирсан! — вскинулась Венди и поспешно прикусила язык. Не возбудит ли она подозрений отца этой откровенной выходкой? Но нет, князь только посмеялся над наивностью дочери.

— Что ты, милая. Он же бастард! С каких пор незаконнорожденные дети считаются полноценными наследниками? У королевы Риоркана точно было не все в порядке с головой. Впрочем, как и у ее мастеров-министров. Это же надо, столько лет терпеть бабу на троне! Вот что бывает, когда к власти приходит женщина.

— Разве не этого же ты хочешь? Чтобы власть перешла ко мне, — поддела его Венди. Она не боялась провоцировать отца. Похожие пикировки проходили у них регулярно — князь не удивится тому, что она отстаивает свое мнение. Наоборот. Прояви она слишком откровенную покорность, Норберт насторожится. Сейчас же он только хмыкнул:

— Это совершенно другое. Ты будешь править под моим чутким руководством. А позже подберем тебе достойного мужа из наших. Кажется, Геллен тебе нравился?

Венделин тяжело вздохнула. Чаще всего, к сожалению, отец видел только то, что хотел видеть.

— А что за история с переделом территории? Я не совсем поняла, — уточнила она, чтобы хоть как-то поддержать беседу. Молчание давило, провоцировало сотворить какую-нибудь глупость, например, начать спорить с отцом.

Ни в коем случае нельзя возбуждать его подозрения. Он должен быть уверен, что она преданная и покорная дочь, как и раньше.

Венди сама себе поражалась: как ее сумела изменить какая-то неделя в другой стране! Раньше она бы без малейших сомнений сделала бы так, как говорит отец. Просто потому, что он старше, умнее и больше повидал.

А сейчас она наблюдала, как он пытается нажиться на несчастье риорканцев, и ее мутило.

Простые люди ведь ни в чем не виноваты! А их делят, как какой-то скот, определяя, кому они достанутся — Риоркану или Тираярну. И кто ими будет править. Причем совершенно не задумываются о том, что будет, если страну поделить на куски! Она и спросила-то для проформы, на самом деле, прекрасно помня разговор в королевской гостиной.

«Будет несколько мелких щитов, около шести. И все будут изолированы друг от друга. Скорее всего, навсегда».

Венделин прекрасно понимала, за что именно отдала свою жизнь королева Лисвер. За единую, лишенную границ страну, в которой каждый может проехать из конца в конец и поселиться на новом месте, не опасаясь за свою жизнь. Мелкие извержения и катаклизмы вроде пепельного дождя не в счет — их везде хватает.

А этот принц мается от ущемленного эга, уже принес практически в жертву собственного сына и собирается разорвать страну на несколько кусков, лишь бы урвать себе хоть один из них в личное пользование.

— Неважно, — отмахнулся Норберт. — Принц Олард собирается поделить Риоркан на провинции. Почти как наши княжества. А еще он обещал выдать нам технологию куполов. Представь, дочь, мы сможем жить на земле, как эти…

Он не продолжил, не добавил эпитетов, но выражение его лица договорило само за себя. Венди прикусила щеку изнутри, чтобы не выдать обуревавших ее эмоций. Она поначалу тоже ненавидела риорканцев за то, что те имеют возможность каждый день смотреть на солнце и дышать чистым воздухом.

Завидовала до тех пор, пока не поняла, какую цену они платят, чтобы жить на поверхности: ежедневная угроза полного истребления, стоит только засбоить королевскому артефакту; периодически пробивающие защиту искажения; извержения, бури, и прочие катаклизмы, с которыми в Тираярне не сталкивались просто потому, что подземную территорию маги контролировали плотно, не позволяя магме выходить из-под контроля, а проблемы поверхности вроде шторма их вообще не волновали.

Так что легкой жизнь риорканцев назвать никак нельзя было. Отчасти Венди им даже сочувствовала. Нет, были конечно и плюсы, помимо свежего воздуха и простора. Ткани те же самые, например. Но, как она поняла, шелк добывают на юге страны. А значит, при разделении север окажется его лишен. То же самое с овощами, фруктами и прочими растениями и производствами. Если сейчас страна еще как-то выплывает за счет внутреннего обмена товарами, то если перекрыть регионы, быстро обнаружится целая куча проблем.

Только вот решить их уже будет некому.

Вряд ли принцы оставят в живых главную угрозу их будущей власти.

— Было бы неплохо, — с трудом вспомнив, о чем, собственно, разговор, Венделин вымучила улыбку. Все ее существо желало задать один-единственный вопрос — что с Кирсаном, но она прекрасно понимала: выдавать свой интерес отцу нельзя. Пока он считает ее недалекой дурочкой, которой вздумалось поиграть в шпиона. Да что там! Неделю назад она ею и была. Приключений ей хотелось, азарта первооткрывателя, славы и признания. Ну, вот они тебе все. Получи и распишись.

— А ты давно здесь? — все же задала Венди второй по значимости вопрос.

— Почти неделю, — благостно улыбнулся Норберт. — Все благодаря тебе. Я пошел тебя искать, наткнулся с отрядом на щит, а тут Олард со своими воинами… Пообщались, он нас провел к себе. Оказывается, эти идиоты даже не подозревали, что со стороны Тираярна кто-то выжил! Ну разумеется, я залил ему в уши воды, что мы давно забыли про войну и думаем исключительно о благе народа…

— Разумеется, — поддакнула Венделин. Что-то, кажется, все же проскользнуло в ее интонации, потому что отец перестал бродить из угла в угол и остро взглянул на нее. Оценивающе так.

— Ты изменилась, — констатировал он наконец.

— Я испугалась, — честно призналась Венди, не пряча судорожного вздоха. Норберт не менталист, но отлично разбирается в людях. И если он сейчас заподозрит ее в притворстве, о малейшем шансе на побег можно забыть. — Сначала я думала, как же здорово, что я буду первой, кто проберется в Риоркан; как я раз — и нашпионю много разного полезного… а потом мне стало страшно как никогда в жизни. А обратно вернуться я уже не могла.

— Моя бедная девочка! — в два шага отец пересек комнату и прижал Венди к груди. Она вцепилась в кожаную жилетку, чувствуя, как в скулу привычно впивается какая-то застежка, и вдохнула родной запах. Папа раньше был для нее всем. Опорой, защитой, поддержкой.

Голосом разума.

Что ж. К сожалению или к счастью, она повзрослела.

Они постояли какое-то время, тесно обнявшись… Совсем как раньше. Венделин не представляла, о чем думает сейчас ее отец, сама же со все возрастающей ясностью понимала: как раньше уже точно не будет.

Она изменилась, обстоятельства или весь мир — неважно.

Больше слепо идти на поводу родительской воли она не будет. Значит, задача ее проста — вытащить Кирсана и сбежать самой. В столице их тронуть не посмеют. А уже оттуда можно будет вести переговоры с Норбертом. На возможность диалога с мятежниками она особо не рассчитывала.

Даже интересно, как им удалось скрыться от вездесущих агентов Ладинье. Целый замок это вам не шутки! Но раз его до сих пор не обнаружили, значит, и на помощь никто Кирсану не придет. Нужно выбираться самим.

— Пойдем. Время ужина, — отец отстранился, крепко взял Венди за плечи и внимательно вгляделся в ее лицо. — Познакомишься с будущим мужем и его отцом.

Девушка кивнула, не скрывая волнения. Конечно, это же так интересно, за кого ей предстоит выйти замуж!

А заодно по дороге она сможет осмотреться и наметить пути отступления. Наверняка отец успел понавешать следилок во всех коридорах, так что придется быть вдвойне аккуратной и внимательной, чтобы ни в одну не вляпаться. Но сначала нужно вызнать, где поселили Кирсана. Замок большой, а бродить по нему у нее времени не будет.

— Я достаточно хорошо выгляжу? — приглаживая волосы, прощебетала Венди. Осторожно, кончиками пальцев она затолкала шипы поглубже в прическу, чтобы их не было видно за волосами. Уж отец-то сразу смекнет, что это и зачем, и тогда плакали все ее планы.

— Просто отлично! — улыбнулся Норберт и галантно предложил дочери локоть.

Венделин тщательно запоминала коридоры, по которым они шли. Замок и впрямь оказался огромен, он уходил в толщу камня на многие этажи. На одном из уровней, которые они миновали, был особенно заметен переход от кладки к обработанной магией цельной скале.

— Впечатляет! — пробормотала она, оглядывая сооружение.

— Да, я тоже удивился, как они нашли эту крепость, — кивнул отец, занятый собственными мыслями.

— В смысле? — удивилась Венди.

— Это же наше строение. Не узнаешь? Форпост Тираярна еще с войны. Когда-то здесь тоже была наша территория, — с ностальгией вздохнул Норберт. — Маскировка еще с тех времен сохранилась. Наверное, кто-то из их отряда с примесью нашей крови был, из потомков военных времен.

Венделин сглотнула. Эвфемизм был ей отлично известен — солдаты не всегда удовлетворялись одним захватом земли и зачастую развлекались с местными жительницами. Обычно против их воли. Ставили, так сказать, жирную точку в окончательном завоевании.

Теперь понятно, почему отряды Ладинье проходили мимо. Старую военную маскировку мог преодолеть только носитель тираярнской крови. Для всех других здесь просто торчащий в небо обломок скалы. Повезло принцу, не иначе.

Или же кто-то из местных провел.

Не все жители Тираярна в момент катаклизма по понятным причинам находились на своей собственной территории. Шла война, разгар боевых действий. Наверняка в Риоркане промышляли и разведчики, и целые отряды. После, когда искажение ударило по обеим сторонам, скорее всего, было не до выяснения национальности — выжить бы.

Таких оседлых невольных перебежчиков на границе должно быть немало… Венди содрогнулась, представив на секунду, что никогда не смогла бы вернуться домой. Она ведь почти так же застряла, как и те воины двести лет назад, без возможности пересечь границу снова.

Размышляя о перебежчиках, вольных и невольных, Венделин вспомнила еще один немаловажный вопрос, который хотела задать отцу.

— Вы уже решили, кто станет управлять артефактом над нашей территорией? — уточнила она, стараясь поспевать за размашистым шагом Норберта. Она хотела добавить, что единственный сильный маг огня в каверне — дед Боглар, и он вряд ли в состоянии тянуть подобную нагрузку. Уровень все же не тот, да и возраст дает о себе знать.

— Я, разумеется, — отец посмотрел на нее как на дурочку и отвернулся. — Потом подумаю, кому передать власть. Раз уж ты застрянешь здесь.

Венди споткнулась и чуть не упала. Поправила ткань, давая понять, что дело в непривычно длинной юбке, а сама спешно соображала. Она чего-то не знает? Все, что она слышала до сих пор, подразумевало, что артефакту нужен огненный маг.

Неужели она заблуждалась?