— Пап, приводи моего братика, а то у меня здесь мало друзей. И о братике я всегда мечтал. Мы тебя любим.

Запись я выключила. Матвей непонятно с чего надулся на меня, и убежал. Я обрезала видео, отправила Дэну, и пошла искать сына.

— И к чему эти надутые щеки?

— Я домой хочу, — еще сильнее разобиделся Мот.

— Здесь твой дом. В Испании мы всего лишь временно жили.

— Но там…

— Там нет твоего папы, — перебила я нетерпеливо. — Друзей новых найдешь, и твой папа будет нас возить в Испанию иногда. Неужели тебе твои приятели важнее и любимее родного отца?

— Нет.

— Вот и отлично, — погладила сына по щеке, и вдруг вспомнились события семилетней давности.

Чуть больше 7 лет назад

Все последние дни я только тем и занималась что гуляла по нашему городу. В детстве я с восторгом глядела на все эти парки, лепнину, колонны, исторические здания… А вот как подросла — перестала замечать всё то, что некогда любила. Меня стал интересовать только прогноз погоды и пробки.

Но чем ближе отъезд, тем сильнее меня накрывает.

Однако, сейчас мне некогда прощаться с городом. Я спешу.

— Сонька, привет, как дела? — набрала лучшую подругу.

— Привет. Поль… я сейчас не могу разговаривать.

Голос убитый. Значит, они и правда расстались, как Денис и сказал. А может… может мне не уезжать? Может, у меня появился шанс?

Нет, — мотнула я головой. — Денис для меня табу, как бы сильно я его ни любила. Сонька же мне как сестра, нельзя с ней так!

— Что случилось?

— Да ничего.

— А точнее? Мне приехать?

— Я у родителей, Поль.

— Почему не с Денисом? — сделала я вид что не знаю про их расставание.

— Мы… поругались. У него бой был, — эмоционально сорвался голос подруги. — Помнишь, в каком виде Дэн вернулся? Трещины в ребрах, ссадины, да на нём живого места не было! И он снова подписал контракт на поединок, а там такой противник. Монстр! Вот зачем это всё? Зачем? — расплакалась Соня. — Я замуж за него согласилась выйти чтобы любить друг друга, а он себя гробит. Это же не спорт, а мазохизм. А если он инвалидом станет? Если кровоизлияние и смерть? Я так просила Дениса подписывать меньше контрактов, выбирать противников. Ладно, черт с ним, раз любит этот спорт, раз это его призвание — пусть дерется. Но я хочу чтобы Дэн хоть немного себя берег, а он отмахивается от меня как от мухи. Не могу я так, Поля. Просто не могу! Мне нужно подумать как жить дальше, смогу ли я спокойно реагировать на его травмы хоть когда-нибудь… Сейчас я не справляюсь, для меня его боль — это моя боль, а Денис не понимает!

Подруга рыдала в трубку что-то про ссору, про волнение о здоровье Дениса, паузу в отношениях и, наконец, выдохлась и мы попрощались. А я вошла в бар, и сразу увидела его.

Каждый взгляд на Дэна — моя погибель. Почему Соня первая его встретила? Почему?!

— Привет, — опустилась я напротив. — Соня не у меня, я тебя и по телефону это сказала.

— Да я выяснил уже. К родителям сбежала, — он налил себе бокал, и ткнул пальцем в бутылку. — Будешь?

— Немного. Так вы расстались или просто поссорились?

— Соня сказала что свадьбы не будет и убежала из нашей квартиры. Что это если не расставание? — грустно улыбнулся Дэн. — Звонки игнорирует, отписалась одним сообщением что ей нужно о чем-то там подумать. Не понимаю что ей не так! Может, просто не любит, потому и ушла? Наверное так и есть. Просто не любит меня, а я без неё не могу.

А я не могу это слушать. Неприятно. Права на ревность у меня нет. И как хорошая подруга я обязана объяснить Денису что Соня просто психует. Что не расстались они, и быстро помирятся. Меня сейчас оба они злят. Соня иногда такая дура! А Денис рядом с ней во влюбленного идиота превращается.

Хоть бы раз он на меня так посмотрел! Мне же больше ничего не нужно, только один взгляд, я бы его в памяти хранила.

— Вы помиритесь, — выдавила я через силу, и накрыла ладонь Дэна своей. — Сонька эмоциональная. Она вернется, еще извиняться будет.

— Соня? Извинится? Не думаю что она вернется. А я жить без нее не могу. Нужно ехать за ней, — поднялся Дэн, и встряхнул головой, прогоняя хмель.

— Нет, — вскочила я, и удержала. — Ты не в том состоянии, только хуже сделаешь, если сейчас поедешь. И, Денис… а может, не стоит тебе её возвращать? Соня моя подруга, я люблю её, но она же на свадьбу плюнула. Бросила тебя. Любила бы — не ушла бы ни за что!

Я ненавижу себя за эти слова. Всей душой ненавижу, помня рыдания подруги в трубку. Но Дениса я люблю больше чем Соню. Даже больше чем саму себя. И сейчас он рядом, пусть и не смотрит на меня не как на девушку, а как на товарища.

Но я скоро уеду. Надолго. И мне нужно немного — один поцелуй, всего один. Это даже не предательство Сони будет, это… это мне необходимо!

Я слушала Дениса, держала его за руку, мы пили. Про Соню говорили, про свадьбу. И в кои веки мне не больно было слушать про неё, вдруг представилось что это на мне Денис женится, что меня он любит. Не её, не ту, которая сейчас у матери на груди рыдает, не Соню!

— Кажется, тебе уже хватит. Я такси закажу.

— А я ключи от дома просрал где-то. Черт, — он прекратил хлопать себя по карманам, начал искать под столиком, но пошатнулся после выпитого, и мне пришлось поддержать его за талию.

Вдохнула его запах, и чуть не застонала. Боже! Почему он Соне достался? Я кричать от гнева готова это «почему?!»

— Могу в отель отвезти. Или паспорта нет?

Денис не услышал, достал телефон и разблокировал его. Он Сонин номер набирает! Я выхватила телефон из его рук, и нажала на отбой.

— Я такси вызову. Мой разрядился, — открыла приложение такси с его телефона и вызвала машину до моего дома.

Я просто уложу его спать, не более того.

Всю дорогу я твердила себе это, но кровь кипела от близости Дениса. Он рядом, мы уютно молчим, едем домой вместе.

Дома я усадила Дениса на кровать и не сдержалась, склонилась и поцеловала. Денис не ответил, но и не оттолкнул. Но почему он не хочет ответить? Как же это злит!

Я отпрянула, отошла к стене и прислонилась к ней спиной, нечаянно выключив свет.

— Соня меня бросила, мне нужно к ней, — прохрипел Денис.

Снова Соня, мать её!

— Да, бросила. Она тебя не любит.

— Не любит…

Я подошла к Денису, села к нему на колени и потянулась к его губам. Снова.

И в этот раз он ответил.

Глава 14

СОНЯ

Всю дорогу держалась, но возле дома родителей все-таки не справилась с управлением. На машине залетела на бордюр, и дальше на детскую площадку. Еще немного — и врезалась бы в качели.

Затормозила, и земля из-под колес брызнула во все стороны.

Сняла дрожащие руки с руля и выскочила на улицу.

Хорошо, что уже поздно. И дети не гуляют. У подъезда топчется шумная компания — парни и девушки. Бегу и смотрю на окна квартиры.

Толпа молча расступилась, когда я рванула на крыльцо.

У меня безумный вид — нарядное платье, каблуки, прическа. И решимость драться с Денисом, как звери в джунглях.

Пусть только посмеет забрать моего ребенка.

Застучала каблуками по ступенькам.

Взбежала на третий этаж.

На площадке горит тусклая лампа. На лестнице возле нашей двери сидит муж и терпеливо ждет.

Заметив меня, он поднялся.

— Макара я тебе не отдам, — перевела дыхание.

— Сонь.

— Не подходи. И, вообще. Проваливай отсюда.

— Это сейчас разговор взрослых людей? — Дэн оперся локтем на перила. Дернул рукой и бросил рассеянный взгляд на прилипший рукав. — Черт. А я чувствую — краской пахнет.

Молча взираю на его беду. Как он свою новую кожаную куртку отдирает от перил. Смотрю на красные полосы краски, что остались на ткани.

Там, в прошлой жизни, я бы над ним пошутила. Сказала бы, что он такой красивый. И должен ведь в нем быть хоть один недостаток. Хотя бы испачканная одежда.

Теперь же хочется его идеальным лицом все пролеты в подъезде собрать.

— Твои родители меня не пускают, представляешь? — Денис улыбнулся на один уголок. — Макар мой голос услышал, прибежал. А его в комнату увели.

— И правильно.

— Ты сама себя слышишь? — Дэн приблизился, я отступила. — Соня. Нам всем непросто. Но Макар тут при чем? Не издевайся над сыном.

— Чего?

Проглотила ругательство, что вертелось на языке.

Как он смеет.

Обвиняет меня.

— Денис, уйди отсюда, — попросила и сжала руки в карманах пальто. — Ты выпил что ли? Краски, может, нанюхался? Это я издеваюсь над ребенком?

— Ладно, перестань, — муж привалился спиной к двери квартиры. Пожевал полную губу. И нехотя продолжил. — Если хочешь — я сам уйду. Поеду и сейчас же соберу вещи. А вы возвращайтесь. Там — ваш дом. У нас с тобой конфликт, Соня. Давай не будем втягивать Макара.

— Давай ты просто уедешь.

Денис качнул головой. Запрокинул голову, посмотрел на дверь квартиры напротив.

Полное ощущение, что мы в прошлое вернулись, в то время, когда еще не были женаты. Дэн проводил меня из кино, и мы топчемся в подъезде, не в силах расстаться.

Обнимаемся и целуемся, шепчемся и хихикаем.

И косимся по сторонам, не следят ли за нами соседи.

— Ты слишком жестоко наказываешь меня всего за одну ошибку, — негромко сказал Денис. — Это была только одна ночь. Уже столько лет прошло. Я ведь сказал, Сонь. Что даже не помню ничего.

— Да ладно.

— Правда. Никто этого не хотел. Поля утром рыдала.

— От счастья.

— Соня, — муж шагнул ко мне. — Хватит. Ты зациклилась на мысли, что тебя предали. И не хочешь слышать меня. Мы с Полиной все эти годы жалели о той ночи.

— Так жалели, что ты нас с Макаром в командировки брать перестал, вместе с ней катался по городам, ночевал в гостиницах, — у меня зубы сводит, с такой силой я их сжимаю, пока пытаюсь разговаривать с мужем. — Ни разу за все это время в одной кровати не просыпались, да? Только в то утро, когда Поля рыдала?

Сделала шаг навстречу и задрала лицо.

И тут он замялся.

В глазах мелькнула растерянность.

Он…не сразу ответил.

Было.

И семь лет назад, и потом.

— Проваливай! — повысила голос. — Убирайся сейчас же!

— Соня, — Денис перехватил в воздухе мои руки. И жестко оборвал. — Не вешай на меня лишние грехи. Про ту ночь я признался. И все сделаю, чтобы ты об этом забыла. Но Матвей — его из нашей жизни теперь не выбросишь. Он ни в чем не виноват.

— Мне плевать, — дернулась, высвобождаясь. — Я не рожала никакого Матвея.

Муж сунул руку в карман куртки, достал телефон. Включил какую-то запись и повернул экран ко мне.

— Смотри внимательно, — попросил. — Матвей нарисовал нас. И тебя. Мой сын понимает, что ты для меня важна. Что я тебя люблю. Давай не будем ломать детям психику. И на его день рождения…

Сейчас я убью мужа и меня посадят.

Ударила по телефону, и сотовый полетел Дэну под ноги.

Сапогом наступила на трубку, каблуком толкнула и швырнула вниз по ступенькам.

— Так езжай, чего ты здесь, забыл? — закричала на весь подъезд. — К Матвею своему езжай и к Поле! Рисуйте там вместе, празднуйте, трахайтесь, а потом всем нашим знакомым сказочки лейте в уши, как вы жалеете про ту сраную ночь!

В наступившей тишине оглушительно громко щелкнул замок и открылась дверь нашей квартиры.

Денис схватил меня за руку и потащил по лестнице вниз.

— Не тронь, — дергаю руку в его мертвой хватке, цепляюсь за перила и на свежей краске липнут ладони, муж тащит меня за собой, пролет за пролетом, на первый этаж. — Денис!

— Да не было бы у нас с ней ничего, если бы ты меня тогда не кинула! — он резко остановился, и я налетела на него. Муж отбросил мою руку, но я замахнулась другой, оставила на его щеке красные полосы.

— Я тебя кинула? Я боялась, что тебя покалечат на твоем проклятом ринге, а ты к подруге моей побежал… — конец моей фразы смазался писком домофона. Денис вывалился на улицу, я за ним на крыльцо.

Мы оба измазаны в краске, и одежда, и руки, тяжело дышим.

— Ты и тогда меня кидала, чуть что к родителям сматывалась, я из-за тебя с отцом полгода не разговаривал… к черту.

— Вини во всем меня, давай, и сейчас тоже беги! — крикнула, когда компания с бутылками у подъезда в стороны отшатнулись, и муж, злой как дьявол, пролетел мимо них ураганом. — Пусть Поля тебя утешит, а наутро вместе порыдаете! — провела ладонями по растрепавшимся волосам и спустилась на деревянных ногах, увидела, как машина Дэна, взвизгнув шинами, рванула со двора.

Упала бы, здесь же, но сзади меня подхватили крепкие руки.

— Доченька, — прозвучал над ухом взволнованный голос папы. — Тихо. Успокойся. Старый я дурак. Надо было раньше выйти. И морду начистить этому павлину. Что же я. Мать отговорила. Пусть, мол, сами разберутся. Сонечка, пойдем в дом.

Стою и холодный воздух ловлю открытым ртом. Свежий ветер студит разгоряченные щеки. Ресницы мокрые.

Но даже сквозь пелену в глазах вижу, что…машины моей нет.

— Пап, — шепнула и сделала пару шагов вперед. Встряхнулась, приходя в себя. — Похоже, машину угнали.

— Какую машину? — не понял папа, — что ты такое говоришь?

— Мою машину, — повторила уже увереннее. — Я ее вот тут бросила. На бордюр заехала. Почти в качели врезалась, видишь, след? Да, она здесь была.

— А ты не закрыла ее? Доченька, бог с ней, с машиной. Давай домой. Чаю выпьешь. А утром съездим в отдел, заявление напишем.

Прижала грязные ладони к лицу.

— Соня.

— Я сейчас поеду, — выдохнула и развернулась. Наткнулась на встревоженный папин взгляд и усилием заставила себя улыбнуться. — Всё в порядке, пап. Не волнуйся только. Прости, что мы там раскричались. Я не хотела.

— Доченька…

— Мне просто надо немножко одной побыть. Дома Макар. А я в таком виде. Дашь ключи от своей машины? Съезжу в полицию и напишу заявление об угоне. Все хорошо со мной, пап, — заверила.

Он постоял, с тревогой всматриваясь в мое лицо.

Господи.

Ладно я, но родителям-то это за что.

Нельзя было кричать, пугать…надо было сдержаться, а я не смогла.

— Держи, — папа протянул мне ключи. — Соня, только, ради бога, осторожнее.

— Маму там успокой, я скоро, — поцеловала его и двинулась к старенькой иномарке. Забралась в салон и опомнилась, похлопала себя по плечу, проверяя, на месте ли сумка.

На месте.

Как же я так не закрыла машину.

С подозрением глянула в зеркало на компанию у подъезда.

Медленно выехала со двора.

И резко затормозила, впереди у ларька различив машину Дениса. Муж осатанело пинает колеса, пудовыми кулаками метелит кузов, выплескивая гнев.

Сложила руки на руле, не решаясь проехать мимо.

Что же с нами будет дальше.

Глава 15

Усмехнулась горько, пытаясь успокоиться. Но руки на руле все равно подрагивают. Отличный способ извиниться придумал муж, просто гениальный — попросту обвинив во всех бедах меня.

На Дениса смотреть больно. Еще пару дней назад он был моей опорой, каменной стеной. А сейчас единственный выход, который я вижу — развод.

Развод, господи!

Я плавно тронулась и поехала дальше, оставляя Дениса позади себя. Притормозила у отдела полиции, но не спешила выходить из авто. Пригладила волосы, подправила влажными салфетками макияж.

— Ну все, теперь хоть на человека похожа, — проговорила хрипло и поморщилась от блюзового звучания своего голоса.

Вдох-выдох…

Минуту посидела в машине, закрыв глаза. Собралась с силами и вышла на улицу.

В отделе меня встретил дежурный, которому пришлось объяснить ситуацию. И через 10 минут я уже сидела в кабинете перед строгим темноволосым мужчиной.

— Старший оперуполномоченный, Самсонов Родион Борисович, — представился мужчина устало.

— Софья Соколова, — кивнула, устроилась удобнее и начала объяснять суть проблемы.

Интересно, найдут ли мою машину? Или её уже угнали в один из гаражей, сняли номер, и покрывают новой краской?

— Пишите заявление, — капитан протянул лист бумаги. — Ваши документы, пожалуйста. А в заявлении опишите ситуацию, укажите данные вашего автомобиля, пробег, номера, приметы с метками и тип противоугонной системы. Запомнили?

Я кивнула, протянула капитану свои документы и принялась писать заявление.

Раньше я бы и подумать не могла, что мне придется в одиночку ехать в отдел полиции. Для этого у меня был Денис…

В том-то и дело что был. А теперь придется справляться самой.

Мне необходимо собрать все документы, которые собрались за годы брака. Найти хорошего юриста и проконсультироваться. И домой вернуться тоже нужно, только замки сменю, чтобы Денис с новым семейством не явился в гости.

А еще нам придется установить график встреч Дениса с Макаром. И я должна буду контролировать их общение. Не смогу я отпускать сына с Дэном, который может отвести Макара к Полине.

К святой Поле, пугающей Макара детским домом!

Боже, какой же Денис дурак! Я в панике и истерике и то вижу что из себя представляет Полина, а он… он защищает её.

Потому что любит?

Ненавижу!

— Дата, подпись, — кивнул капитан на моё заявление, и когда я дополнила его, забрал лист бумаги и принялся проверять. — Всё верно.

— Есть шанс, что вы найдете машину?

— Шанс всегда есть. Будем работать. Если не удастся перехватить, объявим в розыск. Посидите, я скоро вернусь, — он встал, забрав моё заявление и пошел к двери.

А я проводила фигуру капитана взглядом. Симпатичный мужик. Чуть суше чем Денис, но тоже крупный. Недовольный, конечно. Уставший, даже измотанный, но это понятно — работа у него та еще. Но симпатичный. А если машину мою найдет — вообще золотом будет!

Мой телефон завибрировал. Нашла его в сумке, и приняла вызов от мамы.

— Сонь, ты домой скоро? Ты в порядке?

— Я в полиции. Как Макар? Мы напугали его?

— Спит он уже. Помаялся, тебя ждал, но мы его уложили.

— А из-за Дениса он не расстроился? Что отца не впустили? Он слышал как мы ругались? — встревожилась я из-за сына, которому и так досталось в последнее время.

— Всё нормально, мы телевизор громко включили и Макар не слышал вашу ссору. Но, Сонь, ты должна попытаться успокоиться. На эмоции ты имеешь право, я не говорю что ты должна всё в себе держать, но всему своё время и место. Понимаешь?

Я закрыла глаза и кивнула. А затем ответила, вспомнив что мама меня не видит.

— Понимаю, мам. Просто навалилось всё резко, вся жизнь вверх дном.

— Давай-ка закругляйся и домой.

— Я… я утром рано приеду, ладно? — поняла я что делать. — Денис сказал что сам съедет. Он это преподнес так, что на время освободит дом чтобы дать мне время, но плевать что он там думает. Я просто поняла и решила — а какого черта я должна оставлять дом, в который столько сил вложила? Чтобы в итоге Дэн в него Полину притащил через пару дней?

— Ругаться поедешь? — насторожилась мама. — Лучше домой, доча.

— Нет, я не поеду ругаться. Денис пообещал собрать вещи, и я проверю так это или нет. Соберу остальные его пожитки, упакую их, и оставлю на первом этаже. А еще вызову мастера и сменю замки. Даже ночью это можно сделать, были бы деньги. А потом домой вернусь, как раз успокоюсь к тому времени. Мам, — после небольшой паузы произнесла я, — я же правильно поступаю? Не слишком?

— Не слишком. Просто не позволяй себя в стресс вгонять.

— Развод — это всегда стресс.

— Всё же развод?

— А как иначе, мам. Действовать буду медленно, не торопясь, но всё у нас рухнуло, так что развод, да, — я протерла уголки глаз, и бодрым тоном бросила: — Ладно, утром вернусь, вы с папой не беспокойтесь. Я в норме. Если что звони. Макара за меня поцелуй.

Спрятала телефон в сумочку, обернулась чтобы повесить ее на уголок спинки стула и наткнулась взглядом на капитана. Он понял что я его заметила и подошел к своему столу.

— Здесь и здесь распишитесь, — двинул по столу он мне журнал. — Может, чай или кофе?

— Нет, спасибо. Многое услышали из разговора? Жалеете меня?

— Скорее, сочувствую. Сам через развод прошел, — пожал он плечами. — Сначала хотел попросить передать привет Денису, но я так понимаю, передать его вы не сможете. Он мой одноклассник, — пояснил капитан с легкой улыбкой. — И мы с вами знакомились лет 5 назад на встрече одноклассников. Не помните меня, наверное?

Я робко улыбнулась мужчине. Нет, не помню. Я долгое время только на одного Дениса и смотрела, да и круг друзей у меня устоявшийся. Новые лица и имена вылетали из памяти через час после прощания.

— Подвезти вас? — предложил Родион.

— Нет. Но спасибо за предложение.

— Ваш номер у меня есть. Свой номер я вам в сообщении отправлю. По поводу машины я вам позвоню. И вы звоните, если понадобится помощь. Может, все же, лучше отвезти тебя до дома? — Родион обаятельно улыбнулся мне.

Ого, мы уже на ты?

Поправлять Родиона я не стала. Попрощалась, вышла из отдела и села в папину машину. Почему-то я ожидала что меня обхамят в отделе и вытреплют последние нервы, но всё прошло на удивление гладко.

До дома я добралась довольно быстро. Окна темные. Вошла и убедилась — Дениса нет. Через интернет я нашла мастера и за доплату он пообещал приехать в течении часа.

До пяти утра я упаковывала вещи мужа, разбиралась с новым замком. Несмотря на последние события, это все еще мой дом. И я его люблю.

А кого сейчас любит Денис?

С этой мыслью я вышла из дома. Это уже не моё дело — с кем и где сейчас Дэн, но сердце все равно болит. Ноет. Села в отцовское авто и поехала к родителям, но… не удержалась, и свернула в сторону таунхауса Полины.

— Пожалуйста, пусть Денис будет в отеле. Пожалуйста, боже, прошу! — шептала дрожащими губами, заехав на улицу, и сбавила скорость.

Сердце колотилось как ненормальное, пока я ехала и шепотом просила о том, чтобы Дениса здесь не было. Но когда я приблизилась к знакомому таунхаусу — замолчала.

Потому что машина моего мужа припаркована здесь, у дома Полины.

— К черту вас обоих, — рассмеялась горько и проехала мимо этого дома.

Мне пора к сыну. Нужно вернуть ему адекватную маму, раз уж папа сошел с ума.

Глава 16

ПОЛИНА

Держаться и улыбаться.

Терпеть.

— А если Соня твоя жена, — спросил Матвей у Дениса. — То почему она…

— Гренки очень вкусные, Матвей их обожает, — перебила и поставила на стол тарелку. — Чеснок я добавлять не стала. А то у тебя здесь даже зубной щетки нет, — намекнула.

— Спасибо, — Денис придвинул ближе завтрак. — Без чеснока — самое то.

— Сегодня купим запасные щетки. Может, у нас и гости будут оставаться на ночь. Дом-то большой. До сих пор не верится, что ты подарил его нам, Дэн. Мой золотой, поел? — потрепала сына по волосам. — Беги, поиграй.

— Ну мам, — закапризничал Матвей. — Я с папой хочу.

— Сыночка, нам с папой надо поговорить, — сама подняла Матвея со стула. — Давай. Папа потом к тебе придет. И не капризничай.

Выпроводила ребенка из кухни.

— Ну, как ты? — спросила Дениса. — Из-за Сони грустишь?

— Я от нее уже с ума схожу, — сказал он.

Н-да.

Паршивое утро.

Отвернулась к окну и вздохнула.

Моей стальной выдержке позавидуют полководцы, но даже у меня по-тихому сдают нервы. Зря кто-то думает, что это просто — уводить мужика из семьи.

Это тяжелый труд.

За который положена награда.

А ведь раньше я полагала, что мы с Матвеем проживем сами.

— Соня к родителям уехала, — за спиной сказал Дэн. — Разговаривать со мной не хочет.

Да что ты.

Нашел кому жаловаться на свои беды, скотина бесчувственная.

Деревянная башка.

Постояла, опираясь на подоконник, глядя на лужайку перед домом. Летом высажу здесь деревья и цветы, и станет уютнее.

В Испании у нас был чудесный сад.

Да всё там было хорошо, не было лишь Дэна. А я с ролью матери-одиночки свыкнуться так и не смогла.

— Телефон мой разбила, когда видео твое увидела, — помолчав, сказал Дэн.

— Из-за Дня Рождения Матвея злится? — спросила, не поворачиваясь. — Мы, к сожалению, не можем отменить рождение нашего сына. Не изобрели еще машину времени.

Лбом прислонилась к холодному стеклу.

Как вчера помню тот день, когда я решилась. Разговор с Соней по скайпу и ее счастливое лицо, ее слова, что Денис подарил им на годовщину ресторан.

Я тогда улыбалась в ответ, поздравляла.

А после до вечера рыдала. В жизни со мной такой истерики не было, по дому вещи летали, а я по полу каталась и выла, как раненая волчица.

Иногда любовь убивает, хуже страшной болезни разъедает нутро.

— Поль, ты сама-то как? — спросил Денис.

— Плакала ночью, — ответила.

Тогда это был порыв, позвонить Дэну и испортить настроение, рассказать, что в конце марта не только их пятилетний юбилей с женой.

Но и день рождения его второго сына.

С этого всё и закрутилось.

Столько сделано уже.

Назад я не поверну.

Порепетировала скорбное лицо, готовясь. И развернулась к Денису с сочувствующей улыбкой.

Он пьет чай. Костяшки сбиты, на них кровь запеклась.

Бедный мой.

— Ох, Дэн, — всплеснула руками. — Мне так жаль и тебя, и Соню. Я хочу сама ей всё объяснить, — шагнула к столу. — Это ведь я виновата. Соня дурочка, не понимает своего счастья. У вас прекрасная семья, нельзя ее рушить. А твоя жена рубит с плеча. Но это же Соня. Она всегда такой была.

— Меня от нее дико кроет. Она бесится — и я бешусь, — выдохнул он.

— Я себя дрянью последней чувствую, — голос дрогнул. — Если бы мы с Матвеем не приехали…надо было нам в Испании остаться. Навсегда забыть о родине. Нет нам здесь места.

— Не говори ерунды, — отозвался Денис. Отодвинул завтрак, так и не попробовав. — Ладно, Поль, я поеду. Не волнуйся, ладно? Я с Соней всё решу. Сам.

— Может, мне? Пусть лучше на меня злится.

— Не надо.

— Как скажешь, — покладисто согласилась. В холле, как приличная жена, подала ему куртку, поправила воротничок. — Пока, — махала рукой, пока машина Дениса не скрылась за поворотом.

Посмеиваясь, вернулась в кухню и взяла сотовый.

Набрала номер Сони.

— Привет, — поздоровалась спустя тонну гудков. — Думала уже, что трубку не возьмешь. Есть минутка? Встретиться с тобой хочу.

СОНЯ

Эта дрянь смеет звонить мне и болтать, будто с подружкой, прежним веселым тоном, словно ничего не случилось.

Вчера я сотовый Дениса разбила, а сегодня хотелось швырнуть об стену свой, но, к счастью, мастер пришел.

На счет замка.

Ночью что-то напортачили, и нужно переделать.

Это меня и остановило.

Никаких волнений. Буду зубы сжимать до скрипа, до крошева и чувства запру глубоко внутри, никогда больше не дам им выхода.

Не позволю этим предателям сломать меня.

— Приходи сейчас, я пока дома, — разрешила Полине. — Но у тебя полчаса, потом я уеду.

Отключилась и отпила кофе. Прислонилась плечом к косяку и посмотрела, как мастер инструментами ковыряется в замках.

Дверь нараспашку.

Но на улице тепло, солнышко светит. Говорят, морозы закончились. И лето будет жарким.

— А ночью другой мужчина приезжал, — заметила. — От него еще пахло. Спиртным. Напортачил, да?

— Ну что вы, хозяйка, — обиделся мастер. — Замки просто у вас сложные. А так мы фирма приличная. На работе ни-ни. Хотите, дыхну? — грязной рукой он потер нос.

— Обойдусь, — усмехнулась в кружку.

— А то я могу, — он подмигнул. — И так, чего починить, тоже. Мужик я работящий. Без вредных привычек. Квартира своя. Не женат, — добавил он. И покосился на обручальное кольцо на моем пальце.

Машинально покрутила золотой ободок.

Отступила и поставила кружку на подзеркальник, сняла кольцо.

Если раньше надеялась сохранить семью, то сейчас…нет, выкидывать не буду, заеду сегодня в ломбард и продам.

А на завтрашнюю годовщину куплю Дэну грабли и лопату.

Чтобы продолжал плясать на них с Полей и глубже закапывал нашу семью.

Покрутилась возле мастера, пока он заканчивал. Пододвинула чемоданы мужа ближе к выходу. И когда на тропинке у дома показалась фигура Полины — вышла к ней на крыльцо.

— Ты опоздала, — сказала, когда бывшая подруга подошла к ступенькам. — Времени у меня уже почти нет. Поэтому, короче.

— Я на счет… — Полина смущенно улыбнулась. Покосилась на мужчину в синем рабочем комбинезоне. — Сонь, может, отойдем?

— У меня от моего мастера секретов нет. Пусть будет свидетелем. А то наговоришь мне сейчас про детдом, а потом отпираться станешь.

Полина удивленно вздернула брови.

Я мысленно хмыкнула.

Ну давай.

Извиняйся или что ты там хотела делать, лживая дрянь.

Лично мне стыдиться нечего.

— Сонь, — Полина с недовольством покосилась на рабочего и вздохнула. — В общем, Денис — он… Соня, прекрати, — она выругалась. — Давай отойдем. Пожалуйста.

Пожала плечами и спустилась к ней.

— Ну? — сложила руки на груди.

— Ты, как мать, должна меня понять, — Полина облизнула накрашенную губу. — Я не хотела уводить твоего мужа. Ведь мы дружили с тобой. Просто мужчины… Сонь, они полигамны. Дениса ослепила страсть.

— Это Денис тебя соблазнил?

Мне по-прежнему больно.

Закончится ли это когда-нибудь?

— Он мне прохода не давал, — подтвердила Полина. — Милая, я не выдержала. Сама виновата, что поддалась ему. И я себе этого никогда не прощу. Я очень люблю тебя. И не понимаю, как мне теперь все загладить.

— Так любишь, что моего сына детдомом пугаешь? Всё, — отступила, не в силах слушать ее. — Полина, уясни одно: не приближайся. Ни ко мне, ни к Макару. Запомнила? — двинулась к ступенькам.

— Постой, — она нагнала меня на крыльце. — Денису очень тяжело. Он убивается. Ночью приехал ко мне с разбитыми кулаками.

— Полечила?

— Не будь такой черствой.

— Не будь такой тварью. И не рассчитывай, что после нашего с Дэном развода тебе что-то достанется. Закатай губу. А если полезешь ко мне или к моему сыну — я тебя просто…

— Соня, — прозвучал у нас за спиной спокойный голос мужа.

Обе повернулись — Денис так бесшумно приблизился к крыльцу, что я растерялась.

Он смерил взглядом Полину. Посмотрел на меня.

— Развод и раздел имущества? — переспросил негромко. — Любимая, а ты уверена в том, что сейчас говоришь?

Глава 17

От ярости трясет.

У них обоих вообще совесть есть, ну хоть в зачаточном состоянии?

— Денис, прости. Ты был против того, чтобы я с Соней разговаривала, я помню. Но мне больно смотреть как рушится ваша семья, — грустно произнесла Полина. — Сонь, я одна во всем виновата. Только я. Если тебе легче станет — оттаскай меня за волосы, пощечину влепи. Я вытерплю. Но не руби с плеча, не лишай Макара отца.

— Полина, помолчи, — сказал Денис, глядя на меня.

— Но я хочу помочь, — всхлипнула она.

— Я знаю. Но сейчас тебе лучше уйти, — все также глядя только на меня попросил Денис холодно.

Я не могу позволить себе то, чего хотелось бы — наорать на Дениса и Полину. Воспользоваться щедрым предложением Полины и отхлестать её по лицу я тоже не могу. Кричать что Денис ублюдок, что ненавижу его, что он всё сломал! Предал нас! Плакать, биться в своей агонии… не могу! Если сейчас выплесну эмоции — не остановлюсь, а мне нужна трезвость мышления.

Полина опустила голову и, шмыгая носом, отошла от нас. Надеюсь, убралась от моего дома, и больше не заявится.

— Ты же пошутила насчет развода? Идем, — Денис попытался взять меня за руку, но я отскочила от него. — Сонь, просто поговорим. Давай в дом зайдем.

— Разговоры с тобой — это агония.

— Мы женаты, Соня! Нам придется поговорить! Очнись! Идем.

Денис, сжав кулаки, вошел в открытую дверь.

Обычно я хорошо читаю эмоции мужа, но не сейчас. Я и злость вижу в нём, и бессилие, и затравленность. Слишком много всего. Он бледен, напряжен, пружиной сжат, и мне неуютно находиться рядом.

Я слишком устала от всего. Мне бы тишины.

— Сонь, прости что Полина пришла к тебе. Я просил её не заводить с тобой разговоров.

Просил! Когда ночевали вместе — тогда просил?!

Нет, нельзя устраивать истерику. Иначе снова получится разговор слепого с глухим.

— Я сама дала согласие встретиться с ней, — ответила, стараясь чтобы голос звучал мирно.

— Сонь… прости меня за всё. Пожалуйста. Ты же сгоряча про развод сказала? Это не всерьез?

Денис смотрит на меня с глухим отчаяньем. Мне и самой тяжело, но…

— Я всерьез, я подам на развод. Подожди, — выставила я ладони перед собой, призывая Дениса меня не перебивать. — Дай мне сказать. Я не смогу так жить. Я не доверяю тебе больше. Да и не нужна я тебе, судя по всему. Брак уже развалился, и выход один — развестись.

— Из-за одной ошибки? Соня, ну какой развод?! Что ты такое говоришь? — прохрипел муж.

Я горько усмехнулась. А одна ли ошибка была?

Нет, я не такая уж дура, и прекрасно понимаю что ужимки Полины — это игра на определенную аудиторию. Она могла приврать насчет того, что Денис не давал ей прохода. Но также возможно что это правда.

— Говоришь, одна ошибка? — я устало опустилась на стул. — Ты мог мне рассказать, признаться во всем. Мы бы попытались всё решить. Возможно, сохранили бы наш брак. Но чего ты еще ждал, Денис? Вот чего? Ты не месяц и не два, а годы мне лгал. Ездил к Полине, жил с ней. Сюда их перевёз. Ты думал что я не замечу, или что я всё это проглочу? Ты действительно считал, что после всего что сделал, мы с тобой останемся семьей?

— А ты бы призналась, если бы по ошибке переспала с другим? Только честно. Рискнула бы отношениями с любимым человеком, и выложила что провела с другим ночь? Вряд ли, — Денис так и не сел за стол, навис над ним и надо мной. — Матвею скоро в школу, вот они с Полей и вернулись. И я планировал рассказать тебе всё, просто не знал как. Страшно было дико. Я откладывал разговор, хотел подготовить тебя, преподнести всё мягко, чтобы тебе больно не было. И не справился. Прости.

— Не справился, — повторила я глухо.

— Я уже не один раз говорил, но повторю: у нас была одна ночь. Не было ни дня, чтобы я о ней не жалел. Всё остальное время я был тебе верен.

— Хватит уже врать! Верен был, как же, — взвилась я, не сдержавшись. — Не хочешь правду говорить — молчи. Нам нужно хоть подобие нормальных отношений сохранить ради Макара!

— Нам нужно не разводиться.

— Это решенное дело.

— Развод и раздел имущества? Соня, — повысил Денис голос, — хочешь — всё забирай: деньги, недвижимость. Я для вас всё это зарабатывал, без тебя мне ничего не нужно. Хоть сейчас всё перепишу на тебя, но прошу, нет, умоляю — не подавай на развод! Я тебя люблю, и ты меня любишь. Не могла ты меня разлюбить за пару дней.

Я покачала головой.

Сил никаких нет. Хочу, чтобы Денис ушел. Хочу, чтобы дом снова стал безопасным. Хочу не имитировать для Макара улыбки, а искренне радоваться вместе с сыном. Как скоро я смогу снова жить нормальной жизнью?

— Я не смогу с тобой жить, Денис, — подняла на него глаза. — Даже если бы я поверила в то, что с Полиной у вас был один раз, а я не верю в это… я не смогу так. Знать, что ты уходишь к другой, что у тебя от неё сын. Макара не смогу отпускать общаться с Полиной и Матвеем — он там не в безопасности. Он с тобой не в безопасности, понимаешь? Я просто не смогу так жить.

— Сонь… — Денис замолчал, нервно постукивая пальцами по столу.

Он молчит, я тоже.

Всё же, снова выходит разговор слепого с глухим. Дэн говорит про «один раз», а я не верю. Полине я тоже не верю.

Верю я только своим глазам. Я видела встречу в аэропорте, видела как Денис защищал Полину, как впустил её в наш дом, видела его машину у её дома этой ночью. Они на одной волне.

Может, права была мама, и мне не нужно было устраивать Полине сюрприз, встречая её? Я бы ни о чем не знала, продолжала бы жить счастливой жизнью… и была бы очередной обманутой женщиной, муж которой завел вторую семью.

Нет, всё к лучшему. Хорошо что я узнала правду, хорошо что сама всё увидела.

— Просто дай мне время, — Денис таки обхватил мои ладони своими руками. — Сонь, Сонечка, не спеши, умоляю! Давай я перепишу на тебя имущество, отдам деньги — это будет гарантом того, что я серьезен, что не лгу. Но не спеши с разводом. Живи здесь с сыном, но позволь мне приходить к вам. К Макару и тебе. Мы сможем всё наладить, просто дай мне время.

— А жить ты будешь с Полиной, от которой будешь приходить к нам?

— Да с чего ты взяла?

— А сегодня ты где ночевал? Я приехала домой ночью, тебя не было.

— В отеле, — твердым тоном произнес Денис.

— Врешь, — очередная ложь меня не удивила. — Я проезжала мимо дома Полины, ты ночевал у неё.

— Черт, Сонь, я к Поле как к другу заехал. Мне нужно было с кем-то поговорить. Просто поговорить, и всё! Да, я не в отеле был, но у Полины я просто поспал пару часов, мы поговорили и я уехал. Я провел ночь в ее доме, но это ничего не значит. Больше этого не повторится.

Я не сдержалась, рассмеялась зло.

Раньше я ездила на чемпионаты с Денисом и всегда была в зале во время боёв. Но не в последнее время. Видимо, мое место и там Полина заняла. Но если я спрошу Дениса — он ведь снова солжет мне.

А если я расскажу ему про разговор с Полиной — он-то мне поверит?

Нет, — ответила я самой себе. — Он мне уже не поверил. Полина свята и неприкосновенна. Но все же, я попросила его:

— Денис, прошу тебя, очнись уже. Проснись! Полина — та еще лгунья, и…

— У тебя есть повод злиться, но злись на меня. Она не желает тебе зла. Полина просто хочет чтобы наши сыновья стали братьями, общались. Тебе трудно это принять, я понимаю, но это так.

Нет. Денис мне не поверит.

— Давай установим контрольную точку. Например, три месяца. Ты даешь мне это время, не подаешь на развод, и я доказываю, что мы сможем справиться. Просто дай мне это чертово время! Я не смогу без тебя, Сонь! — снова взмолился Денис.

Может, это и выход — дать Денису время в обмен на наше с Макаром спокойствие?

— А ты готов взамен пообещать Макару безопасность от Полины и Матвея? Я повременю с разводом, если ты не станешь тащить в нашу с сыном жизнь свою вторую семью.

Я с ожиданием посмотрела на Дениса, но его взгляд обращен мне за спину.

Я обернулась, и увидела свёкра.

Черт, я забыла отменить семейный завтрак. Уже ни завтрака нет, ни семьи.

— Соня, Денис… развод? — нахмурился он. — Вы с ума сошли?

Позади него ахнула свекровь.

— Здравствуйте, — пробормотала я, не в силах объясняться еще и с ними.

И чтобы чем-нибудь занять себя, потянулась к телефону. На нём 7 пропущенных, 5 из которых от Родиона. А также сообщение:

«Софья, доброе утро. Не смог до вас дозвониться. Срочно свяжитесь со мной. Ваша машина найдена, и вам нужно будет явиться в отдел. Мой вам совет: приходите с адвокатом, дело очень серьезное, произошел наезд на пешехода, дорожные камеры не зафиксировали кто именно был за рулём» — прочитала я месседж.

О, Господи…

— Так что вы за разговоры ведете про развод? Надеюсь, мне послышалось! — грохнул свёкор.

— Хозяйка, идите принимать работу. Замки установлены. Намаялся, швейцарские замки требуют тонкой работы, — крикнул мастер из коридора.

Именно этот окрик послужил катализатором. Свекровь отмерла, всхлипнула, подошла ко мне и обняла.

— Какие же вы глупые. Что придумали. Развод, ну какой развод. А как же внуки!

Внуки.

Значит, и они были в курсе.

Глава 18

— Давайте мне сюда ключи, — Денис достал портмоне из кармана и вопросительно посмотрел на мастера. — Сколько?

— А зачем замки меняете, случилось чего? — Андрей Валерьевич бросил на диван спортивную сумку.

В ней он обычно для Макара приносит мячи и скакалки, а потом они вместе занимаются во дворе. Отец у Дениса крепкий. Мастер спорта, как и муж.

Из Макара они мечтают сделать чемпиона.

— Где внук? — Андрей Валерьевич огляделся.

— У моих родителей, — усилием отстранилась от обнимающей меня свекрови. — И замки мы меняем потому, что Денис здесь больше не живет.

Прошла к мастеру, который уже взял деньги у моего мужа. Выхватила связку новых ключей у Дениса из-под носа.

— Пойдемте, рассчитаемся.

— Соня, ты что такое говоришь, — вслед мне ахнула Наталья Сергеевна. — Денис, всё же было хорошо? Мы сейчас у дома Полю встретили.

Полю.

С ума они все посходили.

Вместе с мастером вышли в холл. Отдала деньги и следом за ним шагнула на крыльцо.

Полина торчит за воротами.

Кружит черным вороном, готовая когти выпустить, как в песне, ждет, что я сдамся.

Успела и с родителями мужа пошептаться, гадина.

Не выдержала и показала ей неприличный жест.

Пусть проваливает.

— Сонь, — за спиной позвала свекровь. — Заходи сюда. Мы с папой в шоке.

— А у нас в семье все то в шоке, то рыдают, — вернулась в холл и повесила на плечо сумочку. — А потом выясняется, что у моего ребенка есть брат, которого я не рожала. Вот я и думаю. Порыдать мне или в шок впасть? Ладно, мне пора. Завтрак отменяется.

— Соня, ты как со мной разговариваешь? — поразилась Наталья Сергеевна. — Лично я тебе что плохого сделала?

— Например, про вторую семью вашего сына молчали, — наклонилась, чтобы обуться.

— Ты сама не понимаешь, что несешь, — процедила она.

Она стоит надо мной. Затылком чувствую ее взгляд.

Но ее винить не могу, между мной и сыном — они Дениса выбрали, и это их право.

Только и у меня теперь есть право — не общаться с ними.

Меня очень обидели.

— Ты зря так категорично настроена, Соня, — высказала мне свекровь. — Семья — это компромиссы. Всё ведь можно решить. Давай, деточка. Расскажи мне, как ты узнала? Ну? Про Полю, — понизила она голос до интимного шепота. — Скандал был? Бедная ты моя. Мы с тобой сейчас чаю нальем. И тихонечко посидим. Посплетничаем.

— Мне пора.

— Отложи дела, будь любезна, — ледяным тоном потребовала Наталья Сергеевна.

— Соня, — грохнул голос свекра. Андрей Валерьевич тяжелым шагом появился из гостиной. — Так дело не пойдет. Я к внуку приехал. Ты знаешь, что у нас занятия и пропускать нельзя. Куда Макара спрятала?

— Я его не прятала.

— Будем к словам придираться? Внук мой, спрашиваю, где? Устроили тут черт знает что. А Денис, как всегда, тебе потакает. Про ребенка совсем не думают, эгоисты оба.

Беспомощно покачала головой.

Вдвоем на меня набросились, будто это я семью рушу.

— Денис, — от отчаяния обратилась к мужу, который с телефоном, прижатым к уху, показался в проходе. — Денис, мне ехать надо. Скажи им.

— Вот это неуважение…- пробормотала свекровь.

Дэн за руку вытянул меня на крыльцо, сунул ключи от машины.

— Иди, я сейчас.

Дверь за ними закрылись, я сбежала вниз по ступенькам.

Коршуны.

Чего они от меня хотят, что я улыбаться им в глаза буду? Ради чего, чтобы картинка «счастливой семьи» не потускнела?

Покосилась за ворота — Полина убралась.

Потопталась у машины, дожидаясь Дэна. И, когда муж вышел ко мне на улицу — шагнула навстречу.

— Мне надо дом закрыть. Твои родители собираются выходить?

— Сонь, оставь их, — выдохнул Денис. — Дай им переварить.

— Пусть переваривают в другом месте, — уперлась. Поймала напряженный взгляд мужа. — Что? Ты ведь сказал, что все нам с Макаром оставляешь. Могу я сама решать, кого приглашать домой?

— Давай, вешай на моих родителей всех собак, — Денис распахнул дверь авто. — Макар в садике? Садись, сгоняем за ним и вернемся. Или ты и моих родителей общения с внуком хочешь лишить?

— А ты слышал, как они на меня накинулись?

— Слышал, — заверил Денис. — Они извинятся, если хочешь. Соня, все не в себе. Не ты одна. Прости их.

Отвернулась и закусила губу.

Чтоб тебя, Денис.

Ни одной нашей встречи теперь не проходит, чтобы без нервов.

А с его отцом у нас всегда были напряженные отношения, он нашей свадьбы не хотел, боялся, что Дэн загубит себе карьеру.

И даже условие поставил тогда, что если Денис женится — он ему больше не сын.

Я об этом потом узнала, Денис не рассказывал, но свекр гнев на милость сменил, когда родился Макар.

— Ладно, — помедлила. Протянула ему ключи от дома. — Закроешь потом сам. И вещи свои забери, не забудь. А Макар только после больницы. Не надо ему тренироваться. Я его не привезу.

Денис стоит напротив, ключи не берет. Смотрим друг на друга, и теплый весенний ветер ласкает лицо.

Хочется глаза закрыть, а потом — раз, и мне все это просто приснилось.

Вздохнула.

И вздрогнула, когда Денис за пальто притянул меня к себе, к моим губам наклонился.

— Что ты делаешь, — дернулась. — Отпусти. Денис, выпусти!

От моего крика муж чертыхнулся и разжал руки.

Ладошкой вытерла губы, которых он успел коснуться. Молча развернулась и двинулась к воротам.

— Я теперь прокаженный для тебя, да? — крикнул Дэн мне в спину.

— С Полиной целуйся! — не вытерпела.

Шандарахнула дверью ворот.

Ускорила шаг.

На ходу вызвала такси.

И перечитала сообщение от Родиона.

В полицию вызывают с адвокатом…

Набрала его номер.

— Это Софья Соколова, — представилась. — Машину мою нашли? Не поняла, там, правда, кого-то сбили?

— Увы.

— А что с тем человеком? Он в больнице? Вы же не думаете, что это я наехала?

— Сейчас сможешь подъехать? — не ответил на поток моих вопросов Родион.

— Да…

Сбросила вызов и остановилась. Пока ждала такси, заглянула в поворот, что ведет к дому Полины.

Как же все-таки дико.

Соседняя улица.

И ведь Денису это не кажется странным.

Почти до выезда добрела, когда навстречу вырулило такси. В салоне посмотрела на часы и прикрыла глаза.

Утро только началось, а чувство будто вагоны разгружала.

И впереди еще столько дел.

Нужно всё успеть, пока Макар в саду.

Посмотрела в окно, на дорогу. И нахмурилась, когда в хвосту заметила машину Дэна.

Едет следом, и даже не скрывается.

Водитель подъехал к отделению, остановился. Дэн припарковался за нами.

Вышла из машины и сощурилась на солнце.

— Следишь за мной? — бросила.

— Подумал, что мы не все выяснили, — муж запер машину и приблизился. — Хотел тебя догнать. Почему на такси и почему в полицию?

— Надо.

Денис мрачно усмехнулся. И с удивлением посмотрел поверх моей головы.

Повернулась на вход, где как раз хлопнула дверь. На крылечке показался Родион.

— Привет, — махнул он мне рукой, будто приятельнице. И добавил, не обращая внимания на Дениса. — Заходи, Сонь, я жду тебя.

Глава 19

ПОЛИНА

Соня уехала расстроенная. По ней видно что не в себе. Такой подруга даже перед экзаменами не была — во время учебы один из преподавателей приставал к ней, а получив отказ намекнул что завалит, и диплома ей не видать. Сонька тогда не спала практически, энергетики пила и зубрила билеты. Плакалась мне, как же всё это несправедливо, и я жалела её.

И сейчас жалость тоже пронзила. Но лишь на миг. Вот разведутся Соня с Денисом, переедет она куда-нибудь в пригород или в другой город — и я оставлю её в покое. Когда дело в любви — жалости места нет.

Денис рванул за Соней, и я окончательно освободилась от пут сентиментальной глупости. Как же всё это бесит! Снова он за ней мчится, за эгоисткой чертовой. Соньку только Макар интересует, а каково моему Матвею?

А плевать ей.

И на Дениса тоже плевать. Иначе бы боролась за него. Я бы ни за что мужа другой не отдала, даже если бы поймала его в процессе измены. Зубами бы вырвала своё у соперницы, уничтожила бы! А Соня… да дура она, дурой была и дурой останется.

— Поля? — открыла мне моя будущая свекровь. — Привет, милая. Что-то случилось?

— Здравствуйте, — расцеловалась я с Натальей Сергеевной. — Я с Соней разговаривала, хотела всё ей объяснить, но не вышло. Увидела что они с Денисом уехали, а вы остались, и решила зайти.

Посмотрела на женщину с улыбкой, а она продолжила меня на крыльце держать. Будто я продавец пылесосов.

— Наверное, это не очень хорошая идея. Соня вернется, и если увидит тебя здесь — не обрадуется, — Наталья Сергеевна стерла подушечками пальцев слезы. — Нам с ней ссориться никак нельзя, прости, милая.

— Здравствуй, Полина. Проходи, — Андрей Валерьевич хлопнул жену по плечу, она посторонилась и я прошла в Сонькин дом. — Нечего этой истеричке потакать. Денис скакал перед ней как дрессированный пёс, и вот что вышло, — донеслось до меня его шипение.

А я прошла на кухню и села за стол, краем уха слушая как Андрей Валерьевич поучает Наталью Сергеевну. И правильно, клуша она. И нашим и вашим хочет угодить, а в итоге недовольны остаются все. Нужно уметь делать выбор, дорогая будущая свекровь!

— Соня сильно злилась? — тихо спросила, когда родители Дениса вернулись в комнату. — Ох, я так надеялась что она поймёт. Мы с Денисом планировали подготовить её к новости. Я знала, конечно, что подругами мы не останемся, Соня прощать не умеет, но уверена была что она не станет запрещать общаться братьям.

— Истерика у нее бабская. Пройдет скоро, подожди. Ей нужно как обычно найти виновных, вытрепать всем нервы, а потом голова на место встанет. Наташ, налей нам кофе, — кивнул Андрей Валерьевич жене, и та тут же подскочила. — Сонька должна понимать что рано или поздно нас всех не станет, и у Макара останется только Матвей. Братья будут общаться, будь уверена.

Я неуверенно кивнула, опустила взгляд на руки и постаралась не моргать — мне нужны слезы. И, бинго, они собрались в пересохших глазах!

— Ты-то хоть не истери! — рыкнул Андрей Валерьевич. — Ты же не такая дура как Сонька, выбрал же сынок жену, тьфу. Соберись, Полина! Ты ревёшь, жена ревёт, ну что за бабы.

— А как же не плакать, Андрюша! Соня нам с Макаром не разрешит видеться, вот увидишь! Отнимет нашего мальчика, и он нас забудет, — Наталья Сергеевна поставила перед нами по чашке кофе. — И как мне после этого жить? Она даже слушать нас не захотела, а на Дениса как смотрела, ты видел? Как на врага!

Бесит, бесит, бесит… Соня то, Соня сё, Макар — любимый внучок. А я? А Матвей?

Я громко всхлипнула, и тут же зажала рот ладонью.

— Простите, — прошептала. — Просто я не ожидала что всё закрутится именно так. Правда. Думала, Соня злость только на мне сорвёт. Но не на вас, не на Матвее и… не на Макаре.

Свёкры переглянулись и молча уставились на меня. Тишина тяжелая. Я ойкнула, и пробормотала:

— Простите, это не моё дело…

— Да хватит уже извиняться! — рявкнул Андрей Валерьевич. — Что там с Макаром? Что ты знаешь? Соня ему что-то сделала? Отвечай, Полина!

— Ну… она забрала его из дома, я это имела в виду, — добавила в голос неуверенной дрожи, чтобы мне точно не поверили.

И мне не поверили.

— А еще? Говори уже! Это наш внук, мы должны знать!

Внук. Я еле сдержала едкий смех. Лицемеры. С Матвеем по скайпу общались, приезжали трижды в год, и пели мне что любят Макара и Мота одинаково. Что-то незаметна эта их равноценная любовь, только про Сонькиного щенка все разговоры.

— Полина!

— Понимаете… может, я не так поняла… не может, а скорее всего я не так поняла, но… — я тяжело вздохнула и будто бы решилась. — Мне пришлось зайти к Денису, Соня с Макаром еще жили здесь. У сына самочувствие ужасное было, и я прибежала. Вы не подумайте, я дождалась что Соня из дома уехала и только после этого вошла в этот дом. С Матвеем. Макар тоже был здесь. Денис оставил нас на пару минут, и…

Я снова замялась, вздохнула, Наталья Сергеевна сжала мою ладонь а Андрей Валерьевич нахмурился.

— Продолжай.

— Макар испуганным выглядел, даже забитым. Я подумала что наверное он меня испугался — чужая тётя в его доме, это понятно что для ребенка может быть страшно. Начала разговаривать с ним, про то что у меня сын чуть старше его есть, про племянника, которого сестра в детском доме взяла. Про деток стала рассказывать, в общем. Чтобы Макарушка перестал быть таким зажатым. А тут Соня вернулась неожиданно, и жуткий крик подняла.

— При Макаре?

— Вряд ли она специально, — сжалась я. — Но да, при Макаре и Матвее. Подняла мальчишку на руки, стала прорываться мимо Дениса, на меня нападала. Мальчишка трясся у неё на руках, бедный. Денис пытался объяснять Соне что это неправильно, но она как бешеная была. Я думала, она пацанёнка до припадка доведёт. А потом было самое ужасное… ой, лучше не буду рассказывать, не моё это дело.

— Говори! Полина, начала так говори!

— Кажется, Соня внушает Макару что мы с Мотом — зло, — расплакалась я. — Она слышала как я про племянника говорила. Ну, про детдом. Разоралась что мы в её дом пришли, на детей ей плевать было, убежала наверх. А затем я с Денисом поговорила, и… кажется, Полина внушает Макару что я его в детдом хочу сдать, что я плохая, Матвей плохой, Денис, наверное, тоже плохой, одна она хорошая.

Андрей Валерьевич сжал ладони в кулаки, да так сильно что кости захрустели. Кулаки у него как кувалды, выглядит всё это пугающе.

— Но, возможно, всё не так, — воскликнула я. — Или Соня просто сгоряча всё это устроила. Мало ли. Денис пытается умаслить её, но пока безрезультатно. И так это обидно, знаете. Макару плохо, Матвейке тоже плохо: новая страна, папа рядом но всё равно редко. Матвей ведь думал что они будут чаще видеться, ждал встречи с братом, готовился. Вот, думаю, а придет ли хоть кто-нибудь на День Рождения нашего с Денисом малыша?

Губы мои задрожали и я снова расплакалась, только уже не навзрыд, а тихо, почти молча. Андрей Валерьевич пылает гневом, в глазах его жены слезы и сочувствие ко мне.

— Вот же Соня дрянь! Я знал что нельзя сыну на ней жениться. А ты, дура, защищала её: ах, мальчик любит девочку, девочка хорошая, пусть женятся, — выплюнул Андрей Валерьевич свою злость жене. — Хорошая девочка, да? Сына стращает, нас с Денисом мучает, брата против брата настраивает! Мерзавка неблагодарная! Денис её из грязи вытащил, мы к ней со всей душой! Так, Полина, — перевел он взгляд на меня. — Не смей мне рыдать, поняла? Ты адекватной была в отличие от остальных баб в этой семье. Матвея я обижать не позволю, на праздник к нему придут все. И спасибо что про Макара рассказала, я этого так не оставлю.

— Спасибо, Полечка, — всхлипнула Наталья Сергеевна, погладила меня по щеке, забрала опустевшие чашки и пошла мыть их.

— Вы простите что я вас расстроила. Сама на нервах. И не злитесь так на Соню, просто характер у неё такой. Да и я могла всё понять не так, — я поднялась со стула. — Пойду я. Не хочу Соню расстраивать, а то она вам истерику устроит за то что меня впустили. Мы с Матвеем ждем всю семью на праздник.

Я наклонилась, поцеловала будущего свёкра, затем приобняла свекровь и покинула этот дом, испытывая облегчение.

Глава 20

ДЕНИС

Зашел в кабинет следом за Соней.

— Тебя не приглашали, Денис.

— Да пофиг, — отодвинул для нее стул. — Садись. В чем дело?

Посмотрела на Родиона.

Бывший одноклассник расслабленной походкой обошел стол. Уселся на свое место и поворошил бумаги, лежащие на столе.

— Разговор у меня с Соней, не с тобой, — сказал он.

Он сидит, а я стою. И при этом Самсонов умудряется смотреть на меня сверху вниз.

— Соня — моя жена, — напомнил.

— А я слышал, что уже ненадолго, — выдал вдруг он.

Чего, блин?

Покосился на жену.

Соня покраснела. Сжимает сумку, стоящую на коленях, и кусает полные губы.

Я жду объяснений.

— Денис, выйди, пожалуйста, — бросила жена. — Мне надо поговорить с Родионом.

— Так говорите, я же не мешаю, — сложил руки на спинке ее стула и посмотрел на одноклассника.

Черта с два меня из этого кабинета выставят.

Я свою жену с этим козлом не оставлю.

Когда эти двое вообще познакомиться успели?

Ответ я получил почти сразу — Родион развернул по столу бумагу. Заявление Сони об угоне машины.

— У тебя мерс угнали? — наклонился к заявлению. — Вчера? — поразился. — А чего ты молчишь?

— Денис, ты сказал, не будешь мешать? — жена дернула плечом, сбрасывая мою ладонь. — Вот и стой молча.

Поймал насмешливый взгляд Родиона и сунул сжатые кулаки в карманы куртки.

Раньше жена не позволяла себе при посторонних так со мной разговаривать. Наш брак на взаимном уважении строится, если и бывают ссоры — о них никто, кроме нас с Соней, не знает.

А тут какой-то левый Родион сидит и слушает.

Еще и намекает мне, что в курсе наших с женой проблем.

Я это так не оставлю.

Взял другой стул и развернул его спинкой, оседлал.

Не к той женщине Самсонов полез, не к той.

Родион с серьезной миной вещает, что на Сониной тачке сбили пешехода. А я сижу и обтекаю.

Если бы сейчас за ней не поехал — ничего бы не знал.

— Почему ты мне не сказала? — набросился на жену.

— Дэн, давай потом, — она отмахнулась и с напряжением уставилась в разложенные перед ней бумаги. — Ничего не понимаю. Почему вы думаете, что это сделала я?

— Соня была со мной, — тут же отреагировал. Не позволю, чтобы мою женщину обвиняли черт знает в чем.

— Я не говорю, что это ты, Соня, — мягко поправил ее Самсонов. — Но я думаю, что ты могла кому-то оставить ключи. Кому-то знакомому одолжить. Видишь заключение? Машину не вскрывали. Ее ключами открыли.

— Конечно, ее не вскрывали, — жена потерла пальцами виски. — Ключи были в зажигании. Я торопилась и там их оставила.

— Или покрываешь кого-то, — предположил Родион. — Сонь, не злись. Я тебя не допрашиваю. Просто хочу разобраться. Ты могла кому-то одолжить машину, — сказав это, Родион метнул взгляд на меня. — Этот «кто-то», — выделил голосом Самсонов. — Сбил человека. А ты, чтобы защитить его, прилетела сюда писать заявление об угоне.

О-фи-геть.

Он еще и на меня намекает.

На койку больничную захотел, ведь я сейчас не сдержусь.

Одноклассник достал прозрачный пакет и положил перед Соней.

— Тебе знакома эта вещь?

— Так, всё, — поднялся и рывком потянул Соню. — Не разговаривай с ним больше без адвоката.

— Дэн, выйди! — Соня отбросила мою руку. Пальчиками придвинула по столу пакет и нахмурилась. — Так…нет, у меня такого не было.

Машинально посмотрел туда, на вещицу под целлофаном.

И остолбенел.

Очень знакомо.

Мало того, эту вещь я же сам и дарил.

Вот только не Соне.

Вышел из кабинета.

Набрал номер Полины.

— Увидеться надо вечером, — сказал сухо, когда она сняла трубку. — Вопрос к тебе есть. Дома будь в восемь.

Сбросил вызов и прислонился к стене.

Соня, Соня.

То, что она свои проблемы от меня скрыла — это удар под дых.

Да, я в последнее время паршивый муж и у нас разлад, но не всегда же так было.

Было открытие Сониного ресторана два года назад. И счастливое лицо жены. Ключи от входа, которые я ей вручил.

Тогда мы закатили такой праздник, что потом ремонтировали потолок, пробки от шампанского стреляли только так.

Пять лет вместе, и впереди еще вечность, безусловное счастье и любовь.

Тогда я и узнал, что у меня есть другой сын.

Два года назад

— Открытие ресторана, деревянная свадьба — это мощно, ребятки, — сказал Даня и поднял бокал. — Давайте еще столько же. И чтобы на десятилетие были уже с двумя детьми.

— Юбилей у нас с Дэном послезавтра. А дети…Мы с одним-то с ума сходим, — засмеялась Соня. — Представьте, вчера, — жена наклонилась к столу. — Дэн пока тренировался. Макар решил побить его грушу. Так у него теперь все ручки в синяках.

— Спортсмен растет, — одобрил Даня.

— Папа-дурак вырос, — Соня ласково потрепала меня по волосам. — Я второго боксера в семье не переживу. Про взросление Макара со страхом думаю. Пусть только попробует потом выйти на ринг. Если его побьют — у меня будет приступ. Никогда не выпущу его на бои.

— Мама-львица, — подтвердил. Поцеловал жену и достал сотовый из пиджака, бросил взгляд на незнакомый номер. — Алло. Алло, ничего не слышно, — гаркнул в трубку, перекрикивая музыку. — Да, кто это? — повторил, прижимая сотовый к уху. Вдоль стены пробрался по залу.

— Это Полина, — прошелестело на том конце.

— Да-да. Какая Полина? — не понял.

— С которой ты переспал перед собственной свадьбой.

В ушах что-то грохнуло. Это напоминание, как хук слева, что прилетел мне спустя годы.

А я, реально, забыл.

Бред какой-то.

— Полина? — переспросил и остановился в холле. — Слушаю, чего тебе?

— Поздравить вас с Соней хотела.

— Приятно. Всё?

— Не спросишь, с чем? — голос на том конце звучит так близко, словно она рядом стоит. Слышу, как у нее дыхание срывается. И всхлипы. — Ладно, Денис. Я сейчас отключусь. И пришлю тебе кое-что. Там фотографии, справка. Сроки. Всё такое.

Она бросила трубку, я тупо уставился на смолкнувший телефон.

Какие, к черту, справки?

Заболела и ей жить осталось два дня? Напоминает, что мы когда-то переспали и хочет попросить денег на операцию?

Первая мысль такого успешного, счастливого человека, как я — всё можно решить деньгами.

Черт меня дернул, и я открыл файлы, которые она мне прислала.

Фотографии маленького мальчика.

Сначала решил, что это мои детские снимки — вылитый я в пять лет.

А потом присмотрелся. К современной одежде, к незнакомой обстановке, к живописному храму на фоне.

Это Барселона, я был там много раз.

Только не в детстве.

Вчитался в подпись:

«У твоего сына послезавтра день рождения. Поздравляю»

Чего?

Ах-ха-ха.

Тупая шутка.

Дурацкий стеб.

Идиотская Полина — об этом думал, пока изучал справки. И потел.

Нет, не может быть, невероятно, нереально.

Чушь.

Наверное.

Ведь если правда, то это не хук слева, а полный нокаут.

Да конец это, баста, гвоздь в крышку гроба, черный смокинг на похоронах моей счастливой семьи.

Я не знал и не хочу знать, у меня есть сын — Макар.

Не нужен мне никакой чужой ребенок.

Пусть вместе с Полиной к черту идут.

Костяшки в кровь сбились об стену от одной лишь мысли, что все это всерьез.

С того момента у меня не жизнь началась — ад.

В котором помогали деньги.

Регулярные переводы в Испанию.

«Не звони сюда больше. Фотки не присылай. И жене моей звонить не смей. Помогать я вам буду. Но не вздумай маячить на горизонте» — сказал я тогда Полине.

И, спустя пару месяцев, начал приходить в себя.

Соня про ту мою ошибку не узнала и не узнает.

Никогда.

С тем ребенком я знакомиться не буду, он чужой для меня, для нас.

Я так думал.

А потом кое-что случилось.

Глава 21

Я еще раз рассказала Родиону все события вечера.

Страх есть, но смазанный. Предательство мужа, подруги, волнение за Макара, неясное будущее, еще и угон машины и сбитый человек…

Не знаю, это признак стабильной психики или наоборот, но всей душой я боюсь лишь за Макара. Всё остальное идёт лишь невесёлым фоном.

— Родион, скажи, что мне сейчас делать? — спросила, закончив рассказ и ответив на его вопросы. — Мне нужно написать заявление, или дать официальное объяснение? Я обвиняемая? Подозреваемая?

— Ты ничего не будешь подписывать, Соня. Я разберусь со всем, — мрачно произнес Денис. — Сейчас мы оба уйдём отсюда. Никаких действий без адвоката. И вообще, тебя эта ситуация с угоном машины не коснется. Клянусь, я во всем разберусь.

Я кивнула, но смотреть продолжила на Родиона.

— Денис прав. Без адвоката никаких шагов не предпринимай. Сейчас ведётся расследование, официальные обвинения тебе не предъявлены, но запомни: Соня, если тебя вызовут на допрос не ко мне — сразу звони адвокату. Без него ничего не подписывай. Никаких «с моих слов записано верно» в официальных бумагах, поняла?

— Поняла.

— Возможно, всё обойдётся, — решил Родион меня приободрить, на что я лишь улыбнулась.

Всё обойдётся — это в последнее время не про меня.

— Мы можем идти?

— Соня может идти. Тебя же вообще никто не звал, — хмыкнул Родион.

Денис набычился еще сильнее. Кивнул, и потянул меня на выход. Я не стала сопротивляться, незачем.

— И давно вы на «ты» перешли? — рыкнул муж, когда мы вышли на крыльцо.

Ревнует. Бесится. А я в ауте. Возможно, я должна испытывать хоть мизерное, но удовлетворение от подобной реакции. Но чувствую я лишь удивление: эта ревность максимально неуместна, право на неё Денис потерял.

— Я не хочу ссориться.

— Сонь, ты решила мне отомстить? Но… мент, серьёзно?

— А ты серьезно сейчас? — я пригладила распушившиеся из-за ветра волосы. — Дэн, если ты думаешь что все мои мысли крутятся только вокруг тебя — ты искренне ошибаешься. Я не собираюсь делать тебе больно, мстить. Я просто буду жить дальше.

— То есть, всё это…

— Всё это тебя не касается, — отрезала я. — Адекватность включи, будь добр. Представь, что я спала с твоим лучшим другом… с Даней, например. Родила от него ребёнка, а тебе об этом сообщить забыла. Исключительно, чтобы ты не нервничал, разумеется. Таскалась бы с ним, защищала. А ты перешел бы на «ты» с Полиной, допустим, и я начала бы тебе предъявлять за это. Считаешь, я имела бы право?

— Сонь, я уже говорил, это было один раз и я миллион раз жалел об этом.

Ой, иди ты в задницу! Достал!

— Ты миллион раз жалел, а я не собираюсь в миллионный раз это обсуждать. Про Макара повторю: сына не вмешивай в свои запутанные родственные связи. Любовница твоя, Матвей тоже твой, сам хоть поселись с ними. А над Макаром не смей издеваться. И на Полину намордник надень.

— Сонь…

— И начни уже думать головой, Денис. Я замуж не за идиота выходила, — перебила я очередное ненужное мне оправдание. — Не ходи за мной, я на такси поеду.

— Я подвезу.

— Нет. Я хочу одна побыть.

Ну и где это чертово такси?! Денис стоит со мной рядом, на нервы действует.

Я люблю его. Всё еще люблю, но еще и ненавижу. И тоже искренне.

— Мы же договорились с тобой? Ты не спешишь с разводом и даёшь мне время всё исправить. И насчёт ситуации с машиной не нервничай — я разберусь. Сонь, мы договорились, да?

Такси подъехало, я подошла к машине и села в неё. Денис остался на парковке.

Ждать и верить я не могу. Ни с разводом, ни с угоном машины. Это раньше я бы расслабилась, скинув проблемы на крепкие мужские плечи. Верила бы в то, что муж защитит и во всём разберется.

Сейчас не верю уже. Даже в обещания переписать на меня имущество. Был у моей приятельницы муж, который тоже налево сходил. И его также как Дениса поймали. И точно также как Денис, он громко заявлял, что всё отдаст, всё сделает, лишь бы не развод. Вот только в итоге он даже украшения, которые жене дарил, обратно потребовал — любовница его отлично обработала.

А Полина в этом профи.

Кстати…

— Ксень, привет. Не отвлекаю? — набрала я ту самую подругу, прошедшую через тяжелый развод.

— Нет, — сдавленно простонала она.

— Что с тобой?

— Только что полную эпиляцию делала, всё тело болит. Как дела, Сонь?

— Дела… по делу я и звоню. Ты с Эдиком скандально разводилась, но нашла крутого адвоката и он помог. Да?

— Ты разводишься с Дэном? — ахнула Ксюша.

— Да. Только никому, пожалуйста, — попросила, хотя в Ксюше уверена — не сплетница она, а тот еще интроверт. — Я искала в интернете адвокатские бюро. Их много, и отзывы тоже хорошие, но мало ли. Мне нужен лучший.

— Ох, Сонь… — подруга сочувственно вздохнула. — Барков бешеные деньги берёт, но его услуги того стоят. Мой бывший всё имущество хитро переписал на свою мать, мне при разводе полагалась половина от нуля, но Барков всё разрулил. Только не знаю, свободен он сейчас или нет. Я позвоню ему и попрошу за тебя. Но, Сонь, мой-то Эдик — та еще скотина. А Денис разве оставит тебя с голой задницей? Он вроде не такой.

— Эдик тоже был «не таким».

— Его Оленька его любимая обработала.

У Дениса тоже есть своя «Оленька», только зовут её Полина.

— Позвони ему сейчас, пожалуйста. И еще момент: Барков твой только по бракоразводным делам? По уголовке он не работает?

— Не знаю. Спрошу и сразу тебя наберу.

— Спасибо, Ксень.

Мы попрощались с подругой и я, чтобы не думать свои невесёлые думы, вбила имя адвоката в строчку поисковика.

Барков Алексей Александрович. Так-так, кандидат юридических наук, специалист по семейным и уголовным делам, управляющий партнёр… представлял интересы местных и даже столичных миллионеров… Лидер года, и прочие регалии.

Чем больше читала, тем больше сомневалась — а по карману ли мне эта акула?

Но, с другой стороны, Дениса скорее всего будет представлять Данил, и он не менее крут чем Барков.

— Вы не против, если мы заедем на заправку? — спросил таксист.

— Не против. А я изменю адрес, — сказала и таксист кивнул.

Домой не поеду. Лучше заберу Макара из садика, погуляю с ним, успокою. Я почти пришла в себя и хочу быть рядом с сыном.

Я сидела в машине и ждала, пока её заправят бензином. В окно увидела, как в паре шагов от меня обнимались на прощание две юные девушки, а затем одна из них села в машину и уехала. И вспомнилось вдруг прощание с Полиной…

Мы в аэропорте. Полькины чемоданы, перемотанные пленкой, лежат у наших ног. Глаза у нас обеих на мокром месте.

— Вот как ты там одна будешь? — шмыгнула я носом. — А я как здесь без тебя?

Полькины губы искривились, она закрыла лицо ладонями и заплакала.

— Блин, прости, — притянула её к себе, и подруга уткнулась мокрым от слез лицом мне в шею. — Для тебя эта стажировка — отличный шанс. Ты крутая, Поль, и всё у тебя получится. Да и не в Афганистан ты летишь, а в Испанию, круто! Просто я эгоистка и буду очень скучать.

— И я буду, Сонь. Уже скучаю. Очень! И не эгоистка ты! Это я… я эгоистка, я такая ужасная эгоистка. Ты прости меня! — разревелась она еще громче, в плечи вцепилась так, что даже больно.

— Поль, ну чего ты?

— Я просто должна уехать. Так будет правильно. Иначе я не смогу… я…

— Полька, ну всё, хватит, — сжала её в объятиях крепче, а у самой слезы по щекам текут. — Мы будем общаться, не потеряемся с тобой. Подруги навсегда!

— Навсегда! — прошептала Полина.

— И стажировка твоя будет длиться всего год, а потом ты вернешься, и всё будет как раньше, — заявила я бодро. — Если ты с каким-нибудь горячим Педро не познакомишься, и не решишь остаться, конечно.

Полька отстранилась и грустно улыбнулась.

— С меня хватило всяких Педро. Нет уж, работать буду. Пора, — взглянула она на часы.

Я взяла один из чемоданов и спортивную сумку Полины, и пошла провожать её. Поля тянула время, всё время по сторонам смотрела, словно хотела чтобы её остановили и не отпускали. А я на секунду отвлеклась на телефон.

— Прости, — убрала его обратно в сумку.

— Денис?

— Мгм, — покраснела я. — Помирились, теперь не расстаемся почти.

— Но сейчас он не с тобой, — голос Полины прозвучал немного обиженно.

— Он решил дать нам возможность попрощаться, а сам на тренировке. Кросс собирается бежать, — поделилась я.

Полина опустила голову, кивнула и пошла на регистрацию самая последняя. А я осталась и наблюдала как Полина оборачивалась, выискивая взглядом… меня?

Не меня.

Сейчас я это понимаю отчетливо.

Не понимаю я одного — всегда ли Полина притворялась моей подругой? Она много раз выручала меня, помогала не только в мелочах, но и по-крупному. С родителями моими подружилась, и частенько с ночёвкой оставалась. Всё было притворством? Игрой?

— Спасибо, — поблагодарила таксиста, оставила ему чаевые и вышла у детского сада.

Зря я прошлое вспомнила.

Пока шла за Макаром, настраивала себя на позитив, и у меня получилось поднять себе настроение. Не искусственно, а по-настоящему: сейчас заберу Мака, мы налопаемся всяких вкусностей, погуляем по парку, и всё у нас будет хорошо!

Я поздоровалась с воспитательницей, которая встретила меня с удивлением.

— Макара забрал папа. Буквально двадцать минут назад, — улыбнулась она и насторожилась, видимо из-за моего перекошенного лица. — Что-то не так?

Всё не так.

Абсолютно всё.

Глава 22

Денис, к моему ужасу, трубку не взял.

Слушала гудки один за другим и представляла, как он моего сына через границу перевозит.

С ума схожу…

Но как можно забрать ребенка и не предупредить?

Раньше он так никогда не делал, а сейчас — тем более, мы на таких нервах, что вот-вот поубиваем друг друга, а он Макара забрал.

Спустя три звонка без ответа швырнула сотовый в сумку. Махнула машине такси, которая не успела отъехать и забралась в салон.

— Мне к таунхаусу, — назвала адрес Полины и замерла на сиденье.

Они точно поехали к ней, иначе бы Дэн ответил на мой звонок.

А я ведь русским языком сказала, что против общения моего сына с этой дрянью.

Когда подъехали к таунхаусу Полины — я так себя накрутила, представляла, что моего мальчика опять до слез довели и он плачет…

Но машины Дэна возле ее дома нет.

— Приехали, — напомнил водитель.

— Да-да, — смотрю на знакомый автомобиль — новое приобретение свекров.

Сам отец Дениса на улице. И рядом с ним мальчик. Они с Матвеем заняты с мячом и скакалкой.

Покачала головой.

Значит, этому мастеру спорта без разницы, кого тренировать, Макара или Матвея. Все так радуются второй семье Дениса и почему-то лишь я одна вижу, что им надо лечиться.

— Девушка, — поторопил меня водитель. — Выходим?

— Нет.

— Вот те раз, — удивился мужчина. — Куда вам тогда?

— Сейчас… — достала сотовый и снова набрала Дениса. Не дождавшись ответа, позвонила маме. И бодро спросила. — Денис к вам не приезжал?

— А должен? — маму моя напускная беззаботность не обманула — та сразу заволновалась. — Соня, что случилось? С Макаром что-то, да?

— Денис его из сада забрал и трубку не берет, — призналась. — Но у Полины их нет и…ой, подожди, вторая линия.

— Звонила? — весело спросил муж. — Я не слышал, мы тут с Маком.

— Я знаю, — выдохнула с облегчением. — Вези ребенка домой, — холодно потребовала. — А в следующий раз предупреждай, если поедешь в сад.

Дэн не ответил.

Мой тон ему не понравился, видимо.

Прислушалась к шуму на том конце.

— Вы где?

— В парке, — Дэн что-то сказал Макару, и я услышала, как сын засмеялся.

Невольно улыбнулась. У Макара стрессовая неделя, а сейчас сын смехом заливается, как раньше.

— Так, ладно, — в зеркале поймала недовольный взгляд водителя и торопливо добавила. — Я приеду сейчас, будьте там.

Отъехали от дома Полины, позади оставили свекра со вторым внуком.

Оглянулась на Матвея.

Обычный мальчик, будущий первоклассник, почти ровесник моего сына. И он не виноват, что на Дэна похож, что его мать так поступила со мной.

Но все равно, я от неприязни избавиться не могу.

— Спасибо, — поблагодарила водителя, когда он притормозил у парка.

Народ выбрался погреться на солнышке, и прохожих много, несмотря на будний день.

Для меня эта неделя просто бесконечна, и самое сложное завтра ждет — наша с Дэном годовщина. Про которую он не помнит.

И день рождения его старшего сына, о котором я больше слышать не хочу.

Моих мужчин нашла возле кафе-мороженого. Стоят и держатся за руки, внутрь не заходят — меня ждут.

Как раньше.

— Мама! — первым меня заметил Макар.

Приблизилась и распахнула руки для объятий.

— А папа сказал, что сон-час скучно. И у нас сразу будет полдник. С мороженым.

— И ты даже спать не хочешь? — хитро улыбнулась.

Макар замотал головой, быстро-быстро, уверяя, что обойдется без сон-часа.

Посмотрим…

Сын не только в садике, но и дома днем спать ложится, он тратит столько энергии, и нужно ее постоянно пополнять.

— Съедим по мороженому, а потом погуляем, — Денис распахнул дверь кафе.

Если я и хотела взять сына и сразу уехать — то теперь, глядя на счастливого Макара — не могу.

Что бы ни творилось между мной и Дэном, но по отцу сын очень скучает. А я потерплю.

После мороженого купили Макару на улице шарики. Потом Дэн выиграл в тире большого розового зайца.

К машине вернулись уставшие, нагруженные покупками.

— Хочешь, мою машину на время возьми? — предложил Дэн, когда мы загрузились. — Твой Мерс еще не скоро отдадут?

— Мне нормально, — отвергла его щедрое предложение. — Папа одолжит мне машину, если надо будет.

— Ты, вообще, никакую помощь от меня принимать не хочешь? — муж усмехнулся. — Принципиально?

Промолчала.

До дома доехали в тишине, Макар заснул, и я прижала его к груди.

Денис вернул мне ключи от коттеджа и подхватил сына на руки.

— Давай я.

— Только ты не останешься, — предупредила.

— Не собирался. Я к твоим родителям съезжу. Вещи перевезу обратно. Вы ведь возвращаетесь?

Кивнула.

Макару будет спокойнее дома.

Да и сбегать я не собираюсь, пусть Полина не рассчитывает, ей здесь ничего не достанется.

Уложила Макара в детской и поговорила с мамой на счет Дениса. Прошлась по дому, проверяя, все ли месте. Я только сменила замки, но утром здесь был проходной двор.

И Дэн, и его родители и, может, Полина…

Она точно была здесь.

Поняла это, когда нашла ее послание для меня — голубую тонкую перчатку, которую она бросила рядом с зеркалом.

Открыла дверь и вышвырнула перчатку на крыльцо.

Заперлась и устало плюхнулась на диван.

Нужно еще раз поменять замки.

И больше, вообще, никого не пускать.

Когда приехал Дэн — молча забрала у него сумки. Я хоть и разочарована в муже, но хотелось бы, чтобы он про годовщину вспомнил, ведь это так…обидно, что он помнит про день рождения Матвея, а про нас с ним — нет.

— Все хорошо, ничего больше не надо? — спросил Денис. — Вот еще на крыльце…

Увидела перчатку, которую выбросила и поморщилась.

— Это не мое, — процедила и захлопнула дверь.

Проследила, как муж постоял там, снаружи, соображая, а потом поплелся вниз к машине.

Подхватила сумки и пошла наверх к ребенку.

ПОЛИНА

— А у кого сегодня день Рождения? — уткнулась лицом в грудь сына.

Он засмеялся, всегда ему щекотно. Ревнивый вырастет, как говорится.

— Мам, — Матвей перевернулся на постели. Сон в него в момент слетел, он подпрыгнул и подтянул пижамные штанишки. — А папа, папа здесь?

— Пока нет, — огорчила его.

Черт, Денис. Уж в день Рождения ребенка можно было бы и с самого утра прийти.

Он вчера обещал вечером заехать, так и не дождались.

И сегодня его до сих пор нет.

— Папа скоро будет, — заверила сына и потянула его по постели. — Мой золотой, беги умывайся. И спускайся завтракать. Нам из ресторана столько вкуснятины привезли…м-м-м…

Улыбнулась, когда Матвей сиганул с постели и поскакал в ванную.

Поправила облегающее красное платье с глубоким вырезом.

Доставка из ресторана приехала полчаса назад.

И я рассчитывала, что сразу за курьером появится Денис.

Но если он просто заказал нам поесть, а сам не приедет?

Нет, не может быть.

В холле тщательно подкрасила губы. Круглой расческой взбила волосы у корней и сбрызнула Сонькиными духами.

От звонка в дверь сладко вздрогнула.

Ну вот, конечно же Денис приехал.

С улыбкой до ушей распахнула дверь.

И в ужасе попятилась, когда порог переступил Виталик.

— Ты…ты какого черта сюда приперся? — разозлилась. Метнула взгляд в коридор, проверяя, не вышел ли Матвей.

— Попала ты, Поля, — Виталик сверкнул золотым зубом. Молодой парень, но передний зуб вставил из золота, и сейчас это меня почему-то пугает. — Ты говорила, проблем не будет с той бабой, что она про угон даже не заявит, — Виталик, не разуваясь, прошел по холлу. Повертел статуэтку на полочке — мы ее привезли из Испании. — Дорогая?

— Кто? — растерялась.

Виталик раскрыл портфель и положил статуэтку туда.

— Эй, — возмутилась. — В чем дело? Соня что, в полицию заявила про угон? Ну и ладно, вы же номера перебьете? Зачем ко мне притащился?

— На той тачке я вчера человека сбил, — заявил Виталик, и я похолодела.

Врет…

Или нет.

Я про этого парня мало знаю, мы много лет не общались, помню лишь, что Виталик угонами промышляет.

И рассчитывала получить деньги за Сонькину тачку.

— Короче, с тебя компенсация, — заявил угонщик. И забрал с тумбочки мой кошелек. — Если не хочешь, чтобы я сдал тебя, как заказчика — заплатишь.

— Деньги положи! — решительно метнулась к парню.

И в следующую секунду охнула от боли в губе — Виталик зарядил с размаху, так, что я отлетела на диван.

Он наклонился.

И выдохнул мне в лицо.

— Ты хотела, чтобы я угнал тачку этой Сони. И на тебе вся ответственность за мой наезд. Если меня арестуют — я молчать не буду. Так что, с тебя бабки, Поля. За твою безопасность.

— У меня нету, — вытерла кровь с разбитой губы. — Мы же только переехали. Все, что в кошельке есть — бери.

— Не гони. Найдешь, — хмыкнул Виталик. — Этот твой мужик при бабках, кажется? У него возьми. Срок тебе — до понедельника.

Он еще что-то сунул в рюкзак, я уже не видела, меня ужас сковал такой силы, об одном лишь мечтала — чтобы этот мерзавец ушел.

Наконец, дверь за ним закрылась.

Я щелкнула замками, запираясь.

— Мам, — позвал за спиной счастливый Матвей. — Там папа?

— Пока нет, — пробормотала. — Умылся? Иди кушать, — закрыла ладонью разбитые губы.

И юркнула в ванную.

Деньги.

Мне надо срочно найти деньги, иначе Денис все узнает.

Глава 23

Сегодня годовщина нашей с Денисом свадьбы.

Я абсолютнейший наивняк, самой противно от этого, но я с самого раннего утра жду поздравления.

Денис просыпается рано, режим у него. Но ни в семь утра, когда я проснулась и пошла в душ, ни в восемь, когда мы с Макаром завтракали, ни в девять, когда я отъехала от садика, ни в десять утра я не дождалась от мужа поздравления.

Наверное, не с чем уже поздравлять, но черт возьми, как же обидно!

Единственное что обрадовало — то, что великий и ужасный Барков согласился уделить мне час своего времени. Назначено мне к двенадцати часам, сейчас без двух минут полдень, а Баркова до сих пор нет в кабинете, у которого я его жду.

На часах было 11:59, когда широкими, резкими шагами в приемную вошел мужчина.

— Геля, кофе, пожалуйста, — бросил он секретарю и кивнул мне: — Добрый день, проходите.

Не подчиниться я просто не смогла, и ровно в полдень уже сидела в кресле напротив хозяина кабинета.

Заряженный мужчина. Энергией, резкостью, деньгами. Ля-класс прослеживается в модной стрижке, оформившей его темные волосы; в костюме от «Китон», идеально сидящем на фигуре; в часах «Брайтлинг»

Еле удержала себя, чтобы не нагнуться, и не посмотреть обувь какого бренда носит Барков Алексей. Хорошо что удержалась, иначе он бы подумал что я слабоумная.

— Спасибо что согласились встретиться со мной.

— Чай? Кофе?

— Кофе, — согласилась я, и Барков тут же перенаправил мою просьбу секретарю. — Я вас слушаю.

— Я планирую развестись с мужем. Мой муж — Денис Соколов, известный спортсмен, может, слышали? — спросила, и адвокат кивнул утвердительно. — Состояние у него огромное: миллионные контракты, участие в реалити, проценты за проданные билеты, призовые… В общем, у мужа много денег. А также у него много связей. Разводиться Денис не хочет, обещает даже переписать на меня всё имущество, лишь бы я дала ему время, но…

Я пожала плечами, и сделала глоток кофе.

— Обещать можно все что угодно, да? — скривила я губы в подобии улыбки. — И обещания быстро забываются, когда доходит до дела. Причина развода — вторая семья мужа. В любовницах моя лучшая подруга, которая родила Денису сына. Полина вполне способна обработать мужа так, что он будет за каждую копейку со мной судиться.

— Вы хотите отсудить имущество и деньги у супруга по максимуму, или…

— Половину. Я хочу половину, которую он должен нашему сыну. Вы беретесь за дело?

— Давайте обсудим всё для начала в общих чертах.

— Хорошо. Еще я бы хотела оформить судебный запрет на приближение к моему сыну. Это не моя блажь, любовница мужа опасна для моего ребёнка.

— В нашем законодательстве подобного нет, — Алексей поправил часы и манжеты с запонками. Красивые у него руки.

— Нет?

— Если вы чувствуете, что человек опасен для вас — необходимо собрать доказательную базу. Зафиксировать угрозы на видео и аудионосители.

— Но что мне делать, если любовница пугает моего сына детским домом, а муж хочет чтобы сын общался с ней и их ребёнком? Как мне защитить Макара? Охрану нанять?

— Для начала можем оформить запрет на вывоз ребёнка за рубеж, это займёт всего лишь 2 дня. Далее: вы должны фиксировать любые действия в вашу с ребенком сторону от мужа и его любовницы.

Запрет на вывоз ребенка… точно!

Господи, а если бы я не подумала об этом, подала на развод, а Денис выкрал бы Макара?!

— И еще один момент: мою машину угнали, сбили на ней человека, а на дорожных камерах водитель не был зафиксирован. Официальные обвинения мне не выдвинуты, но намеки поступили: что за рулём могла быть я, но сбив человека испугалась и выставила всё так, будто машину украли. Это основные проблемы, с которыми я к вам пришла.

Алексей взглянул на время, и сказал:

— А теперь давайте обсудим всё детально.

— Давайте.

Я отвечала на вопросы про отношения в семье, про имущество и счета, вспоминала детали. Барков на контрасте со мной так уверен и спокоен, что эти сытые качества начали и мне передаваться. Я говорила, отстраненно поражаясь тому, во что за короткий промежуток времени превратилась моя жизнь. Но уже не психовала. Истерика осталась, но где-то глубоко во мне.

Сидя рядом с этим мужчиной, я поняла за что ему платят огромные деньги, и почему он выигрывает дела. Просто есть в природе такой тип людей у которых буквально всё получается так, как они того хотят. Сейчас, находясь рядом, я и сама стала верить что не всё так ужасно.

— Мне нужны от вас документы, вот список. Визиты к ребенку и к вам старайтесь фиксировать, это важно. О следующей встрече договоримся в мессенджере. Документы отправьте мне сегодня же.

— Поняла вас, — я поднялась из кресла вслед за Алексеем.

И всё же, на его ноги я посмотрела. Ну и что я могу сказать? Он шикарен целиком и полностью.

— Софья? — окликнул меня Алексей у выхода.

— Да?

— Всё будет хорошо.

— Думаете?

— Знаю, — ответил он уверенно, накинул пальто и вышел вслед за мной из офиса. — В суд, — пояснил он.

— Удачи вам. И до встречи.

Успехом Барков зарядил меня, кажется, на весь день. Я вернулась домой с желанием приготовить для нас с Макаром что-нибудь вкусненькое. И почти не думала про Дениса, забывшего о нашей годовщине.

Я сделала для нас с сынишкой небольшой фисташковый торт, который Макар обожает. Съездила в садик, забрала ребёнка и уже дома спросила:

— Что хочешь на ужин? Приготовлю любое блюдо на твой выбор.

Я знаю что ответит Макар. И он не подвёл:

— Макароны с коклетами и соусом.

— Не с коклетами, а с котлетами, — рассмеялась я. — Предлагаю немного перебить аппетит чаем с тортиком. Сегодня хулиганим. Но только сегодня, — добавила я строго. — А сначала что нужно сделать?

— Обнять тебя? — обаятельно улыбнулся Макар, и сжал мои ноги руками в объятиях.

— Руки нужно помыть. Но твоя идея мне нравится больше.

Мы с Маком немного почаёвничали на кухне. Я растроганно наблюдала за сынишкой — он уже такой взрослый! Шнурки сам завязывает, салфетками пользоваться научился. Торт попросил нарезать самостоятельно, и про кусок для меня не забыл. Это всё мелочи, но я бережно храню каждую в памяти — каждое объятие, каждую улыбку, забавные слова и фразы…

Я должна сберечь своего ребёнка. Продлить его детство.

— Спасибо, мам. Я жду коклеты с макаронами.

— Котлеты! — в миллионный раз поправила упрямого Макара, считающего что слово «котлеты» произошло от слова «кот». А котов есть нельзя, тут не поспоришь. — Можешь включить мультик. И не хулигань, договорились?

Макар кивнул, и отправился наверх.

— Коклеты, — фыркнула я насмешливо, поставив мясо на разморозку.

Именно в этот момент я увидела в окно как у нашего дома остановилась знакомая машина. И настроение начало падать.

Дожидаться звонка в дверь я не стала. Сама вышла навстречу свёкрам.

— Добрый вечер.

— Добрый, Соня, — свёкор на меня как на врага посмотрел. — Пригласишь внутрь?

— Не сегодня, простите.

— На пороге будешь держать как попрошаек? Мы приехали повидаться с внуком!

— Красиво вы одеты, — сделала комплимент платью свекрови и костюму Андрея Валерьевича. — Никак на праздник собрались?

— На праздник, — процедил свёкор. — А ты прекрати хамить, и впусти нас внутрь.

— Я бы пригласила вас, если бы не догадывалась что вы затеяли. И если бы вы не впускали в МОЙ дом кого попало. Например, Полину. После таких гостей ложечки обычно пропадают, — не выдержала, съязвила, а затем глубоко вздохнула и выдохнула, успокаиваясь. — Андрей Валерьевич, Наталья Сергеевна, сегодня вы с Макаром не увидитесь.

— И почему же?

— Потому что вы станете соблазнять его детским праздником, на который он приглашен. Макар, разумеется, захочет поехать. А я, естественно, откажу и ему и вам. В итоге у ребёнка будет истерика, но ничего не изменится: к Полине я сына не отпущу, я еще не сошла с ума. Так что давайте не будем ругаться, Макара вы сегодня не увидите. Хорошо вам отпраздновать, и до свидания.

Я весьма невежливо развернулась чтобы вернуться в дом, но Андрей Валерьевич грубо схватил меня за руку.

— Думаешь, можешь решать за ребёнка? Он что, твоя собственность?

— Главное что я не считаю Макара игрушкой. В отличие от… — выплюнула я.

— Вот, наконец, ты и показала своё истинное лицо, Соня. С помощью ребёнка взялась нами манипулировать. Всегда знал, что ты непорядочная. В тихом омуте…

— Избавьте меня от ваших рассуждений. Возраст я уважаю, но оскорбления выслушивать не намерена, — резко высвободила свою руку из захвата. — А вообще… ладно, Денис, но вы-то хоть очнитесь! Ума побольше должно быть, как и опыта. Что же вы такие слепые?

— А мы прозрели, и ясно видим кто ты такая, и что задумала. Дальше будут манипуляции в сторону Дениса, контроль над Макаром… запугивания ребёнка, чтобы он и нас и родного брата боялся. А ты захапаешь деньги, недвижимость, и до восемнадцатилетия Макара будешь шиковать на алименты, которые с Дениса выбьешь. Или передумала разводиться? Конечно, — неприятно усмехнулся свёкор, — лучше покочевряжиться и простить мужа, сделать еще одного ребёнка чтобы покрепче привязать. А в случае чего и алименты будут больше, и платить их придется дольше на младшего ребёнка.

— Что вы несёте? Я это слушать не стану. Уезжайте.

Андрей Валерьевич снова удержал меня, сжав плечо.

— Макар должен без препятствий общаться с нами. И со своим братом. Матвей его брат, нравится тебе это или нет. Хоть ради ребёнка засунь свои обиды в задницу, если в тебе есть крупица любви к Макару. Не вымещай на нём свою желчность. В дом нас впусти, одень Макара и отдай нам на вечер.

— Нет! Отпустите!

— На празднике ему будет хорошо, — наконец, подала голос свекровь. — Там аниматор, дом украшен, сладости… с Матвеем познакомится. Мы присмотрим за Макаром, и привезём его обратно. Если хочешь — поехали все вместе, Полина не против.

Вдох. Выдох.

А материться можно?!

— Если не отпустите меня, я зафиксирую синяки и заявлю на вас, — дернулась снова, и чуть не застонала от боли — свёкор силу не контролирует. — Макар останется дома, со мной. К Полине я его не отпущу. Да и с вами он будет видеться под моим присмотром.

— Вот с…

Слова Андрея Валерьевича заглушила подъехавшая к дому машина.

Андрей Валерьевич убрал руку, обернулся, и увидел как из авто вышел Денис.

Я развернулась и быстрым шагом направилась домой.

Если еще и Денис примется давить на меня, прося отдать Макара на растерзание Полине — я не выдержу.

— Соня, стой, — Денис побежал за мной следом, и я тоже прибавила скорость, стремясь оказаться дома как можно скорее.

Денис ведь может не просить. Он может забрать Макара силой.

Глава 24

ДЕНИС

— Вот, ты нам дарил, помнишь? — Полина вывалила на тумбочку украшения. Поворошила их и сама взъерошила волосы, на воробья стала похожа такая лохматая. — Денис, мы ничего не… черт, не знаю, как те часы оказались у Сони. Может, их у нас украли?

— Кто? — я сам тоже вижу. Драгоценности все здесь и Полина их не носит, на ее пальцах простое колечко — безымянный левой руки.

Оно как обручальное.

— Как могли в машине Сони обнаружить Наши вещи? — интонацией ударила она. — Денис, мы же не подбросили. А те часы… Дэн, у кого угодно могли быть.

Золотые, с гравировкой счастливчику — только у моего сына. Матвей мультик про собак-далматинцев любит и пса Лаки, я эти часы для него заказывал, Полине их подарил, чтобы вручила на семилетие.

Не думал тогда, что Матвей переедет и мы сможем увидеться.

— Такие часы — их ни у кого не могло быть.

Смотрю на Полину.

Она меня дальше порога не пускает.

Встречает в нарядном платье и прижимает салфетку к губам. Сына не позвала — и правильно, я не поздравлять приехал, а кое-что прояснить.

— Поль, Соню подозревают в наезде на пешехода, — напомнил. — А в салоне лежат часы.

— Хочешь сказать, это наш Матвей сел за руль ее мерса и сбил кого-то? — она фыркнула и отняла салфетку от губ.

Увидел ранку, запекшуюся кровь на верхней губе, я боксер и знаю, как бьют, так вот это — удар.

— Кто тебя? — удивился.

— Ерунда, — Поля закрылась салфеткой. — Денис, самое страшное — ты подозреваешь нас с сыном.

— Не вас, а конкретно тебя, — поправил. — Часы, Полина. Их у Матвея еще не было.

— Так и я не дарила! — она всплеснула руками. Салфетку мне под ноги швырнула и ойкнула, схватившись за губу. — Дэн, я тебя тревожить не хотела. Но раз ты здесь и подозреваешь меня… Заходи, смотри. Ничего не найдешь. Ничего ценного. Потому, что нас ограбили. Бандиты вломились вчера вечером, ударили меня…шкатулка с украшениями под тумбу завалилась, а так бы всё унесли.

Мысль, что моему сыну вред причинить могли — она вперед ног полетела, и я, одним прыжком следом, рванул за порог.

— Матвей где?

— Матвей играл на улице, ему дедушка оставил мячи тренироваться, — Полина уперлась ладонями мне в грудь. — Дэн, не пугай сына. У него же день Рождения. Я сказала ему, что просто ударилась об тумбочку.

Она всхлипнула.

Языком потрогала разбитую губу.

— Папа, а мама плакала всю ночь, я слышал! Ты пришел! — выбежал ко мне Матвей.

Раскинул руки для объятий.

Черт.

У меня нет причин ей не верить. Пусть и Соня обвиняет Полину во всех грехах.

Я сам виноват, вовремя не поставил таунхаус под охрану.

— Богатырь, а ты видел дядек, которые в дом вломились? — я должен спросить.

Матвей испуганно кивнул.

— Пап, не бросай нас больше, не уходи, — сын вцепился мне в шею.

Поля тяжело вздохнула.

— Денис, я же не буду про такое врать, я не сошла с ума. Вломились, украли все ценные вещи. Статуэтку, которую я из Испании привезла. Ту, помнишь? Которую твои родители дарили. И мой кошелек. Понимаю, что у тебя времени нет на нас. И я ни в чем тебя не обвиняю, Дэн, — Полина улыбнулась.

И у нее треснула губа.

— Пап, а мой брат придет сегодня? — спросил Матвей и откинулся у меня на руках. — Деда мне вчера показал такой прием. Хочу научить Макара.

— Богатырь, а ты уже позавтракал? — ушел от ответа. Поставил сына на пол. — Первый прием пищи — самый важный. Беги за стол.

— Но пап!

— Матвей.

Сын послушался.

Оглядываясь на нас с матерью, понуро поплелся по коридору.

День Рождения.

И у меня готов подарок.

Но родился Матвей в пять часов вечера.

Тогда и буду поздравлять.

— Поль, Соню следователи таскают, — напомнил. — Тебе нужно поучаствовать.

— Я могу сказать, что это наши часы, — она кивнула с готовностью. — Матвей подтвердит. Вызывай полицию сегодня же, Денис. Сыну, наоборот, интересно будет. День рождения. И по дому гуляют мужчины в форме. Ты, кстати, придешь? Твои родители вечером будут. Как Макар, Соня его настроила против меня, да? Дэн, скажи. Я всё пойму.

Она ни в чем не противоречит мне, не сопротивляется, не спорит, как Соня. А чувство такое, что на меня удавку накидывают, и я ударить в ответ не могу.

— Если Макар не придет… — Полина вздохнула. — Ладно, в другой раз поиграют. Тебе ехать надо, Дэн, вижу, весь дерганный. Беги. Будем ждать вечером.